школа для чудовищ

При виде этого зрелища Мирт только вздохнул. Он уже смирился с тем, что именно на наемных бойцов придутся основные потери, о чем по секрету сообщил своим офицерам. Когорты продолжали наступать, подпирая наемников и выдавливая их вперед. Взобравшись вместе с Ироей на крышу дома, лис с удовлетворением убедился, что лучники защитников едва ли сдержат напирающую массу — так или иначе, дикари доберутся до стражников, ровным строем ожидавших их в проломах стен. Основную массу дикарей переколют копьями, потратят на них запас стрел, а затем обученные воины Мирта примутся за дело.

Раздалось тихое бззз и на край крыши вспорхнула Лапис — стройная фея, легко одетая в традиционное для ее народа легкое льняное платье, которое практически ничего не весило, и не мешало феям летать. В бою же Лапис, как и большинство фей, будет полагаться на магию для защиты. Легко, словно балерина, выполняющая танцевальные па, Лапис точно приземлилась на покатый край крыши фермерского дома.

— Посмотри на ЭТО! — с отвращением процедила крылатая женщина, обведя рукой происходящее под стенами города. — Я хоть и не особо сильна в военном деле. Однако даже мне понятно, что такой, с позволения сказать, штурм никуда не годится и не приведет к результативному продвижению! Мы лишь понесем огромные потери таким образом. Мирт, ты должен сделать что-то, чтобы остановить это, пока мы без войск не остались!

— Как ты хочешь, чтобы я это делал? — ворчливо возразил ей Мирт. — Эта толпа не смогла стать дисциплинированным войском за те несколько недель, что мы по-честному и на полном серьезе пытались их обучать, а ты надеешься, что они будут слушать меня сейчас?

Недовольно фыркнув, Лапис сложила тонкие ручонки на груди, поджав губы и отвернувшись, всем своим видом выражая крайнее неудовольствие.

— Не волнуйся об этих ничтожествах, Лапис, — вступила в разговор Ироя. — Они годны лишь на то, чтобы быть смазкой для меча и мишенью для стрел, и они сами выбрали свою судьбу, пренебрежительно относясь к военному делу.

— Но разве попросту положить большую их часть под стрелами это не бесполезное расточительство?

— Наши собственные отряды сблизятся с врагом под их прикрытием, и они-то и будут штурмовать проломы. Кроме того, не забывай, что у нас есть козырные карты — бойцы высоких рангов, которые могут переломить ход сражения своими особыми способностями. Против них стрелы практически бесполезны. Наберись терпения, Лапис! Битва только началась, и нам еще предстоит сделать многое для нашей победы сегодня!

Ухо Мирта дернулось, внимание лиса привлекли тяжелые шаги, послышавшиеся во дворе. Наклонившись, Мирт глянул вниз, где топала громада Кротрикса — крупного и покрытого чешуей четырехметрового ящера. Темно-зеленый, как болотная тина, Кротрикс воплощал мощь каждым движением мускулистых лап, имевших длинные изогнутые когти на пальцах. По контрасту, сама туша Кротрикса казалась (и только казалась) неуклюжей — выступающее пузо делало его похожим на огромную бочку с конечностями. В целом, Кротрикс сильно напоминал вставшего на задние лапы варана, только ссутулившегося. В качестве оружия ящер использовал молот, которым старался оглушать противников, чтобы потом можно было их глотать. Толстая чешуя обеспечивала достаточную защиту против большей части арсенала людей и хищников низкого ранга. Только брюхо, бывшее слишком эластичным, чтобы вмещать в себя проглоченных жертв, оставалось уязвимым, и, по иронии эволюции, встав на задние лапы, антропоморфным ящерам приходилось выставлять его вперед, под удары копий, мечей и стрел. Впрочем, искусственная броня легко решала эту проблему — с шеи Кротрикса свисал на веревках железный щит, такого размера и толщины, что обычный человек с трудом мог бы его поднять.

Рядом с Кротриксом неслышно крался последний из соратников Мирта — волк Маки. Он примкнул к ватаге одним из первых, но всегда оставался на третьих ролях, выступая лишь в качестве хорошего бойца. Маки носил кожаную броню, достаточно свободную, чтобы не стеснять его в верформе, и орудовал двумя мечами, которыми ловко управлялся в бою. Шерсть этого антропоморфа была иссиня-черной, только белки глаз и зубы выделялись на его морде.

Маки поднял руку, указывая в сторону одного из проломов.

— Прорываются.

Мирт глянул в указанном направлении, и увидел, что, действительно, не всем дикарям полностью чуждо благоразумие и чувство самосохранения. Некоторые из них поднимали над головой щиты, защищаясь от стрел и, сбиваясь в кучи, отдаленно напоминавшие когорты воинов Мирта, стали нести меньше потерь, и продвинулись практически вплотную к пролому в крепостной стене, где их уже встречали городские стражники с длинными копьями.

— Ироя, Лапис! Пора идти в бой! — воскликнул Мирт, ловко спрыгивая с крыши.

Амазонка последовала его примеру, фея спорхнула вниз, несколько раз взмахнув стрекозиными крыльями.

— Приготовиться! — кричал Мирт, пробегая мимо своих воинов, вплотную следовавших за дикарями. — Вот тот миг, которого мы ждали так долго! Час настал, покажем Роланду, почему хищники, а не люди, правят Карвонной! Перебьем тех, кто посмеет сопротивляться, и весь город, полный богатств, красивых женщин и питательной добычи будет наш!

Эффект от ободряющей речи немного смазался из-за стонов раненых, валявшихся под ногами наступающих. Лучники обороняющихся довольно сильно потрепали ряды дикарей. Мертвые и раненые усеивали подступы к городу, но воинство Мирта не замедляло шаг. Средневековая медицина могла помочь только одному виду раненых в бою — тем, кто доживет до оказания медицинской помощи через несколько часов, а тратить драгоценное волшебство немногочисленных магов на исцеление одноразовых наемных солдат Мирт не собирался.

Лис и четверо его соратников быстро преодолели расстояние до пролома. Лишь Ироя ненадолго замедлила шаг, чтобы зычным голосом выкрикнуть несколько команд десятницам отряда амазонок, который она возглавляла. Ответом ей стало восторженное гиканье — уверенные в своих силах и покровительстве Артемиды воительницы предвкушали разгром врага и скорую победу. Сегодня вечером в захваченном городе они будут насиловать привлекательных юношей, а потом поглощать их, насыщая свои тела, и впитывая мужскую силу, увеличивая свою собственную.

Через минуту Мирт, и его верные соратники сходу врубились в уже кипящую рукопашную схватку, а следом через пролом уже перелезали первые ряды хорошо подготовленных, вооруженных, жаждущих победы и плоти поверженных врагов, хищников. Сражение за Блейдвелл вступило в горячую фазу.

Глава 54. Битва за Блейдвелл - 4

Едва приблизившись к пролому, Мирт понял, почему штурм так быстро забуксовал — защитники успели возвести баррикады, утыканные кольями и прутами, на которые с легкостью напарывалась легкая пехота дикарей. Укрываясь за баррикадами, стражники Блейдвелла усердно работали копьями, стараясь проткнуть нападающих, а засевшие на крышах домов лучники стреляли в задние ряды хищников прямой наводкой, а не навесом, как раньше.

Чтобы продвинуться дальше, ситуацию следовало немедленно менять. К счастью, еще до того, как Мирт пришел к какому-то тактическому решению, проблема разрешилась сама собой — Кротрикс, разогнавшийся на бегу, не собирался останавливаться. Его массивная четырехметровая туша врезалась в баррикады, разбросав их в стороны. Стражники отпрянули назад, уклоняясь. Повезло не всем — уже слышались крики раненых людей, придавленных собственными защитными сооружениями.

— Отлично! Все вперед! — взревел Мирт, перепрыгнув обломки одной из баррикад, и ворвавшись на городскую улицу следом за ящером.

Как раз вовремя! Ближайший к Кротриксу стражник отвел назад для удара длинное копье, которым был вооружен, собираясь попробовать чешую земноводного хищника на прочность. Ударом меча сверху вниз, Мирт успел парировать выпад, практически перерубив древко копья пополам. Затем поперечным ударом полоснул ошеломленного стражника по груди, лезвие меча из современной композитной стали легко прорезало железную кольчугу.

С крыши одного из домов прилетела стрела, и лис едва успел отреагировать, увернувшись в последний миг. Стрела срикошетила от наплечника его легкого доспеха, не нанеся вреда, только обозлив хищника.

— Лапис, сделай что-нибудь с лучниками! — рявкнул он команду.

— Поняла! — веселым звонким голосом откликнулась фея.

Ее стрекозиные крылья замелькали, прекрасная и стройная лесная волшебница в один миг взлетела наверх, на крышу дома, с которого летели стрелы. Она вынырнула из-за края крыши рядом с одним из лучников, который, вскрикнув, отпрянул назад, напуганный ее внезапным появлением.

— Привет!

Человек резко бросил лук и выхватил меч из ножен, с яростным воплем кинувшись на фею.

— Не-не-не. шалунишка! — строго возразила Лапис, погрозив ему пальчиком.

Вокруг мужчины вдруг вспыхнули парящие в воздухе блестки, и прямо на бегу он начал стремительно уменьшаться, при том, что оружие, доспех и снаряжение оставались того же размера, что и были. Буквально пара шагов, и ставший крошечным человечек с едва слышным вскриком упал на поверхность крыши, заваленный сверху собственными вещами.

— Ой-ой! Ты там в порядке?

Фея описала указательным пальцем полукруг в воздухе, и из кучи барахла в воздух воспарила крошечная фигурка обнаженного человека. Стражник стал настолько маленьким, что теперь с легкостью мог поместиться Лапис в ладонь и не только.

Еще движение пальца, и пискливо кричащий человечек в одно мгновение перенесся по воздуху ближе к Лапис и влетел в ее предусмотрительно приоткрытый ротик.

— А-а-ам! — радостно сообщила фея, сомкнув пухлые розовые губки.

— М-м-м! — довольно замычала она, перекатывая человечка во рту, словно конфету, языком старательно слизывая его терпкий солоноватый привкус.

— Глк! — чуть запрокинув голову, хищница совершила натужный глоток, по ее тонкой шейке с трудом спустился вниз плотный комок.

— У-уф! — облегченно выдохнула Лапис.

Как и большинство представителей своей расы, телосложением фея походила на человеческую девушку-подростка, поэтому каждое проглатывание добычи требовало немного дополнительных усилий. Успешно сглотнув, Лапис погладила себя по обнаженному животику, на лице девушки блуждала довольная улыбка. Все это время остававшиеся с ней на крыше трое лучников наблюдали за происходящим, замерев на месте, словно завороженные.

— Ну, кто следующий? — Весело обратилась к ним фея.

Очнувшись от оцепенения, бойцы противника пришли в движение. Ближайший лучник тоже выхватил меч, и кинулся на Лапис, повторив маневр своего товарища. Натянуть тетиву и спустить стрелу на таком расстоянии он все равно бы не успел. Лапис, отвлекшаяся на проглатывание добычи, отреагировала поздно. Она не успела щелкнуть пальцами и уменьшить и этого атакующего, времени хватило только на то, чтобы отскочить назад, уворачиваясь от взмаха меча.

— Воу, воу, полегче!

Фея взмахнула рукой, и этот противник мгновенно превратился в маленького человечка, оружие и легкие доспехи, которые он носил, осыпались на крышу.

Воспользоваться заклинанием левитации, чтобы подобрать вкусняшку, Лапис не успела — мимо промелькнула стрела, вынудив фею рефлекторно пригнуться. Бой продолжался, и дальнейшее пиршество только после победы. Еще одна стрела, выпущенная последним, четвертым лучником, находившимся от нее дальше всех, чуть не попала девушке с крыльями в грудь, но Лапис успела вскинуть скрещенные руки и мысленным усилием материализовать защиту. Волшебный щит вспыхнул голубым, когда в него попала стрела, на фее не осталось ни царапины, однако это было слишком близко, и Лапис решила, что нужно решительно заканчивать побыстрее.

Спрятавшись за надстройкой мансарды, фея выставила из-за кладки ладонь и провела из стороны в сторону широким веером. Невидимые лучи ее магии, уменьшавшие в размере все живое, на что попадали, накрыли еще одного лучника, и на крыше образовалась третья груда кожаных доспехов. Нервы последнего лучника не выдержали, и он с воплями бросился наутек, потеряв волю к сопротивлению.

Хмыкнув, Лапис не стала его преследовать. Вместо этого она извлекла из-под кучи вещей очередную вкусняшку и отправила в рот. На этот раз фея не стала затягивать, как бы чего не случилось, а проглотила человечка сразу. Обернувшись, она магическим зрением поискала еще одного, однако предыдущая куча доспехов была уже пуста — уменьшенный лучник выбрался из нее и куда-то запропастился, спрятавшись в какую-нибудь щель. Там он будет дожидаться, пока не пройдет действие ее заклинания, если, конечно, его раньше не съедят кошки или крысы.

Пожав плечами, фея обратила внимание на обстановку на улице. В ее животике уже трепыхались две свеженькие вкусняшки, и пока этого достаточно — битва только началась, и впереди наверняка будет еще!

Мирту, и его троим товарищам на земле, приходилось не сладко! Несколько стражников им удалось смести вместе с баррикадой, еще одного Мирт зарубил. Но оставалось еще пятеро, и они, не мешкая, кинулись на прорвавшихся хищников, рассчитывая расправиться с ними, до того, как другие осаждающие успеют прийти лису на помощь. К стражникам тоже наверняка спешит подкрепление, у Мирта и его бойцов есть меньше минуты, чтобы успеть пробить брешь в обороне города.

Ближайший из копейщиков атаковал Ирою. Бесстрашная и безбашенная амазонка прорвалась дальше всех, обскакав с левой стороны и Кротрикса, и Мирта. Полуобнаженная девушка, большую часть защиты которой составляла вера в Богиню и уверенность в своих навыках фехтования мечом, легко отразила резкий выпад копья. Второй копейщик тоже пытался попасть в нее, но опытная мечница ловко крутилась, уверенно отражая выпады, и грациозно, словно танцуя, уходила от ударов. Затем, улучив момент, Ироя пропустила очередной выпад мимо себя, грациозно крутанувшись в сторону, и замахом из-за плеча ловко снесла нанесшему удар копейщику голову. Его товарищ отпрянул с испуганным вскриком.

Теперь оставался один противник, но прежде, чем Ироя с кровожадной ухмылкой успела приступить к нему, подскочил Маки. Сжимая в обеих руках по короткому мечу, обращенный в верформу волк обрушился на второго копейщика и зарубил его несколькими сильными ударами.

В нескольких шагах от этой схватки раздраженно ревел Кротрикс. На него, как и на Ирою, насело сразу два противника, однако подвижностью и навыками амазонки ящер не обладал. Все, на что Кротрикс мог рассчитывать — толстая чешуя и поразительная устойчивость к физическим повреждениям. Ящер принял один из ударов прямо на грудь, прикрытую свисавшим с шеи щитом, затем двинулся вперед, на атакующего. Копье с треском разломалось, потрясенный стражник не успел отскочить назад, и удар когтистой лапы буквально располосовал его.

Мирт, опытный мечник, еще до прихода в регион Датиана закаленный несколькими длительными и опасными приключениями, тоже довольно легко расправился со своим противником. Отбив в сторону наконечник копья, лис сделал шаг вперед, и ответным ударом проткнул копейщику грудь через кольчугу. Захрипев, тот сполз на брусчатку улицы, заливая ее хлынувшей кровью.

Оставшиеся стражники, видя столь сильное преимущество противника, начали пятиться назад, выставив копья перед собой, чтобы на них труднее было наброситься. Мирт одержал первый успех в этом сражении — вся схватка заняла меньше тридцати секунд, и к тому времени, как к стражникам подошло подкрепление, брешь в баррикадах уже наводнили хищники. Они успели выскочить на широкое пространство улицы и развернуться, схлестнувшись с защитниками города широким фронтом. Численное преимущество и физическое превосходство большинства хищников над людьми позволило атакующим переломить ситуацию в свою сторону, и начать серьезно теснить стражников.

Казалось, что брешь в обороне защитников, наконец, проделана. Однако у Роланда на этот случай имелся вариант ответа — основную, пусть и не самую многочисленную, силу его войск составляли не стражники, а хорошо обученные и экипированные рыцарские копья . Каждое копье состояло из рыцаря, обычно выходца из одной из благородных семей города, обучавшегося сражаться и защищать Блейдвелл с самого детства, пары тяжелых пехотинцев ему в помощь, нескольких простых мечников и лучников. Эти войска Роланд разделил на крупные отряды, и каждому из них назначил участок линии обороны для усиления, либо поставил в резерв, который можно было перенаправлять туда, где срочно требовалось подкрепление.

Вот эти копья командование защитников и выдвинуло вперед, чтобы усилить пятящуюся перед хищниками стражу, и заткнуть пробитую брешь. Отогнать хищников обратно за стену уже, понятное дело, едва ли получится, однако можно длительное время удерживать их на месте, убивая как можно больше, затем медленно отходить с боем, разменивая территорию на сохранение жизней своих солдат и максимальное уничтожение воинов противника. И только когда будут использованы все возможности подобной мобильной обороны, настанет момент решающего сражения, в которое люди бросят все свои резервы, оставшиеся к тому времени.

Мирт всю эту стратегию прекрасно понимал, где-то своим звериным лисьим чутьем, а где-то из тех основ стратегии сражений, которым научили его датианские инструкторы. Следовало немедленно расширять прорыв, не давая противнику закрепиться.

— Ироя, Лапис, Кротрикс, Маки! — позвал лис в выданный датианцами амулет связи, который висел у него на груди, так же как и у его соратников и командиров когорт. — Скорее, нужно навалиться на подкрепления и опрокинуть их! Если рыцари сдержат основной удар, то сражение еще дольше затянется на этом месте, и будет стоить нам больше безрезультатных потерь!

Мирта услышали все, к кому он обращался. Амазонка, ящер и волк находились рядом, готовые продолжать бой, и только фея Лапис все еще торчала на крыше.

— Ну, блин! — плаксивым голосом воскликнула фея, надув губки. — Я уже устала и хочу отдохнуть!

Это, разумеется, была неправда. Игривое, но злое существо только входило во вкус, отдаваясь по полной своим садистским наклонностям. Поедать лучников ей понравилось, а их щекочущие движения в животе только стимулировали возбуждение и желание пошалить еще. Несколько взмахов крыльями, и девушка оказалась на краю крыши, осматривая улочку между крепостной стеной и домами из-за которых выбегали подкрепления защитников.

Сломить сопротивление следовало немедленно, до того, как люди подтянут дополнительные резервы и еще больше уплотнят строй. Оглянувшись, Мирт понял, что к его группе присоединились и другие хищники — как бойцы его армии, так и отдельные дикари. Волки, тигры, рыси, кобольды, медведи. состав воинства оставался разношерстным и так сильно отличался от строя человеческих солдат, похожих друг на друга, одетых в практически одинаковую экипировку.

— В атаку! — крикнул лис во всю глотку, так, чтобы его услышали и те хищники, у которых на груди не было амулетов. — Сокрушим их всех! Вперед!

И он первым сорвался с места на бег, вперед, на строй врага, заслонившегося щитами и ощетинившегося остриями копий. Там, среди закованных в кольчуги людей, выделялся рыцарь, возглавлявший копье. Подняв меч, он тоже выкрикивал команды своим товарищам. Мирт решил, что этот воин, вражеский командир, должен стать его первой целью, и устремился именно к нему, увернувшись от летящей стрелы.

Враг встал в оборонительную позицию, превратившись в сплошную стену металла и копий. Люди ждали, пока хищники окажутся ближе, чтобы бить их копьями из-за спин защищенных щитами мечников. Только лучники торопливо выпускали стрелу за стрелой, практически не целясь, стараясь поразить как можно больше атакующих, пока расстояние еще не сократилось слишком сильно и не началась рукопашная свалка, в которой стрелять станет бесполезно. Такие выстрелы часто проходили мимо цели, вот и Маки с легкостью ушел от выпущенной в него стрелы, скользнув в сторону прямо на бегу, даже не замедлив шаг.

Готовность защитников Блейдвелла оказалась мгновенно разрушена, когда в дело вступил ранее незамеченный и не учтенный ими фактор — с крыши здания, на котором она расправилась с предыдущей партией лучников, фея Лапис использовала разрушительную магию, значительно усиленную благодаря врожденной склонности ее народа. Огненный шар, запущенный ею, внезапно обрушился на людей сверху. Два мечника, державшие правый фланг строя, не успели отреагировать. Между ними раздался оглушительный взрыв, языки огня брызнули во все стороны, мгновенно воспламенив все кожаные и тканевые элементы их одежды. Превратившись в горящие факелы, люди заметались, крича, побросав оружие и нарушив строй. Остальные солдаты также заколебались, шарахнувшись от вспышки и грохота.

— Да начнется ОГНЕННАЯ вечеринка! — радостно завопила фея при виде этого зрелища. Феи считались веселыми и игривыми существами, однако, поскольку многие из них были хищниками, то их игры и шутки легко вызывали дрожь и оторопь у тех, с кем крылатые девушки решали поиграть. Сумей решить головоломку и выбраться из комнаты за пять минут или будешь СЪЕДЕН — простейший пример подобного шокирующего веселья.

— Молодец, Лапис! — крикнул Мирт в переговорный амулет.

Лис видел, что вражеский командир пытается восстановить нарушенный строй. Он торопливо выкрикивал приказы, концом меча указывая, кому куда встать, чтобы заткнуть образованную брешь. Стражники сместились, закрывая разрыв в строю, помогать катавшимся по земле товарищам им было некогда — хищники неслись на них, яростно рыча и клацая зубами, и до столкновения оставалось всего несколько секунд! Рыцарь остался один, положившись на свою броню и длинный полуторный меч, с украшенной белоснежными крыльями гардой. К нему приближался один лишь Мирт, и обоим противникам было понятно, что предстоит серьезный поединок, от которого может зависеть исход схватки.

Только лучники людей продолжали стрелять, двое из них переключились на Лапис, рассудив, что существо, обладающее магией — опасный противник. Остальные пытались выбить тех из атакующих, кто послабее, чтобы снизить общий вес противников и количество ударов, которые они смогут обрушить на защитников. Фея снова была вынуждена тратить магию на призыв волшебной защиты, и поспешила укрыться за надстройкой мансарды.

Пару секунд спустя противоборствующие стороны сшиблись со страшной силой, воющая от злобы и голода орава хищников с разбегу врезалась в строй закованных в железо фигур.

Мирт подскочил к рыцарю и с размаху попытался ударить врага мечом. Казавшийся неповоротливым воин неожиданно легко ушел от удара, изящно крутанувшись на месте, и чуть не снес Мирту голову взмахом из-за плеча. В последний момент рыжий лис успел пригнуться.

Слева от него Маки чуть не напоролся на выпад копьем, но успел отскочить. Зарычав, волк обрушился на мечника со щитом, закрывавшего собой копейщика. Часть бешеных ураганных ударов человек принял на большой круглый железный щит, но один таки достиг цели, и лезвие меча скользнуло по доспеху тяжелого пехотинца. Вскрикнув, тот отшатнулся на полшага назад. Мечник ответил резким тычком волку в грудь. Маки успел вскинуть оба коротких меча и заблокировать удар, уведя его в сторону. почти. Конец меча дотянулся до плеча и, легко разорвав кожаный доспех, нанес Маки глубокую резаную рану. Резкая неожиданная боль вызвала у волка короткий пронзительный скулеж, словно у простой собаки, которую пнули ботинком. На помощь ему подоспела Ироя, на бегу принимая верформу, и пораженные ужасом воины противника вдруг увидели, как стройная мускулистая и полуобнаженная девушка в одно мгновение превратилась в рослую трехметровую бабищу, с бугрящимися на руках и ногах огромными мускулами. Ее страшный удар мечник принял на щит с трудом, едва не упав на брусчатку улицы.

Сначала лучше всех дела шли у Кротрикса — своей массой ящер попросту сбил с ног попытавшегося остановить его пехотинца, после чего ногой раздавил воину череп вместе со шлемом. Двое стражников не сумели спасти товарища, тычки их копий не могли пробить толстый железный щит, висевший у ящера на груди. Тогда один из них чуть сместился так, чтобы ударить Кротрикса в бок, и этот удар достиг цели!

Неповоротливый великан не сумел отреагировать, и копье глубоко впилось ему в тело. Хлынула темная кровь, Кротрикс заревел от боли и ярости, а стражник безжалостно проворачивал древко в руках, стараясь разворотить рану еще больше.

Лапис приходилось плохо — фее приходилось прятаться за надстройкой от стрел, которыми усердно поливали ее лучники. Расстояние было слишком велико для того, чтобы применить магию Искажения, как она сделала с предыдущими противниками. Огненный шар тоже не подойдет — увидев его применение в первый раз, лучники рассеялись так, чтобы между ними образовалась дистанция хотя бы в несколько шагов, и поразить колдовством сразу несколько человек было бы трудно. Рукопашники уже рубились друг с другом, и стрелять шаром в них не задев своих Лапис тоже не могла. Хмыкнув, фея решила переменить позицию и подобраться поближе к противникам, чтобы они оказались в пределах досягаемости ее основного набора заклинаний. Раз нельзя уменьшить противника. Лапис использовала магию Искажения на себя, в мгновение ока сделавшись такого же размера, словно крупная стрекоза. Эта стрекоза вылетела из-за мансарды не опасаясь оказаться подстреленной — с такого расстояния лучники людей не смогли бы ее даже рассмотреть. Крошечная фея неслась над полем боя, в паре метров под ней люди и хищники рубились изо всех сил, стояла оглушительная какофония из звона стали и криков сражающихся, поэтому заливистого веселого смеха девушки со стрекозиными крыльями никто не слышал.

Мирт дрался как лис! Уклонившись от удара человеческого рыцаря, предводитель хищников резко выпрямился и попытался рубануть сверху еще раз. Человек успел подставить оружие и жестко парировать этот удар. Лезвия мечей со звоном скрестились, противники застыли в клинче. Мирт навалился всем телом, стараясь опрокинуть врага. При похожих размерах и строении тела, даже такой низкоранговый хищник, как Мирт, оказывался сильнее большинства людей. Возможно сейчас он и достиг бы успеха, но враг, закованный в тяжелые доспехи все же оказался не по силам. Медленно, но верно, рыцарь начал передавливать лиса, и Мирту пришлось резко разорвать клинч, напоследок в бессильной злобе пнув рыцаря ногой в живот. Тот отшатнулся на шаг назад, лишь на мгновение потеряв равновесие — доспехи прекрасно защищали носителя от подобных ударов. Ответный удар рыцаря не достиг цели, Мирт сделал шаг назад, оказавшись вне досягаемости смертоносного лезвия.

Ироя отпрянула, когда стражник, прятавшийся за спиной мечника и помогавший ему копьем, попытался пырнуть ее. Амазонка резво отпрыгнула назад, и хрипло рассмеялась басовитым голосом, дар Богини сделал ее похожей на мужеподобную бабу, перекачавшуюся на стероидах в тренажерном зале. Другие хищники пришли на помощь ей и Маки — поредевший фланг строя защитников уже оказался смят, и сбоку на упрямых стражника и копейщика, упорно пытавшихся сдержать натиск амазонки и крупного оборотня-волка, накинулись новые враги. Уже раненый мечник оказался быстро смят, щитом невозможно защищаться сразу в три стороны. Оставшись один против четверых, копейщик, наконец, потерял волю сражаться и попятился назад, отступая.

Лапис, пролетевшая поверх голов, оказалась ближе к лучникам, которые все еще разглядывали крышу, ожидая, что фея покажется именно там. Мгновенное усилие по применению Искажения, и Лапис возникла рядом с одним из них в полный рост, ошеломив человека своим появлением.

— Сюрприз!

Переборов оцепенение, лучник резко развернулся в ее сторону, собираясь выстрелить. Но не успел — вспышка, и только пустые кольчуга и одежда осыпались на брусчатку, где-то среди них барахтался крошечный человечек, мгновение назад бывший рослым сильным воином.

Удача улыбалась хищникам. Брешь в строю, которую проделали Мирт и его соратники, продолжала расширяться, и все больше хищников угрожало прорвать строй и затопить защитников морем когтей, оскаленных морд и клацающих зубов. Следовало отходить, и рыцарь-знаменосец проревел в мегафон приказ. Линия щитов пятилась в сторону узких улиц, которые легче перекрыть небольшими силами. Дикари, неуемные в своей агрессии, продолжали бросаться на отступающих, получая ответные удары копьями, и оставляя на брусчатке новых убитых, воющих и скулящих от боли раненых.

Воины Мирта были более дисциплинированы. Они занимали площадь возле стены, выстраиваясь в когорты, как учили инструкторы. Атакующие пролезли в город, теперь надлежало сделать все правильно и перегруппироваться, а не распылять силы, убиваясь поодиночке о сплошную линию защитников, как это делали дикари-наемники.

Рыцарь, с которым бился Мирт тоже отвел копье, которым командовал. Он ушел последним, на прощание подняв меч и указав его концом на лиса. Мол, мы еще встретимся. В ответ Мирт оскалился и презрительно показал человеку средний палец — в конце дня его воины будут жрать таких рыцарей на ужин.

Начало сражения прошло так, как ожидали обе стороны. Роланд сознательно разменивал практически без сопротивления неудобные для обороны площади и улицы возле стены, в которой катапульты Мирта проделали бреши. Вместо этого военачальник людей решил затягивать врага в узкие улочки плотной городской застройки — невзирая на все так удачно доступные рядом ресурсы, постройкам все равно приходилось тесниться внутри ограниченного пространства, усилий самопровозглашенного города-государства не хватило бы на огораживание значительной территории. В этих пределах люди жили буквально друг у друга на головах. Кварталы, которые начинались как одноэтажные дома на две-четыре семьи, за два десятилетия прибавили в росте, местами достигая четырех этажей. Большей высоты средневековая архитектура строителей позволить не могла, а доступа к современным материалам, как Датиан, жители Блейдвелла не имели.

За время осады узкие улицы защитники перегородили баррикадами толщиной, порой, в несколько метров, создавая непролазные заторы, которые не смог бы сдвинуть даже Кротрикс. Тщательно спланированное расположение таких баррикад позволило создать карманы смерти , куда предполагалось заманивать особо нетерпеливых хищников, чтобы обстреливать и бить копьями со всех сторон. Здесь, среди городских улиц, на которых проживали обычные горожане, простые граждане города и его гости с разных концов региона, Роланд собирался обороняться уже по-серьезному, цепляясь за каждую пядь брусчатки. Дальше начинались особняки знати, входы в подземные убежища и, собственно, сам замок Роланда, в котором размещалось правление города, и где находились казармы и арсенал.

Командующие противоборствующих сторон выбрали подходящие ситуации стратегии.

Мирт решил провести масштабную фронтовую атаку, воспользовавшись тем, как сильно практически неуправляемые дикари в его войске жаждали поскорее добраться до людей. При этом хитрый лис полностью отдавал себе отчет, что потери атакующих будут ужасающими.

Рональд положился на тщательно подготовленную оборону, и не стал цепляться за передовую позицию, хотя и выжал из нее тот максимум, который получилось достичь. Его воинам удалось нанести штурмующим очень много потерь.

В результате, после долгой обороны защитники откатились назад, точку поставил огромный ящер, который имелся в армии Мирта — рептилия размером с дом довольно долго держалась позади, опасаясь выстрелов баллист, расставленных на площадках крепостных башен. Когда защитники отвлеклись на прорыв Мирта, ящер ринулся к ближайшей башне. Длинное чешуйчатое тело скользило сквозь ряды атакующих, прижимаясь к земле, не сводя рептилоидных глаз со своей цели. Баллисты молчали и ящер, добравшись до башни, стремительно вскарабкался наверх по каменной кладке, словно огромный пятнадцатиметровый геккон. Камни крошились под его весом, и осколки кладки сыпались вниз, башня ходила ходуном, вызвав встревоженные крики у защитников наверху. Ящер перевалился через край площадки, на которой стояла баллиста, и находился ее расчет из нескольких человек.

Ящер стремительно сомкнул пасть на одном из них и, запрокинув голову, глотнул, а остальных взмахом когтей сбросил со стены. Вытянув морду, ящер торжествующе заревел, вселяя ужас в защитников. Ударом лапы он сбросил вниз баллисту и часть зубчатой стены на головы пехотинцев.

После этого защитники уже полностью сдали позицию и принялись в организованном порядке отходить на городские улицы. Теперь армия хищников втягивалась в город через проломы в стенах, и выстраивалась в новые порядки для продолжения штурма.

Мирт прохаживался вдоль рядов своих воинов. Здесь ему уже ничего не угрожало, защитники полностью покинули площадь. Все пространство оказалось завалено убитыми и тяжелораненными. Они валялись кучками там, где происходили наиболее ожесточенные стычки, где волны монстров ударялись о ряды щитов и копий. Количество мертвых хищников неприятно резануло глаз — их было почти вдвое больше, чем убитых защитников. Дикари ликовали, не сдерживая животной радости, но лис знал, что этот размен невыгоден. Умный и наблюдательный, как и большинство его народа, Мирт за годы жизни в Диких Землях хорошо изучил простые законы природы — хищники должны быть сильнее добычи. Да, никто добровольно не полезет в глотку, даже если Богиней указано в ее заветах, что таковы обычаи этого мира. Поэтому даже дикие кролики с оружием в руках бились, как могли, за свое выживание. Это только в Датиане Защитники давно уже держали Зеленых в твердой хватке, пресекая любые мысли о неповиновении. Но в дикой природе хищники иногда погибали, от отравленной стрелы, ловушек или задавленные числом смелых Зеленых, решивших завалить хищника, во что бы то ни стало.

Однако всегда, даже в таких условиях, Зеленые не имели шансов на победу. На каждого охотника, которого они смогли одолеть, приходилось до пяти убитых Зеленых, а если речь шла о высокоранговых хищниках, то соотношение становилось еще больше. И это не считая тех, кого хищники вылавливали поодиночке в лесах, преследованием или из засады, и поедали.

Разница в количестве смертей компенсировалась темпами размножения. Хищники рождались реже, их приплоды выживали не полностью. Зеленые плодились с огромной скоростью, восстанавливая популяцию, постоянно убывавшую из-за интенсивной охоты. Таковы были законы природы, так поддерживался веками баланс, создававший стабильную природную среду, в которой и хищники, и их добыча, по-своему, процветали и развивались.

Но если допустить, что добыча получит возможности эффективно сопротивляться охотникам, сумеет довести соотношение потерь в бою хотя бы до двух к одному, то состояние дел стремительно менялось. Простой численный перевес Зеленых угрожал сместить природный баланс в их сторону. Если люди начнут производить или получать хорошее оружие, научатся им правильно пользоваться, организуются в дисциплинированную армию под руководством грамотного предводителя. то остановить их простые хищники не смогут. Понадобится вмешательство действительно сильных хищников Красного ранга, чтобы их остановить.

Глядя на брусчатку, заваленную мертвыми телами, Мирт в первый раз начал осознавать причины озабоченности и тревоги, звучавшие в голосе Арэта. Тогда лис, который просто согласился получать помощь из Датиана, чтобы завалить Блейдвелл ради богатств и добычи, скрытых за его стенами, не мог понять почему ангел Тамита и ее драконы так упорно твердят, что поселения Зеленых без покровительства Защитников оставаться не должны . И только оценив ужасное соотношение потерь в пользу защитников Блейдвелла, обычных людей, Мирт проникся серьезностью конфликта.

Плевать! — решил про себя лис. — Пока это погибают дикари, которые сами лезут на рожон, то пусть! Несколько лет мирной жизни помогут им восстановить численность. Зато мы добьемся победы и не только заработаем золото, женщин, еду и славу, но и поможем Защитнице. В обмен на материальную благодарность, разумеется!

Периферийным зрением лис уловил движение в воздухе. Повернув голову, он увидел, как Лапис аккуратно приземлилась рядом на свободное место, не заваленное трупами и не залитое кровью. Заметив ее появление, стали подтягиваться и остальные соратники Мирта, совместно с которыми он планировал и организовывал всю эту кампанию и теперь вел их на последний бой.

— М-м-м! — довольно промычала фея, поглаживая обнаженный животик. — Начало у нас хорошее. Но от этого только разыгрался аппетит! Когда продолжаем? Давайте я подлечу тех, кого ранили, и вперед!

Мирт угрюмо поглядел на нее. Взбалмошное существо не интересовали потери среди других всяких , не беспокоили философские вопросы природного равновесия. Она наслаждалась большой охотой и радовалась каждой пойманной и проглоченной добыче, не волнуясь о всяких сложных штуках.

— А ты все веселишься, я смотрю? — буркнул он недовольно.

— А, что, какие-то проблемы? — удивленно произнесла фея, невинно хлопая глазами.

— Нет-нет, никаких! — поспешил поправиться Мирт.

Как и огромный бронированный ящер, Лапис была одним из козырей его армии. Магические возможности феи сильно превосходили возможности большинства человеческих магов, и лис надеялся уравняться на этом поле с любыми волшебниками, которых Рональд сможет против него выставить. Да и в обычном бою фея показывала себя хорошо — пока у простых солдат противника не было каких-либо защищающих от магии амулетов, или сильного колдуна в их рядах, Лапис могла выкашивать простую пехоту дюжинами, превращая их в крошечных человечков, с пискливыми воплями убегавших в траву от весело ловящих их хищников. Ссориться с ней и рисковать потерять такую мощь, или, еще хуже, повернуть ее против себя Мирт не хотел.

— Ну, так нужно лечение, или нет? — осведомилась фея, вопросительно изогнув бровь.

— Да, подлечи Маки и Кротрикса. Потом двинемся дальше, посмотрим, что люди приготовили для нас в самом городе. И, пожалуйста, не растрачивай свою магию на простых солдат — прибереги для схватки с Роландом! У него наверняка сильные маги в сопровождении есть.

— Да-да, конечно. — пробормотала Лапис.

Она уже занималась Кротриксом, подойдя к ящеру, приложив ладонь к ране у него в боку. Ладонь светилась, и разрез затягивался прямо на глазах, оставляя лишь едва заметный шрам.

Роланд руководил обороной, расположив ставку на возвышенности над городом, откуда мог обозревать окрестности. Баннеры его копий виднелись то тут, то там, давая примерное представление о расположении отрядов на поле боя. Более детальная информация поступала от посыльных, которых знаменосцы отправляли с донесениями. Пока боевые порядки сохранялись, не было глубоких прорывов или окружений, посыльные легко достигали начальства и возвращались назад с приказами. Так старый опытный военачальник руководил боем.

Когда врагу удалось прорваться через баррикады на одном из участков, и после того, как крупный ящер стал карабкаться на башни и крушить находившиеся там баллисты и лучников, обратно к знаменосцам понеслись гонцы с приказами отступать и переходить к стадии Б — так Роланд обозначил план обороны в городской застройке. Военачальник и его помощники склонились над крупномасштабной картой, на которой разноцветные значки указывали расположение своих войск и известных вражеских отрядов. Каждый помощник отвечал за свой участок, и при получении очередного донесения корректировал информацию. Это была очень ответственная работа — стоит только один раз сбиться, запутаться и неправильно обозначить расположение сил, и контроль над сражением сразу же будет потерян, что приведет, в итоге, к поражению в битве и смерти большинства горожан. Помощники составляли и передавали приказы подразделениям, находившимся под их управлением, Роланд задавал общую стратегию ведения боя.

— Ящер должен быть уничтожен, — холодным спокойным тоном сообщил Роланд. — Если они грамотно воспользуются им, то смогут крушить дома и баррикады, лишая наших воинов укрытий и добывая пространство для маневра своим силам. Этого допускать нельзя. Пусть баллисты, которые мы расположили на склонах холма, выцеливают проклятую тварь, и задействуйте команды охотников на монстров, которые мы натренировали специально для таких случаев.

— Да, милорд! — последовал короткий ответ.

Офицеры, все выходцы из благородных городских семей, принялись торопливо набрасывать на чистых листах соответствующие приказы.

— Милорд, — раздался голос за спиной. Роланд обернулся и увидел одного из помощников с очередным посыльным, — в прорыве принимал участие сам Мирт, его видели там в первых рядах. Он возглавлял атаку.

— Очень хорошо. — пробормотал рыцарь.

Услышав имя врага, которого им предстояло найти и уничтожить, чтобы лишить армию хищников руководства, встрепенулись соратники Роланда, до этого спокойно наблюдавшие за работой ставки. Алиатан повернул покрытую капюшоном голову, дернулось длинное ухо Арабеллы. Оргилаф отжался от стены, к которой привалился, подхватил свой здоровенный молот, вскинул его на плечо и зашагал к Роланду. Иви Беренгер нахмурила тонкие, подведенные карандашом брови и недовольно поджала накрашенные губы. Напряжение возрастало, враг показался на поле боя и скоро им всем предстоит сойтись с ним в смертельной схватке.

— Это очень опрометчиво с его стороны, — хладнокровно, не проявляя никаких признаков беспокойства, проговорил Роланд. — Парень молод и лезет на рожон, суется в каждую стычку, пытаясь самостоятельно выиграть все сражение. Пускай. Так он потратит много своих сил, возможно, кто-то из его элиты будет ранен или даже убит, или потеряет много ресурсов. Здесь все решат терпение и опыт сражений. Нужно измотать врага, а потом нанести ему сокрушительный удар контратакой свежих лучших сил, приберегаемых в резерве. Наместник Баглис!

— Да, милорд.

— Вы остаетесь командовать ставкой. Вы хорошо обучены, ознакомлены с планом обороны и знаете, что делать. Я и моя команда пойдем, проверим, что творится на том участке, где видели Мирта. Попробуем укрепить оборону, и посмотрим, сможем ли мы достать группу Мирта уже сейчас. Возможно, его смерть быстро решит сражение в нашу пользу.

— Хорошо, милорд.

— Все готовы? — спросил Роланд, подхватив меч и щит, и обращаясь к соратникам, выстроившимся рядом неровной шеренгой.

— Да! — послышался нестройных хор голосов.

— Наконец-то! — добавил кузнец Оргилаф. — Мне уже не терпится размозжить кому-нибудь голову молотом! Пойдемте уже!

— Идем, — согласился Роланд, кивнув и сделав знак выдвигаться.

Разношерстная команда героев зашагала к выходу из расположения ставки, мимо охранявших подход к столу стражников и принялась спускаться вниз по склону холма по узким, вымощенным брусчаткой улочкам. Впереди предстоял второй раунд битвы за Блейдвелл.

Глава 54. Битва за Блейдвелл - 5

Роланд шел по улице спокойно, неторопливо. Его доспех почти не лязгал, сделанный очень качественно, на заказ, и обкатанный во множестве приключений, в которых приходилось в молодости участвовать старому рыцарю. Пока воин даже не обнажил своего артефактного меча, уверенный в том, что сюда враг еще не добрался.

Рядом вышагивал Оргилаф, могучий и дерзкий, презирающий смерть. Он играючи крутил в руках двуручный молот, способный сокрушать даже некоторых Оранжевых хищников. Остальные члены группы держались немного позади, чтобы поддерживать танков магией или стрелами.

Мимо них пробегали солдаты, гражданских на улицах не было, все сидели в укрытиях. Стражники группами торопились куда-то, возможно заткнуть очередной прорыв, некоторые тащили или несли раненых в наспех организованные медицинские палатки. Те немногие современные ресурсы, которые получал Блейдвелл, приберегали как раз для такого случая.

Звуки битвы приближались. Звон мечей и крики сражающихся уже слышались буквально на соседней улице, Роланду и его товарищам приходилось повышать голос, чтобы услышать друг друга. Над крышей одного из домов гордо развевался прапор одной из семей Блейдвелла, чей глава лично возглавлял знамя из нескольких копий. К этому дому Роланд и направился.

— Милорд! — Рыцари, склонившиеся над картой города с обозначенными укреплениями, вытянулись по стойке смирно, едва только военный лидер города показался на пороге.

— Рассказывайте, какова у вас обстановка? — задал вопрос Роланд, взмахом руки позволяя встать вольно.

— Да, милорд! — Элиас Банги, глава рода Банги, показал на карту. — Враг сначала попытался атаковать широким фронтом, как они делали это со стенами. Однако везде они наткнулись на наши подготовленные укрепления и понесли потери. Поэтому теперь их тактика изменилась — хищники наваливаются на один участок большим числом монстров, чтобы попытаться прорвать его и проникнуть внутрь нашей линии. Сейчас они штурмуют наш левый фланг.

Роланд посмотрел на карту, изучая отметки, означавшие укрепления защитников. Предвидя, что разрушенные стены не сдержат хищников надолго, люди долго и старательно подготавливали вторую линию обороны посреди застройки, баррикадами перекрывая улицы так, чтобы эта линия образовала полукруг, охватывая поврежденный участок стены. Солдаты Мирта, прорвавшись внутрь, натолкнулись на эти укрепления. Куда бы они ни пытались выйти с площади, которую захватили, везде улицы были перекрыты утыканными кольями баррикадами, и из-за этих укреплений защитники били копьями и пускали стрелы. В таком сражении, как отметила про себя Иви Беренгер, внимательно слушая пояснения Элиаса и тоже изучая карту, легкая пехота — лучники и стражники с пиками и алебардами — оказывалась едва ли не важнее благородных рыцарей и тяжелой пехоты их копий.

— Они долго метались, пробуя нашу оборону на прочность в разных местах, — продолжал Элиас, — потом отошли и принялись организованно долбиться в один участок. Сейчас я тяну в то место дополнительные силы, частично с других участков и из резерва. Отсюда, отсюда, и отсюда.

Рыцарь показывал на карте улицы, с которых по его приказу снимались дополнительные отряды, чтобы купировать угрозу прорыва. Разноцветные лакированные фишки, вырезанные из дерева и напоминавшие шахматные фигуры, обозначали различные подразделения и рода войск, и положение на карте. Отряд, обозначенный фишкой, в реальности мог занимать значительно больше места, растянутый на всю улицу или несколько домов — фишка ставилась в то место, где должен был находиться баннер отряда, и куда отправляли посыльных с приказами.

— Враг продавливает баррикады одну за другой, выбивая копейщиков и вынуждая нас отходить. У нас еще много резервов, однако, противник последовательно сминает баррикады и может прорваться через них. Если они это сделают, то выйдут на больший простор, ведь третьей линии у нас нет. Сдержать их будет очень трудно.

— Мирта видели с ними? — уточнил Роланд.

— Да, милорд.

— Хорошо, — пробормотал Роланд и задумался.

Мирт был там и руководил войсками. Если бы его там не было, то даже такой серьезный удар мог бы сойти за отвлекающий маневр. Значит, это действительно самый важный участок битвы — сражение началось широким фронтом вдоль стен, внутри города штурмующие наткнулись на препятствие, и теперь все силы сошлись в одной точке — атакующие пытались прорвать укрепления, а защитники старались этого не допустить.

— Мы отправимся туда, — сообщил Роланд рыцарю-знаменосцу. — Раз там Мирт, значит это наш шанс сразиться с ним. Уверен, что как только он будет уничтожен, остальные хищники дрогнут и побегут. Мы просто должны продержаться до того времени.

— Мирт относится к Желтой категории, — задумчиво сказал Элиас Банги. — Но, как и все лисы, он хитер, и может сделать неожиданный ход. А в свою стаю, по слухам, он подтянул несколько опытных и сильных охотников, которые сопровождают его в бою. Справиться с ним может оказаться сложнее, чем представлялось.

— Все верно, но мы готовились к этому, и я собрал в свою группу самых лучших героев, которых мы смогли найти. Мы попытаемся. Сначала подберемся к линии сражения, чтобы оценить обстановку, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

— Разыгрываете козырную карту на эту ставку, лорд Роланд? — усмехнулся Элиас.

Роланд открыл рот, чтобы ответить, но его прервал топот ног за дверью и встревоженные голоса. Через пару секунд в помещение вбежал один из рыцарей знамени Элиаса.

— Посыльный, милорд! Прорвались, гады!

Роланд и Элиас переглянулись.

— Кажется, — гробовым голосом произнес Роланд, — мне стоит поспешить, если я не хочу пропустить самое интересное.

— Я иду с вами?

— Сначала я отдам вам распоряжения.

Через несколько минут Роланд вышел наружу, хмуро поглядев на торопящихся мимо воинов. Сейчас дисциплина была важна особенно, поэтому солдаты сохраняли построение, и только синхронный бег трусцой показывал, как сильно спешат воины.

— За мной! — скомандовал Роланд.

— Ну, наконец-то! — Оргилаф закатил глаза. — Самая пора показать Мирту, как мы заработали свою репутацию!

— Тебе бы только молотом помахать, кузнец, — мелодичным голоском возразила Арабелла. — А это не самый практичный способ справиться с опасным врагом!

— Да? — удивился кузнец. — А какой тогда практичный?

— Я бы предпочла использовать лук! Самый лучший вариант, это когда мы найдем Мирта, и я подстрелю его издалека! Он сдохнет, или будет тяжело ранен, и больше не сможет командовать войсками!

— А где веселье при таком подходе?

— Мы занимаемся этим не ради веселья, — вступилась за эльфийку Иви Беренгер. — Наша задача спасти город, убить лидеров противника и разбить их воинство. Причем, желательно именно в таком порядке!

— Надо было в обычную пехоту идти, — недовольно пробормотал Оргилаф.

— Не надо, — тут же отозвался Роланд, до этого молча слушавший перепалку своих соратников. — Ты один из самых лучших бойцов в городе! Мы идем на рискованное задание, которое потребует от нас врубиться в самый строй противников, чтобы добраться до цели. Если что-то пойдет не так, то мы останемся одни против целой кучи врагов, или против самого Мирта и его дружков, каждый из которых опасный хищник, сильный и опытный боец! Тогда-то, Орги, нам и пригодится твой молот, и способность без устали размахивать им во все стороны.

— Не, ну если ты так ставишь вопрос. — кузнец надулся от важности, осознав, какая ответственная задача на него возложена.

Оборона людей держалась очень долго. Атакующие хищники откатывались назад раз за разом, поредевшие ряды сменялись свежими бойцами, и штурм безостановочно продолжался. Люди тоже подтягивали резервы, постоянно сменяя выбывших бойцов. Обе армии обладали довольно обширным резервом воинов. Он быстро истощился бы в сражении широким фронтом, где-нибудь в открытом поле. Однако сейчас все зависело от того, сумеют ли хищники прорвать оборону. Разрушенные укрепления, в отличие от воинов, заменять было нечем. Тяжелые Оранжевые хищники (и Кротрикс вместе с ними) ломали очередную баррикаду, после чего в пролом толпой рвались обычные бойцы поменьше рангом и сцеплялись с защитниками в кровавой рукопашной свалке.

Мирт следовал за передовыми отрядами, глядя на происходящее в мрачнейшем расположении духа. Да, укрепления падали одно за другим, но каждый раз за разрушенной баррикадой возникала следующая, а за ней еще одна, и еще. Люди сражались с отчаянностью обреченных, не отступая не на шаг. Потери росли катастрофическими темпами, и лис начал задумываться, останется ли у него после этого сражения армия. Здесь, в узких улочках, перекрытых баррикадами, количество хищников и их физическая сила сильно нивелировались, и соотношение убитых выросло до четырех к одному в пользу защитников.

Где было возможно, Мирт помогал с помощью своих соратников — сильных бойцов. Кротрикс легко сносил некоторые баррикады, Ироя и Маки быстро рубили противников, захватывая очередной двор или очередной переулок. Фею Лапис лис держал при себе, чтобы не растрачивать понапрасну ее магию — Мирт помнил, что Роланд появится однажды, в самый решающий момент боя, когда будет определяться исход всего сражения. Потому каждый раз после короткой стычки, он отзывал товарищей обратно, не давая втягиваться в драку слишком сильно, предоставляя обычным солдатам развивать достигнутый успех.

— Так мы не пробьемся до самого вечера! — пожаловалась амазонка, вернувшись к лису после очередной схватки. Девушка вытирала тряпкой окровавленное лезвие меча, на ее лице блуждала ухмылка. Как и Лапис, она наслаждалась происходящим, амазонки, по мнению Мирта, вообще были повернуты на войне.

— У нас не только эта проблема, но и большие потери тоже, — хмуро ответил Мирт. — Знаю, что они тебя не интересуют, но я, все-таки, лидер! И воины понадобятся мне и далее.

— Да ты никак хочешь стать большой шишкой, Мирт? — удивленно заметила Ироя.

— А ты думала, я рву жилы ради простого грабительского набега? — фыркнул Мирт. — Арэт обещал мне. если мы хорошо выступим сегодня, захватим город и сохраним при этом армию. то мы не просто награбим много добычи, разделим ее и разбежимся обратно по деревням! Мы докажем свою силу, сможем поступить на службу к Датиану, получим награды и привилегии! Мы перестанем быть дикарями, жить в постоянной опасности и влачить жалкое существование. Это наш шанс, Ироя!

Нахмурившись, ставшая серьезной амазонка внимательно слушала эти откровения.

— Это как если бы я вдруг сумела добраться до далекого королевства амазонок и поселиться там, — мечтательно пробормотала девушка.

— Тогда ты примерно понимаешь, о чем я говорю! Победа сейчас имеет большое значение, и она не должна стоить нам всех солдат, иначе Арэту не будет от нас больше пользы, и нас выкинут на свалку, как отработанный материал, останется только немного золота, которое получится унести. Мы должны приложить все усилия, чтобы показать результат!

Наконец, удача улыбнулась Мирту — над полем боя, где орда хищников штурмовала очередную баррикаду, раздался оглушительный рев. Мирт, Лапис и Ироя оглянулись — сзади слышались треск и грохот, что-то рушилось, по мере того, как нечто огромное ломилось через плотную застройку, не утруждая себя проходить между ними.

Через некоторое время источник шума показался на перекрестке двух улиц, где находились лис и его команда. Им оказался тот самый огромный ящер, которого Мирту удалось подписать на участие в походе, отправившись на рискованные переговоры в их логово. Ящер уже пригодился при штурме стен, где он взбирался на башни и уничтожал находившихся на их вершинах вражеских воинов, не давая им расстреливать сверху наступающих хищников. Именно его появление окончательно убедило людей, что оборонять стены больше не имеет смысла, и они отступили, позволив лису занять площадь внутри города и перегруппировать войска.

Где ящера носило еще час после этого, Мирт не знал. Красные хищники вообще порой были трудно управляемы, опасно приказывать такому, требовать или угрожать. Можно только просить, увещевать, убеждать, сулить вознаграждение. Даже присоединившись к войску Мирта, ящер лишь некоторое время проводил в лагере, а большую часть дня бродил где-то по окрестностям в свое удовольствие. Вернувшись в расположение войска, он лежал, свернувшись в углу лагеря, и равнодушно наблюдал за попытками Мирта создать из разношерстного сброда дикарей некое подобие дисциплинированного воинства. Огромный хищник считал ниже своего достоинства участвовать в тренировках или подготовке стратегии. Для него все это были тщетные упражнения низкоранговых ничтожеств, которых в бою он мог сметать ударами лап по десятку за раз. Когда его просили что-либо сделать, исполинский монстр либо молча вставал и шел выполнять просьбу, либо презрительно фыркал, закрывал глаза и засыпал, игнорируя дальнейшие попытки коммуникации.

И вот сейчас все страдания предводителя хищников, вечный страх разозлить Красного, огромное количество потраченной на его прокорм провизии — все окупилось сторицей. В бою огромная зеленая туша казалась непобедимой. На открытой местности у человеческих солдат не было и шанса. Баррикады и укрепления тоже не выдерживали подобного удара.

— Благодарю тебя, о, Богиня! — Мирт обрадованно воздел руки к небу при виде того, как монстр расправляется с линией защитников.

Ящер сначала замешкался, озадаченный плотными укреплениями, густо утыканными крупными острыми кольями. Однако такое существо видело такие пути достижения цели, которые не приходили в голову другим хищникам по причине того, что те не могли бы их осуществить. Ящер попросту принялся карабкаться по стене здания, как раньше сделал с башней. Вниз летели кирпичи и доски, звенели разбиваемые стекла.

Мирт смотрел на это с завистью. Штурмовых лестниц у его армии не имелось, а осадные машины в узких улочках было не развернуть. Ящер, по сути, бескрылый дракон без огненного дыхания или магии, решил проблему всего за минуту. Когда он взобрался на уровень четвертого этажа и ухватился передними лапами за край крыши, на которой метались паникующие лучники, здание не выдержало и рухнуло, сложившись внутрь и похоронив под завалом находившихся внутри стражников. Раздраженно ревя, ящер барахтался среди груды кирпичей, в которую превратилось только что бывшее целым строение. Поднявшись, он в слепой ярости бросился вперед, проломив оставшуюся дальнюю стену. Стена обрушилась дождем обломков на головы защитников на другой стороне. Огромное земноводное вырвалось на небольшую городскую площадь, проходы к которой люди так упорно обороняли.

Восторженно завопив, хищники принялись карабкаться по грудам обломков. В линии обороны образовалась очередная брешь, которой атакующие тут же воспользовались. Укрепления стали бессмысленны, и люди принялись отступать. Ящер, сделав свое дело, отправился куда-то дальше, протискиваясь в узкие улочки и цепляя стены зданий, и исчез среди улиц города, только грохот осыпающихся кирпичей и раздраженный рев примерно указывали, где он находится.

— Вот видишь? А ты переживал! — довольным тоном сказала Ироя, ткнув Мирта локтем в бок.

— Уф! Тише, ты! — даже через кевларовую броню, которую носил лис, удар заостренным налокотником все равно вышел чувствительным, заставив его пошатнуться и схватиться за ушибленное место.

Оправившись через мгновение, он ринулся отдавать приказы тем воинам, которые замерли на месте, ошалело глядя, как ящер причиняет столь огромные разрушения.

— Все вперед! Нужно воспользоваться этой возможностью, пока защитники ошеломлены и не могут эффективно сопротивляться!

Повинуясь его приказу, толпа хищников хлынула в пролом, карабкаясь по осыпающейся куче кирпичей. Сохраняя внешнее спокойствие, в душе Мирт ликовал — наконец-то забрезжила утраченная, казалось, надежда на победу. Глядя на огромные потери своего воинства, лис уже серьезно сомневался в возможности добиться успеха. Сейчас, когда ситуация резко изменилась, появился шанс переломить исход в свою пользу. Тогда, даже невзирая на потери у него останется достаточно воинов, чтобы продолжать представлять собой силу в регионе, и поступить на службу Арэту и Защитнице. Теперь оставалось устранить последнее препятствие.

— Ищите Роланда! — рявкнул лис в амулет связи. — Как только найдете, так сразу докладывайте мне и пытайтесь любой ценой удержать его до моего прибытия! Победим Роланда — победим в сражении!

Закончив говорить, Мирт огляделся, проверяя, находятся ли рядом с ним его соратники.

— Более не разбредайтесь. — Потребовал он. — Веселье закончено, началась работа! Как только Роланд будет обнаружен, наша с вами задача быстро и наверняка расправиться с ним, чтобы защитники не могли полагаться на его обширный опыт сражений, и чтобы подорвать их моральный дух. Помогите мне сделать это, и каждый из вас получит обещанную награду.

— И ту награду, которую обещал Арэт, тоже? — серьезным тоном уточнила амазонка.

— Да. Когда я буду разговаривать с ним, отчитываясь о результатах, то буду договариваться, чтобы на службу Датиану взяли всех, кто того пожелает. В обмен на гражданство, привилегии, и денежное содержание во время службы.

— О-о-о. — протянула фея тоненьким писклявым голоском, — служить Датиану? Это уже становится интересно.

— Да, Лапис, мы тогда больше не будем дикарями — станем серьезными уважаемыми гражданами цивилизованного общества под покровительством Защитницы и ее Богини.

— Богиня покровительствует только сильным! — возразила Ироя.

— Вот мы и покажем свою силу сегодня.

— Командир! Мирт! Э-э-эй? Эта штука работает? — Связной амулет в кармашке на груди ожил и захрипел, переливаясь голубыми бликами в такт словам говорившего.

— Работает. — Недовольно процедил Мирт, поднеся камушек в оправе ко рту. — Кто ты и чего хотел?

— Мы нашли Роланда!

Стоя на краю каменной площадки перед таверной, откуда открывался хороший вид на город, Ивонна с ужасом наблюдала за тем, как проходит штурм. Сначала пали стены, хищники прорвались внутрь. Издалека это было плохо видно, но рассказали проходящие по улице раненые стражники, которых отправили в укрытие в другом районе города. Затем прибежал небольшой отряд, сопровождавший двух девушек-волшебниц. Вместе, они устроили в таверне полевой госпиталь, поскольку раненых становилось все больше, и оказывать им медицинскую помощь становилось сложнее. Авантюристов выгнали на улицу, чтобы освободить место.

— Нечего тут бухать! — сказал им в спину десятник стражи.

Это, конечно, была неправда — никто из приключенцев не притронулся к горячительным напиткам, разлитым по бутылкам и бочкам. Слабоумных, напиваться перед столкновением с хищниками, среди авантюристов не было.

Затем, некоторое время спустя, рухнула торопливо выстроенная оборона в общих районах города. Со своего места приключенцы хорошо разглядели, как карабкалась на стену дома огромная зеленая туша ящера, и как здание рухнуло под ее весом.

— Кошмар, это просто ужас. — шептала Ивонна, глядя на происходящее полными страха глазами.

— Нам конец, да? Мы все умрем! — у Герунтиуса, самого молодого члена отряда, сдали нервы при виде оравы чудовищ, черной лужей растекавшихся по улицам города.

— Тихо! — резко оборвал его Айдемар, неформальный лидер отряда, мгновенно восстанавливая дисциплину. — Исход еще не решен, посмотрим, что будет дальше. Но будьте готовы принять участие в драке в любой момент!

— Я готов, — коротко-равнодушно сообщил Тугор, таким тоном, как будто он готов пойти выпить пива после проделанной работы.

— Герунтиус, успокойся, дыши глубже, — заботливым тоном попросила парня Ивонна. — Просто не забывай, чему тебя учили, вспомни наши прошлые приключения! Шанс есть, мы должны только правильно воспользоваться им и не струсить в нужный момент.

— Ходить от города к городу по дороге с толпой стражников — тоже мне приключения. — забормотал было маг, но быстро умолкнул под предостерегающим взглядом Ивонны и осуждающим Айдемара.

— Смотрите, — голос Тугора прервал разгоравшийся заново спор.

Ивонна перевела взгляд на город и обомлела.

Фронт защитников разделился надвое. Та его часть, что находилась южнее рухнувшего дома, еще держалась, в том месте собралось больше всего баннеров, и где-то там наверняка находился и лорд Роланд, лично командуя обороной.

А вот к северо-востоку дела шли совсем плохо. Здоровенный ящер Красного ранга, которого Мирт где-то нашел и уговорил помочь хищникам, продолжал крушить защитников. Он уже не отвлекался и не пропадал, вероятно, решив, что пора выполнить уговор, заключенный с Миртом при посредничестве Арэта. С помощью ящера атакующие быстро продвигались вперед, и люди практически не могли их удержать. Каждым ударом лапы рептилия сносила по нескольку солдат, двумя-тремя ударами сокрушала перегораживавшие улицы баррикады. Остановить чудовище было невозможно, и защитники откатывались назад, прячась в домах или во дворах между зданиями. Ящер задерживался только, чтобы сокрушить двери или ведущие во дворы ворота, после чего оставлял расправляться с защитниками меньшим хищникам, а сам двигался дальше в поисках следующих целей достойных применения его силы.

— Неужели никак нельзя его остановить? — воскликнула Ивонна.

— Там на площадках есть баллисты, минимум одна из них смотрит вдоль этой улицы, — сказал Герунтиус, указывая в сторону.

Ивонна, Айдемар и Тугор оглянулись. Действительно, площадка поодаль была занята баллистой, ее передняя часть торчала из-за края и была хорошо видна. Центральный Холм, на котором располагался Старый Город, и вокруг которого строились кварталы простых жителей, прибывших спустя годы после основания Блейдвелла, опоясывали многочисленные серпантины улиц. Во многих местах, где было возможно, часть холма срывали, чтобы строить здания, и кое-где образовывались такие вот площадки, служившие импровизированными площадями жителям склонов, и удобные для обозрения того, что происходит у подножия холма. Баллиста, занявшая площадку примерно в двухстах метрах от таверны, находилась как раз напротив улицы, по которой двигался ящер и аткующие город хищники. Позиция была ИДЕАЛЬНОЙ для того, чтобы попытаться подстрелить тварь, однако баллиста выглядела брошенной, никто не суетился вокруг нее, натягивая гигантскую тетиву и укладывая в ложе длинный снаряд толщиной с руку, с железным зазубренным наконечником.

— Почему они не стреляют? — раздраженно процедил Айдемар. — Сейчас самый идеальный момент! Если же проклятая тварь доберется до конца улицы, то сможет повернуть в любую сторону и выйти из сектора обстрела!

— Нужно пойти и посмотреть, — спокойно ответил Тугор, поднимаясь.

— Согласен.

— Ч-что?! — Зрачки глаз Герунтиуса расширились от страха. — Пойти куда-то туда, где хищники? Ты спятил? Ты же говорил, что мы будем только оборонять таверну, а все сделает городская стража и лорд Роланд!

— Ну, как видишь, они не справляются! Значит, мы должны помочь, потому что если они проиграют, то мы за стенами таверны не отсидимся! А сейчас отличный шанс нанести врагу серьезный урон! Если вовремя выстрелить из той баллисты и хотя бы ранить Красного, то он уже не сможет наносить стражникам таких потерь, и им будет легче справиться с хищниками. Поэтому нужно пойти и посмотреть, почему задержка и, если нужно, помочь расчету сделать выстрел. А если расчета нет на месте, или с ним что-то случилось, то тогда мы попробуем выстрелить в ящера сами — для баллисты расстояние совсем небольшое, тут сложно промахнуться.

— Давай Герунтиус! — подбодрила мага Ивонна. — Айдемар полностью прав, мы не выживем, если будем прятаться и скулить, пока другие сражаются!

— У-у-у! — взвыл Герунтиус, но видя, что его напарники не собираются отступать от принятого решения, и уже выдвинулись в сторону баллисты, сдался и, вздохнув, неуклюжей рысцой побежал вслед за ними.

Причина молчания баллист, находившихся в тылу, стала ясна практически сразу — хаос затопил город. Когда удалось прорваться через организованную оборону людей и выйти на простор других районов города, не перекрытых баррикадами, то хищники-дикари, опьяненные успехом, мгновенно утратили любые остатки неделями вколачиваемой в них дисциплины. Они словно вода, разливающаяся по поверхности через дыру в емкости, хлынули в разные стороны, грабить и убивать. Сражение абсолютно перестало их интересовать, наемники обходили стороной спешно организованные очаги сопротивления защитников, вместо этого занявшись поиском по какой-то причине не сумевших спрятаться гражданских, и грабежом имущества.

Это очень сильно нивелировало эффект от успешного прорыва, воинство Мирта утратило значительную часть своей ударной силы. Лис понимал, что только уничтожение защитников и их лидеров гарантирует ему победу, и тех бойцов, которые продолжали подчиняться его приказам, направил на фланговые удары по порядкам войска людей, расширяя прорыв для прохода подкреплений с площади у стен.

Группа авантюристов, совершая перебежку в сторону баллисты, в полной мере оценила получившийся эффект. По улицам шарахались в разные стороны одиночные люди или хищники, а также небольшие их группки. Стражники спешили куда-то вниз по склону, торопясь помочь в обороне, группы мародеров обходили их, устремляясь в дома, вламываясь в двери и окна. Иногда, когда они встречались на перекрестках или в тесных улочках, происходили скоротечные стычки. Стоял звон мечей, отовсюду доносились крики, ругательства и рычание хищников, на улицах попадались трупы разодранных солдат, заколотых или зарубленных хищников.

Ивонна продолжала следовать за Айдемаром и Тугором, хотя ей было очень страшно. Конечно, за время, проведенное в приключениях, девушка уже встречалась со смертью, доводилось ей видеть и мертвых, оставшихся после сражений. Но масштаб и жестокость этой резни поражали ее воображение, ничего подобного ранее Ивонне видеть не приходилось.

Один раз группе пришлось столкнуться с хищниками почти лицом к лицу. Из-за угла вырулила небольшая группа Желтых, всякие гиены, нэко и шакалы. Но численностью их отряд превосходил авантюристов, и Ивонна ощутила, как бешено колотится от страха ее сердце.

Айдемар и Тугор выхватили оружие, мгновенно встав в боевую стойку, Ивонна не растерялась и быстро натянула тетиву лука с наложенной на нее стрелой. Для пущего эффекта Айдемар грозно зарычал, присев и разведя в стороны руки. Иногда демонстрация силы и решимости защищать себя действительно помогала против некоторых трусоватых тварей, предпочитавших охотиться на заведомо более слабых или раненых.

Хищники замерли в нерешительности, осматривая людей. Они хотели грабить, а не сражаться. Окончательно все решилось, когда монстры углядели за спинами воинов мага в синей мантии Академии Орсана, с перекошенным лицом. Его гримасу они приняли за гнев, и сочли благоразумным ретироваться, связываться с магами всегда опасно. Герунтиус отчаянно трусил, все еще не понимая, что именно в нем заключается потенциально огромная сила, и какой эффект оказывает его появление на многих противников.

— Идем дальше! — рявкнул Айдемар.

Отвлекаться на мародеров было некогда, нужно выстрелить из баллисты, пока Красный хищник еще виден. Ящер внезапно напомнил о себе слышимым на весь город ревом — он попал в засаду! Брезгуя помощью низших рангов, полностью уверенный в своем превосходстве над добычей, ящер далеко оторвался от оставшихся позади основных сил. Тут-то его и подловили специально обученные для таких случаев команды охотников на монстров. В самом узком месте улицы с крыши дома ящера внезапно накрыла сеть, сильно запутав его. Полетели гарпуны с веревками, другим концом привязанными к чему-то тяжелому, огромным камням, зданиям или наспех вбитым в брусчатку кольям. Большая часть гарпунов не смогла пробить толстую чешую, но те, которые смогли, причиняли чудовищу сильную боль!

Ящер рвался из сетей, сильно запутавшись в них, зубами пытался вырывать те гарпуны, до которых мог дотянуться. Охотники тыкали в него длинными пиками, стараясь попасть в шею или морду, переворачиваться или вставать на дыбы, открывая слабо защищенное брюхо, ящер благоразумно воздерживался. Монстр попытался цапнуть пастью одного из пикинеров, подобравшегося слишком близко, но тут же получил от мага струю огня в морду. Чудовище отпрянуло, снова испустив оглушающий рев гнева, раздражения и боли.

Эта задержка дала отряду Айдемара шанс выполнить задуманное решение с баллистой.

— Сюда, скорее!

Ивонна нырнула вслед за северянином в небольшую арку. Переулок, проходивший под ней, соединял две улицы, на одной из которых и находилась площадка с баллистой.

Выскочив на открытое место, девушка с ужасом поняла, что на площадке идет сражение с хищниками! Случайно, или кто-то из воинов Мирта сознательно принял решение напасть на расположение вражеской баллисты, но вокруг деревянной машины кипел бой. Расчет орудия составлял десяток человек, легковооруженных стражников и пехотинцев. Хищников было больше, но людям, зажатым в угол между обрывом за краем площадки и стеной ближайшего дома, пришлось принять бой. Они сражались отчаянно, понимая, что поражение означает смерть. Много мертвых хищников валялось на брусчатке, но и бойцов расчета оставалось всего пятеро, а у монстров по-прежнему имелось численное преимущество. Восемь хищников, три кобольда с болотного цвета чешуей, три серых волка и две волчицы, как раз окружали стражников полукольцом, готовясь в очередной раз кинуться на них. Командовал всем этим крупный бурый медведь — он ревел приказы, указывая концом длинного меча, кому куда встать. Сам он, неуклюже перебирая короткими ногами, торопился вслед за своим отрядом, отстав метров на двадцать.

Авантюристов отделяло от схватки не более двадцати метров, и Айдемар, крикнув короткую команду, немедленно ринулся в бой, сопровождаемый Тугором.

Схватка уже началась, по приказу медведя хищники бросились на бойцов из расчета. Раздавались рычание и крики людей, звенела сталь. Больше всех лютовали два волка — крупный серый самец, с длинным уродливым шрамом, пересекавшим морду поперек, и под масть ему молодая волчица, ловкая и быстрая. Она умело уклонилась от удара пикой, обошла защиту стражника, и парой рассекающих ударов короткими мечами свалила человека на брусчатку, а ее братец обрушился на мечника рядом, легко сокрушив того сильным ударом меча-фальшиона.

Поодаль, суровый ветеран стражи держался один против двух насевших на него кобольдов. Он отразил щитом атаку одного, отпихнул врага ногой, но развивать успех не стал — сбоку заходил рослый кобольд, чью чешую украшала боевая раскраска, нанесенная ярко-красной краской. Ветеран обменялся с ним несколькими ударами, с трудом сдержав яростный напор сильного противника.

Ближе всего к авантюристам находились один стражник с мечом и волк, пытавшийся его атаковать. Они увлеченно обменивались ударами, и пока преимущества не было ни у одного из бойцов. Ивонна решила помочь — выхватив из колчана стрелу, девушка тщательно прицелилась в волка так, чтобы не задеть мечника. Улучив мгновение, когда хищник отскочил на пару шагов назад, уходя от взмаха мечом, Ивонна спустила тетиву. Промах! Стрела промелькнула у цели перед самой мордой и, повернув голову, волк заметил, наконец, появление новых противников.

— Еще стража! — рыкнул он своим товарищам грубым звериным голосом.

На пару секунд свалка распалась, хищники отпрянули назад, оглядываясь в поисках новых противников, опасаясь удара в спину от неожиданно появившихся авантюристов.

Айдемар и Тугор не собирались давать им времени на раздумья, полностью используя момент внезапности. Они налетели на заметившего их волка, обрушив на того мощные удары мечами. Тугору удалось тяжело ранить хищника, вынудив его отступать. Воодушевленные внезапным появлением помощи стражники стали сражаться за свою жизнь еще яростнее и сумели зарубить одного из волков.

— Герунтиус, сделай что-нибудь! — зашипела Ивонна, глядя, как молодой маг нерешительно застыл, не понимая, что ему делать.

Она толкнула парня локтем в бок, выводя того из ступора.

— Сейчас, сейчас, — забормотал Герунтиус, выставив вперед руку и зашевелив пальцами, вспоминая заготовки различных ситуаций, которые партия тренировала на случай такого боя.

Раненый волк тем временем не справлялся, и ему на помощь пришли медведь и волчица. Медведь бросился на Айдемара, замахнувшись на северянина длинным мечом. За мгновение до удара человека окутал полупрозрачный голубоватый пузырь — Герунтиус, наконец, отреагировал, поддерживая магией своих товарищей.

Удар медведя был страшен. Нанесенный с огромной силой крупного зверя, он разрубил магическую защиту, хоть она и поглотила большую часть урона. Айдемар успел подставить круглый железный щит, блокируя атаку, и затем отбить лезвие в сторону, чудом избегая ранения.

Ивонна охнула, ошарашенная демонстрацией такой бешеной мощи. Однако она быстро пришла в себя, видя, что медведь снова замахнулся. Быстро выхватив стрелу, девушка выпустила ее практически не целясь — промахнуться в такую тушу было бы трудно. Стрела попала медведю в правое плечо, как раз когда он в очередной раз замахивался здоровенным палашом. Хищник оглушительно взревел, отпрянув и схватившись второй рукой за раненое место.

Айдемар, восстановив равновесие после удара врага, попытался воспользоваться моментом и перейти в контратаку, но медведь все же управлял раненой рукой — он ткнул палашом в сторону северянина, вынуждая того принять тычок на щит. Взмах Айдемара не достиг цели — лапа медведя и его меч оказались длиннее, чем досягаемость оружия человека. Отразив атаку, и вынудив человека отступить, медведь выпрямился, глухо зарычав, и сломал древко торчащей в плече стрелы, оставив наконечник внутри, чтобы не истекать кровью. Налитыми от ярости глазами он уперся в стоящего перед ним Айдемара.

Северянин стоял против медведя один на один, Тугор рубился с волчицей, обмениваясь ударами. Ни человек, ни хищница, пока не могли даже ранить друг друга, парируя атаки противника лезвиями мечей. Стражники тоже сражались, на каждого наседало по двое противников. Командир расчета, опытный ветеран, сумел зарубить раскрашенного краской кобольда, но волк с уродливым шрамом тут же занял его место, не ослабляя давления ни на секунду.

— Герунтиус! — встревоженно позвала Ивонна, видя, какое сложилось положение. — Сделай что-нибудь!

— Сейчас, сделаю. сейчас. — бормотал маг, тяжело дыша. Блокирование страшного удара, нанесенного могучим медведем, стоило ему почти всех его хилых силенок, требовалось еще несколько мгновений, чтобы восстановиться.

С диким ревом медведь обрушил на Айдемара еще один удар, и на этот раз Герунтиус уже не успел блокировать его. Северянин метнулся в сторону, одновременно выставляя щит, понимая, что от такого замаха просто так не уйти. Удар пришелся в щит, но с такой силой, что человек вскрикнул от боли, и покатился по брусчатке, сбитый с ног.

Ивонна торопливо пустила еще одну стрелу. Снова попадание — стрела вонзилась медведю в грудь, пробив кожаный доспех, прикрывавший тело хищника. На этот раз медведь испустил глухой сдержанный рев, уперев взгляд черных глаз в назойливую лучницу, сумевшую уже два раза причинить ему боль.

Ивонна похолодела от страха. Она затравленно озиралась, в поисках хоть какой-то возможности справиться с чудовищным хищником. Эта скоротечная стычка обернулась самым суровым сражением за всю ее короткую карьеру искателя приключений. Враги оказались многочисленны, сильны, опасны, хорошо обучены и вооружены. Айдемар был ранен, из стражников на ногах оставался только ветеран, на Тугора насели уже две волчицы, пытаясь достать южанина с двух сторон.

— Сдавайся, красавчик! — задорно крикнула ему пепельно-серая волчица, так похожая на волка со шрамом, явно его родная сестра из одного помета. — И тогда вместо того, чтобы драться, мы с тобой поиграем!

— А потом съедите, ага, — возразил Тугор, хладнокровно и уверенно парируя их выпады. — Нет уж, спасибо, я предпочитаю пользоваться успехом у женщин в постели, а не на поле боя!

И улучив момент, Тугор сделал обманный финт, вынудив разговаривавшую с ним волчицу перейти в защитную стойку, а сам резким выпадом проткнул живот второй хищнице. Раздался противный хруст разрываемой плоти, и волчица взвыла от боли. Тугор тут же выдернул лезвие, и хищница рухнула на землю, скуля, суча ногами и пытаясь зажать рваную рану в животе, из которой фонтаном хлестала кровь.

— Вот, значит, как, — прошипела оставшаяся волчица, крепче сжимая оружие.

Тем временем помочь Ивонне было некому, и потянувшись за следующей стрелой, девушка с отчаянием фаталиста приготовилась принять жуткую смерть, ведь от хищников на открытом месте не убежать по пустой улице — даже медведь бегает быстрее человека, не говоря уже о волках!

Яростно заревев, медведь двинулся в сторону Ивонны, полностью проигнорировав неподвижно лежавшего на земле Айдемара. А зря! Хитрый северянин притворился мертвым, лежа на боку и закрывшись сверху щитом, надеясь, что Золотой хищник отвлечется. Так и получилось, и незаметно ни для кого, Айдемар торопливо вытащил зубами пробку из фляжки с целебным зельем, которые городские власти щедро раздали всем воинам перед началом сражения. Он торопливо глотал терпкую ярко-красную жидкость мелкими глотками, надеясь, что магия напитка поставит его на ноги достаточно быстро, до того, как озверевшие хищники растерзают его друзей.

Медведь несся на Ивонну, набирая скорость. Девушка наложила стрелу на лук, резко вскинув его и натянув тетиву.

— Дракарис! — раздался резкий визгливый крик Герунтиуса.

Маг выбросил руку в сторону приближающегося хищника, с его ладони сорвалось пламя и ударило в медведя, словно струя жидкости из огнемета. Медведь ревел, охваченный пламенем. Он уронил палаш на землю, позабыв об Ивонне и о сражении. Утратив всякий самоконтроль, ослепленный и обожжённый, хищник метался из стороны в сторону, а остальные сражающиеся шарахались от него, прерывая свои схватки.

Всего секунду назад готовая умереть Ивонна, теперь с отрешенным спокойствием смотрела на мучающегося врага. Натянув тетиву, она выстрелила в очередной, последний раз, тщательно прицелившись, чтобы все сделать как надо. Медведь дернулся, и затих, а его туша медленно завалилась на брусчатку площадки.

Произошедшее привлекло внимание всех участников боя, не заметить яркую вспышку пламени было просто невозможно. Серая волчица, отскочив от Тугора, теперь с ужасом взирала на то, как резко поменялась ситуация в бою. Только что медведь один сдерживал троих человек, а теперь он мертв, а приключенцы, которые его завалили, по-прежнему могут продолжать бой. Айдемар поднялся с земли, полный решимости сражаться дальше, но главное — у врага есть маг! Против всей партии теперь оставалась только она, волчица, и еще один раненый волк. Вторая волчица, которой вспороли живот, затихла, не шевелясь, вероятно, издохнув от страшной раны.

— Бра-а-атик! — жалобно позвала волчица. Гибель медведя, могучего воина и командира их отряда, мгновенно отрезвила только что задорно сражавшуюся хищницу. — Что дела-а-ать?!

Волк со шрамом угрюмо оценил расклад. Ему даже вместе с кобольдом не удалось справиться с опытным воином людей, последним стражником, оставшимся на ногах. Теперь хищников лишь трое плюс один раненый, против пятерых врагов, один из которых маг. Уж если что и могло испугать хищников, физически заведомо более сильных, чем обычные люди, так это маги и их непостижимые навыки волшебства.

Подняв морду к небу, волк завыл, призывая отступать. Брат и сестра бросились наутек, причем волчица не забыла на прощание крикнуть Тугору:

— Пока, красавчик!

Следом за волками побежал кобольд, а за ним ковылял, держась за рану в боку, последний волк.

— Они бегут! — со злостью воскликнула Ивонна, потянувшись за очередной стрелой, но Айдемар остановил ее.

— Пусть бегут, у нас есть дела поважнее.

Повинуясь его сигналу, авантюристы собрались рядом со своим предводителем.

— Хвала Богине! — пробормотал Герунтиус. — Это было мое последнее усилие. Еще одна попытка чего-то наколдовать, и я бы свалился без сил.

Айдемар не слушал его жалобы, побежав к последнему стоящему на ногах мечнику, ветерану многих сражений и командиру расчета баллисты. Остальной расчет был весь перебит, только один раненый стонал, зажимая кровоточащую рану в груди.

— Господин, вы в порядке?

— Да, спасибо вам, ребята, чуть не уделали проклятые твари старика!

— Вы сможете работать с баллистой? Красный хищник ломится через порядки защитников! Если мы его не подстрелим сейчас, то он убьет еще множество людей!

— Конечно! — нахмурился ветеран. — Я готов! Но мне понадобится ваша помощь в снаряжении орудия для выстрелов.

— Мы поможем! — немедля согласился Айдемар, Тугор и Ивонна согласно закивали. — Герунтиус, займись раненым!

На площадке началась суета. Герунтиус встали на колени рядом с лежащим раненым стражником, стягивая с пояса медицинский пакет с перевязками и флягу с лечебным зельем, Ивонна и остальные мужчины принялись снаряжать баллисту. От девушки проку было немного, она только помогла откинуть крышку ящика, после чего требовалась недюжинная физическая сила, чтобы перемещать тяжеленные выстрелы и натягивать тетиву толщиной с канат. Айдемар и Тугор вдвоем перетащили на ложе длинный выстрел с железным наконечником, уложили его, и совместными усилиями натянули тетиву, пока баллистарий наводил орудие на цель с помощью нескольких рычажков.

В последний момент, когда все уже было готово к выстрелу, к орудию подошел Герунтиус, закончивший перевязывать раненого воина. Рукава его мантии были закатаны по локоть, а руки были в крови. Парень положил окровавленную ладонь на стрелу, и что-то тихонько пробормотал. На мгновение по снаряду пробежало едва заметное марево, и маг довольно ухмыльнулся. Он убрал руку, оставив на дереве кровавый отпечаток ладони, и отошел.

Ивонна взобралась на зубчатый парапет, который окружал площадку, и с тревогой глядела на то, что происходило внизу, там, где охотники на монстров Блейдвелла изо всех сил пытались одолеть Красного хищника. Получалось у них плохо — огромный ящер сумел освободиться, разорвав опутавшие его сети, вырвав из тела гарпуны вместе с клочками плоти и чешуи. Он кинулся на воинов, пытавшихся его заколоть, ударом лапы смел нескольких, схватил одного в свою ужасную пасть, и мощными челюстями раздавил человека вместе с тяжелым панцирным доспехом, в который тот был закован с головы до ног. Сплюнув изувеченный труп на брусчатку, монстр вытянул в сторону оставшихся окровавленную пасть, и оглушительно заревел.

Чудовище грузно рванулось вперед, остатки сетей волочились следом, мешая набрать скорость. Пикинеры с криками бросились наутек, намереваясь убраться с открытого места и укрыться в зданиях, в надежде, что громоздкому хищнику будет трудно их там достать. Нагоняя отступающих защитников, ящер приоткрыл было пасть, чтобы схватить одного из них, когда в воздухе со звуком фшууух! прошелестела огромная, толщиной с бревно, стрела, вонзившись чудовищу в голову. Тварь заревела, шарахнувшись назад и в сторону, врезавшись в одно из зданий. Вниз полетели кирпичи, осколки стекла и обломки деревянных оконных рам. Стрела из баллисты глубоко вошла ящеру в мозг, нанеся смертельную рану. Но ящер еще инстинктивно цеплялся за жизнь. Он ревел от боли, ухватившись за стрелу передними лапами. Когтистые пальцы сомкнулись на стреле, но вытащить ее он уже не сумел — тело стремительно слабело, сознание угасало, могучие мышцы переставали подчиняться хаотичным сигналам умирающего мозга. Казавшийся непобедимым Красный хищник был повержен орудием, произведенным существами, чьими основными эволюционными преимуществами были интеллект и способность к организованному сотрудничеству.

Окончательно ослабнув, ящер отвалился от стены, завалившись набок, и рухнул на брусчатку. Его конечности еще дергались, челюсти шевелились, горло издавало булькающий хрип. Но это лишь агония, рефлективные движения, постепенно угасавшие навсегда.

Людей охватила радость. Радовались охотники на монстров, те, кто еще оставался в живых после устроенной чудовищем бойни. Взрослые мужчины, закованные в доспехи, прыгали, словно балующиеся дети, с трудом веря в то, что им удалось завалить Красного. Радовались искатели приключений, Айдемар и Ивонна обнялись в порыве чувств, Тугор лишь одобрительно кивал, Герунтиус глупо ухмылялся, старый баллистарий лишь поглаживал усы.

Новость об уничтожении Красного хищника настигла Роланда посреди улицы, когда военачальник Блейдвелла собирался повести соратников на встречу затопившим улицы врагу. Гонцы ставки прибежали с ней так быстро, что несколько минут не могли отдышаться, чтобы сообщить эту добрую весть. Известие сильно приободрило защитников города, отовсюду доносились радостные возгласы. Сам Роланд лишь одобрительно кивнул, оценив такое достижение никому неведомой группы авантюристов.

— Это хорошо, милорд, — заметила Иви Беренгер, — боевой дух наших солдат сильно возрастет.

— Уверен, — ответил ей Роланд, — что до войска Мирта новость тоже уже дошла. Это подорвет мораль хищников, ведь дела у них и так идут неважно. По сути, единственный серьезный успех в сражении, которого они достигли, принес тот самый Красный хищник, которого мы только что убили!

Не отрывая взгляда от линии домов, за которыми находились враги, Роланд сделал жест, подзывая к себе свежего посыльного. Послышались торопливые шаги.

— Милорд?

— Сообщение для лорда Элиаса. Передайте, пусть начинает контратаку с другого фланга, где хищники наверняка нас не ждут. Скажите, что я собираюсь сразиться с Миртом, и решить конфликт раз и навсегда, однако результат текущего сражения не должен зависеть от исхода нашей схватки! Хищники уже проиграли, мы просто должны поставить в этом деле жирную точку.

— Да, милорд!

— Продублируйте дважды.

— Есть!

— Идите.

Посыльный удалился. Он немедленно отправится в ставку лорда Элиаса, но не один — продублировать дважды означало, что еще два человека побегут другими улицами так, чтобы сообщение обязательно дошло до адресата, даже если кто-то из посыльных будет перехвачен врагом по дороге.

Роланд чувствовал в душе полное спокойствие. Да, сегодняшний день оказался нелегок для жителей города, который он с такой любовью создавал с нуля два с половиной десятилетия. Но вот враг уже практически разбит — хищники понесли огромные потери, Красный хищник убит. Вылазка из-за укреплений повергнет их в панику, позволив уничтожить еще больше врагов. Ошибки не будет — лорд Элиас не из тех, кто упускает победу, когда она уже у него в кармане. В случае гибели Роланда, Элиас Банги станет достойным продолжателем его дела.

Оставалось решить последний вопрос — Мирт. Проклятый лис должен быть уничтожен. Не только потому, что он может собрать новую ораву бандитов и напасть на город снова, когда-нибудь потом, когда Роланд уже будет слишком стар, чтобы дать достойный отпор. Но и потому, что Роланд уже не просто догадывался, что причины происходящего глубже, чем кажутся — это не просто набег орды дикарей. И победа над Миртом должна пресечь попытки другой силы угрожать жизни его людей посредством местных хищников, заодно послав ясный сигнал о бесполезности оных попыток — с Блейдвеллом лучше договариваться на его условиях.

— Мирт наш, а вы займитесь обычными хищниками, — приказал Роланд капитану стражи и рыцарю-баннерету, чьи копья сдерживали этот прорыв.

Командиры кивнули, и отправились раздавать приказания своим подчиненным. Элиас прислал крупное подкрепление из резерва, достаточно людей, чтобы остановить продвижение противника. Мирта замечали в различных местах в сутолоке идущего сражения, и вот теперь лис и его наемники находились буквально через улицу.

Роланд шагнул вперед, а его соратники следовали за ним. Ряды стражников расступились, пропуская их, и герой Блейдвелла вышел на открытое место.

Хищники, наступавшие вдоль улицы, заметили его сразу — крупный мужчина в идеально подогнанных доспехах ручной работы с красными наплечниками и нагрудным гербом. За плечами развевался короткий красный плащ. Следом шли его спутники — грозно выглядящие воины, и волшебница Орсаны, еще одного человеческого поселения, которое существовало, не будучи зависимым от хищников.

Толпа хищников окружила выступившую из рядов защитников города группу, злобные глаза, когтистые лапы и зубастые пасти смешались в сюрреалистичную картину, рычание и вой слились в какофонию. Хищники жались друг к другу, инстинктивно опасаясь начинать атаку, узнав его — знаменитого человеческого героя, одного из немногих в этом мире, кто успешно выступал против установленного Богиней Артемидой порядка.

Секундная заминка прошла, но едва только монстры достаточно осмелели, чтобы начать сжимать круг, Роланд взялся за рукоять меча, и одним уверенным движение вытащил его из ножен. Оказавшись на свободе, длинное широкое лезвие мгновенно вспыхнуло белым пламенем, и рычащая толпа чудовищ испуганно отпрянула назад. При виде волшебного оружия их храбрость мгновенно улетучилась. Роланд шагнул вперед, выбрав целью одного из хищников посмелее, кто не отступил так далеко, как остальные. Быстрый резкий взмах — меч описал огненную дугу, и хищник оказался разрублен пополам, несмотря на жалкую попытку блокировать удар обычным оружием. Две половины врага шлепнулись на землю, верхняя еще была жива, катаясь по брусчатке улицы и завывая от боли.

Спутники Роланда, до этого спокойно наблюдавшие за происходящим, пришли в движение: кузнец вскинул на плечо тяжелый молот, эльфийская лучница натянула тетиву с наложенной на лук стрелой, убийца в накидке с капюшоном выхватил из рукавов короткие искривленные клинки, волшебница подняла над головой посох, и драгоценный камень на его конце угрожающе засветился голубым светом.

Это окончательно добило мораль врага, и хищники схлынули прочь, как волна от берега. Протрубил рог, и стальные ряды стражников двинулись вперед, преследуя дрогнувшего врага.

Сражение сместилось в сторону, оставив на открытом участке только группы Роланда и Мирта — лис и его соратники оказались единственными, кто не побежал. Этой встречи обе стороны искали весь день, горя желанием наконец-то окончательно решить затянувшийся конфликт.

Едва только простые рядовые хищников расступились, перестав заслонять обзор, глаза Мирта тут же метнулись к Роланду, неотрывным взглядом вперившись в объект своей давней ненависти.

— Роланд.

— Мирт! Наконец-то я тебя нашел! Пора покончить с этим цирком, что ты нам устроил. Наша схватка решит все раз и навсегда!

— Это я тебя нашел, Роланд, — глухо пробормотал лис, чувствуя, как к груди подкатывает бешенство.

Мирт уже знал о бедственном положении своей армии, об огромных потерях, которые она понесла. Сейчас его воины прикладывали последние отчаянные усилия в попытке переломить ситуацию. Если они не сумеют этого сделать, то город придется оставить, так ничего и не добившись. Уничтожение Роланда по-прежнему играет большое значение — если убить его сейчас, то есть шанс, что это сильно подорвет мораль защитников и нарушит управление их обороной. Если же отступить все же придется, то без Роланда Блейдвелл уже никогда не будет прежним. Харизма знаменитого на весь регион лидера привлекала людей, лучших из их расы, сплачивала их вместе, а опыт и энергичность Роланда выковывала из этой массы непреодолимый заслон против хищников и установленных Богиней порядков. Без Роланда значительная часть этих людей разбредется по окрестностям, оборона города не успеет восстановиться, и будет сметена следующим штурмом. Либо Блейдвелл сдастся на милость госпожи Защитницы, впустит к себе войска Датиана, что позволит Тамите установить над ним контроль, и таким образом возложенная на Мирта задача все равно косвенно будет выполнена.

— Вы готовы? — негромко обратился Мирт к соратникам.

Лис задал вопрос практически шепотом, люди не смогли бы расслышать его слов даже стоя практически рядом, а не в двадцати метрах. Но другие хищники, с чувствами, намного более острыми, чем у людей, хорошо его расслышали. Таким же негромким шепотом послышались утвердительные ответы.

Только Лапис не стала дожидаться сигнала, который собирался дать Мирт.

— Начинаем! — весело крикнула непоседливая фея, вскидывая ладонь и выпуская свою магию.

Лапис рассчитывала уменьшить людей и одним махом закончить схватку, но сверкнула вспышка, вокруг человеческого отряда на мгновение обрисовался магический купол, и больше ничего не произошло.

— Эээ? — удивленно протянула фея, неверящим взглядом глядя на по-прежнему стоявших перед ними людей.

Она нашла глазами одну из двух девушек в человеческой группе — высокая стройная блондинка в синей мантии, нарядная и накрашенная, словно на бал, а не на битву, выставила вперед посох с голубым драгоценным камнем. Мантия девушки была расписана символами Академии Орсана, магов которой хорошо знали окрестные хищники, ибо в тех редких случаях, когда маги выбирались за пределы своей долины и сталкивались с хищниками в бою, последним сильно нездоровилось.

— Ла-а-адно, — протянула фея, и удивленное выражение лица сменила злобная гримаса, — не хотите по-быстрому, пойдем долгой дорогой.

— Вперед! — взревел Роланд, бросаясь в атаку. Его меч вспыхнул пламенем еще ярче, озарив всю улицу.

В следующее мгновение противоборствующие группы ринулись навстречу друг другу, оглашая воздух боевыми кличами.

Ироя и Маки двигались стремительнее всех. Возбужденная насилием амазонка торопилась вступить в бой.

Наконец-то главное блюдо! — торжествуя думала воительница, которой уже надоели разборки со стражниками.

Ее встретил удар молота, от которого она ушла в сторону грациозным движением. Молот с легкостью проломил брусчатку в том месте, где она только что находилась, расшвыривая в стороны тесаные камни.

— Хья! — с молодецким криком девушка замахнулась мечом.

Но тяжелый доспех, который носил силач, выдержал удар и, на мгновение отпустив рукоятку молота, Оргилаф отбил лезвие в сторону толстым железным наручем, защищавшим предплечье.

Маки, подскочивший сразу следом за Ироей, добился большего успеха, зайдя с другого бока. Оргилафу пришлось перехватить рукоятку молота, чтобы отбить один из мечей волка другим наручем, а удар второго пришелся прямо в бок, туда, где смыкались пластины самодельного доспеха кузнеца. Оргилаф взревел от боли, подхватил молот и попятился назад. Его лицо под забралом шлема, хорошо видимое в довольно широкие прорези, исказилось от боли и ярости.

— Я из вас отбивные сделаю, уроды! — грозно проревел мужчина, потрясая молотом.

Роланд несся на Мирта, громыхая, словно железный голем, на мгновение поколебав решимость лиса. Охваченное пламенем лезвие взлетело вверх для удара, но прежде, чем оно опустилось, Мирт одним движением выхватил из-за спины метательный нож, лезвие которого было щедро смазано ядом ядовитой наги.

Он метнул нож изо всех сил, целясь в щели между пластинами доспеха, но промахнулся. Нож звякнул о нагрудную пластину героя и отлетел в сторону.

— Эти жалкие трюки не помогут тебе, Мирт! — прокричал в ответ Роланд, с силой опуская меч.

Мирт отлично помнил, что случилось с хищником, попытавшимся блокировать столь сокрушительную силу — лис метнулся в сторону, в последнее мгновение избежав смертельного удара. Удар пришелся в брусчатку, брызнуло пламя и камни. Мирта швырнуло на землю, а один камень попал хищнику по ключице. Кряхтя, лис вскочил на ноги, не веря, что остался жив. В голове шумело, но он сумел собраться с мыслями и резко развернуться к противнику, покачнувшись при этом. Собравшись с силами, хищник обрушил на противника град ударов мечом, орудуя им с такой силой, что руки заныли. Получилось не очень — Роланд ушел в глухую защиту, блокируя удары щитом и парируя мечом. Один раз лису удалось пробить его защиту, но меч лишь бессильно разрубил нагрудный знак на нагрудной пластине тяжелого доспеха, вынудив человеческого воина отшатнуться. На лезвии, выкованном из легированной стали, появилась зазубрина.

— Если бы меня мог одолеть в бою дикарь, вроде тебя, Мирт, то я никогда не сумел бы построить процветающий город посреди джунглей! — насмешливо прокричал герой, вновь перехватывая меч. Челюсти Мирта сжались от злобы так сильно, что зубы заскрипели.

— Кротрикс! — крикнул лис, призывая на помощь самого тяжеловесного бойца в своем отряде, главной надежде противостоять яростному напору вооруженного магическим оружием и закованного в тяжелый доспех человеческого героя.

Но Кротрикс не слышал отчаянного призыва. В его висках гулко пульсировала кровь, мощное сердце бешено колотилось — среди героев противника он узрел прекрасную эльфийскую деву, стройную, молодую и сочную. Все его существо немедленно возжелало ее, во рту началось бешеное слюноотделение. Тягучими сгустками слюна текла из приоткрытой в немом восхищении пасти, тянулась нитью вниз, образовав лужицу у ног ящера. Эльфийка пахла просто изумительно, и полностью соответствовала описанию Редкой или даже Легендарной добычи, рассказы о которых передавались среди хищников подобно устному фольклору, прекрасной сказке, которой не суждено сбыться в реальности. И вот Кротриксу так повезло. И все мысли об идущем сражении тут же вылетели из головы слабоватого на интеллект здоровяка, оставив только голый первобытный инстинкт охотника.

Через мгновение, очнувшись от прострации, хищник с ревом ринулся к вожделенной добыче, бросив оружие, чтобы не мешало, и протягивая обе когтистые лапы, нетерпеливо сжимая и разжимая пальцы.

Увидев его, Арабелла в ужасе взвизгнула, ее лицо перекосилось от страха. Туша ящера неслась прямо на нее с совершенно очевидными намерениями, из широко открытой пасти во все стороны летели слюни.

Арабелла торопливо спустила тетиву, практически не целясь, ведь с такого расстояния в крупного хищника промахнуться почти невозможно. Стрела просвистела в воздухе, и воткнулась в толстую пластину, защищавшую грудь и живот Кротрикса. Этого попадания ящер даже не заметил. Он домчался до эльфийки, не успевшей отреагировать, и пасть хищника сомкнулась у девушки на голове!

— Мммффф!

Кротрикс схватил добычу за запястья и с силой стиснул, вынудив бросить лук. Девушка трепыхалась изо всех сил, но вырваться из стальной хватки хищника, почти в два раза больше ее размером и в пять раз больше по весу, не могла. Кротрикс перехватил оба запястья эльфийки левой лапой, а правой сдирал с нее колчан с зачарованными стрелами, ножны с кинжалом, пояс со снаряжением и зельями, рвал в лохмотья легкую тканую одежду.

У феи Лапис и волшебницы Иви Беренгер разгоралась собственная дуэль. Фея определила человеческую девушку как главное препятствие использованию магии в этом бою. Физически более слабая, чем люди, фея полагалась на волшебство практически во всем, в особенности в вопросах охоты и сражений.

Чтобы успешно противостоять магу из Орсаны, следовало подобраться поближе, на такое расстояние, на котором можно задействовать больше заклинаний из своего арсенала, и использовать их эффективнее, не теряя часть силы на рассеивание из-за расстояния. Лапис привычно обратила собственную магию на себя, сделавшись размером с воробья, и полетела в сторону соперницы.

Самоуверенная фея позабыла, что имеет дело не с простой добычей, а опытным боевым магом. Хоть уменьшенный размер делал Лапис плохо заметной для простого человеческого взгляда, глаза Иви Беренгер светились голубым светом — волшебница следила за противницей истинным зрением, для которого большая концентрация магии в организме феи светилась так же ясно, как факел в ночи.

Волшебница направила посох в центр видимого истинным зрением свечения магии, и выкрикнула заклинание. Улицу на мгновение озарила молния, с грохотом ударившая в крошечную фею. К счастью для Лапис, запас магических сил, а не размер, определял сопротивляемость таким атакам — за мгновение до удара, поняв, что произойдет, крылатая хищница скрестила перед собой руки и наколдовала магический щит, поглотивший большую часть урона. Руки обожгло вспышкой, Лапис зашипела от боли.

— Мерзавка! Ну, погоди!

И фея вильнула в сторону, решив, что бросаться в лоб на такого противника неблагоразумно.

Едва началась схватка, Алиатан воспользовался тем, что все внимание отвлечено на Роланда и Оргилафа — самых опасных бойцов. Убийца плотнее закутался в темно-зеленый плащ, и скользнул в сторону, словно тень, которую разогнал свет вспыхнувшего клинка. Вдоль стены так удачно выстроились бочки и оказались сложены какие-то пустые ящики. Алиатан скрылся за ними, надеясь, что в горячей схватке никто не обратил на это особого пристального внимания. Он видел, в какую беду попала Арабелла, однако его отделяло от ящера и эльфийки все пространство улицы, на которой происходило сражение, а Оргилафу, на которого насели сразу два противника, тоже срочно нужна помощь. Убийца замер, хладнокровно принимая правильное решение, от которого может зависеть исход всей схватки.

Через мгновение выбор был сделан, и скрытая плащом фигура скользнула на помощь Оргилафу, который пыхтя и матерясь отмахивался молотом от волка и амазонки. Оба противника оказались слишком ловки и стремительны для того, чтобы можно было попасть по ним столь неповоротливым оружием. Но также оба хищника увлеклись сражением, сосредоточив все внимание на том, чтобы не попасть под сокрушительный удар. Отскочив от очередного замаха, Ироя взревела, обращаясь в альтернативную форму. Получившаяся мускулистая громадина довольно осклабилась, глядя, как Маки один сдерживает напор кузнеца. Еще миг, и с помощью дополнительной силы она сможет нанести такой удар, чтобы пробить доспех кузнеца и свалить его.

В этот момент Алиатан и нанес удар. Тычок мечом пришелся в бок кожаного доспеха амазонки, лезвие меча вошло в район печени с противным чавкающим звуком. Убийца тут же вытащил лезвие и отпрыгнул, опасаясь ответного удара наотмашь вслепую. Ироя вскрикнула, отпрянув и схватившись за рану. Обернувшись, она с удивлением обнаружила противника у себя за спиной. Могучая верформа начала слабеть, удар, который стал бы смертельным для простого человека, оказался чувствительным даже для благословленной божественной магией Богини хищницы.

— Ах, ты. трус и подлец! — сквозь стиснутые зубы процедила девушка.

В ее мировоззрении на такой трусливый удар вместо честной драки лицом к лицу были способны только законченные подонки. Хотя она сама не постеснялась бы напасть на добычу из засады, но ведь это ради пропитания и касалось только ланей! ВОИНЫ должны сражаться друг с другом по-честному!

— Я тебя за это лично четвертую! — прорычала девушка, мгновенно забыв про Оргилафа и Маки, которому могла понадобиться помощь.

— Попробуй, — последовал равнодушный ответ.

Алиатан уже далеко отошел от спасительных бочек, за которыми можно укрыться, теперь только драка, его умение и опыт, против навыков, опыта и силы амазонки. Но она ранена, и нужно лишь продержаться достаточно долго, пока могучая хищница не ослабнет от потери крови достаточно для того, чтобы с ней покончить.

Зарычав от ярости, Ироя ринулась на человека, но первый же удар оказался поставлен плохо, сказывался болевой шок. Алиатан с насмешливой легкостью уклонился, отойдя еще дальше, оттягивая озверевшую амазонку от Оргилафа и разворачивая к нему спиной. Если кузнец быстро справится с волком, то сможет атаковать хищницу со спины — у нее нет глаз на затылке, удара молотом сзади она не заметит, и будет сокрушена!

Неподалеку Роланд и Мирт продолжали дуэль. Лис метнул в рыцаря еще один кинжал и, на этот раз, попал в сочленение доспеха. Кинжал тут же выпал, не сумев войти так глубоко в плоть, как рассчитывал Мирт.

— Еще раз тебе говорю, эти трюки не помо. — лицо героя исказила гримаса боли, нанесенный на лезвие кинжала мощный нервно-паралитический яд практически мгновенно начал действовать, и раненое место жгло, словно раскаленным железом. — Вот же, сука!

Мирт попытался воспользоваться шансом и атаковать Роланда, но герой оставался начеку — быстрый взмах меча пресек попытку. Уклониться лис не успел, в последний момент сумев подставить свое оружие. Пылающий магический клинок и лезвие из легированной стали скрестились, вспыхнуло пламя, посыпались искры, и Мирт покатился по брусчатке — даже столь небрежный удар в исполнении Роланда имел достаточно силы, чтобы опрокинуть хищника!

Вскочив на ноги, Мирт сумел увернуться от еще одного удара, который разрубил бы лиса пополам. Роланд наступал, почти неуязвимый в своем доспехе. Разбежавшись, Мирт вскочил на подоконник ближайшего окна, куда вскарабкаться следом герой бы не смог. Предводителя хищников ощутимо пошатывало, падение на землю не прошло даром. Роланд отступил от окна подальше, опасаясь, что враг что-нибудь на него сбросит, и просто ожидал, насмешливо глядя на взирающего из окна лиса.

Срочно нужна помощь! — с горечью подумал Мирт.

Где же его главная надежда уравновесить закованных в тяжелую броню рыцарей?

— Кротрикс!

Кротриксу было не до того. Он с наслаждением заглатывал пойманную Арабеллу. Великая Богиня, как же она была хороша! Добыча обладала цветущим здоровьем, ее чистое тело имело божественный вкус, было мягким и податливым, словно свежая булочка. Голова девушки уже засунута глубоко в глотку, и протестующих криков больше не слышно, только мычание, словно во время страстного соития, что возбуждало едока еще больше. Шершавый язык ящера старательно облизывал грудь и живот девушки, терся о соски, впитывал каждую каплю восхитительного вкуса.

— Глк!

Запрокинув голову, Кротрикс позволил прекрасному телу жертвы скользнуть глубже, его эластичная глотка растягивалась, сквозь нее проступал силуэт проглатываемой целиком эльфийки. Ящер отпустил ее руки, уже надежно зажатые в пасти, и перехватил брыкающиеся ноги, сведя их вместе и выровняв таким образом, чтобы жертва никак не могла упираться своему поглощению.

— ГЛК!

Еще один мощный глоток, и вот уже только ступни эльфийской девушки торчат из зубастой пасти. Снова глоток, и вот они исчезли из виду, огромный, в виде стройного девичьего тела, ком в горле медленно сполз вниз, и Арабелла оказалась в брюхе проглотившего ее чудовища.

Никто не слышал ее криков через толщу чешуйчатой шкуры, только раздувшееся брюхо колыхалось — съеденная жертва отчаянно барахталась внутри, полностью поддавшись панике. Кротрикс обхватил живот передними лапами, закрыл глаза и блаженствовал. Каждое движение эльфийки вызывало по всему телу волны наслаждения, от которых ящер находился в экстазе.

Вокруг него кипело сражение: раненая амазонка, истекая кровью, билась с ловким человеческим убийцей, волк Маки пытался сдержать напор кузнеца, к счастью, также раненого. Мирт позорно укрывался от Роланда в окне, фея тоже куда-то запропастилась. Дела шли плохо, но отрешившегося от внешнего мира ящера это не волновало.

— Кротрикс, какого хрена ты творишь, придурок! — завопил Мирт, выходя из себя. — Из-за тебя, урода, нас сейчас всех перебьют!