школа для чудовищ

Выньте батарею, и ваш щит рухнет

Поддерживайте давление, времени на лечение нет

Лучше быстро отступите, поверьте мне и доверьтесь

Когда я вызову своего титана, вас раздавят!

Она выскочила из-за угла дома как раз в тот момент, когда стоявшего перед ней союзного Титана опрокинул попавший в кабину выстрел скорострельной пушки. Полыхая, машина рухнула на землю, а Анна повела остатки своей команды в бой, благо, противники были уже совсем близко. Снова схватка четыре на четыре — пока союзники возьмут на себя по одному вражескому Титану, Анна займется наименее поврежденным. Противников разделяло примерно сорок метров. Анна отстрелялась по цели из осколочной пушки, тщательно целясь в середину торса вражеской машины. Раскаленные вольфрамовые стержни откалывали куски брони, последовавшее сближение через фазовый сдвиг и удар мечами крест-накрест довершили разрушение защиты. Титан врага перешел в состояние обречен , когда практически любое попадание в лишенную брони секцию, может вызвать катастрофическое разрушение машины. Бот пытался отбиваться, но вихрь ударов мечами пресек эти жалкие попытки. Первый удар выбил его из равновесия, второй опрокинул на землю, и, как следует размахнувшись, Анна третьим ударом проткнула лезвием лишенный бронеплит торс, уничтожив энергоблок. Ее звено, тем временем, успешно справлялось с добиванием оставшихся противников.

Взлом карты, никто не спрячется

20 тонн тяжелого металла, но я отдыхаю внутри

Вот они, уничтожим их огнем!

Без проблем, цель захвачена

Я пилот, ты титан

Братья на всю жизнь. Давай начнем драться!

Подожди, для чего эта кнопка?

КАРАБИНИРОВАНИЕ, КАРАБИНИРОВАНИЕ, ЭТО ЯДЕРНЫЙ РЕЗЕРВУАР!

Взлом карты, никто не спрячется

Внезапно Стальная Судьба содрогнулась от могучего попадания в бок термитного снаряда. Обзорные экраны окатило пламя, корпус повело и Титан начал заваливаться на бок, вынудив Анну отшатнуться и выставить ногу, чтобы удержать Ронина в вертикальном положении. Конечно, в реальности, припаркованная в ангаре Дестини едва шевелилась, имитируя тряску при перемещениях, сражениях и полученном попадании, и уж точно не стала бы падать на пол ангара. Но в симуляции это было возможно, и Пилоту пришлось принимать необходимые меры.

Титан замешкался всего на секунду, но второго выстрела так и не последовало. Анна заставила Дестини уйти в фазовый сдвиг, стряхивая с корпуса налипший горящий термит и перемещаясь в сторону, и только оказавшись в безопасном положении, оценила угрозу.

Так-так, что у нас здесь?

Группа с правого фланга прошла по своей улице, не встречая сопротивления, и добралась, наконец, до места боя. Последние враги атаковали оставшиеся машины звена Анны, а ее противником стал Скорч — тяжелый огнеметный Титан ближнего боя, естественный противник Ронинов, справиться с которым легким мечникам очень трудно. Самого же Скорча на счет раз разложил бы Титан класса Нордстар, но.

Ну, и где же Кризис, когда она нужна? Ах, да — она в школе учится!

Великие боги Олимпа

Никогда не предвидели того, что их ждёт

Когда титаны восстали из пепла

И все олимпийцы бросились бежать!

Так что, если вы не можете сражаться в своих битвах,

то вы знаете, к кому обратиться

Я буду рядом с вами

До падения титанов!

Бой вокруг продолжался, Скорч наступал на Анну, на ходу вставляя в ствол пушки следующий снаряд.

Что ж, говнюк, раз Сэйджа рядом нет, то сегодня вместо него придется страдать тебе!

Анна покрепче перехватила рукоятки мечей, и, не колеблясь ни секунды, ринулась в огонь.

Полковник Анна Демора – Ворчунья

Оперативный позывной: Хищник-1 Главный

Майор Дженна Дженсен – Кризис , майор кризис

Оперативный позывной: Хищник-2

Глава 38. Перерождение (часть 1).

Пошла неделя с тех пор, как случилась драка в малом актовом зале, после которой пять хищниц увезли в больницу. Снова в школу приходили родители пострадавших девушек, и на этот раз оправдываться пришлось Дженне. В отличие от Шаан, она не разочаровала мисс Кроуфорд — блондинка краснела, опускала взгляд в пол, и виновато бормотала, что ей очень жаль, что так все произошло, и что она на самом деле хотела быть подругами с Умброй, Ванессой и другими девушками. Мисс Кроуфорд находилась рядом, изображая на лице сочувствие ко всем участницам конфликта. Ее нервировало только присутствие Шаан. Нага замерла у стены, неподвижно, словно скала, и, сложив руки на груди, безмолвно наблюдала за происходящим, во избежание. Впрочем, родители девушек вели себя на удивление спокойно, со странной отрешенностью. Они не то чтобы не злились, скорее не могли поверить, что человек вообще оказался способен на такое.

Постепенно конфликт был исчерпан, деканат замял дело, обойдясь только подходящим случаю формальным Предупреждением для Шаан, а также для всех хищниц, участвовавших в злополучной охоте. Пострадавшие же охотницы, вернувшись к учебе после дорогостоящего лечения, вели себя тихо — сокрушительное поражение поумерило их гордыню, вынудив немного пересмотреть отношение к жизни и к окружающим.

А Дженна, которая отныне отзывалась только на имя Кризис, сделалась звездой Сакуры. Девушку были рады видеть везде — у нее стали появляться фанатки в каждой стайке, каждом клубе. Даже среди хищниц нашлись ее поклонницы, впечатленные ее способностью так яростно сражаться и побеждать, и начавшие уважать проявленную силу. При каждом удобном случае вокруг девушки собирались толпы поклонниц, сбиваясь в большую стаю, за которой помощницам Шаан оказалось проще наблюдать. С резко присмиревшими после избиений и запугиваний хищницами, количество охот в Сакуре упало до исторического минимума.

К концу недели события постепенно утратили новизну, и к понедельнику жизнь в Сакуре начала входить в привычное русло. Учеба продолжалась, девушек по-прежнему обучали различным наукам и познавать свое Наследие — прятаться и убегать, если ты добыча, выслеживать и атаковать, если ты хищница. Только атмосфера школы немного изменилась, неуловимо, так, что большинство девушек не смогли бы четко описать словами, что именно было не так . У ланей появилась надежда и коридоры Сакуры стали для них пусть немного, но безопаснее. А хищницы начали чувствовать страх и неуверенность, чего за всю историю школы не бывало никогда раньше.

Джульета хоть и знала о происходящем в Сакуре, не сильно задумывалась о том, как это может относиться к ней. Кошечка не забывала, что у нее только Желтый ранг — лишь немного лучше Зеленого, и, перемещаясь по Сакуре в поисках пропитания, соблюдала все возможные меры предосторожности. Другие Желтые скорее всего не станут пытаться ее съесть, если увидят. Большая часть из них — нэко, и для них поедать другую кошку это каннибализм! Только Дороти могла бы попытаться напасть на нее с отчаяния, но саламандра как не умела охотиться, так и не научилась.

Ранги выше Желтого уже могли представлять опасность, попасть в кольца какой-нибудь наги стало бы смертным приговором, поэтому кошечка держала ушки на макушке, и нос по ветру , проверяя каждый коридор и каждое помещение.

Вот уже вторую неделю она проводила обеденный перерыв не в столовой, а в дальних коридорах огромного учебного корпуса, пробираясь среди пустых коридоров и через пыльные неиспользуемые учебные аудитории, кладовые и подсобные помещения. Ее целью были мышки! Бесконтрольно размножавшиеся грызуны быстро заполняли те места, где редко бывали их естественные хищники кошки, а службы контроля грызунов в Датиане не существовало. Грызуны это еда, бесплатная и сама собой появляющаяся повсюду. Для большинства Желтых не считалось зазорным ухватить пробегающую мимо мышь и отправить ее в рот.

Конечно, только самые бедные или беспомощные хищницы, такие как Джульета, делали грызунов основой своей диеты, но что поделать? Джульета не имела достаточно денег, чтобы постоянно питаться в столовой, и все еще не была готова встретиться лицом к лицу с той, кто приходит к ней в эротических снах, превратившихся в кошмары.

Ее угнетал не только факт, что приходится полагаться на доброту других, да еще людей, но и внутренняя борьба сжигала изнутри, вытягивая силы. Венди оказалась одной из немногих, кто проявил к ней сочувствие, помог, кормил, обучал и тренировал. Рассматривать девушку в качестве добычи казалось Джульете черной неблагодарностью. Она гнала от себя навязчивые сны, и старалась дистанцироваться от Венди насколько возможно. Нэко постоянно ловила на себе непонимающие взгляды голубых глаз, но Венди уважала ее решение, позволяя держать ту дистанцию, которую Джульета считала нужным и не делала попыток сближения. А Джульета сгорала от стыда и мучилась, как душевно, так и физически — организм, привыкший к подкормке так необходимым для нормального развития протеином, выпрашивал его снова и снова, давая почувствовать свое недовольство голодными спазмами в желудке, которые даже целый поток мышей не мог погасить.

Джульета охотилась на мышей все чаще, практически постоянно, выслеживая мелких грызунов по всему корпусу, постоянно меняя места кормежки, чтобы мыши не привыкали избегать определенных помещений.

Вот и сегодня она пробралась на удаленный склад, где когда-то хранили продукты, пока не пришлось построить еще одну столовую, ближе к новому крылу постоянно прираставшего помещениями корпуса. У новой столовой имелось свое помещение для продуктов, и прежнее теперь использовалось лишь время от времени. Но иногда продукты все же складывали здесь, и мыши водились рядом с ними в достаточном количестве. Джульета уже несколько раз посещала это место, но количество грызунов не убывало — дурманящий запах еды привлекал сильнее, чем отпугивал запах кошки.

Джульета заблаговременно сняла обувь, спрятав ее в рюкзачок, который поставила в соседней комнате, чтобы не мешал добывать пропитание. Медленно, ступая одними подушечками пальцев ног, отдаленно напоминавших лапы, нэко пробиралась по своим охотничьим угодьям , сосредоточившись на едва слышимых писках и шуршаниях лапок ее будущей добычи, которые время от времени заглушали нетерпеливые урчания голодного желудка.

Кошечка встала на четыре конечности, опершись руками о пол и чуть подогнув ноги. Вставший торчком хвост смешно задрал юбку, но Джульета не обращала внимания. Осторожно выглянув за угол, она чуть не захлебнулась слюной — посреди комнаты в круге света, бьющего из маленького окошка в стене под самым потолком, лежала круглая головка сыра, а вокруг нее суетились мыши. Их был почти целый десяток, невероятная удача! Сегодня Джульете не придется проводить пару часов в пыльных подсобках, чтобы поймать хотя бы пару мышей, а затем опаздывать на занятие, являться уже после начала пары, пыльной, с паутиной в волосах, и бормотать извинения и оправдания под смешки одногруппниц.

Кошечка изготовилась к прыжку, подобравшись и напрягшись, сосредоточившись только на цели перед собой. Мышки, увлеченные грызней неожиданного лакомства, не замечали опасности. Опасность, в свою очередь, тоже не замечала ничего вокруг.

Джульета подкралась как можно ближе, на минимально возможное расстояние. Теперь ее отделяло от мышей около трех метров, и она знала, что сможет достичь их одним прыжком. Она бы подобралась поближе, если бы не опасалась, что из нескольких мышей хоть одна может ее заметить.

Джульета осторожно вдохнула воздух. Вот настала та самая важная секунда любой охоты — бросок! Резко выдохнув, она оттолкнулась от пола всеми четырьмя конечностями, взвившись в длинном прыжке.

— Мя-я-яф! (Да-а-а!) — радостно воскликнула нэко.

Мыши ринулись в разные стороны, когда она прыгнула на них, но успели не все. И теперь между пальцами рук кошечки были зажаты сразу пять мышей — абсолютный личный рекорд! Раньше такое количество грызунов ей было трудно даже увидеть одновременно, не то, что поймать.

Торжествуя, кошечка отжалась от пола, на котором растянулась во время броска, и присела на корточки, приготовившись наслаждаться заслуженной трапезой.

Она засунула в рот первого зверька, и, зажмурившись, довольно замычала, чувствуя, как мышка бьется и извивается на языке, мотая хвостиком, оставшимся торчать между губ нэко.

— Иногда все же нужно задаваться вопросом, кто и зачем положил в пустой комнате приманку для мышей, — внезапно раздался спокойный глубокий голос.

Глаза Джульеты тут же распахнулись, уставившись на огромную фигуру, замершую прямо перед ней, словно соткавшуюся из полумрака. Пальцы разжались, рот раскрылся от удивления и шока, мыши посыпались на пол и тут же разбежались в разные стороны с радостным писком.

Зрачки глаз Джульеты стали расширяться от страха. Чешуя. Хвост. Зеленый чешуйчатый хвост. Крепкий торс, мускулистые руки, стиснутый кулак, спокойное суровое лицо, рот, с губами, стиснутыми в тонкую линию — все больше жутких деталей проникало в оцепеневший от ужаса разум.

Перед ней Шаан, беспощадная гроза каждой кошки в Сакуре. Чуткие уши не уловили шороха ее чешуи, нос не чуял запах наги даже сейчас, когда она стояла в паре шагов.

Джульета присела еще ниже, обхватила руками голову, зажмурилась и сжалась в комочек, тихонько заскулив от страха и отчаяния. Она не пыталась кричать. Она не пыталась бежать. Еще никому не удавалось спастись от безжалостной Шаан, куда уж ей, жалкой и неумелой слабачке, позорящей собственный вид?

Она замерла, стараясь представить, что она где-то не здесь, а в другом месте, где хорошо и много света, людей и ее любимого молочного шейка. Может быть, если представлять все это очень-очень тщательно, то тогда окажешься там, а чудовище исчезнет, словно плохой сон?

Джульета услышала удивленное хм , и затем, совершенно неожиданно, ладонь наги потрепала ее по голове, затем осторожно почесала за ухом.

— Не бойся, ничего с тобой не случится, — не веря своим ушам, Джульета открыла глаза и подняла на нагу удивленный и полный надежды взгляд, — я не обижаю хороших кошечек.

Венди и Тайли сидели за своим столиком в столовой, поставив подносы с едой. Тайли без устали тарахтела о чем-то, но Венди слушала подружку вполуха, одним глазом наблюдая за происходящим вокруг, и в особенности за ничейной землей , где уже начали собираться хищницы из Церемониального клуба. На подносе перед девушкой стояли тарелка с кашей, стакан чая и пакетик с положенной ей дынной булочкой.

— Это просто невозможно! — громко заявила Тайли, стукнув по столу кулаком. — Мне, наконец-то удалось найти нормальную порнушку в местном интернете. Знаешь, что у них там?

— Что? — машинально спросила Венди, у которой пиликнула СМС на телефоне. Девушка взяла его со стола, разблокировала отпечатком пальца и погрузилась в чтение, удивленно приподняв брови.

— Там есть такая порнуха, где

не едят друг друга! Там все, как положено — крепкие, мускулистые волки натягивают на длинные и толстые красивых заек, кошечек, лисичек и человеческих девушек. И знаешь, что? Не помогает! — взвизгнула Тайли. — Только хуже становится! Ей богу, я уже на пределе! Вот скоро не удержусь, и как завалю кого-нибудь! Ты меня вообще слушаешь?

— Умгу. — пробормотала Венди, что-то кнопая в телефоне.

Тайли тяжко вздохнула.

— Интересно, какое у них тут наказание за изнасилование? Опять съедение, наверное. Венди! Эй, Венди!

— Ммм?

— А хочешь получать в день по две дынные булочки?

— Святая чистота моих прелестей не будет осквернена! — равнодушно ответила Венди, не отрывая глаз от экрана смартфона. — Ну, уж точно не тобой.

— Бе-бе-бе! Три булочки!

— Щас за ухи кого-то оттаскаю.

— Злюка! — обиделась Тайли. — Чуть что, так сразу ухи .

Венди не отреагировала. Тайли открыла рот, собираясь сказать еще что-то, но тут ее внимание привлекли новые студентки, вошедшие в столовую.

К их столику направлялись Шаан и Джульета. Нага вела кошечку перед собой, держа одной рукой за шиворот, чтобы та не убежала. В другой руке нага несла рюкзак Джульеты.

Дойдя до их столика, анаконда усадила Джульету на третий стул, на четвертый поставила ее рюкзак, после чего, чинно кивнув Венди и Тайли, и получив от них кивок в ответ, удалилась в сторону ничейки , так и не проронив ни слова.

— О-о-о, нашлась наша потеряшка, — спокойно сказала Венди, откладывая, наконец, телефон.

Тайли захихикала, а Джульета съежилась на стуле, глядя на Венди виноватым взглядом. Она все еще не могла поверить, что осталась жива после встречи с Шаан. Ее руки тряслись и Венди, заметив это, протянула нэко свою чашку с чаем.

— На, вот, попей. Он чуть теплый.

Джульета с благодарностью в глазах приняла из рук девушки чашку и осушила ее несколькими гулкими глотками. Венди усмехнулась — простые механические действия сумели отвлечь перепуганную подопечную от пережитого ужаса, сосредоточив ее внимание на том, чтобы не уронить чашку и выпить ее содержимое.

— Ну, расскажи мне, кошечка, где была? Расскажи-ка, милая, как дела?

— Пр.ти.

— Что?

— Прости, пожалуйста, что я убежала, — чуть громче повторила Джульета, потупив глаза в опустевшую чашку в руках.

— Ничего страшного, ты мне ничем не обязана, — вполголоса ответила Венди.

— То есть. ты не сердишься?

— Конечно, нет. Возможно, у тебя сложилось впечатление, что я тебя чрезмерно опекаю, или что между нами какие-нибудь еще. необычные отношения, но это не так. Я не владею тобой, я не заставляю тебя делать то, что тебе не нравится. Дружить со мной или нет — исключительно твой выбор. Хотя я оценю, если ты расскажешь, почему ты выбрала так, а не иначе.

Хорошенькое личико Джульеты скривилось, и в уголках глаз появились слезы. Не выпуская чашки из рук, кошечка беззвучно заплакала, виновато глядя на Венди.

— Ой, ой. — озабоченно произнесла Тайли.

— Тайли, пожалуйста, купи Джульете что-нибудь. Пакет молока и несколько мышей на. другой раздаче.

— Я сейчас!

Тайли сорвалась с места и унеслась к раздатчикам. Венди и Джульета остались одни. Убрав с четвертого стула рюкзак, Венди подсела ближе, и принялась успокаивать кошечку и помогать вытирать слезы салфеткой.

Тайли вернулась буквально через пару минут, принеся запрошенное. Джульета выпила чашку молока и успокоилась уже окончательно.

И она принялась рассказывать сгорающим от любопытства подругам, что же побудило ее к разрыву отношений. Сгорая от смущения, Джульета рассказала про сны, и о том, какую роль в них исполняла Венди.

Тайли хохотала, веселясь от души и привлекая внимание девушек за соседними столиками. Венди криво ухмылялась, слушая признания подопечной.

— Вот так вот. — потупив взгляд, закончила Джульета свой рассказ. — Так что, ты теперь все равно не захочешь дружить со мной.

— Ну-ну, не волнуйся об этом, все в порядке. Эти твои. фантазии не повлияют на мое к тебе отношение.

— Что, действительно? — поразилась Джульета. — То есть. ты не злишься?

— Если я буду злиться каждый раз, как кто-то хочет меня убить или съесть — испорчу себе все нервы, — с ухмылкой парировала Венди.

Тайли снова рассмеялась, а нэко уставилась на свою подругу неверящими глазами.

— Подобные сны бывают у многих, — посерьезнев, сказала Венди, облокотившись о стол и немного наклонившись к Джульете. — Таковы особенности совместного межвидового проживания, особенно в тех случаях, где исторически сложились определенные. отношения между видами.

— И что же делать?

— Это можно преодолеть. Немного упорных тренировок, и ты научишься лучше контролировать свои инстинкты, выбирая, что делать тебе, а не им. Этому мы тоже можем тебя научить. Мы можем сделать тебя не только сильнее физически, но и помочь воспитать силу воли и уверенность в себе.

Венди сплела пальцы рук перед собой и поглядела на кошечку очень проникновенным взглядом.

— Но если ты решишься выбрать этот путь, то тут уже не будет возможности вернуться назад, нужно будет идти до конца! Ты должна будешь делать то, что мы тебе скажем, для твоего же блага. Мы будем тренировать и воспитывать тебя, поможем стать лучше и сильнее. Ты станешь абсолютно другой личностью, и не будешь бояться собственных снов, сможешь идти по жизни намного увереннее и достигать результатов, которые тебе и не снились.

Джульета смотрела на Венди широко раскрытыми глазами. Тайли молчала, с ухмылкой переводя взгляд между двумя девушками, разворачивающаяся драма ее забавляла.

— Или, — медленно произнесла Венди, — ты можешь испугаться ответственности, опять сбежать и решить идти своим путем, надеясь, что он не приведет тебя к Шаан снова.

— Думаю, сколько бы вы не обучали меня, мне все равно никогда не стать достаточно сильной, чтобы хотя бы попытаться противостоять ей, — вздрогнула Джульета.

— Ты права, настолько сильной стать нелегко. Но если ты пойдешь по нашему пути, то тебе больше не придется бояться Шаан, даже если ты встретишься с ней.

Джульета в замешательстве смотрела на человеческих девушек, предлагавших ей странные, необычные вещи. Взгляд Венди был спокойным и неподвижным, пронизывая кошечку до глубины души. В глазах Тайли плясали бесята, а на губах блуждала ухмылка.

— Я. — выдавила, наконец, из себя Джульета, — хочу попробовать.

— Вот и отлично. Тогда, с этого момента, ты делаешь все, что мы тебе говорим, — Венди сунула руку в карман, и извлекла из него уже так хорошо знакомый протеиновый батончик. — И, для начала, возобновим прерванные тренировки.

Джульета вздохнула, покорно принимая пищу, и принялась крошить батончик в чашку с молоком.

В это же время Шаан добралась до своего места на ничейке . Большая часть девушек уже пришли обедать. Обвив хвостом стул, Шаан поставила поднос на стол, мрачно оглядев собравшихся. Амелия, и практически все участницы Церемониального Клуба (который Шаан покинула, разругавшись с ними вдрызг), Клэр и Хисса, между которыми теперь сидели София и Меррил, а слева от Шаан оставалось свободное место.

На стуле, стоявшим с ребра сдвинутых вместе столов, сидела Джессика. Вампир провела с Амелией душеспасительный разговор на тему того, что не нужно трогать Кризис, и теперь регулярно присутствовала за столиком, решив, что лучше не упускать из виду взаимоотношения между двумя враждующими группами и иметь возможность на них повлиять.

Амелия, к которой Нагиса вернулась в целости и сохранности, заявив, что не держит зла на избившую ее девушку, умерила свой гнев и пообещала Джессике и Шаан, что не будет искать мести за подругу.

Напряжение никуда не исчезло, но обе группы заключили перемирие , чтобы была хоть какая-то возможность нормально учиться и не превращать существование в Сакуре в бесконечный кошмар с множеством драк, увечий и потенциальных смертей.

Шаан, однако, ни на секунду не поверила в то, что Амелия и пострадавшие хищницы действительно оставят обиду без ответа. Зеленая нага была железно уверена, что они обязательно нарушат договоренности и нанесут удар, как только представится такая возможность. Поэтому она продолжала муштровать питомцев на выживание, выговаривала об осторожности беспечной Кризис, и требовала от Клэр и Хиссы постоянной неусыпной бдительности, отчего те тихонько матерились и роптали.

Оглядев столик, и удовлетворившись увиденным, Шаан, наконец, взялась за вилку и принялась поглощать первую из трех порций человеческой еды, которую купила сегодня на обед. Макароны с мясом в подливе шли на ура, и нага довольно урчала, быстро и деловито наворачивая их, не отвлекаясь ни на что лишнее, чтобы успеть до окончания обеденного перерыва.

Вдруг сзади послышались приближающиеся шаги, и краем глаза Шаан заметила как лицо Умбры и Амелии на секунду исказила злобная гримаса, а на лице Ванессы отчетливо проступил страх.

— А-а-ах, — вздохнула Кризис, подходя и швыряя на стол поднос со своим обедом.

Больше ничего не говоря, блондинка уселась на свободный стул слева от Шаан, и принялась хлебать суп.

Шаан удивленно оторвалась от своих макарон. Такое поведение блондинки было. необычно. Она всегда была веселой и жизнерадостной, приходя за столик, здоровалась со всеми, включая атаковавших ее хищниц. А тут вдруг такой вот молчок.

— Кризис, что-то случилось? — озабоченно спросила Шаан.

— У меня беда! — мгновенно ответила Кризис, словно только и ждала этого вопроса.

— Какая?

— Я сегодня прогоняла рукопашку на симуляторе, — со вздохом объявила блондинка, — и оказалось, что я

всасываю в партере против наг!

— Да ты что? Кто бы мог подумать! — с сарказмом ответила Шаан под смешки Клэр и Хиссы.

Хищницы настороженно и с некоторым недоумением прислушивались к этому разговору. Шаан видела украдкой бросаемые взгляды, замечала, как шевелятся уши Кинзе и Каталины. Амелия тоже прислушивалась. Казалось, Кризис снова не обращала на все это внимания, но после полученного жестокого урока, никто из хищниц уже не был уверен, что она действительно такая дурочка, какой кажется.

— Да-да! Поэтому ты обязана помочь мне повысить навык. Давай проведем несколько спаррингов!

Шаан закашлялась, чуть не подавившись макаронами.

— Ни за что! Я на такое не подписывалась!

— Ну, Шаан!

— Никаких Ну, Шаан! Кто потом мне сломанные ребра залечивать будет?

Хищницы оторопели при этих словах. Могучая и непобедимая Шаан избегает драки? Анаконда обвела их нахмуренным взглядом.

— Вон, с. Ванессой спарринги проводи! — кивнула она на удивленную нагу. — Я уверена, она тебе не откажет!

Кризис окинула Ванессу мимолетным оценивающим взглядом и, ухмыльнувшись, помотала головой.

— Не-е-е, не наш уровень.

Ванесса густо покраснела, ведь не каждый день человеческие девушки рассказывают Оранжевой хищнице, что она против них в бою ничего не стоит. Амелия пристально всматривалась в лицо блондинки, пытаясь уловить скрытую издевку.

Казалось бы, она специально нанесла это оскорбление, но нет! Эта девушка по-прежнему просто не понимает, что говорит, высказывая все, что в голову придет .

Шаан пробурчала что-то неразборчивое, собравшись снова заняться макаронами. Но едва только она отвернулась от Кризис, блондинка с хищной улыбкой подобралась, словно для броска на добычу. Амелия удивленно открыла рот при виде этой картины.

В следующую секунду Кризис резко выбросила правую руку вперед, захватывая Шаан сзади за шею и притягивая к себе. От неожиданности зеленая нага уронила вилку, замолотив по полу хвостом.

— Идем спарринговаться! — потребовала Кризис с лукавой улыбкой.

— Хр. Мерзавка. — прохрипела полузадушенная Шаан, с трудом отрывая руку блондинки от своей шеи. — Пропади ты пропадом со своими спаррингами! В следующий раз даже хвостом не шевельну, когда ты снова в неприятности влипнешь!

— Шевельнешь, куда ты денешься! Контроль за ущербом все равно на тебе!

— Ты лучше скажи, на каком уровне сложности ты симуляции проводила?

— Уровень сложности? Восьмой, вроде.

Шаан вздохнула.

— Эта сложность называется божественная. В природе не существует настолько сильных и быстрых наг!

— Хммм? Но ты же существуешь?

— И делаю это не для того, чтобы на спаррингах против тебя убиваться!

Клэр и Хисса рассмеялись в голос, а хищницы напротив них хмуро продолжали заниматься кроликами и мышами из ланчбоксов. Амелия лениво жевала куски бекона с яичницей, пристально глядя на противниц, изучая каждое движение, каждое слово Кризис.

Она так изменилась. В школу пришла простая веселая и приветливая простушка, внешне наивная, словно ребенок. А теперь она словно переродилась, превратившись в хищницу. Кризис сейчас похожа на львицу, сильную, прекрасную и игривую, находящуюся среди своего прайда, среди. равных по силе. И это превращение. невероятно .

Амелия скосила взгляд в сторону Джессики. Вампир сидела смирно, потягивая кровь через трубочку из белой упаковки с медицинскими маркировками. Ее взгляд был задумчивым и изучающим. Изменения в Сакуре не прошли незамеченными ни для кого.

Мысли Амелии вернулись к сообщению на телефон с неизвестного номера, которое она получила сегодня утром.

Хочешь узнать больше про Шаан и ее подружек?

Хочу, конечно.

София шла по улице с несколькими одногруппницами, направляясь к воротам Сакуры. Сейчас очередная свободная пара, на которой учащиеся предоставлены сами себе, и некоторые из девушек ее группы решили по-быстрому сгонять в город, в находящиеся поблизости магазины. Софии ничего особо не было нужно, но подружки позвали ее с собой, да посмотреть на новые шмотки тоже интересно.

Стайка шла по дорожке через парк. Скоро, метров через двести, они доберутся до выхода, пересекут красную черту и будут в безопасности. Но даже здесь, среди кустов и деревьев, подступавших близко к дорожке, девушки не испытывали настолько сильного страха как раньше.

Поэтому все, в основном, испытали удивление, заметив, как где-то метрах в пятидесяти перед ними промелькнул так хорошо знакомый многим силуэт.

— Это, что, Шаан? — удивленно спросила Эрика.

София не ответила. Некоторые повернули головы к ней, ожидая, что питомец анаконды что-то скажет.

— Ну-у-у. Э-э-э. — промямлила София.

Она задумалась, оценивая обстановку, которую, стараниями Шаан, они с Меррил заучили наиузсть. По этим местам никто из хищниц не шарится, поскольку в учебное время практически никто из добычи не ходит на выход, да и ворота слишком близко, можно спалиться перед сторожем в будке на входе, если жертва успеет закричать. Да и редко какая хищница выслеживает добычу в парке, слишком уж долго ждать, пока подвернется подходящий случай. Так делает только Алисса, но ее места для засады все намного ближе к корпусам и общежитиям, и саму лесную нагу София точно видела в компании подруг, когда стайка покидала учебную аудиторию. Ну, и зрение вроде еще не подводит Софию, знакомый зеленый силуэт она узнала мгновенно.

— Да, это Шаан.

— А что она здесь делает?

— Без понятия, — честно призналась София.

— Хм. Ну, ладно, идемте дальше, — распорядилась Эрика.

Девушки послушно тронулись в путь. Кроме Софии, оставшейся на месте.

— Ты идешь? — спросила Эрика.

Что она здесь делает?

— Я. пойду посмотрю, чем там занимается Шаан.

— София, ты в порядке? — озабоченно спросила одна из девушек. — Ты точно хочешь пойти посмотреть, чем в зарослях занимается хищная нага, пусть даже она и твоя соседка по комнате?

София заколебалась. Что-то происходило прямо сейчас. Что-то неправильное. Шаан ничего не делает просто так. С одной стороны это не ее, Софии, дело. Но с другой стороны.

Эрика заглянула в глаза Софии и увидела там мрачную решимость. Девушка определенно собралась пойти и узнать, что творит ее подруга. Из всех присутствовавших девушек только Эрика знала о настоящих отношениях между нагами и их питомцами, ведь они с Викторией вполне отлично ладили с Клэр и Хиссой, своими хозяйками .

— Держи руку на кнопке, хорошо? — сказала Эрика. — Если это не Шаан, или вдруг возникнет любая опасность — жми кнопку и беги к нам с криками. Мы будем идти до ворот медленно, и услышим, если что-то случится.

— Хорошо, — кивнула София, затем развернулась и пошла к тем кустам, в которых скрылась Шаан.

Едва кусты сомкнулись у нее за спиной, девушка сильно пожалела о своем решении. Голоса ее стайки становились все тише, по мере того, как девушки удалялись по дорожке. Перед ней находилась стена зарослей, солнечный свет плохо проникал свозь кроны деревьев парка, создавая пугающий полумрак.

Усилием воли София заставила себя сделать шаг вперед, затем еще один, и еще один. Медленно и нерешительно она все же продвигалась вперед. Сначала София не понимала, куда ей идти, но среди шелеста листвы она расслышала столь знакомый голос, громко выражавший свое недовольство.

София шла на голос, стараясь унять дрожь в ногах, и отогнать непрошеные мысли.

Это не ее, Софии, дело.

Упорно, призывая всю свою смелость, девушка заставляла себя переставлять ноги, шаг за шагом.

— Меньше знаешь, крепче спишь!

Осталось совсем немного, вот уже полумрак почти рассеялся — впереди, вероятно, небольшая поляна, куда пробивается солнечный свет.

Она раздвинула последний ряд кустов руками, и робко шагнула вперед.

— Шаан?

— С-София?!

Солнечный свет на мгновение ослепил ее, но через секунду глаза уже привыкли к изменению освещения, и София потрясенно уставилась на открывшуюся перед ней картину.

Шаан застыла посреди поляны с лопатой в руках. Рядом с ней обнаружилась куча земли и яма, из которой эта земля была извлечена. А на краю ямы лежало ничком тело девушки в униформе Сакуры. Ее голова была вывернута под неестественным углом, остекленевшие глаза уставились на носки туфель Софии, кошачьи уши замерли, не реагируя на окружающие звуки. Это одна из нэко, и она определенно мертва, лежит рядом с ямой, которую роет лопатой Шаан.

— Ох, бля-я-я. — пробормотала Шаан еле слышно.

София замерла на месте, борясь с желанием убежать с воплями от этого жуткого зрелища. Она с тревогой всматривалась в лицо Шаан, опасаясь увидеть там злобу и ярость за вмешательство в дела, в которые ей, Софии, не следовало совать любопытный нос.

Но анаконда уже немного отошла от первоначального шока, вновь обретя холодное спокойствие.

— Что ты тут делаешь, София? — потребовала она ответа от соседки по комнате.

— Мы с девушками увидели, как ты прошла через кусты, и я. пришла узнать, не нужно ли помочь тебе. в чем-то.

— Здесь еще кто-то есть?!

— Нет-нет, только я одна!

Шаан облегченно выдохнула.

— Хорошо. Еще только чужих нам не хватало.

София не знала радоваться ли ей, или нет — она для Шаан не чужая!

— Шаан, что происходит? — робко спросила она, не в силах дольше выдерживать неопределенность.

— А на что похоже? Яму копаю! — с сарказмом ответила Шаан.

— Ты. хочешь ее похоронить?

— Ну, да!

— Но ведь ты же поймала ее на охоте? Разве ты не собираешься ее съесть?

— Нет.

— Почему? Ведь других кошек ты же съела.

— Ни одной, — отрезала Шаан.

— Ч-что?

— Страшная правда заключается в том, София, что я не поедаю разумных существ. Ни за что и никогда.

— Значит, всех тех остальных кошек ты. просто убила?

— Да, София, все верно. И зарыла их всех в различных местах в парке вокруг Сакуры.

— Но ведь, если ты отнимаешь жизнь не ради пропитания. тогда это. убийство! Преступление, за которое Защитники карают смертью!

— Да, София, все верно, — глухо ответила Шаан, глядя на девушку исподлобья.

— Пусть она подойдет.

Третий голос, холодный и спокойный, прозвучал, словно гром среди ясного неба, едва не вынудив Софию подпрыгнуть на месте от неожиданности. Она принялась лихорадочно озираться, осознав, что на поляне есть кто-то еще.

Оказалось, что на бревне, лежащем на краю поляны, сидит невысокая девушка в черных одеждах. Ее голубые глаза холодно наблюдали за происходящим.

Это Венди! Что она здесь делает?!

— Подойди, София, — сдавленным голосом распорядилась Шаан.

София поразилась, увидев тревогу на лице наги. Шаан тяжело дышала, с беспокойством глядя на подопечную. Что это? Не может быть! Непоколебимая Шаан боится? Простой человеческой девушки?

София несмело сделала несколько шагов вперед, подойдя к бревну, на котором, болтая ногами, разместилась Венди. Девушка в черном смерила ее оценивающим взглядом с головы до ног. На несколько секунд повисло гнетущее молчание.

— Ты права, — медленно, с расстановкой произнося слова, начала говорить Венди, — убивать не ради пропитания это действительно преступление. И если об этом узнают, то Шаан ждет смерть. И раз ты узнала ее тайну, то теперь ее жизнь зависит от твоего решения. Ты расскажешь кому-нибудь об этом? Только отвечай честно, не вздумай мне солгать.

София задумалась. Она видела, что Шаан волнуется. Венди же продолжала сверлить девушку пристальным немигающим взглядом.

— Я не стану доносить на Шаан, — как можно тверже сказала София.

— Почему?

— А почему я должна? Шаан моя подруга! Она столько всего сделала для меня, она защищала меня, вытащила из желудка другой наги, когда по всем Правилам мне полагалось умереть! Я обязана ей жизнью, и уж точно не собираюсь проявлять такую черную неблагодарность, как отправить ее на смерть! Я верю, что раз Шаан сделала это, то на то была причина! Между Шаан, которая дружит со мной и защищает меня, и безликим законом, который регулирует как нам, людям, умирать в Датиане, я однозначно выбираю Шаан! Я останусь верна нашей дружбе до конца, ведь после того, как Шаан спасла меня, моя жизнь принадлежит ей!

— Все правда, до последнего слова, — криво ухмыльнувшись, сообщила Венди.

— Фу-у-ух. — Шаан с облегчением выдохнула, и София осознала, что все это время нага практически не дышала от волнения.

— Я бы хотела чем-то отблагодарить ее, или как-то быть полезной. Пусть хотя бы мое молчание будет в качестве благодарности.

— Ты хотела бы чем-то большим отблагодарить Шаан? Что же тебя останавливает?

— А что я могу? Я всего лишь простая человеческая девушка в мире, который принадлежит хищникам.

— А ты хотела бы это изменить?

София внимательно посмотрела на Венди, и убедилась, что та не шутит, а говорит вполне серьезно.

— А что я могу?

— Мы можем научить тебя всему, что тебе потребуется знать или уметь. Ты можешь стать сильной, способной полностью изменить жизнь людей в Датиане. Но имей в виду, что однажды тебе тоже может понадобиться сделать вещи, которые считаются преступлениями, ведь диктатуру невозможно свергнуть, подчиняясь ее законам.

— Я готова!

— Нет. Сейчас еще нет, но однажды будешь. И когда ты столкнешься с ситуацией, подобной той как сейчас, тебе предстоит сделать еще один выбор.

В словах Венди Софии почудилась нескрываемая угроза. Девушка вздрогнула, постаравшись представить, что это за ситуация такая, но в воображении появлялась только картина, как она закапывает нэко на поляне вместе с Шаан.

— Обучи ее, — обратилась Венди к анаконде. — Посмотрим, что из этого получится.

— Хорошо, — кивнула Шаан. — Спасибо, Венди.

— Всегда пожалуйста. А теперь копай, чего стоишь? Или мы тут до вечера болтаться будем?

— Да, бля-я-я, — простонала Шаан, снова берясь за лопату.

Венди похлопала ладонью по бревну, предлагая Софии сесть рядом. Девушка несмело подошла к ней и умостилась на указанное место.

— Давай подождем, это не займет много времени. И напиши стайке, что с тобой все хорошо, чтобы не волновались.

Марта вошла в аудиторию, где уже собралась большая часть их группы. Свободная пара кончалась, скоро перерыв, затем у них будет здесь занятие. Внимание девушки привлекло столпотворение вокруг их с Тайли парты. Обычно студентки разбивались на небольшие кучки, болтая или занимаясь праздными делами. Но сейчас явно происходило что-то очень интересное. Марта направилась к образовавшемуся сборищу.

— Всем привет, а что тут у вас происходит? — спросила она, приблизившись.

Одногруппницы немного расступились, оглядываясь и позволяя прибывшей пройти к ее месту. И удивленная Марта увидела, что на парте лежит рюкзак Тайли, раскрытый, а Рина, нэко, которая обычно тусит с их стайкой, шарит в нем руками.

— Вы это чего творите? — возмущенно спросила Марта, хотя знала ответ и так.

Тайли куда-то подевалась, оставив свои вещи на парте, и теперь одногруппницы собирались позаглядывать в ее вещи. Это не для того, чтобы украсть что-то, просто любопытство девушек пробуждалось каждый раз, как кто-то забывал телефон или дневник, или еще какие интересные вещи. Всем казалось весело и интересно позаглядывать в записи, почитать СМС переписку подруг, или записи в дневнике, чтобы потом подтрунивать над ними. Хотя, с другой стороны, можно было наткнуться на нелестные отзывы о подругах, и не раз казавшаяся крепкой дружба разрушалась, когда одна из девушек узнавала, порой через третьи руки, что

на самом деле думает о ней лучшая подруга.

— Стойте, не нужно так делать! — запротестовала Марта. — Это некрасиво, лазить по чужим вещам!

— Да ладно, мы только посмотреть! — сказала Рина.

— Ну, и что? Читать чужие переписки нехорошо! — несмело возразила Марта, ведь с хищницей, даже с такой тихоней как Рина, все равно полагалось спорить аккуратно.

— Вот только не говори, что тебе самой никогда не было интересно посмотреть, что другие пишут!

— Ну. — Марта покраснела. Конечно, ей было интересно, она и сама пару раз подглядывала с подружками в телефоны других девчонок, и сейчас возмущается только потому, что это ее соседки секреты сейчас будут рассматривать и изучать.

— Разве не хочешь, узнать, что на самом деле твоя подруга думает о тебе? — поддразнила Рина, помахав перед носом у Марты электронным планшетом, в который Тайли порой рисовала вместо черного альбома для рисунков.

— Ну-у-у. — неуверенно протянула Марта.

— Да ладно, расслабься! — хихикнула Рина. — На самом деле Тайли забрала телефон с собой, когда за ней пришла Клэр и увела куда-то. Здесь только альбомы и планшет для рисунков и фоток.

Марта удивилась и немного испугалась. Она знала, что наги помогают стайке, но чтобы вот так вот уходить с ними куда-то. Ладно там Виктория или Эрика, неформальные лидеры стайки, но Тайли.

— Так вы просто хотите рисунки посмотреть?

— Ага! Не бойся, ничего плохого от этого не случится, ее переписки нам не нужны.

Рина конечно лгала, в ее голосе отчетливо слышалась толика сожаления. Поржать с истории СМСок девушки с парнем, где та рассказывает, как и в какой позе хотела бы заняться с ним всяким — что может быть интереснее для молодых любопытных девчонок?

— Ну, Шауна, давай! — скомандовала Рина, перестав обращать на Марту внимания.

Девушка вздохнула, общественное мнение явно против оставить чужие рисунки в покое. Впрочем, что может такого случиться? С Тайли не убудет от того, что ее рисунки другие посмотрят. Пожав плечами, Марта оперлась о парту, наклонившись так, чтобы тоже получше все рассмотреть.

Кролик Шауна положила на поверхность парты тот самый таинственный черный альбом, в котором Тайли рисовала в свободное время, и никому не показывала результат. Шауна раскрыла его наугад на нескольких первых страницах, и все девушки ахнули — рисунки были великолепны. Четкие линии, правильные пропорции, насыщенные цвета, переход от света к тени. все казалось очень реалистичным, ничуть не хуже, чем портреты самой Шауны.

Вот только содержимое.

С открытием первого же рисунка веселый гомон утих, и повисло гнетущее молчание.

На первом рисунке были изображены Шаан и София в полумраке коридора Сакуры. Перепуганная София прижималась к торсу Шаан, которая обнимала ее одной рукой, а в другой держала огромный нож обратным хватом лезвием от себя, угрожающе выставив его перед собой. Вокруг них, на границе света и тени, виднелись темные силуэты, практически неразличимые, если бы не горящие красные глаза и полные острых белоснежных клыков голодные оскалы. Лицо Шаан искажено гримасой ярости, зубы стиснуты, глаза пристально следят за каждым возможным движением окруживших их противников. И под всем этим ровная надпись зелеными буквами — Защитница .

В наступившей гробовой тишине Шауна перевернула страницу.

На втором рисунке оказалась нарисована Венди, в своих любимых черных джинсах и свитере. Широко расставив ноги, она размахивалась для удара кулаком в лицо несущейся на нее безликой тени. Лицо девушки выражало ненависть, глаза горели ярким голубым светом, стиснутый кулак также окутывал ореол света. Под этим рисунком красовалась бело-голубая надпись — Ночная Тень .

Третий рисунок изображал Дженну-Кризис в странных доспехах. С криком злобной радости она поднимала кверху кулак, в котором было зажато некое, никому неведомое оружие. На заднем плане виднелась горящая деревня. Подпись гласила — Высший Хищник .

На следующем рисунке нарисована женщина в синих джинсах и куртке техника, поверх которой надет жилет с кармашками. Ее фиолетовые волосы растрепались, глаза горят жутким желтым огнем, рот открыт в крике, ноги широко расставлены, руки со скрюченными пальцами разведены в стороны, тело выгнуто дугой. Через нее бьют десятки маленьких молний, сбегая по одежде и по ногам, растекаясь по полу, охватывая станки и приборы вокруг. Повелительница Молний .

На пятом рисунке оказался голубоглазый блондин в черном плаще. Человек стоял, заложив руки за спину, а перед ним стоял на коленях, открыв от ужаса рот и вскинув руки в попытке защититься, кобольд в обносках дикарей, вмороженный в кусок льда, который расцвел вокруг него словно прозрачный цветок. На заднем плане, в полумраке, виднелся строй воинов в черных доспехах, с головами рогатых демонов. Холодное Пламя — гласила подпись.

— Ч-что это? — раздался потрясенный шепот. — Что за творчество шизофреника?

— Смотрите сюда! — воскликнула Рина, которая в этот момент добралась до галереи планшета.

Марта, как и все остальные, перевела взгляд на экран, на котором Рина открыла сделанные камерой фотографии. Это те самые селфи, что они с Тайли делали у себя в комнате. Тайли сбросила их на планшет, а один из снимков поставил себе на заставку телефона. Рина пальцем листала снимки, и каждый раз они менялись.

На первом снимке две улыбающиеся девушки смотрели в камеру, каждая сделала двумя пальцами викторию — победный жест.

Но уже при виде второго снимка кудряшки Марты зашевелились от ужаса. На нем все изменилось! Она, Марта, все так же улыбалась в камеру. Вот только ее улыбка стала вымученной, неестественной, зрачки глаз расширились, невидяще уставившись перед собой. А у обнимавшей ее за шею Тайли проступили новые черты: глаза горели желтым огнем, улыбка превратилась в оскал полный острейших зубов, уши стали длиннее, на лбу пробивались короткие изогнутые рожки.

На третьем фото эта изменившаяся Тайли притянула Марту к себе за подбородок, впившись ей в губы страстным поцелуем! Удовольствие проступало во всей ее позе, а Марта по-прежнему словно сомнамбула не осознавала происходящее.

На четвертом снимке Тайли широко раскрыла свою жуткую пасть, наклонив голову кудрявой девушки к себе, словно собираясь начать заглатывать ее. И все так же с лица Марты на снимке не сходила глупая улыбка, а рука по-прежнему неловко держала два пальца в дурацком жесте.

— О, Великая Богиня. — в ужасе прошептал кто-то.

Сама же Марта не могла поверить своим глазам, мозг парализовало страхом. Соседка по комнате на этих снимках превратилась в хищное чудовище! И это не рисунок, когда можно нарисовать все, что угодно — это все реально! Она не помнила ничего из этого! Тайли околдовала ее, заставила забыть все, что вытворила шутки ради, сделав снимки, которые, как она думала, никто никогда не увидит. От самой только мысли, что в этот момент Тайли могла сделать что угодно, Марта испытывала почти суеверный ужас. Теперь-то она начала догадываться, почему иногда так странно находиться рядом с соседкой, откуда порой возникает чувство, словно она забыла что-то важное.

— Она демон! — пробормотала Рина. — И скрытая при этом.

— Богиня, разве демоны могут учиться в Сакуре? — озабоченно спросил кто-то. — Разве они вообще могут находиться в Датиане, вотчине ангелов?

— Могут, — решительно ответила Рина, — между нами нет войны сейчас. Вот только, понятное дело, большинство из них не злоупотребляют этой возможностью.

Марта сделала шаг от парты, развернулась и, пошатываясь, побрела к выходу из аудитории.

— Марта? Ты куда?

Девушка вывалилась в коридор, схватившись за дверной косяк, чтобы не упасть, затем побрела прочь. Воображение рисовало картины того, что Тайли могла сделать в те мгновения, когда она бы даже не подозревала, что с ней что-то происходит, пуская слюни под заклинанием очарования или ментального контроля. Каждая картина только усиливала поселившийся ужас, заставляя девушку шагать быстрее. В конце концов, она перешла на бег, и понеслась к выходу из корпуса.

— Марта, не уходи одна! — крикнула Диана ей вслед.

Диана заколебалась, решая, не последовать ли за Мартой, чтобы подстраховать ее на случай, если та наткнется на хищницу, но девушка уже скрылась за углом, а ее шаги затихли, и Диана забоялась одна отправляться следом. Какая-нибудь нэко, например Рина, могла бы с легкостью догнать Марту, но Рина отлично понимала, как это будет выглядеть, и потому не двигалась с места, только вздохнув и покачав головой.

Несколько минут девушки не знали, что им делать. И в этот момент вернулась Тайли.

— Всем привет! — радостно пропела она, и тут же замолчала, пораженная реакцией. — Что случилось? Вы будто демона увидели! — хихикнула она.

Гробовое молчание и отчетливый страх на лицах стали ей ответом. Окинув взглядом свою парту, Тайли увидела выпотрошенный рюкзак, альбом и планшет на столе. Одним рывком она подскочила к своим вещам. Так и есть — пахнут чужими запахами.

— Вы трогали мои вещи?

Никто не ответил, стайка только старалась отодвинуться подальше, вбиваемый поколениями страх перед демонами был невероятно силен.

Тайли схватила планшет, открыла галерею и, заглянув в раздел недавнее , все поняла.

— Марта видела? — повернулась девушка к Рине. — Отвечай!

— Д-да-а-а.

— А где она сейчас?

— Убежала.

— Куда?

— Не знаю.

— И никто из вас ее не остановил?!

— Мы не успели, все было. так внезапно.

Тайли сгребла альбом и планшет в рюкзак, и закинула его себе на плечи, собираясь отправиться на поиски Марты. Это будет несложно — свою соседку она давно уже пометила куда надежнее микрочипов Шаан.

— Ни слова преподавателям, понятно? — рявкнула она стайке и очень выразительно щелкнула челюстями.

Все вздрогнули.

— Понятно. — раздался нестройный хор голосов.

Получив ответ, Тайли повернулась и сорвалась на бег, торопясь перехватить Марту до того, как та наделает глупостей.

Марта ворвалась в комнату общежития, где они с Тайли проживали, и остановилась. Теперь, когда пробежка закончилась, паническая атака стала проходить, и девушка начала воспринимать окружающую реальность. Почему она прибежала сюда? Логичнее было бы бежать в сторону ворот Сакуры, за красной чертой даже Тайли не посмеет ничего с ней сделать. А за вещами можно было бы прислать кого-то потом.

Вдохнув и выдохнув пару раз, Марта успокоилась окончательно и к ней вернулась способность логично рассуждать. Слепо бежать через парк одной точно нельзя! Значит, раз уж она здесь, нужно быстро собрать самые необходимые вещи, вызвонить несколько сопровождающих, чтобы провели ее до ворот.

Марта бросилась к шкафу, схватила сумку, и принялась запихивать в нее вещи. Немного одежды, белья и носков — то, что нужно, чтобы перебиться на съемных комнатах пару дней, пока она не решит, как быть дальше.

Что еще? Ноутбук! Устройство стоило дорого, и Марта просто пожадничала оставлять его здесь. Девушка быстро подошла к столу у окна, на котором стоял ее ноут, вырвала вилку из розетки и принялась сматывать провод. В сумке еще было место, она просто засунет все туда, а на новом месте уже разберется.

Внезапно девушка услышала звук, от которого у нее мороз пробежал по коже — в замочной скважине провернулся ключ, и скрипнула, открываясь, дверь!

Спрятаться в крошечной спальне было некуда, а выскочить из нее означало столкнуться с Тайли лицом к лицу. Марта сделала единственное, что пришло в голову в этот миг — упала на пол и быстро заползла под кровать, свернувшись под ней клубочком.

Дверь спальни открылась, и послышались тихие шаги. Пара ног в туфлях, выдаваемых вместе с формой, остановилась буквально у Марты перед лицом.

— Хм-м-м. — задумчиво промурлыкала Тайли.

Марта затаила дыхание, опасаясь выдать себя любым звуком.

— Определенно моя замечательная соседка была здесь, — принялась вслух рассуждать Тайли. — Похоже, она решила собрать вещи и убежать! Но не могла же она их бросить в последний момент? Значит, она где-то здесь? Прячется! Но где в этой маленькой комнате можно спрятаться? Разве что под кроватью или в шкафу.

Марта зажала рот руками, чтобы не закричать. Сердце бешено колотилось от страха, и оставаться неподвижной стоило девушке всей ее небольшой силы воли.

— Ну-ка, заглянем в шкаф! — объявила Тайли тем временем.

Ноги в туфлях сделали несколько шагов в сторону шкафа, его двери раскрылись.

— Хм. Никого. Неужели она спряталась под кроватью? Да не, это глупо! Так только маленькие дети поступают, всерьез надеясь, что их совсем не видно! Что же тогда делать? Придумала! Сяду на кровать и подожду, вдруг она вернется за вещами. И мы сможем поговорить!

Скрипнули пружины кровати, не той, под которой пряталась Марта. До девушки, наконец, дошло, что Тайли опять просто стебется. Собрав в кулак всю смелость, она выглянула из-под кровати. Так и есть — Тайли сидит и с улыбкой смотрит прямо на нее. Наверняка она с самого начала знала, где прячется ее соседка по комнате!

Марта выкарабкалась из-под кровати, покрытая пылью с ног до головы. Она встала перед Тайли, понурив голову, но демон не сделала ни одного движение, ни единой попытки схватить ее.

— Мне теперь конец, да? — глухо пробормотала Марта. — Ты меня съешь?

— Ну-ну, не говори глупостей, милая. С чего бы мне делать что-нибудь подобное?

Марта не ответила.

— Давай поговорим? — предложила Тайи.

— Давай.

— Присядешь рядом со мной?

Марта испуганно глянула на тепло улыбающуюся соседку.

— Не бойся, ничего с тобой не случится, я обещаю! Ну же, будь смелой!

— Я не смелая, — возразила Марта, — я ужасно тебя боюсь!

— Пф-ф-ф! Поверь, я видела, КАК люди боятся таких, как я, теряя рассудок и срывая голосовые связки в безостановочном вопле. Ты держишься вообще молодцом!

— Это потому, что ты так сделала? — буркнула Марта.

— Нет-нет, я сейчас не делаю ничего, честно!

Марта упрямо шмыгнула носом.

— Ты, что, обиделась? Это из-за тех снимков, да?

— А ты как думаешь?

— Все верно, у тебя есть полное право злиться. Я не должна была так поступать! Тогда это казалось очень удачной шуткой, но сейчас, конечно, она резко перестала быть смешной.

— Меня больше волнует, что еще ты делала.

— Ничего, честное-пречестное слово! Это было только один раз! Ну, если не считать того случая, когда я спасла тебя от Амелии.

— Ты спасла меня от Амелии? — не веря своим ушам переспросила Марта.

— Ну, да! Помнишь, я тебе говорила, что Амелия одна из скрытых?

— Но ты не говорила, что она пыталась меня съесть!

— Но она пыталась! Ты просто этого не заметила. Она сделала то же, что и я, но только не ради смешных фоточек.

— И ты остановила ее?

— Да.

— Значит, я обязана тебе жизнью.

— Ну. Не без этого.

— Спасибо.

— Если ты простишь меня за выходку с фоточками, то это будет лучшая благодарность, — Тайли посмотрела на Марту просящим взглядом, и та смутилась.

— Я. прощаю, конечно.

Тайли похлопала ладонью по кровати. Марта сделала пару шагов и заставила себя сесть рядом с соседкой. Тайли потянулась к Марте, но вдруг остановилась.

— Можно? — спросила она.

— Можно.

Тайли обняла Марту за плечи, и кудрявая девушка вздохнула, напряжение начало ее отпускать. Тайли принялась шарить пальцами у соседки в волосах, вычесывая ветошь и пыль, которые та насобирала под кроватью.

— Не бойся меня. Я буду тебя защищать, как Шаан защищает Софию!

— Почему?

— Потому, что ты мне нравишься.

Глава 39. Перерождение (часть 2)

— Ты уверена, что это хорошая идея?

— Да не трусь, я уже сто раз так делала!

Тайли замерла, положив руку на ручку двери, отделявшей один коридор от другого.

— Что такого, чего ты боишься?

Марта замялась. После Важного Разговора у них в комнате, Тайли настояла, что им нужно пойти в одно место, упрямо отказываясь говорить, что там находится.

— Ты боишься, что я заманиваю тебя куда-то в укромное место, чтобы там съесть?

— А ты, что, мысли умеешь читать? — удивилась Марта.

— Нет, просто догадалась. Но ты не бойся! Поверь, если бы я хотела тебе что-то сделать, то сделала бы это прямо там, в общаге. И никто бы не узнал.

Девушка охнула.

— Но. там ведь могут быть другие хищницы? — нашла она новое возражение.

— Что значит могут ? Они обязательно там будут!

— Ох.

Видя, что ее кудрявая подруга только еще больше заволновалась, Тайли медленно и осторожно взяла ее за руку.

— Помнишь, о чем мы когда-то говорили? Когда я предупредила тебя насчет Амелии?

Нервно сглотнув, Марта кивнула.

— С тобой безопасно.

— Вот! Со мной безопасно. Я никому тебя не отдам. Никому не позволю сделать тебе больно или плохо. Если я зову тебя куда-то, значит, там тебе ничего не угрожает. Да, в том месте будут только свои.

— Хорошо, я верю тебе. — неуверенно ответила Марта.

Тайли благодарно кивнула, затем повернулась к двери и открыла ее резким пинком ноги. Жалобно скрипнув, створки распахнулись, показывая, что за ними находится пустой коридор.

— Вот видишь? Никого нет! Идем!

Они двинулись дальше по пыльному коридору в дальней части корпуса. Тайли шла легким пружинистым шагом, напевая под нос незамысловатую мелодию. Марта следовала за ней по пятам, нервно оглядываясь, опасаясь засады за каждым углом. Здесь редко бывали люди, практически не проходили занятия, только несколько лабораторий, заставленных разным оборудование, занимая площадь нескольких лекционных аудиторий, время от времени видели студентов старших курсов.

— Хорош трястись! Здесь ни одна дура не ложится в засаде, потому что мимо практически никто не ходит. Кроме того, мы уже почти пришли!

Тайли указала рукой в небольшой тупиковый коридор, оканчивавшийся двустворчатой дверью. Марта с удивлением отметила, что место выглядит значительно менее заброшенным, чем многие аудитории вокруг. Двери, к которым вела Тайли, оказались усилены листами железа, а там, где их створки сходились, был вделан новенький блестящий замок.

Тайли взялась за ручку, подождала секунду, и из-за двери послышалось отчетливое клик , после чего замок щелкнул и открылся. Тайли толкнула створки дверей и вошла.

Последовав за ней, Марта увидела брошенный актовый зал, в котором, тем не менее, виднелись следы уборки, а в интерьере появилось несколько предметов совершенно непонятного назначения.

Они не стали задерживаться здесь, Тайли увлекла подопечную к боковой двери, за которой слышались голоса. Распахнув ее с торжествующей улыбкой, Тайли посторонилась, сделала Марте приглашающий жест и провозгласила:

— Добро пожаловать, моя милая, в наше секретное убежище под названием Берлога!

Девушка вошла в комнату и замерла на пороге, не веря своим глазам. Здесь оказалось светло и чисто, вдоль стен стояли столы и диваны, а на стене напротив них висел телевизор. В углу была оборудована небольшая кухня и подключен холодильник, все это питалось энергией от стоявшего в другой комнате генератора. В соседней комнате через проем двери виднелись кровати.

Обитатели комнаты повернулись, с любопытством встречая новоприбывших, и Марта увидела множество знакомых лиц. Здесь оказалась Шаан и две ее постоянные спутницы и подручные. Они были не одни — каждая привела своих питомцев. София, Меррил, Виктория и Эрика о чем-то шушукались, заняв один из диванов. На другом сидели Кризис, скучающая с чашкой чая, и Венди, уткнувшаяся в экран толстого угловатого ноутбука. На краю этого же дивана съежилась нэко Джульета, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

Венди оторвалась от работы, мельком глянув на вошедших.

— Ага. Ну, наконец-то все в сборе, — спокойно прокомментировала она.

— Всем привет, — несмело поздоровалась Марта.

— Заходи, заходи, чего ты, как неродная? — ответила Клэр. — Тут, как видишь, чужих нет, все свои.

— Ага.

— Ооо! — встрепенулась Кризис. — Новые люди! Здорово! Добро пожаловать!

Она спрыгнула с диванчика, и в мгновение ока оказалась рядом с Мартой. Девушка с трудом успела уследить за ее движениями, резкими и стремительными.

— Не волнуйся, тут ты в полной безопасности! — затараторила блондинка, увлекая девушку вглубь комнаты за плечи. — Садись! Будешь чай? А то я много его заварила.

— Я буду, — вставила Тайли, подходя к столу.

И ей тут же прилетела затрещина от вставшей с диванчика Венди.

— Эй! За что?! — возмутилась суккуба, потирая ушибленное место.

— За то, что напугала девочку чуть не до обморока. Говорила тебе, дурочке, давно надо было поговорить с ней обо всем!

— Ладно, ладно, я виновата!

— Булочки принесла?

Ухмыльнувшись, Тайли вытащила из рюкзака пакет и положила его на стол.

— Ура, дынные булочки! — воскликнула Клэр, и ее радостному воплю тут же вторила Кризис.

— У вас минут десять-пятнадцать, — сказала Венди Софии и та кивнула в ответ.

О чем это она? — напряглась Марта.

— Марта, — сказала София, подходя и беря ее за руку, — давай-ка отойдем в соседнюю комнату и поговорим.

Рядом с Софией стояли Меррил, Виктория и Эрика.

— О чем?

— Да не волнуйся ты! Просто проведем небольшой факультатив, так сказать. Тема сегодняшней лекции моя соседка по комнате хищница, и как теперь с этим жить .

Общение с другими питомцами помогло. Девочки пошептались, обсудили, как живется рядом с необычными подругами. Они тихонько жаловались друг другу на мелкие неудобства, которые, впрочем, с лихвой перевешивало чувство безопасности, которую предоставляла защита хозяйки .

Конечно, у каждой хищницы свое отношение и свои правила. Марте предстояло еще привыкнуть к Тайли, однако она поняла, что ее положение не катастрофическое, и вполне возможно найти общий язык с соседкой по комнате, раз уж судьба столкнула их вместе в одном замкнутом пространстве.

Через пятнадцать минут Марта вышла из спальни с приподнятым настроением, страх перед демоном ушел. Заметив это, Тайли с благодарностью кивнула остальным питомцам, и поделилась (неслыханная щедрость) дынными булочками.

Девушки пили чай с булочками, разговаривали и смеялись. На диванчиках царила непринужденная атмосфера, Марта с удивлением заметила, что ко всем девушкам за столом относятся как к равным, невзирая на то, хищница она или нет. Это было необычно для жителей Датиана. Они жили в безопасности, и постоянно общались с другими видами. Но все стороны общения всегда помнили о реальном положении вещей в городе. Каждый человек знал с самого детства, что есть определенная черта, за которой ты перестаешь быть другом, товарищем, коллегой. То, что хищницы здесь, в этой комнате, не проявляли и, скорее всего, даже не испытывали превосходства по отношению к людям, поразило непривычную к такому Марту до глубины души.

Так, например, поскольку диванчиков вокруг стола хватило не всем, Шаан просто свернула свой длинный хвост в некое подобие дивана, и на нем с удобством разместились Кризис, Венди и Тайли. На осторожный вопрос о том, удобно ли ей, анаконда только рассмеялась. Вот только Кризис она посадила на конец хвоста, а рядом с собой расположила Тайли, и та тут же принялась что-то увлеченно рассказывать зеленой наге на ухо.

Клэр оказалась большой модницей, и Виктория с Эрикой обсели нагу с двух сторон. Втроем, они громко шептались о последних веяниях датианской пестрой моды, договорились принести завтра модный журнал, чтобы вместе его изучить, а на выходных вместе отправиться штурмовать бутики.

Кризис постоянно опекала новенькую. Она старалась объяснять Марте все, что касалось существования их подпольного клуба, постоянно следила, чтобы у девушки хватало чая в чашке. Ее мелодичный голос, которым она общалась с Мартой, напоминал соловьиную трель, хотя блондинка упорно продолжала утверждать, что пение — не ее конек.

Даже Джульета расслабилась и приободрилась, к явной радости Венди. Кошечка, наконец, поверила, что здесь ее не будут избегать, бояться, презирать. Она расслабилась, и тоже с удовольствием налегла на вкусняшки.

Но все хорошее не могло длиться вечно. Когда чаепитие закончилось, Шаан объявила, что настала пора , и приказала питомцам построиться.

Недоуменно переглядываясь, девушки привычно выстроились в линию, так же, как обычно делали это на физкультуре.

— Итак, — громогласно объявила Шаан, за спиной у которой, сложив руки на груди, встала Венди, — сегодня в вашей жизни начинается новый период! Мы с Венди решили, что вам надлежит пройти дополнительный курс физической подготовки, который повысит ваши шансы на выживание в этой. школе. Кому-то из вас требовалось набрать нужную физическую кондицию, кому-то нужно было стать готовой ментально. Сейчас время пришло!

Девушки в строю недоуменно переглянулись, похоже, подобного поворота не ожидал никто.

— С этого момента я — ваш инструктор по строевой и боевой подготовке. С этого момента вы будете говорить только тогда, когда к вам обращаются, и первым и последним словом у вас должно быть слово мэм ! Понятно объясняю?!

— Мэм, да, мэм.

— Фигня, я вас не слышу! Мычите, как коровы!

— Мэм, да, мэм!

— Здесь нет свободы выбора — вы будете заниматься в приказном порядке. Пропускать занятия нельзя! Та, кто пропустит тренировку без уважительной причины, — лицо Шаан расплылось в зловещей улыбке, от которой питомцы вздрогнули, — будет наказана. Вы приходите в любом случае, неважно, дождь на улице, снег или извержение вулкана. Вы откладываете факультативы, свидания, походы по магазинам, и все такое прочее! Если вы заболели, умерли, или вам оторвало ноги, или случилось еще что-нибудь достаточно уважительное для пропуска занятия — вы докладываете об этом своему партнеру и мне! Все ясно?!

— Мэм, да, мэм!

— Я не жду, что вы все сможете пройти весь запланированный курс, но буду заставлять вас стремиться к максимально возможному результату. И если вы, девчонки, переживете мою учебку, если вы переживете курс молодого бойца — вы станете оружием, посланниками смерти, молящимися о том, чтобы началась война.

Кризис удивленно встрепенулась при этих словах.

— Венди, а не слишком-то круто? — обратилась она к спокойно наблюдавшей за вводной речью девушкой.

— Мда, Шаан, что-то ты действительно.

— Я же не указываю тебе, как в Диких Землях схроны делать? Вот и ты не лезь в мою муштру! — огрызнулась Шаан.

Венди пожала плечами.

— Но вообще да, про последнюю часть еще рано говорить. — подумав, пробормотала Шаан себе под нос. — Ладно, пока только физическая подготовка! — заявила она уже громче.

Питомцы взволнованно переглянулись.

— Первое занятие начнется прямо сейчас! — прогремела Шаан. — Напра-а-аво! На другое право! — тут же рявкнула она, хлестнув концом хвоста по заднице затупившую Викторию. Та взвизгнула от неожиданности, подпрыгнув на месте.

С грехом пополам через некоторое время строй сориентировался в нужном направлении — к широким гаражным воротам в конце помещения, которое когда-то было складом.

Шаан хлопнула по кнопке подъемного механизма, и ворота со скрежетом поползли вверх, открывая вид на площадку для грузовиков, чей асфальт уже давно потрескался. Подъездную дорогу большей частью скрывали разросшиеся кусты и деревья, чья листва начала желтеть с приближением сезона дождей, зимы по земному календарю. Заросли надежно скрывали ворота склада и все перед ними от любопытных глаз. Здесь их никто не увидит и не услышит, ведь для этого нужно сначала обогнуть здание корпуса, а потом пробраться через заросли по остаткам подъездной дороги.

Часть кустов была расчищена, образовав круг диаметром в пятьдесят метров. По его краям была насыпана дорожка для бега, ближе к центру кругом замыкалась полоса препятствий, при виде которой питомцы пришли в уныние. В самом центре находились стойки с боксерскими грушами и площадка для занятий боевой подготовкой и спаррингами.

— Для каждой из вас в пакете на лавочке лежит новая спортивная форма! — громогласно объявила Шаан. — Быстро переодеваться! И начнем.

Все разошлись по домам через час. София, Меррил и Шаан отправились к себе на квартиру. Девушки постанывали от боли в мышцах, тренировка Шаан оказалась намного более суровой, чем всем привычная физкультура, где перекидывали мячик и выполняли несложные упражнения по нормативам для девочек. Анаконда же погнала их по-взрослому — десяток кругов вокруг площадки, комплекс разминочных упражнений, полоса препятствий. А сейчас Шаан только закатывала глаза, слушая стоны и приглушенные жалобы (по завершении занятия было разрешено вернуться к обычному стилю общения на равных).

— Болит?

— Да.

— Нет! — отрезала Шаан. — Это еще не болит! Болеть будет

завтра!

Это обнадеживающее заявление вызвало только еще более сильный скулеж.

— Витамины не потеряли? — спросила нага, доставая кнопку от роллеты.

Обе девушки послушно показали выданный им витаминный комплекс. Его нужно будет употреблять в пищу, чтобы тело лучше проходило тренировки, привыкало к нагрузкам, быстрее набирало мышечную массу. Для последнего понадобится полноценная диета с большим количеством белка, и Шаан уже объявила, что салатики и диета с этого дня остались в прошлом.

— У вас начинается новая жизнь, — заявила она, когда троица покидала Берлогу.

И вот, наконец, роллета опустилась у девушек за спиной, отделив их от внешнего мира. Привычная, ставшая почти родной обстановка в их маленькой квартире умиротворяла, внушала спокойствие и уверенность. Шаан посоветовала пораньше лечь спать, чтобы организм успел отдохнуть и немного восстановиться после сегодняшних нагрузок. Меррил и София полезли в душ, вдвоем. Для учениц Сакуры в этом не было ничего странного. Шаан осталась ждать своей очереди, быстренько просмотрев сообщения, пришедшие ей в секретный чат на ноутбуке.

После питомцев в душ отправилась и она, а София и Меррил сделали на всех легкий ужин. Есть придется много, есть придется часто, предупредила их Шаан. Предстоит забыть о диете для поддержания фигуры — отныне они будут поглощать множество калорий. Но вот только идти они будут не в широкие бедра, а станут превращаться в мышцы, делая их тело сильнее. Самочувствие изменится, здоровье станет крепче, зрение и слух острее. Скоро.

Помывшись и поужинав, обитательницы квартиры стали укладываться спать. Меррил, пожелав всем спокойной ночи, отправилась в спальню, в которой спала теперь одна — вторую кровать Шаан и София уже давно делили вместе, переместив ее в зал.

София переоделась в ночнушку, и нырнула под одеяло к наге, устраиваясь поудобнее и поправляя свою подушку. Шаан осторожно потянулась к ней, как обычно это и делала — наге нравилось тепло человеческого тела, и она с удовольствием прижималась к Софии, особенно хвостом. София расслабилась, позволяя себя обнять. Шаан обвила девушку руками, уткнувшись носом в плечо.

— Спасибо, — пробормотала она.

— За что?

— За то, что не сдала меня.

— Ты что?! Как я могла?! Ты столько всего сделала для меня, это была бы черная неблагодарность!

— И еще за то, что не стала бояться, узнав меня. с другой стороны.

— Я верю тебе, Шаан. Раз ты это сделала, значит, так было нужно.

— Так было нужно, София. Для тебя.

— Спасибо.

София помолчала несколько секунд, затем грустно добавила:

— А ведь я ее знала. Она встречалась с Дэном, одноклассником Маркуса.

— Вот как? — удивилась Шаан.

— Что я теперь им скажу?

— Ничего! Теперь ты поймешь, почему нормальная хищница не хвастается своими охотами перед всеми. Про такое принято рассказывать только в очень узком кругу.

— Но ведь Умбра же хвастается.

— А кто сказал, что она нормальная?

София промолчала. Вздохнув, Шаан прижалась к девушке сильнее.

— Если тебе станет от этого легче, то сегодняшнюю кошку оффнула Венди, — сказала анаконда, пытаясь снять с девушки непонятно откуда взявшееся чувство вины.

— Оффнула?

— Ну. убила.

— О. А ты?

— А я убила всех остальных, — жестко сказала Шаан.

— И ни одной из них не съела. Ты правда никогда никого не ела, Шаан?

— Правда. Я родилась в другом мире, где разумные существа не едят друг друга. История про то, что я приехала из другого места на Карвонне, была просто легендой, призванной до поры скрывать мое настоящее происхождение.

— Расскажи мне про свой мир, — тихо попросила София.

— О. — вопрос застал нагу врасплох. — Рондия, на которой я родилась и выросла, это мир, состоящий из двух огромных континентов, с океаном посередине, полным островов. На этих континентах живет множество разных видов, включая людей, наг, фей, драконов и многих других. Долгое время мы были по уровню развития не выше Карвонны, цивилизованные королевства, у которых было много рабочей силы для развития, жили в замках и городах. Виды, которые менее многочисленны, и менее приспособлены к тяжелой работе, жили на природе .

— И никто никогда не ел более слабых?

— Ну, возможно когда-то так было, но очень давно, многие поколения назад. По мере того, как цивилизация охватывала наш мир, он становился другим. Различные виды и народы воевали и торговали, учились жить по соседству друг с другом. У нас никогда не было такого, чтобы люди оказались настолько слабы, чтобы другие ими помыкали. Они были храбры, хорошо организованы, трудолюбивы. Большинству существ из других видов приходилось считаться с их силой в количестве. А против божественных созданий люди могли применять магию, которая очень сильна в нашем мире, и для нее не требуется поклоняться Артемиде.

— А как ты оказалась здесь?

— Я воин, и верно служила королеве моего народа. Когда в наш мир пришли люди-иномирцы, они установили отношения со многими королевствами, в том числе и с моим народом, жившим в лесных городах. Я присоединилась к Ауксилии — отряду, который участвовал в операциях Федерации, перенимая боевой опыт современной войны. Во многих конфликтах Федерация создавала коалиции из фракций, заинтересованных в разрешении конфликта так же, как этого хочет Федерация. Так люди-иномирцы стали сильны изначально — они искали союзников среди рас, которые имели примерно одинаковые с ними ценности и моральные устои. Это долго объяснять, но достаточно знать, что Защитнице Датиана и ее прихвостням не стать союзниками Федерации никогда! Чудовища, живьем поедающие людей, всегда будут вызывать ненависть в иномирцах, чья история пронизана практически бесконечной войной за выживание их расы.

— Но твой народ стал союзником этой Федерации, да?

— Да. Мы достаточно похожи на людей. Веками мы соседствовали с человеческими королевствами, общались и торговали с ними. Если даже когда-то наш вид и был хищным, и наши дикие предки поедали людей, то их потомки от этого давным давно отказались. Мы ненавидим хищных наг превыше всего, ведь они выставляют нас всех чудовищами.

— Но ты же общалась здесь с другими нагами? С хищницами.

— Только по необходимости. И каждую секунду мне приходится сдерживать себя, чтобы не убить их на месте. Я расслабляюсь только, когда оказываюсь здесь, в безопасности нашей квартиры, рядом с тобой и Меррил.

— Я помню, — серьезно сказала София. — Ты говорила, что мы помогаем тебе не сойти с ума.

— И это правда, а то я бы давно уже психанула и. неважно.

— А что было дальше, когда ты стала ходить в походы с иномирцами?

— Мы не очень приспособлены к большинству войн, которые ведут на различных мирах иномирцы. Но есть специальная группа Хищник , которая занимается разведкой и боевыми операциями в других мирах, в условиях, где от нас есть определенный толк. Она большей частью состоит из людей, но регулярно использует помощь Ауксилий, в том числе и моей. Нас собирают под началом заместителя командира группировки, генерал-лейтенанта Венди Майер. Так получилось, что большинство из наших специалистов, с которыми ей приходится иметь дело — девушки.

— Ха-ха, реально?

— Да. У некоторых рас наблюдается диспаритет полов, когда, например, девочек рождается больше, чем мальчиков. Самый яркий пример такой особенности — феи. Встретить парня-фея — редчайший случай! Когда начнем изучать генетику, я тебе объясню, как так получается.

— Обалдеть.

— Ну и, помимо этого, Венди часто собирает к себе особенных специалистов, таких, как Кризис, и ее напарница Анна. Девушкам с характером часто тяжело ужиться в мужском коллективе, и они либо пытаются приспособиться, либо переходят под крылышко Венди. И в свой отдельный особый отряд она отбирает лучших из лучших, тех, у кого есть различные способности, навыки (боевые и не только), могущественная магия и прочие интересные вещи. Так образовался девчачий спецназ , отряд, состоящий почти целиком из девчонок, под командованием Венди. Некоторых из них ты уже встретила здесь, в Сакуре, и видела, на что мы способны.

— Поверить не могу, — пробормотала София. — Тихоня Венди, которая большей частью крадется вдоль стен и ходит по коридорам школы одна, оказывается командует целым отрядом лучших бойцов!

— Параметры этого задания требовали, чтобы люди оставались на втором плане, а их место заняли те виды, которые не будут рассматриваться местными как цель для охоты. Мы должны были действовать скрытно, но это задание я успешно провалила. Многое пришлось переиграть, позвать помощь в виде Хиссы и Клэр, а затем и самой Венди. Никудышный из меня разведчик.

— Как долго ты знаешь Венди и остальных?

— Уже несколько лет.

— Лет?! Но это значит, что ты все эти годы сражаешься вместе с ними! Но. сколько же тебе лет, Шаан?

— Скоро буду отмечать тридцать.

София привстала на кровати, повернувшись, чтобы заглянуть в лицо Шаан, узнать, не шутит ли она. В темноте, конечно, она ничего не увидела.

— Да ладно?! Ты мне в матери годишься? Моей маме едва тридцать лет.

— Ого. Во сколько же она тебя родила?

— Девушки на Карвонне стараются забеременеть как можно раньше, чтобы получить право на защиту, и деньги на ребенка.

— Уродливый мир. Но это все скоро изменится.

— Как?

— Узнаешь потом. А теперь спи, завтра на пары.

— Спокойной ночи, Шаан.

— И тебе спокойной ночи, София.

Тайли и Марта тоже вернулись в свою комнату в общежитии. Совместными усилиями всех участников Берлоги Марту удалось отговорить от переезда. И теперь двум девушкам предстояло уживаться вместе заново, приняв во внимание новые обстоятельства.

Тайли старалась как могла, пытаясь показать Марте, что ей ничего не угрожает, что жить вместе — это нормально. Кудрявая девушка все еще подозрительно косилась в сторону соседки, но постепенно приходила в себя, чему сильно поспособствовало сегодняшнее отвлечение на тяжелую тренировку.

Они по очереди приняли душ, приготовили скромный ужин. Тайли ходила в душ второй, и потому вышла с тарелкой из кухни, когда Марта уже сидела на диване. Тайли нерешительно подошла к дивану, замедлив шаг в паре метров от него.

— Можно? — осторожно спросила она, стараясь не выдать волнения в голосе.

Марта насторожено оглядела суккубочку с головы до ног. Сейчас, когда Тайли находилась в своей человеческой форме, ничто не выдавало в ней истинную природу. Да и деваться в крошечной квартирке все равно некуда. Здесь не так много мест, где вообще можно сесть, так что им придется учиться доверять друг другу и уживаться вместе.

— Можно, — ответила Марта после секундной заминки.

Тайли просияла, и уже решительнее уселась рядом. Девушки достали куски фанеры, которые служили им столами, и некоторое время молча ели. Марта украдкой наблюдала за Тайли, но ничего такого не увидела. Скрытая кусала, жевала и глотала пищу как обычный человек, у нее были ровные белые зубы, так не похожие на саблевидные клыки, виденные на той страшной фотке.

— Покажешь? — нерешительно буркнула Марта, исподлобья глядя на соседку.

Тайли ответила заинтересованным взглядом.

— Что именно?

— Настоящую себя.

— А меня настоящую ты видишь каждый день! — весело парировала Тайли. — Или ты думаешь я теперь стану какой-то другой?

— Ой. Я имела в виду настоящую форму.

— Уверена? Ты только сегодня узнала, кто я такая. Тебе бы попривыкнуть немного, прежде, чем смотреть на меня настоящую.

— Можно подумать я сегодня буду лучше спать, если останусь в спасительном неведении, — с сарказмом ответила Марта.

Тайли наклонила голову, с любопытством глядя на соседку и встретилась с ее напряженным выжидающим взглядом. Девушке нужно было потрогать источник своего страха, нужно убедиться, что опасность не так страшна, как она себе воображает. И Тайли решилась.

— Но только немножко, не все сразу, — проворчала она. — Если общага сбежится на твои вопли, то мы точно спать не будем!

— Хорошо.

— Тогда что ты хочешь увидеть?

Марта вздрогнула, вспомнив, что в тех снимках напугало ее больше всего.

— Зубы.

Желтые глаза Тайли вспыхнули удивлением, затем ее рот искривила лукавая улыбка.

— Во-о-от ка-а-ак? — игриво протянула она. — А почему именно их? Может лучше длинные ушки? Я разрешу тебе их потрога-а-ать.

Марта мгновенно покраснела. Полушепот Тайли стал очень страстным, сладким словно мед. Суккуба откинула назад прядь волос, показывая обычное человеческое ухо.

— Зубы, — упрямо повторила Марта. — А ушки потом, в другой раз. Как раз к ним мне больше всего придется привыкать.

— Тебе много к чему придется привыкать, Марта, — хмыкнула Тайли. — Впрочем, как хочешь.

Она наклонилась немного вперед, улыбаясь. Марта нервно смотрела, как ровные белые зубы ее соседки, медленно удлиняются, становясь длинными острыми клыками, улыбка расплывается шире, превращаясь в оскал. Тайли замерла неподвижно, позволяя соседке хорошо все рассмотреть. Марта нервно глядела на открывшееся зрелище несколько секунд, не крича и не пытаясь убежать. Затем осторожно протянула руку, собираясь коснуться их пальцами. В расширенных зрачках девушки был страх, и Тайли старательно не шевелилась, чтобы не спугнуть питомца в такой нервный момент. Марта осторожно провела пальцем по зубам Тайли, затем сразу же отдернула руку.

Тайли отстранилась, откинувшись на спинку дивана, и прекратив скалиться. Впрочем, отметила про себя Марта, человеческую форму зубам суккуба возвращать не стала.

— Вот видишь? И совсем не страшно, — нарочито радостно объявила суккуба.

— Зубы, уши, рога, крылья, хвост, — пробормотала Марта, вспоминая увиденное на фотографии. — Интересно, что еще ты прячешь?

— Я пока стесняюсь тебе сказать, — пробормотала Тайли, внезапно покраснев, но Марта не придала значения этим словам.

Поужинав, девушки помыли посуду, и уселись отдыхать. Тайли включила какую-то развлекательную передачу, и телевизор тихо бубнил, создавая умиротворяющую атмосферу. Марта открыла ноутбук и прошлась по школьным чатам. Там стоял очередной ажиотаж — стайка разболтала об увиденном на всю школу. Завтра Марта проснется (если проснется) еще одной местной знаменитостью — девушкой, живущей в одной квартире с хищницей, которая еще и демон. В личке ей пришлось ответить на десяток вопросов от озабоченных подруг, это при том, что в Берлоге она раз пять отвечала на звонки, рассказывая, что с ней все в порядке.

— Полюбуйся, — Марта указала на горячую тему в основном общем чате, где им обеим уже который час перемывали все кости. Тайли наклонилась к экрану, с интересом читая сообщения. — Нам теперь проходу не будет. А ведь я хотела всего лишь тихонько учиться, не привлекая ничьего внимания, кроме разве что пары голодных охотниц.

— Пфф! Забей! Какая разница, что теперь все о нас знают? Ты теперь под моей защитой, пусть только попробуют! Шаан и Кризис уже два раза их мордами по полу повозили, и за мной тоже не задержится!

— Ты. можешь?!

— Пфф! Росла бы в том же гадюшнике, что и я — еще и не такому бы научилась!

— Расскажешь о. том месте, откуда ты родом?

Веселье Тайли внезапно растаяло, молодецкая речь оборвалась на полуслове.

— Может быть, в другой раз. Давай ложиться спать, а то ты завтра на пары не встанешь после тех экзекуций, что Шаан сегодня вам устроила.

Марта застонала, вспомнив, что творилось на первом занятии по физподготовке. Ее тело ныло, и завтра каждая клеточка наверняка будет болеть при каждом движении.

Девушки выключили телевизор и ноутбук, и отправились в спальню готовиться ко сну. В спальне царил полумрак — единственный маленький ночник на тумбочке в изголовье кровати Марты, с трудом освещал часть комнаты неверным желтым светом, образовав круг света, а остальную комнату превратив в царство теней.

И снова Марта спокойно переоделась в пижаму на глазах у Тайли. Вот только на этот раз, заметив, как суккуба на нее смотрит, девушка впервые испугалась, вновь неверно истолковав обращенный на нее взгляд.

А Тайли сидела на своей кровати, нервно вцепившись скрюченными пальцами в одеяло. Она чувствовала не голод, нет-нет! Молодую суккубу словно огонь жгла дикая животная

похоть. Молодая красивая человеческая девушка, с прекрасным и здоровым телом, каждую ночь спала рядом, всего в полутора метрах от изнемогающей суккубы. И теперь она выяснила, кто же такая Тайли на самом деле, но не убежала с воплями, а согласилась и дальше жить в одной комнате! Она приняла новую форму Тайли, а, значит, смогла бы принять и понять чувства, которые одолевали суккубу. От этой мысли сдерживаться становилось еще труднее, Тайли впервые пришлось призвать на помощь всю могучую силу воли, чтобы удержаться от глупостей в этот миг, когда воображение рисовало самые горячие и развратные позы, которые они вдвоем могли бы принимать на этой кровати. Помогало только воспоминание о холодных угрозах Венди, которые та шептала ей, пребольно ухватив за длинное ухо, пригрозив отправить домой, в Корракс, при первом же залете.

— Тайли! Ты меня пугаешь! — дрожащим голосом пробормотала Марта, сидя на своей кровати, закрывшись одеялом.

Суккуба пришла в себя, осознав, как это выглядит со стороны: вперившийся в жертву горящий взгляд, нервно закушенная губа, пальцы, вцепившиеся в кровать, торс, наклонившийся вперед, словно демон собирается броситься на беспомощного человека.

Тайли смогла взять себя в руки и расслабиться. Она отпустила одеяло, выдохнула, успокаиваясь. и одним резким прыжком перемахнула через разделявшее две кровати пространство, оказавшись рядом с Мартой, которая успела только удивленно моргнуть. Подобравшись к девушке вплотную со спины, Тайли обняла ее за талию, уткнувшись носом в плечо.

— Не бойся, — прошептала она как можно ласковее, — ты ведь помнишь?

— Рядом с тобой безопасно.

— Да.

— Почему мне страшно? Ты ведь, наверное, можешь сделать, как тогда?

— Могу. Но не хочу. То была ошибка, и я больше не хочу ее повторять. Пусть лучше твое отношение ко мне будет настоящим, без магии или принуждения. Только теперь я понимаю, о чем говорила моя наставница.

— Я все равно буду бояться заснуть сегодня, — пожаловалась Марта.

— Я могла бы спеть тебе колыбельную, но она страшная, — с сарказмом ответила Тайли.

— Спой.

Тайли удивленно выглянула у девушки из-за плеча, попытавшись заглянуть ей в лицо. Ответом стал испуганный, но решительный взгляд.

— Уверена? А то еще хуже спать будешь.

— Уверена.

— Хорошо.

Тайли прочистила горло, и Марта напряглась, приготовившись. Девушка не забыла, какие жутковатые песни исполняла ее соседка-демон во время выступления в хоре, когда думала, что Марта ее не видит.

В сгущающихся сумерках

Время раскручивается, линии размыты

Под видом ребенка

В твой кошмар меня заманили

Марта уже пожалела о возможности слушать эту жутковатую колыбельную. Тайли пришел сюда, притворившись ребенком? Зачем? Руки, обвивавшие девушку сзади за талию, стиснули ее тело чуть сильнее.

Как марионетка, связанная и повешенная.

Плотно связанный

Твои струны, на которых я был натянут

Я мечтаю, чтобы я убежал от тебя

Если бы мои ноги могли чувствовать землю

Тайли прижалась еще ближе, продолжая петь и слушать, как колотится сердце Марты.

Теперь я вышел из леса

В целости и сохранности, когда я заколачиваю двери.

Но как только я буду чист и свободен от всякого страха

Я обнаружил, что ЖЕЛАЮ большего

Марту испугало слово голод, а Тайли распалялась, в ее глазах снова зажглось озорное возбуждение, улыбка, полная постоянство клыков не сходила с ее лица.

ОХОТА началась

Держитесь за свои шляпы

Если это не ножи

Это глаза на твоей спине

Суккуба приблизила лицо с оскаленной пастью вплотную к щеке Марты, и жутким свистящим шепотом принялась шептать следующий куплет девушке в ухо.

Итак, дружите вы с крысами или нет. Притворитесь, что вы МЫШЬ В доме, полном КОШЕК.

Марта дрожала, но не смела отстраняться или перебивать. Она очень отчетливо осознавала, какую огромную силу может иметь ее соседка, ее. покровительница. Раздражать демона, когда она в таком состоянии не стоит, если ценишь свою печальную смертную жизнь.

Бледна тюрьма Они обрекли меня жить В камере есть место только для ОДНОГО, но ДВОИХ Сумерки над нами Я знал, когда они наступили, Эта тьма честна Вы сами с собой? И мысли мои искажаются И тело деформируется В чудовищные формы Ужаснейших форм Мы заперты с куклами И их опустошенными трупами Все преследуются ГОЛОДОМ Всеведущая сила

С каждым новым куплетом Марта все больше убеждалась, что в словах песни Тайли прячет некий тайный смысл. Девушка не могла его постичь, пока предположение о метафоре вряд ли было ее независимым участником. Но она все равно старалась понять, что поэт Тайли, смутно догадываясь, что к ним обеим и к Сакуре, песня имеет непосредственное отношение.

Грустен мой сон, Где трава совсем зеленая Превратилась в пастбище Загипнотизированных овец Я бы их сосчитал, но зачем мне беспокоиться?

В конце концов, они все должны были быть убиты. Лишь в моей тени Я наконец нашел друга, Пока свет, связывавший нас, не отпустил И дьявол не взял меня за руку, Когда она закрыла мои глаза Напомни мне еще раз В чем ложь мечтателя? У каждого кошмара есть конец

— Вот и все, — сказала Тайли, закончив петь.

— Да уж, — ответила Марта, выдыхая, — твои песни кого хочешь выведут из душевного равновесия. Теперь уж я точно полночи спать не буду!

— Если пожелаешь, одного щелчка моих пальцев достаточно, чтобы ты спала как младенец, и забыла про все эти ужасы, — проворковала Тайли, по-прежнему обнимая человеческую девушку сзади.

— Я не хочу забывать! — запротестовала Марта.

Она решила про себя, что нужно постараться разгадать тайный смысл песни, который, как она была уверена, был вложен в каждый куплет.

— Тогда могу сделать так, что ты не будешь испытывать ни страха, ни отвращения от меня или моих песен.

— Я не испытываю к тебе отвращения, Тайли! — возразила Марта. — Только страх.

Она не оборачивалась, и потому не увидела, как на лице суккубы проступило облегчение.

— Ну, страх постепенно пройдет, я уверена. А пока давай ложиться спать. Завтра мы должны быть на парах.

Суккуба нехотя выпустила человеческую девушку из своих объятий, и нехотя перемахнула на соседнюю кровать. Некоторое время они обе возились, укладываясь, затем выключили единственный ночник.

— Тайли?

— Да?

— Спокойной ночи.

— И тебе.

Глава 40. Взгляд с другой стороны

Амелия и ее подруги сидели за столом в столовой. Каждая поставила перед собой ланчбоксы с едой, и только у Амелии это была обычная человеческая еда. У остальных — мыши, кролики и прочая мелкая живность. Казалось бы, все как обычно. Однако сегодня кое-что должно произойти.

Во-первых, хищницы заняли не свой привычный столик. На это никто не обратил особого внимания, поскольку нейтралка временно перестала иметь значение в политике школы. Шаан и ее наги расположились несколько дальше, ближе к своим подопечным ланям. У них теперь был отдельный столик, странные хищницы практически перестали общаться со своими хищными одногруппницами кроме как по учебе. Исчезла даже та нейтральная сдержанность, которую они обычно проявляли. Три наги покинули любые клубы, оставив только пару совершенно безобидных факультативов вроде вязания крючком, которые не посещали. Деканат не сделал с этим ничего, просто оставив их в покое и позволив заниматься своими делами. Теперь большую часть времени Странную Шаан видели только во время занятий и на обеденном перерыве. Затем они исчезали вместе со всеми питомцами. Только Виктория и Эрика появлялись на публике чаще, будучи неформальными лидерами большой стайки и посредниками между ней и покровительствовавшими ей нагами.

Амелия задумчиво смотрела, как на половине ланей девушки весело суетятся, занимая свои места. Сирену беспокоило исчезновение множества привычных вещей. Сакура менялась, медленно, но неотвратимо. Ланям стало намного безопаснее учиться, большинство хищниц присмирели, только самые опытные, такие, как Умбра или Ванесса продолжали охотиться, но делали это с возросшей осторожностью.

Если бы Амелия все еще была ланью, она бы обрадовалась произошедшим изменениям. Но она уже давно прочно впитала менталитет хищниц, в ней не осталось ничего человеческого, кроме внешности. Сейчас для нее происходящее в школе казалось нарушением традиций, помогавших Датиану выживать в суровом мире Карвонны сотни лет. Любое нарушение установленного порядка, неважно, лань ты, или хищница, грозило всем, ведь если Датиан поддастся новым веяниям, то станет слабым и падет, и тогда плохо будет каждому, кто живет в Безопасной Зоне — хищники будут перебиты, а лани съедены сразу или отправятся в рабство, ожидать съедения выполняя тяжелую работу.

Именно поэтому Амелия, начавшая осознавать то, что называется гражданской ответственностью приняла предложение встретиться, полученное от неизвестного абонента. Пара дней прошла в переписках, попытках выяснить принадлежность номера, и определении места и времени встречи.

Наконец, все было решено. Они не станут искать тайных комнат — встреча пройдет в столовой, в привычной для всех атмосфере, чтобы не вызывать опасений или подозрений.

И вот теперь Амелия ждала, а вместе с ней ждали и ее подруги. Собрались почти все хищные участницы Церемониального клуба. Они сидели за столиком, с трудом скрывая напряжение в позах, и поглядывали в зал ланей, гадая, кто же подойдет к ним в условленное время.

— Привет! — раздалось у Амелии над ухом в тот самый момент, когда напряжение от ожидания достигло наивысшей точки.

Амелия чуть не подпрыгнула на стуле. Остальные хищницы дернулись, а Нагиса даже вскрикнула.

Повернув голову, Амелия увидела еще одну человеческую девушку, высокую кареглазую шатенку с распущенными волосами до плеч. Лукаво ухмыляясь, незнакомка смотрела на произведенный ее появлением эффект. Ей удалось подобраться к хищницам незаметно. Все внимание Церемониального клуба было обращено вглубь столовой, где находилась большая часть студенток, но незнакомка прошла вдоль стены, зайдя к ним со спины, и никто не заметил ее приближения.

— Привет, — осторожно ответила Амелия, оценивая девушку взглядом.

— Ну, вот я и пришла, — сказала та просто. — Мы списывались несколько дней подряд, договаривались о встрече.

— Меня зовут Амелия, — представилась Сирена. — А это мои подруги: Умбра, Нагиса, Ванесса, Кинзе и Джаана. А ты кто?

— Зовите меня Хелен, — ответила девушка, усаживаясь на последний свободный стул.

Хелен выбрала такое место, чтобы тела хищниц заслоняли ее от возможных взглядов со стороны зала. У нее не было подноса с едой. Перед собой Хелен поставила только стакан сока.

— Так, значит, это ты писала Амелии, что знаешь Шаан и все ее секреты? — спросила Умбра, с интересом изучая сидящую перед ней девушку.

Амелия хорошо знала этот взгляд. Черная Мамба оценивала сидящего перед ней человека. Они находились в Охотничьих Угодьях, а Хелен носила школьную форму с бейджиком. Инстинкты Умбры тут же начали пробуждаться.

— Умбра, — строго сказала Амелия, — пожалуйста, не перебивай гостью.

Умбра поняла скрытый намек и, вздохнув, уставилась в ланчбокс с кроликами.

— Ну, я не говорила, что знаю ВСЕ ее секреты. Но я точно знаю, кто такие она и ее подружки.

— Откуда ты знаешь это?

— Кажется, я догадываюсь, — сухо сказала Джаана. — Мы ведь уже встречались, не так ли?

Хелен лукаво улыбнулась в ответ.

— Возможно.

— Это ты была тогда ночью в библиотеке! В черной одежде и с этим. с тремя глазами зелеными!

— Что-о-о?! — встрепенулась Умбра. — Ты уверена?

— Абсолютно! — горячо подтвердила Джаана.

— Ты меня тогда чуть не убила! — зашипела на Хелен Черная Мамба.

— Ну не убила же! — спокойно возразила шатенка. — Все живы, сильно никто не пострадал. Так что сохраняйте спокойствие — пустяки, дело житейское.

— Она права, — согласилась Амелия. — Выдыхай Умбра. Мы каждый день проводим рядом с ланями, которым грозит опасность быть съеденными, но никто же не высказывает нам возмущения.

— Все равно смело приходить сюда одной, зная, что мы сможем тебя опознать, — включилась в разговор задумчиво молчавшая до этого Кинзе. — Не боишься, что мы можем оказаться злопамятными?

— А что вы можете мне сделать? — ухмыльнулась Хелен. — Взбучки от Кризис вам всем мало оказалось? А я ведь не хуже нее могу!

— Хватит! — Амелия хлопнула ладонью по столу. — Пусть прошлое останется в прошлом. Сейчас нас объединяет общая нелюбовь к Шаан и ее подручным. Давайте вести себя сдержаннее по отношению друг к другу.

Обведя взглядом хищниц и убедившись, что каждая поняла и приняла ее слова, Амелия повернулась к Хелен.

— Что ты можешь рассказать нам про Шаан? И зачем тебе это?

— Я уверена, что вы видите, что происходит в Сакуре с ее подачи, и что вам это не нравится, — осторожно подбирая слова, заговорила Хелен. — Вы ведь хотите сделать все как раньше ? Для этого вам нужен способ держать Шаан под контролем, а при случае и избавиться от нее. И вам лучше действительно хотеть это сделать, ведь от этого зависит будущее Датиана!

Амелия ощутила, как мурашки бегут по коже.

— Это как?

— В деле замешана большая политика.

— Рассказывай нам все!

Хелен откинулась на спинку стула и медленно потянула сок из стакана, с наслаждением глядя, как напряженно хищницы ожидают ее ответа. Амелия почувствовала, что начинает постепенно закипать.

— Что ж, — начала говорить Хелен, когда достаточно насладилась произведенным эффектом, — каждой из вас Шаан кажется странной, ненормальной. Но это потому, что она и ее подруги — иномирянки.

— Ч-что?! — потрясенно выдохнула Умбра.

— Да-да! Вероятно, никто из вас не обращает особого внимания на события в большом мире, иначе вы бы знали, что в Датиане появилась новая иномирная фракция, называемая Земной Федерацией. Это союз множества миров, все из которых находятся в одной реальности (Федерация только начала осваивать перемещения между планами при помощи врат). Шаан и ее подчиненные родились на одном из союзных Федерации миров. Там наги и другие хищные виды не едят людей, и потому для Шаан эта привычка кажется отвратительной.

— Это многое объясняет, — пробормотала Ванесса, вспоминая, как часто Шаан отказывалась от поглощения добычи, от охоты, как срывала охоту другим девушкам, в том числе и самой Ванессе.

— Федералы появились в вашем мире, преследуя различные политические и военные цели, — продолжила Хелен. Ее лицо теперь стало абсолютно серьезным, без тени улыбки. — Они заключили формальный договор с Датианом, но условия Защитницы не устраивают их. И агенты иномирцев проникают в город, ведя разведку и подрывную работу, вербуя боевиков и проводя агитационную работу среди населения.

— А при чем тут Шаан? — встревоженно пискнула Нагиса.

— А при том, что Шаан одна из этих агентов! Она служит в особом подразделении, в которое входят только лучшие бойцы, набранные индивидуально в самых разных уголках Федерации, на множестве миров! Она — засланный разведчик, выполняющий особые задания своего командования. Сакура — просто прикрытие для ее деятельности, Шаан только изображает, что учится здесь чему-то. Она нага, но при этом не хищница, потому-то ей трудно вписаться в ваше общество так, как было задумано теми, кто ее послал.

— Это как инквизитор, проникший в культ еретиков под видом одного из культистов, но избегающий принимать участие в их обрядах, — сказала Джаана.

— Да, можно и так сказать. И, кстати, такое сравнение будет довольно верным, — ухмыльнулась Хелен. — Шаан, которая росла и воспитывалась в другом мире, проводила много времени среди людей, смотрит на ваш мир особым взглядом, полным злобы и презрения.

— Если она вражеский агент, то это значит, что мы должны ее уничтожить! — заявила Умбра, стукнув кулаком по столу.

Амелия нахмурилась. Она не могла не согласиться со словами подруги, однако, все предыдущие стычки с группой Шаан окончились плохо. Два раза Умбра оказывалась в госпитале, еще один раз пострадала возле библиотеки. Жгучее желание отомстить за уязвленную гордость было понятно, вот только в возможности Церемониального Клуба осуществить подобное Амелия сильно сомневалась. О чем не преминула тут же сказать, спокойным ровным тоном. Умбра приуныла, а Хелен согласно кивнула.

— Все верно. Напасть на Шаан в открытую или исподтишка у вас не получится. И даже, если бы вы смогли как-то вывести Шаан из игры, то останутся те, кто намного опаснее ее. Те, кто может разорить всю Сакуру.

— Кто это? — спросила Кинзе, нахмурившись. — И где они?

— Где? — эхом отозвалась Хелен. — Прямо сейчас играют со своей ручной нагой.

Она кивнула в сторону для ланей. Осторожно оглянувшись, хищницы увидели столик, за которым сидела группа Шаан. Кризис удобно расположилась у Шаан на хвосте, обняв нагу за шею, и что-то весело щебетала той на ухо. Анаконда слушала, улыбаясь и кивая, а сидевшая рядом Венди тоже что-то говорила время от времени, похоже, вставляя свои комментарии.

Ручная. — Умбра почувствовала жгучую обиду при виде огромной могучей хищницы, позволяющей обращаться с собой подобным образом. — Почему такую дичь творит она, а стыдно мне?

— Кризис? — спросила Амелия, ожидая утвердительный ответ.

— И не только она.

— Она настолько сильна? Конечно, она победила пятерых, но она застала их врасплох! Никто не ожидал, что она обучена драться, и что у нее есть магия! Однако.

— Нет. Никаких однако , — возразила Хелен. — Есть фундаментальное отличие между вами и ими.

— Какое? — хмуро буркнула Умбра.

— Хищник НЕ РАВНО воин, — медленно отчеканила Хелен. — Вы убиваете, чтобы жить. Они ЖИВУТ, чтобы УБИВАТЬ!

Собеседницы Хелен замерли, каждая ощутила, как мурашки бегут по коже от этих слов.

— Для хищника его сила, когти и зубы — лишь инструменты для получения пропитания, — безжалостно продолжила Хелен. — Когда волк крадется по лесу в поисках добычи, он хочет просто набить брюхо. Неважно, кто станет жертвой! Поэтому волк выберет слабого оленя, раненого, отбившегося от стада. Он нападет из засады, убежит, если противник чрезмерно силен. В отличие от слепой ярости некоторых травоядных, многие хищники осторожны до трусости. Они опасаются ранений и не полезут в драку без нужды.

Шатенка отпила еще немного сока, бросив мимолетный взгляд в сторону столика Шаан.

— Но эти люди не такие! В них есть стержень. Они не просто обучены сражаться — они ЖАЖДУТ сражения, страстно желают уничтожить врага, который угрожает им, либо тем, кого они поклялись защищать. В драке с хищником они победят! Жаль, что у вас в Датиане практически не водятся бездомные животные, тогда я могла бы объяснить на примере. Представьте, что встретились человек и дикая собака. Хищники очень хорошо чувствуют страх. Если собака поймет, что человек ее боится — она нападет! Страх для нее, как красная тряпка — он побуждает ее к нападению, будоражит кровь, пробуждает инстинкт! Тот, кто боится — тот добыча! Но если та же собака встретит человека, который ее не боится, а твердо посмотрит ей прямо в глаза, то собака пройдет мимо, трусливо поджав хвост и отводя взгляд. Твердость намерения жертвы защищаться вселит в хищника страх, опасение за целостность своей шкуры. У Шаан наверняка такой же взгляд, способность пригвождать противника на месте. И не только у нее.

Хищницы шептались, а Умбра угрюмо молчала. У нее перед глазами проносились флэшбэки ее попыток напасть на Венди. Она вспомнила, как пряталась в кладовой, как человеческая девушка открыла дверь, как смотрела ей прямо в глаза, не мигая, не отводя взгляда ни на секунду. и как смелость и решительность Черной Мамбы таяли, словно снег под палящим солнцем, пока не остались только необъяснимая тревога и желание убежать и спрятаться.

— Не сомневайтесь, — продолжала рассказывать Хелен, — они не станут убегать или просить пощады. Даже загнанные в угол Шаан, Венди и Кризис будут сражаться! Перед лицом превосходящего числом и силой противника, они не дрогнут, не отступят. Они готовы встретить смерть, потому, что они воины. Именно в этом их отличие от вас. Вы ищете жертву, чтобы съесть. Но им не нужно есть. Однако они сами ищут врагов. Ищут, чтобы убить. В этом принципиальная разница между вами. Они ВОИНЫ, а вы нет. И в любом сражении они победят, даже если бы силы теоретически были равны.

— А они не равны? — осторожно спросила Кинзе.

— Даже и близко. У них за плечами сотни сражений с противниками куда опасней любой из вас! Каждая из них может в одиночку бросить вызов всей Сакуре. Вам не победить кого-либо из них даже толпой. Они настолько сильны, что тем хищникам Датиана, кто не относится к Красному рангу нечего даже пытаться.

При этих словах головы сидящих за столом хищниц повернулись в сторону Амелии.

— А? Что? А почему все вдруг смотрят на меня? — пробормотала та, отводя глаза.

— Вот. То, о чем я только что говорила, — хмыкнула Хелен.

Амелия, которая уловила с трудом скрываемое незнакомкой презрение, покраснела от стыда, но с нахлынувшим вдруг страхом поделать ничего не могла.

— Допустим, что они сильны, — принялась рассуждать Джаана. — Но откуда у них ТАКАЯ сила?

— Некоторые обладают Силой с самого рождения. Остальные — результат длительных тренировок и модификаций тела. Мир, из которого они пришли, очень продвинут технологически. Федералы освоили множество наук, которые могут применять во многих областях жизни, в особенности военной. Их бойцы часто лишь внешне напоминают людей, давно превратившись в машины для войны, изменяя свои тела, разум и психику таким образом, чтобы выжить и победить на любом поле боя. Они используют свои технологии, создают оружие, дающее им силу далеко за пределами возможностей человеческого тела.

— Например?

Хелен сунула руку в карман, достала из него что-то, и положила это на стол.

— Что вы видите?

Джаана внимательно пригляделась, даже наклонилась вперед, стараясь получше рассмотреть новый предмет, и ее подруги рефлекторно последовали ее примеру.

— Какой-то резиновый червячок? — осторожно предположила Джаана, не имея понятия, на что она смотрит.

Хелен рассмеялась, сердечно, беззлобно. На мгновение маска деловитой сосредоточенности, и спрятанное за ней презрение, рассеялись, но секунду спустя вернулись снова.

— Этот червячок — искусственный миомерный мускул. Волокна из полимеров, которые под действием электрического импульса могут сокращаться, как это делает обычная мышца. Вот только червячок обладает высочайшей прочностью на разрыв и прочие нагрузки. Он может сдвинуть груз, в несколько десятков раз превосходящий его собственный вес! Силовые доспехи пехотинцев Федерации, средние или тяжелые обладают множеством подобных волокон. Батарея или силовая установка генерируют электрические импульсы, которые сокращают эти искусственные мышцы, позволяя доспеху двигаться. Облаченный в него человек сильнее, быстрее и лучше защищен, чем большинство хищников. Он может на равных сражаться с монстрами, которые могли бы с легкостью разорвать его пополам, выдерживать удары, каждый из которых убил бы его на месте. И это только защита! А ведь есть еще и оружие.

— Владение оружием и доспехами требует опыта. Ты сказала, что у них ДЕСЯТКИ сражений позади, — уточнила практичная, как всегда, амазонка, — но откуда у подростков было достаточно времени, чтобы провести столько битв и успевать еще и восстанавливаться между ними?

— Логично предположить, что они вовсе не подростки, — отрезала Хелен. — Вы еще не поняли? Они скрытые разведчицы, а их учеба здесь просто легенда! На самом деле каждая из них — взрослый, закаленный боец, прошедший не одну войну.

— Они. взрослые?

— Да. Если не все, то большинство. Имейте в виду, что я могу и не знать их всех в лицо.

— Тогда нам тем более их не победить! — воскликнула Ванесса. — Против взрослых опытных воинов у нас нет шансов!

— Я знаю. Поэтому я и предупреждаю вас про них. Вам нужно использовать только непрямую конфронтацию. Словами и делами пытаться срывать их планы, мешать, но не попадаться под руку, чтобы они не смогли применить против вас свою силу, и расправиться с вами.

— Даже если так, — медленно заговорила Амелия, — для чего ты нам рассказываешь все это, Хелен? Победить их мы не можем, но тебя это вряд ли волнует. Какие цели ты преследуешь?

— У меня есть основания хотеть, чтобы они не преуспели в том, что затеяли в Сакуре.

— Мне нужен более подробный ответ.

Лицо Хелен на мгновение дернулось, по нему пробежала едва заметная гримаса, которая, впрочем, не укрылась от внимания хищниц, внимательно наблюдавших за новой знакомой.

— Мне тоже нужно сделать в Сакуре кое-что, а они могут встать у меня на пути. Поэтому и предлагаю сотрудничество — вы будете мешать противнику исполнить их планы, а я успешно исполню свои!

— А ЧТО за планы у тебя? — упрямо гнула свое Сирена.

— Я наемница, понятно? — процедила Хелен, скривившись. — И мой наниматель дал мне задание, которое вас не касается! Достаточно знать, что наше сотрудничество принесет взаимную выгоду всем участникам.

— А ЗАЧЕМ нам связываться с ними опять? Тем более, когда мы узнали, насколько на самом деле они опасны? Какова наша выгода?

— Не сомневайтесь ни на секунду — присутствие федералов угрожает всему Датиану! Они люди. И, как и все люди, не любят хищников, которые их вид ЕДЯТ! Они не остановятся ни перед чем, чтобы разрушить привычный для вас мир и заменить его своим! Если вы хотите, чтобы ваш образ жизни сохранился. Если вы хотите, чтобы сохранились сами ваши жизни, то в ваших интересах сделать все от вас зависящее, чтобы враги Защитницы не преуспели! Война на пороге! И Сакура — один из ее фронтов.

— Так может лучше предупредить власти? — воскликнула встревоженная Ванесса. — Рассказать все Защитникам?

— Об этом не беспокойтесь, — отмахнулась Хелен, — сегодня представитель нанимателя встречается с госпожой Тамитой. Он расскажет ей все, даже больше, чем рассказала вам я.

Даже в самый пасмурный день дворец Тамиты освещало солнце. Оно стало меньше, по мере того, как приближалась смена сезона, но для Ангела Датиана по-прежнему светило ярко, купая дворец в своих теплых лучах.

В белых залах дворца суетились его обитатели. Здесь нет разделения на хищников и добычу, каждый служит Защитнице, исполняет возложенную на него задачу, чтобы управление городом работало четко, словно хорошо смазанный механизм. Чиновники, их заместители, помощники и слуги, сновали по коридорам, переходили из кабинета в кабинет. Здесь было не принято кричать или громко переговариваться. Благоугодную тишину нарушали редкие разговоры вполголоса, шорох документов, стук клавиш компьютеров, скрип принтеров и копировальных аппаратов.