Предатель. Право на ошибку (СИ)

ГЛАВА 45

— Мам, а мам! — Артём дёргает меня за рукав, вырывая из этого опасного момента. Его щёки раскраснелись от возбуждения, глаза сияют, как звёздочки. — А папа нас в парк поведёт! И на аттракционы! И мороженое обещал!

Благодарна сыну за это вмешательство — ещё секунда, и я могла бы наделать глупостей. Например, податься вперёд и поцеловать эти такие знакомые, такие родные губы. Или провести пальцами по его груди, или...

В голосе сына столько счастья, что сердце сжимается. Дети так скучают по нашим совместным выходным. Как жаль, что раньше мы не так часто вместе выходили на совместные прогулки всей семьёй. А я этого не замечала. Но теперь всё иначе.

— Только после обеда, — строго говорит Рома, надевая рубашку. В его тоне те самые отцовские нотки — твёрдые, но заботливые. — Сначала нужно нормально поесть.

Смотрю на часы — почти полдень. А я как раз вчера... Слова вырываются сами собой:

— У меня как раз суп куриный свежий. Может... перекусишь? И чай заварю.

Фруктовый, который Рома обожает. Специально купила на прошлой неделе, когда увидела в магазине. Зачем? Для кого? Не хочу отвечать себе на эти вопросы.

Он замирает на секунду, потом медленно поворачивается.

— Конечно, — голос чуть хрипловат. — Я так соскучился по твоей еде — всё-таки она самая вкусная. У меня вообще не получается так готовить.

В этом весь Рома — никогда не стеснялся признавать мои таланты, всегда гордился моими успехами. Даже в мелочах, вроде куриного супа.

Дети с радостными воплями бросаются накрывать на стол. Персик, кружит вокруг них, виляя хвостом и путаясь под ногами — он всегда чувствует, когда в доме праздник. Особенно радуется, когда приходит Рома — для Персика он навсегда остался главным в семье, любимым хозяином.

— Ну что, старина, соскучился? — Рома треплет Персика за ушами, и тот прикрывает глаза от удовольствия, подставляя голову под знакомую руку. — Как поживаешь, охранник?

Пёс в ответ утыкается носом ему в колени, скулит от радости. Когда Рома ушёл, Персик несколько дней отказывался есть, всё ходил от двери к двери, искал. Теперь каждый его приход — праздник для собаки. Вот и сейчас не отходит ни на шаг, словно боится, что хозяин снова исчезнет.

Алина достаёт праздничные тарелки с золотой каёмочкой, которые обычно стоят в серванте. Наш свадебный сервиз.

Персик и тогда был с нами — ещё совсем молодой, игривый. Лизал Алинкины щёки, носился с игрушками, старалаясь развеселить малышку. Теперь он уже взрослый, степенный, но всё такой же преданный. Вот и сейчас, хоть и хочется быть рядом с Ромой, всё равно бдительно следит за детьми — его маленькая стая должна быть в безопасности.

Артём путается под ногами, пытаясь помочь — совсем как маленький Рома на старых фотографиях, что показывала свекровь. Та же решительность во взгляде, те же упрямые кудряшки, тот же характер — если уж взялся помогать, то до конца.

— Пап, пап, смотри, что я нарисовал! — он тащит альбом с рисунками, едва не опрокидывая стул. — Это наш дом в горах, вот это ты, это мама, это мы с Алинкой, и Персик...

На детском рисунке мы все вместе, держимся за руки. Над домом сияет жёлтое солнце, вокруг цветы — всё как мечтает пятилетний ребёнок. Всё как должно быть.

— И мои пятёрки нужно показать! — Алина несётся в свою комнату за дневником, чуть не сбивая брата с ног. — Пап, у меня по истории все контрольные на отлично! Спасибо тебе, что ты мне помог подготовиться!

Она так похожа на меня в детстве — та же жажда признания, то же стремление быть лучшей. Только у неё есть то, чего не было у меня — любящая семья, поддержка, возможность просто быть ребёнком.

Усаживаемся за стол все вместе, как в старые добрые времена. Дети наперебой рассказывают школьные новости, Персик устроился у ног Ромы, положив голову ему на ногу.

Рома, как всегда, успевает всё — и суп есть, и со всеми общаться. Вот он внимательно разглядывает рисунок Артёма, хвалит перспективу, тут же переключается на дневник Алины. Его брови взлетают вверх при виде пятёрок по истории:

— Молодец, доча! Вся в маму — такая же умница.

Артём, воодушевлённый папиной похвалой, тащит ещё альбом:

— А тут я космический корабль нарисовал! Смотри, пап, тут двигатели особые, я в книжке про них читал...

— Подожди, дай папе поесть, — пытаюсь урезонить сына, но Рома только улыбается:

— Ничего, я многозадачный. — И тут же погружается в обсуждение космических технологий, умудряясь при этом не пропустить ни ложки супа.

Алина, поймав момент, показывает презентацию по истории на планшете:

— Смотри, пап, я про Древний Египет делала. Вот тут про пирамиды…

Как же я скучала по этому! По нашим семейным обедам, по детскому смеху, по его особенной способности уделить внимание каждому. По тому, как он слушает — всем своим существом, никуда не торопясь, словно нет ничего важнее детских рассказов.