Натиск

8

Понимание

Я все еще не получил ответа c Эдема по поводу использования Длани. Я понимаю, что элитные силы Императора могут быть вырваны из безвременья только в исключительных случаях, но эта кощунственная кампания выходит из-под нашего контроля! Мятежный лорд Ниротос и его последователи несут свои слова все большему числу миров! Правда, их Черная Длань была изгнана из окрестностей сверхновой Кеплера, но большая часть армады все еще нападает на системы малых родов на окраинах галактики! И я хочу напомнить, что Черная Длань — одна из величайших бывших Дланей Императора! Наше положение с каждым днем становится все более отчаянным!

Я умоляю Его Императорское Величество выслушать меня. Мы не можем допустить, чтобы взгляды Ниротоса на всеобщее использование императорской амброзии нашли больше сторонников! Жизнь — это ценный дар, это правда. Но право на ее продление должно идти рука об руку со здравым смыслом и объективным суждением, потому что только это позволит выжить тем, чье существование наиболее ценно для всей Галактической Империи.

Тайфо Кортелл, господин Третьего Отряда, принц рода Кортелл, главнокомандующий 44-й флотилией Сил Порядка Империи,

аудиозапись, записи Галактической Сети

Что-то менялось. И, похоже, менялось к лучшему.

Яр Ворон, наследник Великого Рода Воронов и один из ведущих кандидатов имперской Ксенопрограммы, заметил это почти сразу, как только переступил порог Купола Мыслителей. Прямо за его спиной приземлились последние капсулы ликторов — запущенное Просветленными электромагнитное поле заставило погаснуть свет на террасах Купола. Возможно, Мыслители не имели оружия, но программное отключение вооружения с имперской блокировкой имело побочные эффекты и для остального оборудования.

Наверное, поэтому пропала связь с Пин Вайз. С Мыслительницей, о которой он начинал все больше беспокоиться.

Пока он бежал по коридорам Купола, думая, успеет ли. Девушка упомянула что-то о Лекторе Сети Тролте — что именно? Неизвестно. Одно было ясно: она хотела, чтобы Ворон попал в Центр. Поэтому он должен был туда добраться — и как можно скорее.

Что-то коснулось его примерно на полпути, когда Персональный Машинный Опекун внезапно задрожал и замер. Машина замедлилась, словно впав в какой-то странный ступор. Яр повернулся к ней с удивлением, глядя, как человекоподобная фигура устройства пытается сделать еще один шаг, прежде чем внезапно остановиться. Что…

Орбисы, понял он сразу. Небольшие летающие шарики ликторов, которые были ничем иным, как излучателями поля; он слышал о них несколько раз. Просветленные, должно быть, впустили их первыми в комплекс, усилив действие электромагнитного поля, излучаемого капсулами. Сам он ничего не почувствовал, но его Машина, должно быть, попала в зону воздействия одного из них. Ему пришлось оставить ее, похоже, другого выхода не было.

Он ускорился. Без помощи Опекуна было немного сложнее, но он более или менее помнил дорогу. По крайней мере, надеялся, что помнил. Только не знал, сможет ли пройти. Часть дверей включила автоматические замки, другие были распахнуты. Казавшийся простым маршрут превратился в лабиринт, из которого он должен был выбраться.

Быстрее, подгонял себя мысленно. Быстрее!

Он знал эти проходы. Помнил, куда вела его в самом начале Машина-шар. К тому же начал встречать людей. Мыслители и технический персонал выглядели испуганными и неохотно отвечали на вопросы, но — что оказалось решающим — бежали в противоположном направлении. Они собирались выбраться из Купола и, чего они, вероятно, не знали, попасть в руки ликторов.

Что ж, подумал он, пробегая по очередному узкому коридору в направлении Центра, рано или поздно они наткнутся на них. Или увидят только белый, убийственный свет имперского очищения. И я тоже его увижу… если не найду Вайз и каким-то чудом не проскользну через имперскую блокаду.

То, что шансов на это мало, он понял через пятьдесят метров.

По сути, он почти добрался до Центра. И что-то перестало сходиться. Он еще не знал, что именно, пока не остановился и не посмотрел с удивлением на окружающую обстановку.

Что-то прорастало на стенах Купола — как пульсирующие жилки, покрывающие их неровной паутиной. Немного изменилась и структура пола, который показался ему мягким. Яр присел на корточки и протянул руку. Пол был теплым. Он только не понимал, почему. Это Паломники? Они пересекли условную границу, установленную в первом раунде переговоров, и вышли с изменением среды за пределы фрагмента Центра? Если, поправился он мысленно, были какие-то переговоры. Может, предварительные договоренности, основанные, кстати, на некой условности, полностью расходились с целью, поставленной Лектором. Может, Чужаки решили, что для того, чтобы преодолеть Парадокс Восприятия, нужно захватить Купол…

Нет, подумал он. Это абсурд. Зачем им это делать? Они же установили связь, а их корабль все еще был над комплексом. Какой смысл в такой стратегии? Нужно быстро экстраполировать эти изменения. Только вот…

Вайз. Я должен как можно скорее найти Вайз.

Ворон встал, бросив предварительный анализ, который начал медленно раскрываться перед ним, как веер. Там что-то было: на заднем плане, уже не скрытое Парадоксом Восприятия. Он мог бы это увидеть, если бы только…

В десяти метрах от него стоял имперский ликтор.

Наверное, он пробрался через какой-то боковой проход или просто был одним из первых Просветленных, которые приземлились и вошли в Купол. Яр с трудом сдержался, чтобы не сглотнуть слюну. Ему не хотелось, чтобы так называемый в надъязыке Палец Длани Императора сразу уловил его страх.

Сам ликтор, как он и ожидал, выглядел персонажем из легенд — забытым солдатом, сражавшимся на стороне Императора в те времена, когда Великий Род Воронов был, вероятно, одним из младших родов, пытавшихся завоевать расположение Трона Эдема. Одетый в ликторский vestimentum, похожий на серую ткань, он выглядел старым и странно омертвевшим. Золотая machina lorica — самосознательная броня — неспеша скользила по его телу, сверкая лоскутами, чешуйками и фрагментами самоформирующихся кольчуг. Но не это было самим страшным, а его ликторские fasces — машинные, нейронные ремни, сформированные в нечто, похожее на электрический топор с лезвием. Оружие тихо гудело и выглядело так, будто само хотело броситься на Наследника Рода.

— Кто ты? — спросил ликтор. Тяжелый и сухой голос. Некоторые считали, что пребывание во вневременности и постоянное употребление амброзии могут лишить Просветленных человечности, и, по мнению Яра, голос ликтора подтверждал это. — Кто ты? — повторил он механически, и Ворон понял, что третьего вопроса не будет.

— Яр Ворон, — быстро ответил он. — Наследник Великого Рода Воронов, кандидат Ксенопрограммы Империи. Я близкий сотрудник Мыслителя Первой Степени Лектора Сета Тролта, управляющего ИКП. Я хотел бы…

— Тихо, — приказал ликтор. Он по-прежнему стоял неподвижно, хотя немного наклонил голову со странно мертвыми глазами. Скорее всего, прислушивался к приказам, хотя было трудно сказать, откуда они доносились. Неужели его подключили к Галактической Сети? — Ты нужен, — добавил он через мгновение, снова глядя на Ворона. — Тебя нужно доставить в указанное место.

— Я не знаю, где это. Я ищу Пин Вайз. Она Мыслительница, которая…

— Молчи. Приказ дан. Ты пойдешь в…

— Послушайте меня! — перебил его Яр. — Я должен найти Мыслительницу Пин Вайз. Можно…

Он так и не закончил фразу. Ликтор только мелькнул. В один момент он стоял в нескольких метрах от него, а в следующий — уже рядом с Яром. На долю секунды Ворон заметил бледное и изрезанное десятками шрамов тело ликтора.

— Тихо, — повторил Просветленный, но Яр уже не слышал. Легкий удар электрооружием заставил его сразу потерять сознание.

***

Эд, к своему удивлению, не дал себя поймать.

Как только он понял, что его опасения не напрасны и что на поверхность Этеры спускаются капсулы ликторов, сразу спрятался в одном из помещений комплекса. Оттуда он слышал крики испуганных Мыслителей и топот множества ног, а затем первые характерные хлопки. Рядом, должно быть, приземлилась целая серия капсул ликторов.

— Чудесно, — пробормотал он про себя. Времени было мало. Если Просветленные войдут в Купол, сначала они разбросают по нему орбисы и начнут сканировать помещения. А что будет дальше, он знал отлично. Он уже однажды испытал это: в конце знаменитой кампании Ниротоса.

Тогда он был еще ребенком, но помнил битву за звезду Барнарда, расположенную всего в шести световых годах от Терры, а точнее, за его небольшую родную планету Эдвард, злобно называемую «планетой Эдов» из-за большого количества детей, чьи имена должны были напоминать имя известного первооткрывателя звезды. Он помнил, как в тот день капсулы ликторов, ищущих беглых солдат Ниротоса, приземлились на Эдварде, и как они провели очищение, сравняв с землей небольшой поселок Эда. Возможно, именно тогда он впервые почувствовал давление интерполяции: увидев, что происходит, он внезапно понял всю цепочку причин, приведших к этому, и путем дедукции догадался, какой конец их ждет. Поэтому сбежал, как и сейчас, и спрятался, как крыса. В первом порыве он не думал о своей колонии, семье или даже о маленькой сестре. Он боялся и благодаря этому выжил.

И намеревался выжить на этот раз.

Спрятавшись за одним из столов, он благодарил небеса за свой небольшой рост. Несколько раз услышал характерный тихий шум machina lorica. Заметил ли он золотой отблеск? Возможно… Слышал, что ликторы с презрением относятся к вопросу скрытия или заглушения звуков, издаваемых их оборудованием: высокомерие и вековая служба заставили их считать такое поведение трусливым. К его счастью.

Но это не меняет того факта, что он не может вечно прятаться здесь. Нужно выбраться из Купола Мыслителей, пока ликторы не закончат то, что они собираются сделать на поверхности планеты. То, что речь идет о прорыве, было довольно очевидно. Как же они будут действовать?

В первую очередь, собрать материалы. Мыслители не важны, как и этот маленький клан Саттонов, который всем заправляет. Возможно, часть из них уже сбежала… с разрешения Дамы Императора. Некоторые шансы могут быть у кандидатов ИКП, но он в этом искренне сомневался. Всего лишь работники, не такие важные, как материалы. Следующим шагом будет первоначальное уничтожение. Ликторы убьют всех, кого сочтут потенциально опасными: возможно, даже самих Паломников. А если над Этерой действительно находятся корабли Императора, то остается только вопрос времени, когда планета будет очищена. Как же сбежать, прежде чем будет отдан приказ об уничтожении? Вся система наверняка заблокирована и хорошо охраняется. Мышь не проскользнет. Ничто отсюда не улетит. Ничто, кроме самих капсул… и лихтуги Зои Марк, Гласа Императора.

Я должен туда пробраться, понял он. Лихтуга — последнее место, где могут ожидать беглецов. Кто бы бежал в символ императорской власти в такой момент?

Только кто-то очень отчаянный. А он был отчаянным. И очень хотел выжить.

***

— Лучше пока не вставай, — тихо и слегка дрожащим голосом сказала Пин Вайз. — Яр, ты слышишь, что я тебе говорю…? Я сказала, не шевелись!

— Где…

— В кладовой, рядом с Центром, — быстро ответила она, видя, что Ворон приходит в себя.

Наследник Великого Рода сначала лежал как мертвый, когда ликторы принесли его вместе с другими пойманными Мыслителями. Она уже боялась, что электрооружие, эти странные трансформирующиеся фасции, выжгло ему мозг.

— Сюда нас привели. По крайней мере, часть из нас, — уточнила она, глядя на сидящих у стен испуганных Мыслителей и техников.

— Ликтор…

— Их, кажется, двое. Один стоит у выхода. Второй в коридоре. Ты уже пришел в себя?

— Почти, — признался он, медленно садясь рядом с ней на пол. Все еще слегка кружилось, но он чувствовал, что не ранен серьезно. Какой смысл убивать одного из кандидатов, не проведя заключительного допроса? — Интеллектсинхрон, — начал он, подбирая нужный тон, но Вайз протянула руку и сразу приложила ее к его губам.

— Никакого надъязыка, — предупредила она. — Два Мыслителя уже пробовали. Просветленные очень чувствительны к этому. Их забрали.

— Они боятся, что кто-то начнет заговор?

— В надъязыке можно слишком многое сказать.

Яр кивнул головой. Простая, праязыковая экспрессия.

— Мой отец, — начал он, — пытался меня предупредить. К Этере прибыли Длани Императора. Ликторы — это только начало. Дойдет до очищения системы. Возможно, по инициативе Зои Марк.

— Значит, они знают о прорыве. — поняла Пин. — У нас получилось… и теперь они хотят все разрушить. — Ворон все еще плохо видел, но заметил, что девушка побледнела. — Это моя вина… если бы я не рассказала о своих опасениях перед Троном Звезд…

— Перестань, Вайз. Теперь это уже не имеет значения. — Коснулся ее руки. Она сжала его пальцы, но он чувствовал ее дрожь. — Не думай об этом, — твердо добавил он. — Расскажи мне о Лекторе. Что ты хотела мне сказать? Тогда, перед тем, как нас рассоединили?

— Сет… — начала она неуверенно, поглядывая на ликтора, стоящего в дверях, — он проснулся.

— Как это «проснулся»?

— Как ты знаешь, его изолировали, — сказала она чуть увереннее, переходя на типичный тон Мыслительницы. — Но он начал… — Прервалась и на мгновение замялась, прежде чем закончить: — Он изменился, Яр! Произошла какая-то трансформация.

— Он превратился в Чужака?

Она покачала головой.

— Не совсем. Может, наполовину. Вначале, когда он начал «трещать», мы так думали, но это нечто большее. И дело не только в нем. Ты видел эти жилы в коридорах? Они разрастаются. И не только это. Происходят какие-то непонятные… сбои. Как будто окружающая среда начала трансформироваться, как Сет…

— Какая-то нанотехнология Чужаков? Они устанавливают здесь свои атмосферные условия?

— Нет. Не думаю. Это, наверное, что-то более глубокое.

— То есть?

— Яр… — Мыслительница снова посмотрела на наблюдающего за ними Просветленного, но ликтор даже не шевельнулся. — Мы должны сейчас…

— Знаешь, что да.

— Ликторы…

— Пока они нам ничего не сделают, — успокоил он ее. — Наверное, они нас слышат, но считают этот разговор безопасным, хотя бы потому, что мы говорим на праязыке. К тому же мы можем знать, где находится часть материалов ИКП. Они хотят их забрать. Значит, они захотят провести официальный допрос.

— Да… — призналась она через минуту, немного расслабившись. Яр ждал. — Ты прав, — наконец сказала она.

— Я вижу это, — заметил он. — Для этого не нужно экстраполяции… Можно предсказать, что так и будет.

— Тебе повезло. Мне все прогнозы кажутся размытыми. Иногда я бы предпочла… Прекогниция такая изменчивая…

— Не думай об этом сейчас. Лучше расскажи мне про «что-то более глубокое». Пожалуйста.

— У Эда была теория… — начала она через минуту, уже более уверенно, хотя все еще поглядывая на ликтора. — Как интерполятор, он занимался подпрограммой ИКП, касающейся эволюции и панпсихизма. Речь шла о более высоком уровне наблюдения реальности. Что-то вроде надъязыка, но с точки зрения восприятия.

— Надперцепция. — Ворон слегка кивнул головой. — Вайз, не надо мне цитировать основные понятия ИКП. Я знаю их так же хорошо, как и ты. Построение моста с Чужаками благодаря выходу на более высокий уровень сознания и так далее. Тупик.

— Эд думал иначе. Он утверждал, что, поняв восприятие Чужаков и преодолев Парадокс, можно начать воспринимать реальность так же, как они. Если удастся выйти на более высокий уровень сознания.

— А какое это имеет отношение к тому, что происходит?

— Он считал, что реальность может быть пластичной, ведь, как мы знаем, ее образ зависит от наблюдателя, — сказала она. — Ее самая глубокая структура. Та, что на уровне постоянной Планка, где пространство-время квантуется… где существует глубокая корреляция между энергией, материей и информацией. Теоретически, там могут даже находиться все идеи Платона. Помнишь исследования структуры реальности и эксперименты с воздействием Глубины? Благодаря им Мыслители имеют компьютеры с эмиттерами многомерностей. Все для того, чтобы проводить вычисления, выходящие за пределы физических ограничений нашей Вселенной…

— Вайз, — Яр поморщился, — это философия, а не практика. Я должен поверить, что реальность меняется в результате какого-то магического соединения восприятия человека и Чужака? Эд нес чушь. Если бы это было так, реальность должна была бы измениться в тот момент, когда мы впервые столкнулись с Чужаками. Их восприятие начало бы тогда противоречить нашему…

— Я просто повторяю то, что сказал Эд, — ответила она.

— А сам карлик? Где он?

— Не знаю… мы разделились, когда капсулы начали приземляться.

Ворон кивнул головой и медленно, нежным жестом коснулся темных, длинных, переходящих в фиолетовый волос Пин.

— Надеюсь, — сказал он немного тише, — что это разлучит его с нами надолго.

***

Эд увидел ее, как только выбрался из Купола Мыслителей.

Вообще-то, он не был полностью уверен, что видит ее. Он все еще с трудом хватал воздух после выхода из тесного вентиляционного канала. Несколько раз был уверен, что застрянет там. Однажды наткнулся на зитигу — этерского паразита, живущего в стенах современных зданий и напоминающего слизистого осьминога. К счастью, это существо не было плотоядным. Оно только сосало энергию, и, хотя Эд с трудом сдержал отвращение, ему удалось протолкнуть зитигу в ответвление узкого коридора. Когда он наконец выбрался наружу, сначала нервно огляделся по сторонам. Нигде не было видно ликторов; неужели все вошли в здание? Рефлекторная интерполяция показала ему следы на земле: под Куполом были стальные тротуары, но ветер нанес сюда немного песка. Эд увидел, как развеянные песчинки соединяются и образуют следы прохода. Стандартный патруль, подумал он. Быстрый, эффективный и успешный. Они не вернутся. Теперь оставалось только ждать, но он чувствовал, что успеет дойти до лихтуги, пока Просветленные не укрепят кордон. Начал подниматься на ноги. Ему нужно только…

Менее чем в пяти метрах от него, на окружающей Купол стене, сидела девочка.

Она выглядела… как она выглядела? Он не был уверен. Милой, может даже красивой, но странно одетой: в белом платье с оборками. Она слегка улыбалась, и Эд подумал, что это, наверное, самая красивая, но и самая грустная улыбка, которую он видел в жизни. Улыбка, которая проникала прямо в сердце и оставалась в нем, как болезненная заноза.

Карлик моргнул.

— Привет, Эд, — сказала девочка, и, кажется, тогда он заметил, что ее глаза переливаются нежным серебром. — Я Энди.

— Привет, Энди… — пробормотал он.

Он уже остановился, но чувствовал, что ноги у него как ватные. Это свет? Ему казалось, что не только глаза девочки горят нежным серебром. Что-то скользило к нему. Материя, на которой он стоял, казалось, впитывала серебро и отдавала его в виде теплой, мягкой волны. Он вздрогнул.

— Кто…

— Я уже сказала тебе. Я Энди, — ответила она. Она слегка наморщила носик, но улыбка расцвела на ее губах. — У меня мало времени, поэтому я только спрошу: как ты развлекаешься, Эд?

— Я не понимаю…

— Подожди… — Девочка спрыгнула с каменной ограды и подошла к карлику.

С каждым шагом от нее исходило нечто: даже не серебристый свет, а огромная, тяжелая, всепоглощающая сила. Нет, подумал испуганный Эд. Пусть не подходит ближе!

— Что у нас тут? — спросила она, наклонив голову, и карлик почувствовал, как что-то проникает в его испуганный мозг. — Я действительно любопытна. Ну, так что? Прорыв, да? Удалось?

— Вроде того… — прохрипел он. Энди кивнула головой.

— Послушай меня внимательно, Эд, — сказала она, и вдруг ее голос зазвучал странной, гнетущей твердостью. — Ты не будешь меня помнить, но запомнишь то, что я скажу.

— Что…

— От этого многое зависит, — заявила она. — Сосредоточься. Я хочу сказать, что у тебя есть два варианта. К сожалению, в любом из них ты умрешь, Эд. Возможно, второй вариант гарантирует тебе немного более длительное существование, но твоя смерть неизбежна, какое бы решение ты ни принял. Ты должен это знать.

— Я… пожалуйста… — пролепетал он. Это не ребенок, понял он, и понимание внезапно охватило его, как осознание неизбежности смерти, предсказанной девочкой. Что бы это ни было, оно обладало мощью. — Прошу…

— Первый вариант, — продолжило существо, представившееся как Энди, — после нашего разговора ты пойдешь к лихтуге. Это создаст определенные сложности. То, что вы называете экстраполяцией, попадет в хаотический аттрактор. Будет сгенерировано слишком много переменных, что сделает невозможным точный прогноз. Эффекты будут умножаться в геометрической прогрессии, и возможно, что Выжженная Галактика никогда не возникнет.

— Выжженная Галактика?

— В этом случае тебя могут убить ликторы или сама Глас Императора. Это результат с самым высоким коэффициентом вероятности, — сказала девочка. — В принципе, он составляет почти шестьдесят пять процентов. Это произойдет потому, что ты забудешь о существовании контролирующего поля, создаваемого лихтугой, и тебя быстро обнаружат. Но есть еще тридцать пять процентов шансов, что все будет по-другому. В десяти из них тебе удается добраться до корабля и спрятаться внутри. Однако ты обнаруживаешь, что не можешь подключиться к блокированному Дамой программному обеспечению стазиса. В этой реальности, когда лихтуга покидает систему, ты умираешь от глубинной болезни.

— Болезни… — пробормотал он, но Энди еще не закончила.

— В пятнадцати процентах случаев, достигнув корабля, ты решаешься на конфронтацию с Дамой Императора. Зои Марк выслушает все, что ты хочешь сказать. Ты используешь все тонкости надъязыка, но не можешь скрыть того факта, что знаешь о преодолении Парадокса Восприятия, и Летописчица, видя угрозу раскрытия этого секрета, казнит тебя.

— Прошу… я не хочу умирать!

— Осталось десять процентов, — продолжает невозмутимое существо с серебряными глазами. — В них ты берешь контроль над лихтугой и убиваешь Зои Марк. Ты добиваешься успеха… но только временного. Ты собираешься сбежать из системы, но не можешь эффективно управлять кораблем и не проходишь через блокаду Длани Императора, а лихтуга уничтожается.

Карлик упал на колени и спрятал лицо в ладонях. Существо говорило правду, он был в этом уверен. Значит… смерть? Неизбежная и столь же верная, как будто она уже наступила? И почему, вдруг подумал он, почему становится так холодно?

— Послушай, Эд. — Девочка подошла ближе. — Времени осталось мало. Чувствуешь этот холод? — спросила она. — Вот почему меня не должно здесь быть.

— Я чувствую… холод.

— Именно, — призналась она, и в ее глазах заблестели серебряные, игривые искорки. — Он медленный, но скоро прибудет. Поэтому я хочу, чтобы ты вспомнил, прежде чем забудешь меня. Он выслушал о втором варианте. И принял правильное решение.

— Кто? — прошептал он. — Что я должен вспомнить?

Энди улыбнулась, и он вдруг понял, почему ее улыбка одновременно выражает счастье и грусть.

— То, как сильно ты любишь Пин Вайз, — сказала она.

***

Меньше чем через час после захвата Купола Мыслителей и ареста заместительницы Лектора Сета Тролта, Мыслительницы Второй Степени Тене Хармот, в комплекс прибыла Имперская Летописчица, Глас и Дама Императора, Зои Марк.

Ее черное вестиментум выглядело как грозовая туча. Обратившись в живую тень, оно плыло перед ней и за ней, как пульсирующая тьма. Каждое движение Дамы, каждый тонкий метасигнал, произнесенный в надъязыковых структурах, воспринималось им и преобразовывалось в физическую форму. Часть этой волны была отражением настроения Зои, но многие фрагменты и частицы были ничем иным, как условными рефлексами. Создатели вестиментума и его боевых форм махина лорика знали, что усиление рефлексов тела может повысить безопасность одетого таким образом человека, и охотно этим пользовались.

Но Дама и так была полностью защищена. Ее сопровождала охрана имперских ликторов.

— Конечно, лорд Хресиос, — шептала она через обычный контактный канал. Глубинная связь через Окно уже не была нужна. Не в тот момент, когда Тридцать третья Длань Императора оказалась на орбите Этеры. — Полагаю, по терранскому времени двадцать четыре часа. Нет, — отрицательно ответила она, и вестиментум внезапно сжался и застыл. — Сразу после того, как забрали материалы в мою лихтугу. Не предвижу никаких сложностей. — Она на мгновение замолчала, прислушиваясь. — Да, лорд, — наконец сказала она. — Да будет он вечен.

— Двадцать единиц, — сухо сообщил один из ликторов, и Дама кивнула головой. Помещение, в котором находился весь персонал и Мыслители, было неподалеку. — Виден дефект.

— Это то, на что я смотрю?

— Да, Дама.

— Подождите, — приказала она, приближаясь к части коридора, покрытой пульсирующими жилами. — А Лектор?

— Его не нашли. Поиски продолжаются.

— Сейчас это неважно, — решила она. — Если его очистят, он погибнет вместе с остальными. Это здесь?

— Да, Дама.

— Отлично. Оставайтесь снаружи, — приказала она, переступая порог помещения с оборудованием, где у стен были размещены пленники.

Среди пленников прошел шум, но Глас Императора не обратила внимания на него. Вместо этого она внимательно осмотрелась и, заметив интересующие ее фигуры, махнула рукой Просветленному, охранявшему проход.

— Кандидаты ИКП, — сказал через мгновение ликтор. — На выход.

— Встаем, Вайз, — пробормотал Яр Ворон. Милая Мыслительница выглядела немного испуганной, но он взял ее за руку. — Допросы, помнишь? Как я говорил.

— Где третий? — спросила Зои Марк. Яр поднял глаза, но лицо Дамы было частично скрыто вестиментум, и он не смог прочитать ее сигналы.

— Мы не знаем, где карлик, — сказал он. — Его не было с нами.

Летописчица жестом подозвала ликтора и что-то шепнула ему на ухо.

— Вы будете доставлены в мою лихтугу, — обратилась она снова к Пину и Яру. — Там мы закончим наш разговор.

— Мы бы предпочли… — начал Яр, но Зои не дала ему закончить.

— Ваши желания не имеют значения, — объявила она. — Вы будете выполнять приказы, если хотите выжить. Есть основания полагать, — она повысила голос, чтобы все в комнате могли ее услышать, — что в ходе реализации имперской Ксенопрограммы произошла измена.

Так вот как они хотят это обставить, подумал Яр. Официальная, безопасная версия. Простое объяснение для нервных Великих Родов. И для самого Великого Рода Воронов, если мой отец решит отомстить за убийство своего наследника. Измена.

— Если можно спросить, — начал он так же громко, как Дама, — о какой измене идет речь?

— Императору, — почти сразу ответила она. — И всему человеческому роду.

— Прорыв, — тихо вставила Пин. — Соглашение с Чужаками будет рассматриваться как измена.

— Серьезные обвинения, — заметил Наследник Рода, позволяя своему голосу слегка вибрировать звуковыми нюансами надъязыка. — Значит, контакт с Паломниками был тщательно проанализирован и на этом основании сделан вывод, что Мыслители, реализующие ИКП, совершили измену человечеству?

— Этот вопрос, — сказала Дама, — еще будет тщательно изучен.

— Я спрашиваю об этом, — продолжил Яр Ворон, — потому что, если действительно произошла измена, то для такого вывода нужно полностью понимать работу Мыслителей, а значит, и детали контакта с Чужаками. Имеет ли Империя технологию, позволяющую это сделать? Или, может быть, она совершила свой собственный прорыв в Парадоксе Восприятия?

— Как я уже сказала, — ответила Зои Марк жестким, язвительным тоном, — этот вопрос будет тщательно изучен. Ликтор, выведи кандидатов ИКП.

— Что вы делаете? — раздался голос из зала. — Кандидат прав! Какая измена?

— Это какая-то чушь!

— Над Этерой висят Длани Императора?

— Имперская Гвардия на планете?

— Ликторы производят незаконные аресты!

— Они хотят провести здесь очищение! Ищут повод!

Яр молчал, но слегка улыбнулся. Шум нарастал. Он добился своего, и Мыслители перестали вести себя как покорные овечки.

— Я требую связи с Великим Родом Саттонов! — крикнул кто-то, вспомнив, что в случае споров между Императором и Великими Родами необходимо провести расследование. Это могло сработать и отсрочить очищение… если бы Дама попала в ловушку и согласилась на принудительный официальный контакт с Великим Родом. Глас Императора имел немедленную юридическую силу, но последствия игнорирования официального порядка, когда он уже был запрошен, могли быть значительными даже для Звездного Трона.

— Великий Род Саттонов! — начали скандировать, и Ворон заметил, что Летописчица немного побледнела. Ее вестиментум начал формироваться в защитную структуру. — Великий Род Саттонов!

— Молчать! — повысил голос ликтор, но люди были уже слишком взволнованы, чтобы сдаться так легко. Часть встала на ноги и начала размахивать кулаками.

— Сохраняйте спокойствие! — прокричала Зои, но это не помогло. Какой-то человек, похожий на техника, направился к выходу. Ликтор грубо оттолкнул его, и мужчина упал на пол. Толпа зашумела.

Но Яр Ворон уже не слушал. Он смотрел на появившегося из ниоткуда карлика Эда.

Третий кандидат в ИКП выглядел так, будто прополз через вентиляцию и мусор. Незаметный в окружающем хаосе, он уверенно подошел к Просветленному и, к удивлению Яра, дернул за фасции, прикрепленные к machina lorica и сформированные в копье. То, что ему удалось вырвать их у ликтора, можно было объяснить только неожиданностью.

Просветленный отреагировал быстро. Он развернулся, и его золотые доспехи зашуршали. Но в этот момент на него навалилась толпа разъяренных людей, пытавшихся вырваться наружу. Они сковали его движения — на этот один, жуткий момент.

Ворон посмотрел в глаза карлика. В них блеснуло безумие и нежный отблеск серебра. Ты никогда не получишь ее, прочитал он в сигналах, исходящих от Эда, и в шепоте надъязыка. Ни ты, ни кто-либо другой.

Она никогда не будет твоей.

Наследник Рода прыгнул в сторону. Столкнулся с одним из Мыслителей. Чуть не сбил другого, отчаянно вытягивая руки. Он знал, что не успеет.

Однако ему повезло. Копьё, брошенное карликом, полетело в сторону Вайз, но Яр был быстрее. Он заслонил девушку.

И даже не почувствовал, как fasces вонзился в его тело, разделившись внутри на режущие, безжалостные ремни. Он был уверен только в том, что слышит крик Пин и отчаянный вопль карлика.

А потом его поглотила тьма.