Натиск

5

Наемница

Генотрансформаторы запрещены Императорским указом, и их использование будет преследоваться по всей строгости Имперского закона и Кодекса правонарушений. Все несанкционированные операции по генной трансформации считаются преступлением по параграфу 2445B ИЗ и пункту 88 КП, а сами устройства для генной трансформации будут опечатаны и переданы отдельным Имперским Мыслителям и ИКЛ — Имперским Корпусам Медиков.

Обоснование приговора по делу

о гентотрансформаторах

и их использовании,

дат. 126 Имперский год,

Имперская эра, автор неизвестен

Одно было ясно — это точно не был прыгун.

Системы тюремной планеты Сигил, расположенной в шарообразном скоплении Терзана-4, почти точно на Южной линии — условной границе между Лигой и Штатами — обнаружили его довольно быстро, но не смогли найти в каких-либо известных реестрах. Почти стандартного размера, но всё указывало на то, что это был неавторизованный аппарат, скорее всего, старое имперское изделие.

— Чёртово устройство, — прохрипел Луч с Высоты, главный управляющий Сигила, дергая за ручки коммуникатора. — Никогда не работает как надо. Надеюсь, тебя обосрут и ты не доживешь до Крестового похода, — добавил он, ссылаясь на воспеваемое в Трактатах и мыслях Штатов мифическое загробное царство. — Пит! Ты там, чертова Напасть?!

— Я здесь, Управляющий, — испуганно ответил его заместитель из динамика, вещающего на широком планетарном канале.

— Шевели задницей. У нас несанкционированный вход в околопланетную зону.

— Но…

— Шевели задницей, я сказал!

— Я на поверхности! За Башней! Вы приказали проверить, достигнет ли атмосфера…

— Неважно, что я приказал! Спускайся вниз! И быстрее! — прервал его Луч с Высоты, хлопнув рукой по выключателю. Динамик затрещал и умолк. Администратор остался один.

То, что ему придется подождать Пита, было очевидно. Сигил так и не был полностью терраформирован: тысячи лет назад процесс был прерван Старой Империей, которая решила просто разместить на орбите верфи и станции. Поверхность планеты представляла собой ни что иное, как корку шлака, местами образующую системы стеклянных скал и лабиринтов, а также сухие, расколотые каньоны. Здесь можно было выжить, по всему глобусу Старая Империя установила Атмосферные Башни, но часть из них уже не работала. Достаточно было выйти без вакуумного скафандра из безопасной зоны, чтобы быстро и очень болезненно погибнуть.

Кто же мог прилететь сюда, не считая регулярных перевозок? Само путешествие было сложным, поблизости не было дыр или даже обычных глубинных искр. Но так и было задумано: тюремная планета Штатов должна была находиться достаточно далеко, чтобы никому не пришло в голову сбежать. А теперь к орбите приближался какой-то загадочный объект, и все указывало на то, что он даже не принадлежит Штатам.

Черт возьми, все эти Чужаки…

— Я на месте! — выдохнул худой, изможденный Пит, почти вбегая в сторожку. — Здесь нужно включить… — добавил он и, не глядя на Луч с Высоты, толстой перчаткой скафандра нажал на переключатель диффузии коммуникатора. — Простите, — задыхаясь, выдохнул он, снимая шлем. — Наверное, он давно передает… Это моя вина, Управляющий. Я настраивал его на транспортировку и поэтому…

— Тихо! — прошипел Луч с Высоты, потому что коммуникатор затрещал голосом, звучащим так, будто его владелец очень долго полоскал горло чем-то очень крепким.

— Это «Худой Цыпленок», — услышали они. — Глубинный истребитель класса А, капитан Малкольм Дженис. Чёртова… Напасть! Это «Худой Цыпленок». Глубинный истребитель класса А, капитан Малкольм Дженис. Вы меня слышите, чёртово…

— Охотник, — пискнул Пит. — Здесь?

— Тише, дурак, — прохрипел Луч с Высоты. — Ты настроил широкий луч!

— Там кто-то есть, — услышали они почти сразу. На этот раз голос казался веселым. — Добрый день, господа. Где приземлиться?

— Он хочет здесь приземлиться? — шепнул Пит, но Луч с Высоты замахнулся на него, и помощник съежился в углу.

— Да, хочет, — услышали они. — И побыстрее, господа. Тюремная планета Штатов, да? Одна из тех забытых, без государственного поводка? У меня есть дело.

— Мы не принимаем новых заключенных, — твердо ответил Луч с Высоты. — Сигил не покупает головы.

— Мы не поняли друг друга, — ответил Малкольм.

— Что ?

— Я прилетел сюда не для того, чтобы продавать. Наоборот. — Охотник замолчал на мгновение, чтобы закончить с легким пафосом: — Я собираюсь купить у вас кое-что.

***

Чем ближе они подходили, тем хуже все выглядело.

Корабль Жалобников, эта черная, бесформенная плоскость, слитая с фрегатом Западных Сил, все еще мерцал, будто не до конца выбравшись из Глубины. Находящаяся в шлюзе «Кривой Шоколадки» Цара видела его на небольшом внутреннем мониторе. Она бы чувствовала себя гораздо увереннее, если бы сама проводила операцию стыковки, но на этот раз ее заменила капитан Дигит.

Отлично, просто отлично. Когда доходит до дела, отправляют меня, а напастная Машина сидит за штурвалом навигационной консоли.

— Десять секунд, — услышала она в шлеме скафандра.

— Отлично, — пробормотала она, поправляя неудобный скафандр, выданный в рамках милитаризации «Кривой Шоколадки». Взглянула на прибор Элохимов… или, скорее, Деспектумов, который держала в перчатке. Дигит решила, что оружие Презираемых подойдет лучше, хотя бы потому, что им удобнее пользоваться. Мне же не придется его применять, подумала она, не в силах избавиться от легкой иронии. У меня же есть Малкольм.

Конечно, они просто обязаны были отправить его вместе с ней.

— Стыковка идет, — сообщила ей на этот раз Лора, кастрированный ИИ прыгуна. — Пожалуйста, подождите.

— Конечно, — пробормотала она, глядя на стоящую рядом механическую карикатуру своего мужа.

Рупич R32C стоял неподвижно, на лице у него была только небольшая атмосферная маска. К обеим механическим рукам Натариан подключила плазмовые пистолеты: стрипсовую версию полуавтоматического карабина, который Реанимат мог запустить с помощью соответствующего положения рук и команды, поданной с внутреннего интерфейса, модифицированной стрипсами персонали. Киборг, неизвестно почему, время от времени щелкал механизмом магазина; неприятный металлический звук вызывал дрожь. Цара думала, не сорвется ли он в какой-то момент и не начнет ли стрелять куда попало.

— Подожду. Заканчивайте уже эту хрень.

— Стыковка завершена, — ответила Лора, и шлюз начал обмениваться информацией о давлении со шлюзом фрегата.

Было бы лучше, если бы они сразу подключились к Жалобнику, но КРНК, Ксенологическая разведка Научного клана, наверное, знала о Стволе больше, чем о Флоте Консенсуса. Раньше они даже не имели представления, где на корабле находится шлюз.

— Дженис, только спокойно, — вмешалась Дигит. — Никаких выходок, понятно?

— Конечно, госпожа капитан, — пробормотала Цара, и в этот момент шлюз открылся, открыв вход на палубу фрегата Западных Сил и первый труп, лежащий почти на пороге корабля.

Тело выглядело высохшим, как будто из него выкачали всю жидкость.

— Бедняжка, — прокомментировала наемница. — Первая жертва, — добавила она чуть громче, медленно приближаясь к телу. — Мужчина тридцати лазурных лет, комбинезон бортмеханика. Передаю сообщение.

— Потом займетесь этим, — решила Дигит. — Только простое голо, никаких анализов. Идите дальше. И пусть Реанимат идет впереди, — добавила она, но Рупич, видимо, не нуждался в дополнительных указаниях, потому что сразу двинулся вперед с характерным скрежетом сервомеханизмов. Цара вздохнула.

— Разберитесь с этим быстро. — Передача Машины внезапно была перекрыта сухим голосом капитана-лейтенанта Толка. — У нас уже несколько глубинных отголосков. Скорее всего, к нам летят остатки флота из Лабзо. Заканчивайте там и возвращайтесь на борт.

— Сделаю, — сказала Цара, следуя за Малкольмом через порог шлюза. — Я поняла. А ты? — Она на мгновение остановилась у тела мертвого мужчины. — У тебя нет идей, да?

— Помогите, — выдохнул труп.

***

Охотник выглядел почти так, как они ожидали.

Он был лысый, мускулистый и татуированный. Помимо оружия — чего-то, похожего на прикрепленный к поясу электроклинок и модифицированный лазерный пистолет — он нес набитый черный рюкзак. На лице у него была трехдневная седая щетина. Его корабль, «Худой Цыпленок», выглядел как нелегальный тяжелый глубинный истребитель на трех человек: странная, искривленная староимперская конструкция, действительно немного напоминающая безголового, ощипанного цыпленка.

— Привет, ребята, — сказал им Малкольм Дженис. Охотник улыбался, и его голос звучал весело, но глаза оставались холодными. — Здесь холодно, — бросил он, многозначительно глядя в сторону стоящей неподалеку посадочной площадки для тюремных транспортов Атмосферной Башни. — Вы иногда греетесь одеялами? А может… греете друг друга? — Он улыбнулся испуганному Питу.

— Сюда, — проворчал Луч с Высоты, указывая на расположенный неподалеку вход в тюремный сегмент номер шесть. — Предупреждаю, что я уже сообщил остальным Управляющим о вашем прибытии.

— За какой Напастью? — поморщился охотник. — Я пришел к вам, а не ко всей этой дерьмовой планете.

— Все дела должны решаться исключительно через Штаты, — заметил Администратор. — Трактаты и мысли ясно указывают, что…

— Триста тысяч джедов, — перебил его Малкольм. Луч с Высоты закрыл рот.

— Сколько? Три… за что?

— Это же очевидно, — усмехнулся Дженис. — За пленника. А точнее, за пленницу. Вы же не торгуете здесь терранской свеклой?

— Здесь не торгуют… — начал Луч с Высоты, но Малкольм сразу же его перебил.

— Торгуют, торгуют, — поправил он. — Просто мы еще не торговались, парень. — Он прошел через ржавый шлюз тюремного бункера. — Например, с Элеей из восьмой зоны. Ты знаешь эту Управляющую? Я купил у нее ребенка полгода назад. И теперь я тоже хочу ребенка. Только без дел между ног.

— Торговля людьми не… — возмутился Луч с Высоты. — Штаты никогда бы…

— Вам это на руку, — заметил Дженис. — К тому же ваша планета — это какая-то их окраина, и здесь ничего не проверяют. Что у вас там? — Он повернулся к Питу. — Эй, микроватт! Что вы здесь держите, кроме политических заключенных?

— Я не понимаю…

— У вас здесь есть убийцы? Насильники? Геномодифицированные? И так далее?

— Нет, — ответил рефлекторно Пит, в то время как охотник беспрепятственно подошел к кабинету Управляющего и переступил порог, оглядываясь в поисках кресла. — Здесь нет… Только политические. Пожизненно.

— Точно, — согласился Дженис, садясь на место Управляющего. — Потому что здесь их держат, пока они не состарятся и не сдохнут. Всех более жестоких отправляют на тюремные планеты в Рукаве Креста. Чаще всего на Железо… такая забавная планета, с шахтами пластали и карбоксена. Средняя продолжительность жизни в запыленной среде составляет максимум пять лазурных лет. Политические заключенные получают милость пожизненной вегетации. О них забывают, вычеркивают из реестра. И именно такой деликатес я и хочу. Ребенка, но лучше подростка. Ну, что? — Он взял стоящий на столе стакан с разбавленным флюидом, с отчетливым отвращением заглянул внутрь и поставил на место. — Триста тысяч джедов, — повторил он. — Очень хорошая цена, все в карман управляющего с процентами для заместителя. Мы в деле или мне лететь к Элее или к… как его… Вздохи над Озером у шестой Атмосферной Башни?

— Вечернему Отдыху, — возмутился Луч с Высоты. — Каждый, кто становится аколитом Трактата, получает более высокую спецификацию…

— Штатовцы, — покачал головой Дженис, — и ваши причудливые глупости. Так как? Дело в шляпе?

— Давай! — неожиданно вырвалось у Пита, к явному удивлению Управляющего. — Но это будет четыреста тысяч.

— Почему?

— Вы заплатите Управляющему триста, — быстро сказал заместитель. — Потому, что я не хочу процентов. Я хочу полную сотню.

— Ни один заключенный не стоит столько, — язвительно заметил Дженис. — Даже гадь он артефактами ксено.

— Стоит, — заверил микроватт Пит. — Уверяю вас, она стоит столько. А может, и гораздо больше.

***

— Это кто-то из наших, — сказала Цара, наклонившись над трупом. — Кто-то синхронизировался и передает сигнал, используя мертвые голосовые связки получателя. Я уже видела такое. Отвратительно, но эффективно, чтобы передать сообщение по всем возможным каналам.

— Помогите, — стонал труп.

— Это только подтверждает, что на борту есть кто-то живой, — заметила Дигит. — Продолжай. Не останавливайся у следующих.

— Хорошо, — пробормотала Дженис, оглядываясь на Малкольма. Реанимат стоял в кажущейся неподвижности, ожидая ее у выхода из коридора. Она быстро пошла к нему, отодвигаясь от все еще бормочущего трупа.

В общем, первая часть их путешествия оказалась относительно простой.

Фрегат, как оказалось, действительно принадлежал Штатам. Модульная конструкция, характерная для большинства судов Согласия, была немного изменена, но не сильно. С момента создания отдельных Сил новые корабли строились на основе базовых моделей. Здесь не было типичной для Штатов Медитационной Залы или дополнительного оборудования для голокамуфляжа экипажа, хотя несколько встреченных тел еще мерцали остатками смягчающих черты лица проекций. Но вдоль стен тянулись классические пузырьковые энергетические трубы с потоком энергии ядра. Только вот часть из них выглядела неработающей.

— Я иду к стазис-навигаторской, — в какой-то момент объявила Цара. Они уже прошли несколько помещений с трупами, умоляющими о помощи, и она решила пойти кратчайшим путём. — У меня нет никаких показаний перегрузки ядра, но в сенсорах всё время что-то мешает… О, Напасть! Малк… Рупич, стой!

Сразу за только что открытыми дверями они увидели хаос.

Это должна была быть СН, но она не была ею до конца — только на треть. В какой-то момент контуры оборудования, навигационной консоли, лежащих на земле тел и стен — и даже половины наностекла — выглядели как будто размытыми. На их месте появлялись фрагменты корабля Жалобников: черные, маслянистые структуры, похожие на застывшую смолу, падающую колоннами с потолка фрегата.

Но не это было самое страшное, а сами силуэты Чужаков: уродливые, покрытые черными капюшонами и похожие на деформированных карликов. Глядя на них, было трудно понять, где заканчивается темное, мертвое тело без глаз, и начинается черный саван.

— Ноль, — объявил компьютерным голосом Реанимат. — Достигнута точка ноль.

— Цара, дай полную трансляцию голограммы, — внезапно сказал капитан-лейтенант Толк. — Мне нужен чистый образ с высоким приоритетом. Мы должны немедленно отправить это в Синхрон. Ты сможешь забрать одного из Жалобщиков?

— Понятия не имею, — пробормотала она. — Там всё выглядит… зыбким. Похоже, они не совсем вышли из Глубины!

— Пропустите вперёд R32C, — приказала капитан Дигит. — Он должен забрать одного. КРНК этим займётся.

— У них нет других… экземпляров?

— Нет Жалобников. После уничтожения корабля они сразу умирают. Странно, что эти еще не… Пошли Реанимата. Это приказ.

Она догадалась, с удивлением подумала Цара. Иначе она бы не отдала такой приказ. Черт возьми, Напасть! Если она читала досье… я сказала имя Малкольм? Я сказала или нет?

— Цара Дженис. Выполняй приказ.

— Есть, — ответила она и добавила немного охрипшим голосом: — R32C, зайди внутрь и забери одну из живых форм ксено. Вперед.

— Необходимо выполнение приказа, — подтвердил Рупич и, не дожидаясь, пока она успеет на него взглянуть, двинулся к одному из лежащих Чужаков. На мгновение он замерцал, будто проходя сквозь какую-то непонятную преграду, но твердо встал на черную поверхность и наклонился над небольшим существом в капюшоне.

Чужак не отреагировал, хотя было видно, что он еще жив — он медленно и вяло шевелился, пытаясь отодвинуться от Электронного Посмертника.

— Внимание! — в шлеме Цары внезапно раздался голос Толка. — Всей эскадрилье: ожидается прибытие первых единиц из системы Лабзо — через десять-пятнадцать минут. Цара Дженис, заканчивайте разведку. Передача Чужака на эсминец «Альтаир» сейчас приоритет. Дальнейшее исследование корабля возьмет на себя R32C на синхронной связи.

— Он должен остаться? — уточнила Цара.

— Лейтенант Толк, — вступила Дигит, — R32C входит в состав бортовой команды…

— Я должен кого-то оставить, — прервал ее капитан. — КРНК настаивает, что нужно попытаться захватить этот корабль. R32C попытается запустить глубинный двигатель.

— Разве его не могут захватить Северные силы КПО, которые вот-вот прыгнут сюда?

— Мы не знаем, кто здесь появится. Я понимаю твои возражения, Дигит, но сейчас нет времени на них. В случае чего вы получите нового оружейника из резерва. — Толк прокашлялся, прочищая горло. — Дженис, выполняй приказ. Дженис? Цара Дженис? Ты там? Ты получила приказ? Отзовись!

Но наемница исчезла с радара, как будто что-то повредило связь.

***

— Вот здесь, — услужливо объяснил Пит, ведя охотника и Управляющего к подземному блоку 32А. — Здесь только одна комната… для нее.

— Я все еще не дал на это согласия, — возразил Луч с Высоты, но довольно неуверенно.

— Заключенная содержится отдельно. А за что? — поинтересовался охотник.

— Дело в семье из Штатов, — неохотно объяснил Управляющий. — Какие-то высокопоставленные люди. Мы не знаем подробностей, досье засекречено. Но не только это. Неизвестно, является ли она полностью политической заключенной. Ее, видимо, перевели с Железа… или даже из Мрака, к нам, где ей не грозит быстрая смерть. Нужно проверить реестр.

— Сколько она здесь уже?

— Около шести лазурных месяцев. — Луч с Высоты коснулся дверной панели. — Месяц назад нам пришлось ее изолировать. Она убила одного из заключенных, содержащихся в нашем секторе. Наверное, он пытался… заняться любовью.

Это «изоляция» оказалась электронной блокировочной стойкой. Девушка с длинными светлыми волосами висела на ней, подключенная к химическим инъекторам. Не было видно, красивая она или уродливая: ее лицо, скрытое тенью, было наполовину обожжено.

— Кислота, — профессионально оценил охотник. — Кто в нее стрелял?

— Планетарная инквизиция, — быстро ответил Пит. — Она не реагировала на электрические пули, а они хотели поймать ее живой.

— За что она здесь оказалась?

— Нет никаких точных данных, — ответил Управляющий, с явным отвращением глядя на висящее тело. — Скорее всего, это сумасшедшая наркоманка. Наверное, когнитик и нейродопамин, а может, и что-то еще. Когда ее привезли, она была вся в этом дерьме.

— А само преступление?

— Покажи ему, Пит.

— Уже… — Заместитель вытащил персональ, ввел нужные команды и вывел на экран небольшое зеленое голо. — Вот. Она значится только как «Заключенная E17». Наверное, это возраст. У нас есть лишь данные о ее поимке. Тогда она ворвалась в какое-то административное здание и начала всех убивать. Вела себя как сумасшедшая. Устроила настоящую бойню… Когда ее наконец поймали, она успела убить одного из Инквизиторов прямо во время допроса. Тогда ее признали крайне опасной и рекомендовали содержать под усиленным наблюдением.

— Так ее персональ была взломана, — уточнил охотник.

— Да. Видели все, что она видит, и слышали все, что она говорит, — признался Пит.

— Но это же запрещено во всем Согласии… даже у вас, в Штатах. У вас есть все эти экраны и стандартная слежка, но это?

— Запрещено любое вмешательство в персональ, — согласился заместитель. — Но, наверное, ее семья очень этого хотела, поэтому несколько правил были нарушены…

— Интересное создание, — согласился Малкольм Дженис. Он протянул руку к лицу девушки.

— Не советую, — вмешался Луч с Высоты, но охотник только улыбнулся и коснулся волос «Заключенной E17».

Девушка дернулась и взвыла. Охотник в последний момент убрал руку: она чуть не откусила ему палец.

— Она же без сознания! — пискнул Пит.

— Рефлекс — заметил Дженис. — Она даже глаза не открыла. Ну, дорогая… ты неплохое растение.

— Вам не нужно ее покупать, — заметил Луч с Высоты.

— Правда? — Охотник улыбнулся, снял рюкзак и поставил его под стойку. Он присел на корточки, вытащив изнутри черный блок какого-то неизвестного устройства. — Мои дорогие, я просто должен ее заполучить. И как можно скорее.

***

Фрегаты пришли первыми — и значительно раньше времени.

Глубинные эхо-сигналы внезапно вспыхнули, превратившись в открытия. Замеченные кастрированным ИИ эскадрильи капитана-лейтенанта Толка, корабли всплыли совершенно неожиданно, смешавшись в датчиках приборов. Один из них чуть не врезался в прыгун «Балерина» капитана Севенса, но бдительная Сьюзи Уинтер вовремя включила передние ускорители, и корабль отскочил с визгом антигравитонов.

Менее чем через десять секунд из Глубин вылетел тяжелый эсминец «Septimus» Северных Сил, произведенный много лет назад в пределах Лиги. Корабль вынырнул из метапространства и приветствовал их криком: нервным шумом отчетов, громким звуком предупреждений и глубоким басом глубинной тревоги.

Сразу за ним появились адсорпы.

Основные единицы Ствола, размером с небольшие прыгуны и похожие на «паучьи пушинки», описывали сложные эллипсы вокруг «Септимуса». Часть из них уже успела прижаться к корпусу и начать процесс виропексации, часть горела — вместе с фрагментами серьезно поврежденного эсминца. Корабль был на грани дрейфа, метая, казалось бы, беспорядочно, плазменные и лазерные выстрелы. Стрелял ИИ — экипаж еще находился в стазисе, и теперь все зависело от того, насколько хороша установленная на корабле система защиты.

Три прибывших ранее фрегата уже были на грани пробуждения, но и у них хватало проблем. По крайней мере один выглядел мертвым, а второй мерцал на грани превращения в глубинный Призрак.

— Не ввязывайтесь, — приказал Толк. — Держите позицию.

— Но… — начал Севенс.

— Держитесь на месте, я сказал!

Очередные эхо-сигналы стали более реальными и превратились в отверстия Глубины. Кастрированные ИИ Драконов сообщили о нескольких прыгунах, еще одном фрегате и, скорее всего, как минимум одном крейсере. А потом что-то застонало — как будто ИИ эскадры внезапно остановили вычисления — и появились новые глубинные эхо, почти сразу превратившиеся в отверстия. Глубина выплюнула серию небольших шарообразных вирионов.

Ксеноединицы — немного похожие на расколотые чёрные яйца — дышащие гнилостным фиолетовым цветом, со странными крыльями, похожими на чёрные стержни, выглядели ошеломлёнными и медлительными. Не хватало управляющих ими вирофагов — более крупных форм адсорпов, аналогов человеческих фрегатов.

Но то, что вирофаги прибудут, сомнений не было. Следующие глубинные эхо-сигналы становились все более реальными, и по крайней мере один из них был достаточно сильным, чтобы предвещать прибытие патогена — бактериеподобной полупрозрачной единицы с еще неопределенным тоннажем.

Прибывал Ствол.

— Цара Дженис! — крикнула капитан Дигит по контактной связи. — Цара Дженис! Отзовитесь! R32C! Отзовитесь! Немедленно установите связь!

Но Царе было не до того.

Намеренно отключив связь и заблокировав персональ, она подбежала к Малкольму, стоящему на черном, неровном полу корабля Жалобников. Реанимат держал Чужака: Жалобник дергался, но это больше походило не на попытку освободиться, а на полусознательные судороги. Похоже, он пытался спрятаться в черном одеянии и капюшоне. С него капало что-то беловатое и липкое.

— Малкольм…! — Дженис схватила механическую руку киборга. — Забирай это! Летим отсюда, слышишь?!

— Необходимо выполнение приказа вышестоящего начальника, — глухо ответил Рупич. — Необходимо передать ксеноединицу Царе Дженис и попытаться запустить глубинный двигатель. Необходимо проверить источник передачи персонали. Необходимо выполнить указанные действия.

— R32C! — прогремела Дженис. — К чертовой Напасти! R32C! Ты должен немедленно отправиться со мной на борт «Кривой Шоколадки»!

— Необходимо выполнение приказа вышестоящего начальника.

— Да они все сраные Чужаки, Малкольм! Ты что, хочешь здесь сдохнуть?! Двигай задницей, сейчас!

— Необходимо выполнение приказа вышестоящего, — повторил он, подталкивая к ней Жалобника. — Необходимо передать ксеноединицу Царе Дж…

— Заткнись! — простонала она. — Мне нужно подумать… — добавила она, но ее киборг-муж уже не слушал. Он повернулся и наклонился над навигационной консолью, после чего резким движением сорвал с нее панель доступа.

— Помогите, — внезапно совершенно отчетливо пробормотал Чужак. Цара вздрогнула.

— Что… как он… Как он может говорить на нашем языке?!

— Помогите.

— Необходимо выполнить приоритетный приказ, — заметил Малкольм, вытаскивая из консоли небольшую металлическую коробку, подключенную к остальной части устройства несколькими кабелями и энергетическими трубками.

— Цара Дженис! — вдруг закричала навигационная консоль фрегата, все еще мерцая на грани реальности. Видимо, Дигит наконец пробилась широким пучком к приемнику корабля. — Цара Дженис! Немедленно возвращайтесь на «Кривую Шоколадку»! Прибыл Ствол! У тебя три минуты! Цара Дженис! Выполняй приказ немедленно!

— Напасть с вами всеми, — прошептала Цара и направила дрожащую руку на свой скафандр. — Я не оставлю его здесь, — добавила она, стараясь направить выход лучевого излучателя так, чтобы не повредить тело. — Ни за что.

— Цара Дженис! У тебя две минуты сорок пять секунд! Немедленно возвращайся на борт «Кривой Шоколадки»!

— Уже бегу, — пробормотала бывшая наемница и нажала на курок.

***

— Что это такое? — удивленно спросил Управляющий, но охотник только улыбнулся. Черный блок, полный индикаторов и ручек, вынутый из рюкзака, выглядел довольно тяжелым. Малкольм поставил его под ноги девушки и начал вытаскивать из рюкзака что-то похожее на инъекционные кабели. — Что вы собираетесь с этим делать?

— Пусть будет четыреста тысяч, — засмеялся охотник. — Цена как за истребитель… Неплохо, уважаемый господин. Совсем неплохо. Но я вижу, что эта инвестиция быстро окупится. — Он поднялся, критически осматривая кабели. — Эй, мелкий. — Он указал на Пита. — Иди сюда, помоги…

— Я еще не сказал, что согласен, — заметил Луч с Высоты.

— А вы действительно думаете, — ответил охотник, поворачиваясь и глядя прямо в глаза Управляющему, — что у вас есть выбор?

— Что… что вы имеете ввиду?

— Может быть, только то, что не нужно было так болтать и говорить о тщательном мониторинге, — злобно заметил Малкольм. — Вы знаете, что такое твердая запись с персонали?

— Я не понимаю…

— Это прямая запись во внутренний банк памяти всего, что видит, слышит и чувствует владелец персонали, — с удовлетворением объяснил охотник. — Это тоже тщательный мониторинг, мои дорогие, но частный и допустимый в некоторых ситуациях. Например, в качестве неопровержимого доказательства. И я, — он схватил один из инъекторов и вставил его в порт доступа девушки, — держу здесь твёрдую запись нашей встречи. Миллисекунда за миллисекундой.

— Я не понимаю, какое это имеет…

— Только то, что лучше вам взять эти деньги, — ответил охотник, но его голос внезапно потерял прежнее веселье и стал ледяным. — Прежде чем я оторву вам головы в качестве наказания за преступление, преследуемое по закону во всем Согласии.

— Нет… вы не смеете…

— Дорогой. — Малкольм Дженис наклонился и переключил что-то в черном блоке. Устройство начало тихо гудеть, но Луч с Высоты готов был поклясться, что слышит также что-то вроде самодовольного мурлыканья. — Я наемник. Я охотник. В нескольких системах я осужден за хладнокровное убийство. Поверь мне. — Он с улыбкой взглянул на Управляющего. — Для меня убить — все равно что плюнуть.

***

Пилот «Балерины» Сьюзи Уинтер не могла поверить своим глазам.

— Уинтер, ты слышала приказ, — напомнил ей худощавый старый капитан Севенс, которого она сначала приняла не за своего командира, а за дедушку-компьютерщика. — Мы не вмешиваемся. Держись на месте.

— Но там… — неуверенно начала она.

— Оставайся на месте, Уинтер.

Пилот кивнула головой. Одно нужно было признать: у Сьюзи были разные командиры и разные приказы. То, что положило конец карьере ее подруги на «Хармидре», некой Эрин Хакл, и Леонида Буковского, не касалось ее. Приказ есть приказ.

— Транскрипция грустнорадости, — внезапно раздался пронзительный голос Деспектума, пилота серафима «Тишина». — Потеря элемента.

— Да, да, — пробормотала Сьюзи. — Поняла. Ничего страшного.

Прямо перед ними разворачивалась космическая битва, наполняя их требованиями отчаявшихся воскресших командиров. Адсорпы уже полностью захватили серьезно поврежденный «Septimus», который теперь дрейфовал и превращался в виропекс. Один из фрегатов превратился в Призрак и исчез, оставив после себя застывшее глубинное эхо. Второй был атакован вирофагом, который плевал в него странным зеленым лазером с точками глубокого черного цвета. Человеческий крейсер «Гарлач» Северных Сил КПО, бывшее судно Федерации, сообщил о приближающейся волне разрушения и запросил немедленную помощь. На фоне очередное огромное глубинное эхо уже обретало форму: приближался патоген, тяжелое судно Чужаков.

Капитан-лейтенант Толк передал по Синхрону просьбу об эвакуации. Но командующий всей эскадрильей Альтаир-303 лейтенант Берд Кахл, сидящий в безопасности на стоящем в нескольких световых годах эсминце «Альтаир», отказал. Информация о живом Жалобнике и странном соединении кораблей уже попала в Ксенологическую разведку Научного Клана. В ответ на приказ Кахл все услышали громкое проклятие Толка, переданное широким лучом, и щелчок закрывающегося канала связи.

Тем временем медленно и величественно из огромного глубинного эха вырисовывался патоген Консенсуса.

Полупрозрачная гигантская бактерия была размером с крейсер. Заблудившийся лазерный выстрел на мгновение коснулся ее, но не оставил даже следа на липкой, неприятно «живой» поверхности корпуса.

— Истребители, охрана «Кривой Шоколадки», — услышали они нервный голос Толка. — Бомбардировщики, поддержка в виде заградительного огня. Дигит, продолжай операцию. Я хочу этого Чужака. «Балерина», включай счетчик.

— Господин капитан… — начал Севенс, но капитан не собирался слушать.

— Я не собираюсь терять весь отряд, — объяснил он, и пилот «Балерины» Сьюзи вдруг поняла, что счетчик на «Драконе» должно быть включен уже давно. — Тяжелые бои — не задача ДР. Мы подчиняемся не военным, а Ксенологической разведке Научного клана. Выполнять, — закончил Толк, отключаясь.

— О, вашу… — начала Сьюзи, но стоящий рядом Севенс положил ей руку на плечо.

— Может, я и старомоден, моя дорогая, — сказал он. — Но я не хочу слышать ругань на моем корабле.

Уинтер медленно, не до конца понимая, что делает, опустила голову и коснулась лбом консоли.

***

Рупич R32C стоял неподвижно, наверное, пытаясь понять, на что он смотрит.

Первый пилот «Кривой Шоколадки» Цара Дженис грустно взглянула на него, отпустила полубессознательного Чужака и выстрелила себе в скафандр из виброшокера Деспектума. Выстрел был не сильный, но достаточный, чтобы разорвать часть защитного костюма, и достаточно неудачный, чтобы повредить главный термостат. Вакуумные скафандры были довольно безопасными и на определенном уровне способны к самовосстановлению или даже отсечению поврежденной части вместе с конечностью, но поломка термостата, напоминающего персональ, могла иметь гораздо более серьезные последствия.

Скафандр завыл сиреной и начал сжиматься, обертывая Цару Дженис как мумию. Костюм старался максимально прилегать к ее телу, сильно сковывая движения. Она могла выжить, но не могла ходить. Она была парализована от пояса вниз и частично от пояса вверх. Выронила из руки виброшокер.

— R32C, — сказала она сухо, как будто проблема неподвижности была для нее самой меньшей из бед, — скафандр перешел в аварийный режим. Я не доберусь до шлюза. У тебя есть две минуты, чтобы вытащить меня отсюда.

— Необходимо выполнить приоритетное задание…

— Не в случае защиты жизни члена экипажа, который… — Дженис застонала и с трудом подхватила упавшего на землю Чужака — должен доставить ксеноединицу… что равносильно части приоритетного приказа.

— Необходимо…

— Ни черта не необходимо! Ты должен отнести меня на борт прыгуна! Сейчас же! Ты слышишь?! — крикнула она киборгу. — Ты думал, я тебя здесь оставлю?! Я люблю тебя, ты чертов идиот! Ты там?! Ты меня слышишь, Малкольм?! Выполняй приказ! Сейчас же!

— Необходимо выполнить приказ, — ответил через мгновение Рупич и двинулся, взяв ее и Чужака на руки. — Время эвакуации с корабля: минута пятнадцать секунд. Необходимо ускориться.

— Так ускоряйся… — прошептала она. — Лети, как будто у тебя зад дымится… ты глупый, тупой болван.

***

Тело девушки, подключенное к черному блоку, начало слегка дрожать. Они молча наблюдали за этим, как Луч с Высоты, так и его заместитель. Молчал и охотник, время от времени поправляя ручки.

— Приняла, — с удовлетворением заявил он через минуту. — Теперь она полетит, как по глубинному скольжению.

— Полетит? — не выдержал Луч с Высоты.

— Без этого номер с покупкой не пройдет, — ответил охотник. — Нужно ее изменить, хотя бы немного, потому что она не пройдет ни через один долбаный Контроль. А мы этого не хотим, верно?

— Я не понимаю, о чем вы говорите!

— Я уже заметил, вы мало что понимаете, — хмыкнул охотник. — Но, пожалуйста, взгляните, — добавил он, касаясь черного блока кончиком ботинка. — Трансформер Синергетический Адаптации Рекоммуникационной типа А. Вот эти трубочки качают что-то вроде элохимского Отвара, но не совсем. Остальное — это переписка с персональю и трансформация на генном уровне плюс РНК по запрограммированному шаблону. Мило, правда?

— Генотрансформер… — вдруг пискнул Пит. — Это же совершенно запрещено… разве что медицинский корпус Научного Клана… и, может, Элохимы…

— Ты мало знаешь о черном рынке, дорогой, — заметил Малкольм Дженис. — Эта штуковина превратит нашу девочку в кого-то совершенно другого, а потом снова… и может быть, снова. Если все пойдет хорошо, — добавил он, обходя висящее тело, — то мое новое приобретение полюбит эти изменения. TSAR-A сделает из него красавицу.

— Нет… вы не можете… — пробормотал Луч с Высоты.

— Могу, могу, — заверил охотник. — Она мало что запомнит. Из себя самой. А потом полюбит. А со временем… — он прервался и снова улыбнулся, но на этот раз в его улыбке появилось что-то похожее на нежность, которая, однако, исчезла так же быстро, как и появилась, — со временем она полюбит и меня.