Предатель. Право на ошибку (СИ)

ГЛАВА 48

Света

Стоим с Ромой перед зданием суда, и ощущение такое, словно мир вокруг заново родился. Яркие краски, звонкие звуки, свежий воздух — всё вдруг стало в тысячу раз ярче и насыщеннее.

Документы на отзыв заявления о разводе в моей сумке, рука Ромы в моей руке. И внутри — невероятная лёгкость, будто сбросила груз, который тащила на себе много лет.

— Ну что, готова? — улыбается Рома, сжимая мои пальцы.

— Готова, — шепчу в ответ. — Для новой жизни.

Это удивительно — как быстро всё изменилось после того вечера в парке. Словно сбросили тяжелейшие оковы, которые сами же на себя и надели. Мы проговорили всю ночь, сидя на кухне, рассказывали друг другу всё то, о чём молчали годами. Он признался, как ему не хватало моего внимания, как он чувствовал себя ненужным, второстепенным. Я рассказала о своих страхах, о вечной погоне за успехом, о том, как боялась потерять всё, что построила.

И мы оба поняли — чуть не потеряли самое главное.

— Мама, мама! — Артём врывается в мой кабинет, размахивая каким-то рисунком. — Смотри, я нарисовал нашу семью!

На ярком листе — четыре фигурки, держащиеся за руки. Мама, папа, он сам и Алина. И даже Персик — огромный, с улыбкой до ушей.

— Какие мы здесь все счастливые, — замечаю, обнимая сына.

— Потому что мы и есть счастливые! — заявляет он с детской непосредственностью. — Папа теперь опять с нами живёт, ты больше не плачешь по ночам, а Алинка даже перестала со мной ругаться... почти.

Его слова оставляют тёплое эхо в душе. Дети всё видят, всё чувствуют, как бы мы ни пытались спрятать свои эмоции за улыбками и отговорками. Они — самые чуткие сейсмографы семейного счастья.

Прошло уже три недели с момента, как мы с Ромой решили быть вместе. Три недели новой жизни, в которой мы словно учимся заново — слушать, слышать, доверять. Не всегда получается идеально, конечно. Иногда срываемся, иногда уходим в старые обиды. Но главное — теперь мы оба знаем, ради чего стараемся.

И вот сегодня — ещё одна новость.

Сижу в ванной, глядя на две полоски на тесте, и не могу поверить своим глазам. Беременна... После всех этих стрессов, после почти состоявшегося развода. Может, это ошибка?

Но к вечеру, когда третий тест показал тот же результат, сомнений не остаётся.

Мы с Ромой делаем ещё одну попытку — создать полноценную семью, научиться быть счастливыми вместе.

И Вселенная словно благословляет нас на это.

Как рассказать Роме? Как отреагируют дети? И самое главное — смогу ли я в этот раз быть идеальной мамой, не разрываясь между работой, амбициями и семьёй?

Столько вопросов и страхов... Но одно знаю точно — теперь нужно правильно расставлять приоритеты.

— Я долго размышляла и решила, что нам нужна помощь, — говорю Роме после ужина, когда дети уже спят. — Профессиональная.

Он напрягается:

— В каком смысле?

— Я нашла очень хорошего семейного психотерапевта. С блестящим образованием, с лицензиями, с рекомендациями. Проверила всё досконально, — добавляю с улыбкой, вспоминая его историю с Миланой. — Думаю, нам стоит поработать над отношениями. По-настоящему.

К моему удивлению, Рома не спорит:

— Раньше я бы отмахнулся. Мужик должен сам решать свои проблемы, психологи для слабаков и всё такое, лучше с дружбаном за бутылкой выговориться... — он невесело усмехается. — Но именно такой подход и привёл нас на край пропасти. И если есть шанс сделать наши отношения крепче и счастливее — я готов.

А потом я рассказываю ему о беременности.

И вижу, как меняется его лицо — от шока к изумлению, от изумления к неверию, от неверия к такой оглушительной радости, что перехватывает дыхание.

— Света... — он притягивает меня к себе, в его глазах блестят слёзы. Я вижу как мой сдержанный Рома плачет. — Это... это чудо.

И я понимаю — это действительно чудо. Наш второй шанс, наше новое начало.

Первая сессия с психологом проходит непросто.

Александр Викторович, мужчина лет пятидесяти с внимательным взглядом и располагающей манерой общения, просит нас рассказать о том, как мы видим проблемы в наших отношениях.

— Я не чувствовал себя нужным, — признаётся Рома, старательно подбирая слова. — Света всегда была такой... самодостаточной. Всё умела, всё могла, во всём разбиралась. А я... просто был где-то рядом.

— Вы пытались говорить об этом с женой? — спрашивает психолог.

— Нет, — он качает головой. — Мне казалось, это... не мужское дело — жаловаться на недостаток внимания. Я не хотел отвлекать её такой ерундой…

— А вы, Светлана? Замечали ли вы, что муж чувствует себя ненужным?

— Если честно — нет, — признаюсь я. — Была уверена, что всё прекрасно. Да, я много работала, но ведь для семьи, для благополучия, для будущего! Мне казалось, Рома это понимает и ценит.

Психолог кивает:

— Вот видите, какая интересная ситуация. Вы оба действовали из лучших побуждений, но каждый по своей системе координат. Роман боялся показаться слабым, поэтому молчал о своих потребностях. Вы, Светлана, были уверены, что делаете всё правильно, и не замечали сигналов о том, что что-то не так.

Он делает паузу, давая нам возможность осмыслить сказанное:

— Одна из главных проблем в отношениях — ожидание, что партнёр должен сам догадаться о ваших желаниях и потребностях. Но партнёр не экстрасенс, он не умеет читать мысли. То, что для вас очевидно, для него может быть совершенно неясно, незаметно. Мы все уникальны, и у каждого своё восприятие реальности. Мы смотрим через разные призмы на мир. Мир — один, а реальность, получается, у каждого своя!

— Но ведь если я постоянно буду говорить, что мне нужно, это будет выглядеть как нытьё или претензии, — неуверенно возражает Рома.

— А если вы не будете говорить, партнёр никогда не узнает, что вас что-то тревожит, — спокойно отвечает Александр Викторович. — И однажды накопившееся раздражение перерастёт в глухую стену непонимания. Собственно, это и произошло в вашем случае.

После этой сессии мы с Ромой долго гуляем по вечернему городу, обсуждая услышанное.

— А я ведь правда не понимала, что тебе не хватает моего внимания, — признаюсь я. — Мне казалось, что, обеспечивая комфортную жизнь, я уже проявляю любовь. А тебе нужно было что-то другое...

— А я никогда не мог подобрать слов, — он берёт меня за руку. — Казалось, если скажу, что мне одиноко, это прозвучит как-то... по-детски, что ли. Особенно учитывая, что ты работала на благо семьи.

Этот разговор становится одним из многих. Мы учимся говорить о своих чувствах, озвучивать потребности, слушать друг друга. И постепенно начинаем замечать, как меняются наши отношения — словно оттаивает лёд, который годами накапливался между нами.