Оглушающий визг и попытки пнуть меня продолжались, даже когда я поспешно спрыгнула с кровати. Шаг назад, еще шаг, и я с размаху упала на другую «подушку», которая молча спихнула меня с себя под аккомпанемент первой «подушки».
Да что такое?!
— Хватит! — гаркнула я так громко, как никогда не выходило даже у моей матушки.
И, вот чудо, визги действительно прекратились. Хорошо хоть в каждом номере обязан был находиться звукозаглушающий артефакт. Иначе бы полгостиницы уже собралось здесь во главе с вновь потревоженным Артемисом.
Пока я пыталась избавиться от звона в ушах и быстренько наслаждалась тишиной, по обе стороны от меня завозились.
— Это кто?! — грубым спросонья голосом поинтересовалась вторая «подушка». — Чего визжала-то?
— Подумала, насильник… А ты в своих берушах и не торопилась спасать, — всхлипнув, ответила первая «подушка» и обратилась уже ко мне. — Так вы не насильница?
— Нет. Я постоялица, — отозвалась я чуть хрипло. — Простите, что напугала. Просто тут темно, вот я случайно к вам и подсела... Так эта комната с несколькими кроватями?
— С двумя, — осторожно ответила мне вторая «подушка», но не успела я подумать, что ночной портье перепутал номера, и начать извиняться, как она добавила. — Только тебя все равно не должны были сюда подселять. Сестра давно говорила, что местные кровати для нее слишком узки, а ей в ответ предложили соединить две койки. Она даже чуть-чуть доплачивала дневному портье, чтобы никого к ней не подселили!
Я непонимающе посмотрела направо, налево, ничего не увидела и прошла к окну, отдергивая штору.
Тусклый свет уличных фонарей обрисовал крошечный номер, по обе стены в котором возвышались два объемных холма, прикрытых одеялами.
Все правильно. Кровати стояли отдельно.
— Но вы же не соединили кровати, — все же с некоторым сомнением отметила я.
— И что? Деньги-то мы платим!
— А живете вдвоем? С небольшой оплатой? Погодите… — я вгляделась в практически идентичные холмы и «ткнула пальцем в небо». — Вы близняшки, что ли?
— А как ты догадалась? — удивилась первая. — Темно же.
— У меня логика и в темноте работает, — машинально отозвалась я, потирая лоб.
Нет, они, конечно, молодцы. «На руку» дневному портье они явно платят меньше, чем за вторую койку… Платят за одного, заходят в номер, видимо, по очереди, а, чтобы их ночью из окна, например, никто не увидел — выкрутили магический накопитель.
Да… в этой гостинице, похоже, все ушлые. Что портье, что постояльцы…
Так. Ладно. Молодцы-то близняшки молодцы. А мне что делать? Выгонять одну из женщин вон и занимать ее место? На одной кровати, судя по очертаниям, они не поместятся, как и в чулане у ночному портье. Зато у меня есть запасное спальное место…
— Так что делать будем? — озвучила мои мысли первая близняшка, садясь на кровати.
— Идти вам некуда? — уточнила я и, получив в ответ многозначительное сопение, продолжила мысль. — Если кто-то узнает про вашу аферу, платить придется за все прожитые дни, да еще штраф сверху…
И вновь в ответ пыхтение.
— Что ты хочешь, девочка? — прервала меня вторая близняшка.
Мир во всем мире, хорошенько выспаться, да к гномам попасть без проблем. Но они мне в этом помочь не смогут…
— Деньги за номер вернуть, а потом я уйду, — решительно произнесла я.
Внутри царапнуло мамино воспитание, говоря о том, что шантаж — это плохо. Но ведь и просто прогибаться под других — неправильно. Хватит позволять вытирать о себя ноги. Если я иду им навстречу, то и мне должна быть какая-то польза. В конце концов, нужно вернуть оплаченное Аремисом!
К чести близняшек, спорить они не стали.
Одна из них открыла ящик прикроватной тумбы. Звякнул кошель.
— Держи. Тут за эту ночь и за твое молчание, — проговорила женщина, на ощупь вкладывая мне в руку несколько монет. — Погоди, а тебе самой-то есть, где спать? Мы, так-то, можем тебе одеяло на пол постелить. Будет твердо и холодно, но на улице, поверь, куда хуже.
— Спасибо, — помотала я головой, улыбнувшись ее заботе. — Но я найду, где переночевать.
— Ну, как знаешь, — пожала плечами вторая, и попрощавшись, я вышла из номера.
Едва оказавшись на свету, я с любопытством глянула на монеты в руке и чуть было не присвистнула: да тут почти золотой! Это сколько же они в гостинице живут, что решили — это достаточная плата за молчание. Неделю? Две?
Впрочем, раз мы договорились, это их дело.
Помня о времени, оставшемся на сон, я все же поспешила в номер к Артемису, надеясь незаметно проскользнуть внутрь и устроится на козетке. Вот только зайдя за поворот коридора, едва не врезалась в него самого. Хорошо хоть не упала — он меня удержал.
— Вот ты где! А я уж хотел тебя искать, Чарли, — улыбнулся мне Артемис, но при этом отстранил меня на расстоянии вытянутой руки и внимательно осмотрел меня, будто ища какие-то повреждения. — Все в порядке?
О, значит, не показалось, и он действительно наложил на дверь заклинание? Иначе как бы он узнал, что я вышла из номера.
— Да, в порядке. Простите, Артемис, я не смогла там ночевать, — обтекаемо пояснила я и протянула ему золотой. — И вот. За номер.
Брови мага удивленно взлетели, но вместо вопроса он качнул головой.
— Так, Чарли, деньги оставь себе. Если же ничего прямо сейчас решать не нужно, разберемся завтра. Чувствую, если начнем обсуждать, ты совсем без сна останешься.
— Да, я как раз и планировала воспользоваться вашей козеткой, — кивнула я, пока он, приобняв меня, повел к своему номеру.
— Зачем тебе на козетку? — удивленно покосился на меня Артемис. — В номере есть двуспальная кровать. Поместимся.