Единственное, что во всей этой ситуации меня успокаивало: в маминых глазах не было разочарования и осуждения.
— Так… Та-а-ак… — протянула она, так же как и папа до этого, присаживаясь обратно за стол.
Все свидетели нашего разговора, а точнее, сестры и Долинор, свое мнение по поводу услышанного высказывать не спешили, переводя взгляд с меня на Артемиса и обратно.
Артемис, к слову, сидел с таким выражением лица, что и обращаться к нему было страшно, но обращаться и не понадобилось. Он заговорил сам.
— Чарли подставили, — тихим, но уверенным тоном произнес он, взглянув на папу. — Когда мы уезжали, посольство действительно кто-то поджег, но к Чарли у стражи не было ни единого вопроса. И не должно было появиться и дальше.
— Почему ты так думаешь? — с подозрением уточнил папа, переглянувшись с напрягшейся мамой.
— Я посетил стражей накануне отъезда по… другому инциденту. Есть письменное подтверждение, что к Чарли может свободно перемещаться и между городами, и между нашими королевствами. Так что письмо — моя вина. Кто-то очень не хочет, чтобы контракт с уважаемыми гномами был заключен, а потому выдумал глупость, чтобы мы с Чарли, бросив все, вернулись в Мерг.
Теперь с подозрением и немым вопросом: «что за другой инцидент?», — смотрели уже на меня, словно чувствуя, кто может быть его виновником. «Сдавая» себя, я отвела взгляд, и мама тяжело вздохнула. С нее теперь станется сделать запрос в Мерг и на основании родственной связи узнать все детали «инцидента». Хорошо хоть за эти два года у меня был только один повод посетить стражу, иначе бы я со стыда сгорела…
— Простите, что вмешиваюсь, — вдруг подал голос Долинор. — Но, если кто-то хочет не допустить подписания некого контракта, был выбран весьма эффективный способ. Зависит, конечно, от того, с кем вы должны были встретиться, Артемис, но чем выше гном занимает пост и чем большей властью обладает, тем больше он обязан прислушиваться к таким вот «глупостям». Нельзя просто проигнорировать подобное обвинение и как ни в чем не бывало приехать заключать договор. Как только всплывут хоть малейшие сплетни о Чарли (а она, как сообщила Лианна, является вашей помощницей), тень даже от предполагаемого поступка падет на вас. Контракт будет разорван в тот же миг.
— Долинор! — возмущенно повернулась к нему сестра. — Что ты предлагаешь? Просто бросить Чарли ради выгодного контракта?.. Ведь будущий союз тоже повлияет на Артемиса!
— Вовсе нет, душа моя! — запротестовал гном. — Я просто делюсь информацией…
— А по-моему, ты просто не хочешь, чтобы Чарли была счастлива!
— Да пойми, Лианна, я лишь хочу сказать, что вначале нужно разобраться со сплетнями, которые осядут в головах гномов, а потом сближаться и заключать союзы!
Пока они переругивались, до меня медленно-медленно начало доходить, о каком союзе идет речь. О брачном.
— Ох… — невольно выдохнула я, привлекая внимание, и тут же закрыла рот ладонью.
— Чарли, тебе не о чем волноваться, — тряхнул головой Долинор, отчего его длинная борода, заплетенная в косу, смешно качнулась из стороны в сторону. Но никто не засмеялся. — Уверен, ты очистишь свое имя, а потом с помощью специально продуманных сплетен, мы вытесним твой образ, заменив на кого-то другого. На того же лорда Крейдена, например. Не зря же его образ использовали, чтобы вас опорочить. Значит, он в чем-то виноват.
Я нахмурилась, не согласная с этим голословным обвинением, а Артемис, до этого погрузившийся в тяжелые размышления, вдруг хмыкнул.
— Я виноват лишь в том, что хочется мне кушать, — со странной интонацией произнес он и снова усмехнулся. — Простите. Не кушать, конечно, а заключить контракт, минуя нечистых на руку посредников. Но и это кому-то не понравилось.
Лицо Долинора стало… сложным. Глаза забегали, разглядывая то спокойно воспринявшего новость отца, то непонимающую ситуацию маму, то… меня.
К слову, я тоже удивилась.
— Мы… работаем на лорда Крейдена? — уточнила я, стараясь не задумываться, а «работаю» ли я, или Артемис меня уже мысленно уволил, чтобы облегчить себе жизнь.
— Работаем? Можно сказать и так, — вновь хмыкнул он. — Найт — фамилия моей матери, Чарли. Лорд Крейден — это я.