Академия преемников. Кощеев не убивать!

Глава 28

Порошок из разрыв-травы обладает чудесным свойством самовоспламеняться при контакте со мной. Ежевичные листики, перетертые в кашицу, забили замочную скважину, гулко разрывая запорный механизм.

«Молодец», — довольно шепнул Константин, погладив зеленый побег, обвитый вокруг безымянного пальца. Пасынок моей ежевики едва ли не гавкнул от похвалы, туже сплетаясь усиками подобно кольцу. Спелись два нежизнеспособных мутанта.

— Шевелись, — потребовал царевич, открывая дверь ровно на полметра. — Ярослава, не стой столбом на пороге.

— Ты украл моего ребенка.

— Твое растение, — поправил он педантично.

— Я вырастила его, как свое дитя!

— Сыновей надо вовремя передавать в мужские руки для достойного воспитания. Умоляю, в кои-то веки будь послушной ведьмой.

Незаконное проникновение со взломом на частную территорию карается по закону почти во всех странах мира. Равно как и незаконное пересечение границы, государственный шпионаж и дискредитация королевской особы. Список можно продолжать до бесконечности, главное — перечисленное мы успеваем совершить до завтрака.

Кощей с ловкостью матерого уголовника преградил мне путь, сканируя пространство взглядом. Три из пяти ловушек от злоумышленников царевич обезвредил на подлете, в четвертую я едва не угодила, получив титул самой неуклюжей девчонки на свете. Последний капкан привел нас в замешательство.

— Твоя ширинка? — Костя подозрительно осмотрел искусную вышивку.

— Не моя. Узоры кельтские, нитки шерстяные, я свои из трав добываю.

Длинное узкое полотенце украшало простой деревянный стол и почти не вызывало подозрений, если бы не сюжет, разыгранный на полотне. Двое высших — девушка и парень — страстно целовались, сплетаясь в объятиях, пока свидетель их любви стоял поодаль, сжимая кулаки. Светлая коса девушки толщиной с предплечье кокетливо обвивала зеленый змеиный хвост. Это меня в пьянстве завуалированно обвиняют?

Хмыкнув на художественное безобразие, я поправила косу, украшенную свежими цветами, и принялась исследовать королевские покои по часовой стрелке.

— Убожество. — Мертвец демонстративно повернулся спиной к столу.

Основное убранство комнаты прямо свидетельствовало о взыскательных вкусах хозяина. Огромная кровать с шелковым балдахином, старинные шкафы из персикового дерева с серебряной фурнитурой, изысканные оригинальные полотна — зря Кощей обвиняет его высочество в убогости. Именно такие богатые покои представляют себе девушки, читая любовные романы об аристократии.

К слову, спальня самого Константина оборудована скупо, почти аскетично. Он почти не расширял пространство, купив только закуток для любимого оружия и книг.

С легким стыдом перебирая личные вещи мужчины, я старательно выбирала, что хуже: смотреть или щупать. Выходило, что лучше глядеть в оба, нежели трогать все подряд. Где-то здесь должна быть причина, по которой фейский обормот откровенно напал на Сеню.

Нужен способ узнать истину. Сыворотку правды не придумали даже высшие, но зелье из подземной бузины сможет ненадолго развязать язык даже могущественному духу или колдуну. Жаль, это средство готовится исключительно на рассвете рядом с забытой церковью, в которой не крестили и не отпевали людей минимум три десятка лет. Состав прост, условия приготовления — сумасбродные.

— Что будем делать, если он как-то связан с кражей и порчей алтаря?

— Убью, — лаконично ответил Кощей.

— Нельзя. Сначала он должен сдать подноготную этого многоступенчатого плана. Чудно, что еще Амиру не обвинил — самую очевидную жертву клеветы.

— Возможно, наш приход сюда — одна большая ловушка, — он перетряхнул маленький комод, не найдя ничего интересного. — Ежу понятно, ты кинешься на защиту Полоза с кулаками, не позволив его оболгать. А следом постараешься выяснить, зачем подставлять змея.

Электронные устройства благоразумно не трогали, побоявшись оставить невидимые следы. Там наверняка самая мякотка, подумали бы следователи, но царевич-полоз уверенно скомандовал обойти стороной всю технику. То, что легко изъять и проверить, не имеет значимой информации.

«Треть комнаты, пусто. Половина, пусто».

«Проверьте фальшь-панели и столешницы изнутри», — коротко велел змей прямо в ухо. Гарнитура из смарагдовых бусин крепилась к повседневному ободку-кокошнику. Камни плохо передавали сигнал, пока друг не отобрал финтифлюшку, что-то пошаманив Словом гор.

Один из шифоньеров ощерился заточенным холодным оружием. Константин почти влюбленно уклонился от алебарды, придержал пику и нырнул в глубину с головой. Порежется — залечу до смерти.

Я внимательно запомнила расположение учебников и книг на полке, принявшись по одной листать зарубежную литературу. Большинство трудов читаны не раз: эльф оставлял грамотные пометки на полях, резюмируя авторские мысли от руки. Затертые учебники отличались от нашей учебной программы, акцентируя внимание на зельеварении и добыче природных ресурсов. Здесь же лежали тетради, исписанные от руки мелким округлым почерком.

— Зачем студенту, пишущему лекции на компьютере, бумажные записи?

— Проверь, — одобрил Константин, бережно закрывая шкаф.

Так, ага… Ага…

— Я знаю, что искать. Где царевичи прячут письма от возлюбленных?

— М-м-мн…

«Под матрасом», — змей на мгновение перестал высекать искры из своего меча. Ухо чутко уловило вскрик раненного дуэлянта. «Думаешь, я случайно увел его даму сердца, сам того не заметив?».

Увы, любовью здесь не пахнет. Осторожно ощупав постельное белье, я вынула пачку бумажных писем из-под белой простыни. Тонкая прозрачная бумага, украшенная вензелем в виде надкушенной луны, источала неуловимый аромат духов. У фей одна дама сердца — королева Титания, прекрасная в своей кровожадной власти. Личные записи в тетрадях то и дело отсылали к третьему источнику информации на аналогичном носителе.

Фу, какой вычурный английский с шекспировскими замашками. Дядюшки и тетушки, герцоги и герцогини поучительно наставляли королевского отпрыска, как нужно проявить себя на чужбине. Особо настаивали, что излишек пафоса не повредит — на Руси должны счесть принца хитрым двуличным дурачком, неспособным на полноценные интриги.

— Удобно, когда задание совпадает с твоим характером, — фыркнул Кощей.

Должна признать, актерский талант его высочества оказался на высоте. Одна из фей прямо сетовала на упадок финансов в бюджете ее колонии и просила привезти из богатых славянских земель пару краснокнижных растений, годных для изобретения нового товара. Двоюродный брат Тристана жаловался на давление со стороны короля, прося поддержки в маленьком заговоре против фейской короны.

Прекрасная леди Урания с гордостью сообщала, что нашла принцу человеческую супругу — жену крупного европейского политика. Самого политика предлагалось оставить в живых для экспериментов. Среди фей второй — настоящей — невесты пока не отыскалось, поэтому правящий род не против какой-нибудь фаворитки из далеких восточных славян.

«Ребята, торопитесь. Он сейчас психанет и пойдет отмываться».

— Не беспокойся, уже нашли, — я хмыкнула, показывая Костику письмо.

Колдун навис надо мной сзади, из-за спины читая послание.

— Что же вы, господа змеи, не хотите делиться прибылью с торговых центров и модных домов? Не по-товарищески.

— Легальный человеческий бизнес под нашим хвостом! — Полоз резко гаркнул. — Я скорее умру, чем передам хоть один подиум под крыло фей.

— А ваши соседи так не считают. Лорд Паскаль, заручившись поддержкой ее величества Титании, планирует сжить тебя со свету, освободив север Франции от тени твоего хвоста.

— Его уложат снайперы еще на Ла-Манше. Спасибо, Славочка, я понял.

Однако политические игры Европы не имеют отношения к покушению на жреца Смерти. Феи воспользовались случаем, обвинив Сеньку, но нет улик, что они же стоят за настоящим нападением. По крайней мере, в письмах об этом ни слова, только осторожные умозаключения и туманные прогнозы о дальнейших дипломатических отношениях.

Еще раз осмотрев комнату и убедившись в ее нетронутом виде, я собралась уходить. Внезапно что-то светлое и блестящее на подоконнике привлекло взгляд. Придержав сокурсника за плечо, я подошла к открытому окну. Хм, похоже на перстень с перламутровым камнем. Подавшись секундному, абсолютно нелогичному порыву, я сжала находку в кулаке и скользнула в коридор. Дура-дура-дура, эльф всенепременно заметит пропажу!

— Что скоммуниздила? — ровно спросил Кощей, идя к моей спальне.

Увидев простенький серебряный перстенек, царевич издал возмущенный звук, ревниво отобрав украшение. Понимаю, я бы тоже завидовала чужому успеху, найди мой напарник столь подозрительную колдовскую вещь.

— Лунный камень с голубой иризацией, встречается на Южном Урале и в Прибайкалье.

— Мощно от него фонит, да?

— Да! — выпалил Сенька, вваливаясь к нам. — Фух, едва ноги унес от разъяренных сильф. Что нашли? А-а, копеечная поделка. Слав, я у тебя душ приму?

— У тебя кровь, — испугалась я, увидев алое пятно на жилете, расшитом жар-птицами.

«Ерунда», — бодро ответил Полоз, скидывая одежду. Глубокий порез под ребрами снова закровил, и змей с извиняющейся улыбкой прижал рубашку к ране.

— Я наложу швы.

— Распущенность, — прошипел Кощей, грубо толкая друга в ванную. — Убогая безнравственность. Нитки, иглу, спирт и даже не вздумай подглядывать.

— Это мое пространство! — вскинулась я.

— Соблюдай приличия, — отрезал беспардонный хам, закрывая дверь перед носом.

Шум проточной воды постепенно стихал, унося резкий запах свежей крови. Два иноземных царевича устроили-таки дуэль за академией, сражаясь за честь и право вспороть друг другу брюхо. Истинное предназначение этой битвы осталось за кулисами. Тревожно пометавшись по спальне, я на мгновение пожалела эльфа, наверняка тоже изрезанного, и решила приготовить отвар, выравнивающий давление.

— Ваши высочества, вы справляетесь?

— Справляемся, — хором ответили венценосные особы. — Подай еще спирта, пожалуйста.

— Держите перекись водорода, господа сомелье.

«Хочешь добиться цели — действуй уверенно, послушай профессионала, — раздался голос вуира из ванной. — В любви как на войне…».

Вместо бинтов Кощей использовал ту же рубашку, порвав ее на лоскуты. Довольный змей с благодарностью принял чашу с отваром, словно драгоценный кубок с лучшим вином, и подмигнул мне, вызывая нервный тик у своего товарища.

— Любопытное колечко с секретом, — он покрутил в руках перстень, нажав на завитушку. — Вуаля.

Перламутровый камень раскололся посередине. Верхняя полукруглая часть — крышка тайника — откинулась, демонстрируя полую структуру лунного минерала. Внутренние стенки покрыты черной вязкой субстанцией, к которой я любопытно протянула руку.

— Куда? — буркнул Константин, перехватывая пальцы. — Умереть захотела?

— А ты? — возразила я, покрепче стискивая чужую ладонь. Не дай Макошь, сам захочет потрогать.

— Дети малые, — Сенька закатил глаза, принюхиваясь к кольцу. — Это неопасно для кратковременного контакта с кожей.

Обхитрив меня одной левой, бывший жрец почерпнул субстанцию ногтем и быстро перетер ее в пальцах. Влажная дрянь, похожая на отсыревшую сажу, медленно размазалась по руке, принявшись впитываться под кожу.

— Лярва, — выдохнул он. — Жги.

— Дурак, — Полоз беззлобно дыхнул огнем, выжигая паразита. — Поздравляю, солнце, мы нашли источник твоего заражения черной спорыньей.

«Внимание, студентов Арсения, Тристана и Константина просят пройти в деканат. Повторяю, студентов…», — разразился голос декана в коридоре. Для оповещения студентов гральдставы над дверями работали, как рупоры. Госпожа Малахитница повторила еще дважды, чтобы никто не слукавил о глухоте, и выключила громкоговоритель.

— Досадно, — Полоз заметно скис. — Пошли, раз зовут.

Благословив друзей на дорожку, я бросилась настраивать очелье на нужную радиоволну. Маясь бездельем в избушке, мне удалось спрятать в бусины искры жизни, чтобы они испускали слабые тепловые волны, имитирующие подобие живых существ. Так никто не догадается, что в цветах лежит прослушка, а не жуки с гусеницами. Агата Станиславовна молчала, других преподавателей в деканате не было. Зато бусина, спрятанная в горшке рядом с кабинетом ректора, зашипела и ожила.

Глухой, слабо слышный голос Рарога тихо доносился из-за стены.

— Ожидаемо все девять студентов-пограничников самовольно отлучались из академии минимум один раз. Отслеживающие гральдставы сигнализировали о применениях силы в районах Московской, Екатеринбургской, Дагестанской, Ростовской областях, а также в Беларуси, Болгарии, Румынии, Сербии и бывшем Кёнигсберге. Трижды пересекались границы, дважды впущены шпионы со стороны Карелии и Пскова, один раз проложен коридор для официальной делегации.

— Дипломатическая почта? — спросил ректор.

— Не изымалась, — с сожалением ответил Рарог. — Сегодня доподлинно известно, что все иностранные студенты состоят в активной переписке с родственниками. Зафиксированы неожиданные коалиции для побегов: эльф дважды покидал территорию с Русланом и Амирой по очереди, Яга отлучалась с юхвой, змей сбегал сначала с Кири, потом с богиней любви, Хозяин леса настойчиво уговаривал на самоволку Тэли, но успеха не возымел. Фрида, Плеко и Тристан также сбегали в одиночестве. Яга и Полоз повторно уходили по официальной просьбе их опекунов.

— Начните с одиночек. Что Кощеи?

— Требуют приставить к сыну свою охрану. Попечительский совет против, боятся влияния дома нави на студентов и преподавателей.

— Кощеям отказать, — ректор на мгновение замешкался. — Попечителей успокою, тревожиться им будет не о чем.

Огневик тяжело вздохнул, звучно бряцая медными доспехами. Сверившись с бумагами, Рарог неуверенно спросил:

— Приказ об отчислении уже заверен?

— Так быстро даже приговор на расстрел не подписывают. Не забывай, мы в первую очередь бюрократическая организация, а потом уже учебная, колдовская и международная. Оборону, опять же, надо наладить, чтобы Калистрат нас под стенами здания не похоронил.

— Жаль Константина Калистратовича, — в голосе духа послышалась непритворная горечь. — Бессмертия лишился, прежних сил тоже, даже диплом не получит.

— Учебная программа факультета пограничников не предназначена для смертного колдуна. — Похолодел ректор. — Пусть живет без образования, но, подчеркну, живет. Лучше, чем скончается на ближайшей практике.

— Зачахнет он вне Приграничья.

— Не говори ерунды. Создания, вроде нас, страшатся остаться без стихии. А людям дороже всего жизнь, даже если они человеки только наполовину. Останется на поддерживающих зельях, как Мария.

— Маша в заложниках у Мары, — возразил Рарог. — Половину души продала, чтобы выжить в темном царстве.

Вместе со скоропалительной свадьбой в нави проводится ритуал: невесту представляют Маре как мать будущего наследника, платят частью ее души в обмен на право жить посреди навьей гнили и рост колдовских сил. Примет ли Мара такую жертву от младшего Кощея? Сомневаюсь. Теперь его наследник неинтересен Смерти, душу Костика просто сожрут целиком.

— Обживется в мире людей. Пусть собирает вещи, — ректор закончил спор, отпуская подчиненного.