Куплю тебя. Навсегда

Глава 22

Лилия

Волков галантно подставил мне локоть, как если бы предлагал прогуляться. Я сунула под него руку, понимая, что, само собой, выбора не сделать этого мне не предоставлено. Не спеша, будто и правда на прогулке, Матвей повёл меня из кинокомнаты в холл, а потом и по коридору в сторону бассейна. А я шла и гадала, что он затеял, а заодно ещё задавалась вопросом какого чёрта выболтала ему такие интимные вещи о себе. Никогда ведь, никому, ни единым словечком не обмолвилась. Конечно, он, вроде как, прижал меня, шокировав сначала беспардонностью, но могла же… не знаю… извернуться, обобщить что ли. Но нет же, всё рассказала, вплоть до позы, в которой себе позволяла это позорное рукоблудие. Ну, то есть, я современный человек и прекрасно знаю, что в мастурбации нет ничего позорного и даже неестественного, если напряжение есть, то оно должно иметь какой-то выход. Не на людей же мне бросаться, вымещая злость от неудовлетворенности и не спать с кем попало. И не потому, что я девственность до брака берегла, в двадцать первом веке так-то живем. Не до брака, а до того самого человека, с которым всё произойдет совершенно естественно, без внутреннего протеста и компромиссов с собой, своей душой в первую очередь. А такой человек мне до сих пор не встретился. Такой, чтобы раз и навсегда, не вздохнуть друг без друга, чтобы одно сердце на двоих сходу.

Волков молча вёл меня вдоль бассейна и я уловила лёгкий аромат, напоминающий нечто восточное. Благовония что ли?

Глянула на Матвея снизу вверх, но по его бесстрастной физиономии догадаться о чем-то было невозможно. Вёл он меня явно в спортивно-оздоровительный комплекс, как я его успела про себя окрестить. В следующем за бассейном помещении располагался просторный зал с четырьмя разными тренажерами, турником, скамьей и здоровенной боксёрской грушей, рядом парная и душевая, отдельная комната с массажным столом и всякими простынями, баночками.

Уже в тренажёрном зале аромат благовоний стал совершенно отчетливым и я услышала женские голоса со стороны массажной комнаты, куда мы, похоже, и направлялись. Говорили быстро и явно не на русском. Он что… дамочек с этой…пониженной социальной ответственностью вызвал? Из какого нибудь элитного борделя с восточным колоритом? Серьёзно?

— Могу я узнать, что ты задумал? — решилась все же спросить Волкова.

— Я же сказал — нам обоим не помешает расслабиться.

И ухмыльнулся так, что мне слегка поплохело. После такой его ухмылки для меня расслабиться сто процентов не вариант.

— А мне обязательно присутствовать при этом твоём… расслаблении?

— Тебе обязательно в нём непосредственно участвовать. — снова сверкнул акульим оскалом Матвей.

— Судя по голосам, там и так уже хватает претенденток на участие. — проворчала, ощущая как ноги наливаются свинцом.

Волков зыркнул на меня и распахнул дверь. Аромат в полную силу долбанул по обонянию, я даже нос потерла и моему взгляду предстали две хрупкие невысокие девушки азиатской наружности. Чёрные волосы уложены в хитрые причёски и украшены цветами, гладкая желтовато-смуглая кожа, раскосые глаза, широкие улыбки. Они синхронно сложили ладони домиком перед грудью и низко поклонились, что-то пролепетав. Из одежды на них были лифчики от ярких бикини и полупрозрачные длинные юбки с запахом.

— Приступайте! — распорядился Волков и указал на меня.

Девушки снова поклонились, первым делом сбросили свои юбки и подступили ко мне. Не выдержав, я всё же слегка попятилась.

— А сходу групповуха не перебор? — вырвалось у меня с нервным выдохом, когда одна из девушек взялась за подол моего флисового платья, явно намереваясь его снять.

— Групповуха? — изумленно фыркнул Матвей. — Однако, фантазии сейчас у девственниц. Условия соглашения запамятовала, Лиль? Я не делюсь.

Да я в этот момент чуть имя своё в панике не запамятовала, какие там, к чертям, условия! Но он сказал — не делюсь, значит… Обуздав приступ паники, я глянула вокруг, как только голова вынырнула из снимаемого с меня платья. Массажный стол отодвинут к стене, посреди комнаты в полуметре друг от друга раскатаны два толстых мата, застеленный простынями, рядом какие-то плошки, полотенца, ещё какие-то непонятные штучки, в дальнем углу на подставке дымиться тонкой струйкой пирамидка, из динамиков под потолком едва слышно звучит мелодия, напоминающая журчание воды.

— Массаж? — бестолково хлопнула я глазами.

— Разочарована? — опять ухмыльнулся самодовольно Волков и мне его пнуть захотелось. — Ожидала свальную оргию?

В этот момент одна из девушек подцепила мой топ, а вторая потянула вниз трусы и я схватилась обеими руками за ускользающее бельё.

— Лиля! — нахмурился неотрывно пялящийся Матвей. — Не мешай людям работать.

— Я что, сама не могу раздеться? И для массажа обязательно прям совсем что ли?

— Сама ты разденешься, когда я этого захочу. — ответил Волков. — И да, обязательно. Всё, что я хочу от тебя — обязательно.

Я покорно опустила руки и позволила девушками всё снять с меня, тут же прикрывшись руками, на что Матвей насмешливо фыркнул, но ничего не сказал. Одна из девушек жестами позвала меня к одному из матов и предложила лечь на спину. Я легла и уставилась в потолок, но игнорировать то, что теперь массажистки взялись за обнажение Волкова было просто невозможно. И да, я его уже видела голышом и даже с эрекцией, но эффекта это ничуть не ослабляло. И ещё почему-то дико раздражал вид двух пар изящных смуглых рук, вроде как невзначай , оглаживающих тело мужчины при этом сноровистом раздевании. Они же его практически лапают, а он стоит вон, скалится в своей хищной ухмылке и пялиться на меня. Он стоит и у него. Блин, Лиля, не смотри просто! Голову отворачиваем!

— Нет! — неожиданно хлестко прозвучал голос Матвея и я невольно опять глянула на него и увидела, что он довольно небрежно оттолкнул от себя руки одной из девушек, что как раз опустилась перед ним на колени. — Только массаж!

Азиатка залопотала, склонившись до пола, вскочила и направилась ко мне. Как ни в чем ни бывало села за моей головой, подцепила кончиками пальцев некую субстанцию из плошки и принялась лёгкими касаниями массировать лицо, шею и плечи. Это, получается, она только что хотела запросто, как нефиг делать, Волкову … кхм… помочь с остро стоящим вопросом? А он отказался?

В отличии от меня Матвей лёг на живот и, похоже, тот самый внушительный остро стоящий вопрос ему никак не помешал. Меня, кстати, занимал когда-то этот вопрос. В смысле, не Волковский, конечно, а в принципе мешает ли парням стояк лежать на животе. Видимо, не слишком.

Под аккомпанемент журчащей мелодии девушки принялись разминать наши мышцы и мне показалось, что Волков моментально уснул. По крайней мере, он не издавал ни звука и дыхание его было очень ровным. Я и сама стала ловить себя на том, что стало тянуть в сладкую дрему. А когда повинуясь знакам девушки я тоже перевернулась на живот, то и вовсе стало натурально вырубать. Дома мы с мамой и Янкой друг другу делали массаж, но с этим ему, конечно, было не сравниться. Да ещё и ароматы и атмосфера. Я просто растеклась под руками, нежно, но уверенно перебирающими мои мышцы, как чудилось, чуть ли не до костей. Вот уж правда расслабление по полной, даже думать не выходило, меня будто на тёплых волнах покачивало, убаюкиваю, изгоняя всё дурное из мыслей, отрывая от земли, унося-унося в мир волшебной дремы.

Однако, в какой-то момент что-то изменилось. Девушка добралась до моих ступней, перебирая пальцы и мягко надавливая на стопу, и я внезапно ощутила, что со мной происходит нечто странное. То есть, я прекрасно знала название этому странному. Грудь наливалась болезненной тяжестью, а низ живота потихоньку начало очень подозрительно потягивать, причём ощущения нарастали весьма стремительно и при этом общая расслабуха меня не покидала. Я однозначно возбуждалась, себя-то в этом смысле знаю, ведь быть девственницей не значит не знать своё тело и его реакции, мне же не четырнадцать. Возбуждалась, накатывало прямо всерьёз, но иррационально оставалась спокойной, будто ничего дико необычного не происходило при этом.

А ведь происходило. Оставив мои ступни в покое, ладони скользнули вверх по ногам до уже размятых ягодиц, сжали их и тут я поняла, что это уже совсем не те ладони. Большие, сильные, с грубоватой кожей. Я мигом окаменела, но дернуться не успела — горячая неподъемная тяжесть накрыла меня, обездвиживая. Сковывая, но не размазывая так, чтобы и не вздохнуть было.

— Тш-ш-ш! — прошептал голос Волкова, его дыхание защекотало мочку моего уха и сразу коснулись губы. — Тихо-тихо, девочка. Сейчас всё будет.

— Угрожаешь? — зачем-то брякнула я, чувствуя себя как в каком-то сюрре.

В моих фантазиях всё обычно так и происходило — неизвестный любовник появлялся внезапно, без предупреждения, без возможности даже в лицо ему взглянуть, управлять чем-то, прижимал собой к кровати или к стене, целовал и шептал. Вот только у него никогда не было собственного запаха, от которого внезапно мутилось в голове, не было настоящего, вот такого абсолютно реально веса, не было этого ощущения кожа к коже, не рождалось будоражащей щекотки от его резких выдохов, и уж точно внушительная обжигающая твёрдость не вжималась угрожающе между моих ягодиц.

— Обещаю, — выдохнул Матвей и одна из его ладоней скользнула под мой живот.

— Не над… — возражение застряло у меня в горле, когда она накрыла мой лобок и половые губы и надавила.

Тело прошило острым импульсом и скрыть этого не вышло. В панике я попыталась завертеть головой, ища взглядом азиаток.

— Тихо, сказал, Лиль! — приказал Волков. — Мы одни.

Смысл его слов доходил до меня несколько секунд, да ещё новое нажатие его ладони задержало понимание по пути, заставив вздрогнуть всем телом.

— Одни? — растерянно хрипнула я и обмякла, стукнувшись лбом о мат, и тут же охнула и снова дёрнулась, от ощущения вторжения пальца между моими половыми губами.

Один, совсем чуть, не глубоко, мягко, почти неощутимо, но при этом шокирующе отчётливо.

— Да ты течёшь прямо… — пробормотал Матвей, провел ртом по моей шее сзади, прошелся поцелуями по плечу и двинул слегка слегка пальцем во мне, отчего снова прострелило от макушки до поджавшихся пальцев ног. В голове загудело, в ушах ритмично застучало, внутри, там внизу потянуло уже совсем-совсем нешуточно. — Мокрая… отзывчивая… горяченная какая… Ты же мне покажешь, а? Покаже-е-еш-ш-шь…

Давление и палец из меня исчезли, неожиданно вырвав вскрик. Стало самую малость легче, Волков приподнялся, но ровно настолько, чтобы схватить мою руку, переплести пальцы и вернуть теперь обе на прежнее место и снова прижаться.

— Давай, девочка, дава-а-ай, — зашептал Матвей, как змей искуситель, растягивая слова и они почему-то будто текли по моим нервным окончаниям, будоража, выгоняя возбуждение наружу, освобождая его. — Да-а-вай, Лиль, покаж-ж-и-и-и… — Он надавил на мои пальцы своими, принуждая начать стимуляцию и меня снова мощно тряхнуло. Никогда такой острой реакции на собственноручную работу я не испытывала. — Глубже? М? Мягче? Или сильнее? Покажи как тебе хорошо, маленькая… Хочешь быстро? Или нежненько? Давай-давай-давай, Лиль!

Я будто одурела от этих его “давай-давай-давай” и совершенно бессознательно задвигала рукой, закусив губу и зажмурившись, потому что внезапно почудилось — не кончу и дышать не смогу больше.

— Да-да, умница моя! — тихо, но хищно рассмеялся Волков, — Вот та-а-ак… прям ручьём по пальцам…

Его пальцы уверенно скользнули между моими, практически заменяя их, ещё усиливая нажим и ускоряя темп и вдруг он сам стал толкаться сзади, скользя членом между моими ягодицами. Вспышка страха была молниеносной, появилась и исчезла под неумолимой накатывающей на меня разрядкой. Тело окаменело за мгновенье до, а потом меня словно пылинку в урагане зашвыряло. И это длилось, возвращалось, опять, потому что пальцы бьющие чрезмерно точно всё никак не исчезали, как и ритмичные мощные толчки сзади.

Я всегда останавливалась сразу, после первой же волны, не позволяя себе большего. Поэтому чуть не рехнулась от того, что всё заставлял меня чувствовать Матвей.

— Хватит! Не могу больше! — взмолилась я, выдергивая свою руку, но он не остановился сразу.

Убрал и свою, навалился сильнее, вжался членом до боли почти и сделал ещё с десяток мощных толчков. Содрогнулся, издав протяжный гортанный стон, кожу моих ягодиц и поясницы залило горячей влагой.

Волков помедлил ещё с полминуты, мощно вздрогнув ещё несколько раз, сместился, освобождая меня. Сгреб одно из полотенец с пола, без особой деликатности протёр мою кожу, растянулся на мате рядом, вытираясь сам.

— Ну неплохо для начала. — сказал он своим обычным ледяным безэмоциональным тоном.

Я отвернулась, не в силах смотреть на него и ощущая, что потеряла только что нечто очень-очень важное. Нет, ещё не девственность физически, но это уже и не имеет значения. Только что Волков отобрал у меня что-то, без чего прежней я уже не буду. И это совсем не моя привычная сексуальная фантазия, любовник в которой теперь всегда будет с его лицом, запахом, голосом и тяжёлой твёрдостью пониже моей поясницы. Это что-то больше, намного, глубже.

Слезы полились сами собой, а от усилий скрыть их наоборот всю затрясло, сбросив в натуральную истерику. Вскочив, я схватила своё платье и ломанулась из комнаты. Матвей что-то кричал вдогонку, приказывал, но я не слушала, неслась, натягивая платье на ходу. Вслепую врезалась плечом в дверной косяк, заревела ещё сильнее от боли , пронеслась мимо массажисток, сидевших в шезлонгах у бассейна и тут же вскочивших. Промчалась по коридору, вверх по лестнице, влетела в отведенную мне спальню и вбежала прямиком в ванную. Заперлась, стянула платье и запрыгнула в чашу ванны, крутанув краны на полную.