школа для чудовищ

— Внимание, первый курс! — пантаур постучала указкой по кафедре, требуя тишины. — В этом году по решению госпожи Защитницы высшая школа Сакура будет проходить через аудиторскую проверку, ответственность за которую лежит на министерстве образования города. Его представитель, господин Годвин Кертис, по согласованию с директором Сакуры, господином Гидеоном Брандтом, получил полный доступ на территорию и в учебные корпуса Сакуры. Мистер Кертис может присутствовать на любых занятиях, которые сочтет нужным, посещать любые помещения общего пользования. Исключением являются только комнаты студенток в общежитиях, их мистер Кертис может посещать только по специальному разрешению директора.

При этих словах Венди и Шаан практически одновременно облегченно вздохнули.

—.он может, и будет проводить опросы среди учащихся, как публичные, так и индивидуальные. Цель его визита здесь — добиться максимального соответствия процесса обучения установленным стандартам. Поэтому если у вас есть какие-то жалобы, пожелания, проблемы или вопросы, вы смело можете обращаться к мистеру Кертису. Нашим дорогим ХИЩНИЦАМ отдельно поясняю, что мистер Кертис — посетитель, а ни в коем случае не учащийся. Его съедение абсолютно недопустимо, и будет считаться убийством. При этом мистер Кертис обладает всеми привилегиями преподавательского состава, и других сотрудников школы. Он может останавливать охоты, следить за соблюдением порядка, выносить Предупреждения.

Аудитория притихла, внимательно и удивленно слушая речь мисс Кроуфорд. Аудиторских проверок в Сакуре ранее не бывало никогда. Высшие школы города, где учили по-взрослому , обладали правом экстерриториальности, Закон Защитницы в них действовал с ограничениями, основными правилами в школе оставались те, которые устанавливало ее руководство. Когда дети заканчивали целиком безопасную среднюю школу, они (или их родители) могли решить поступить в высшую школу, чтобы получить престижную профессию, которая даст возможность хорошо устроиться и зарабатывать много денег. Ну, а деньги позволят платить налог гражданина и за себя, и за свою семью, в идеале навсегда избавляя от необходимости посещать Охотничьи Угодья вокруг города и рисковать там жизнью. Многие сознательно шли на риск сейчас, ради уверенного безопасного будущего. Этот принцип никогда не нарушался ранее. Что же произошло теперь, что понадобился аудит ?

Аудитория тихонько шушукалась, лани, как всегда, забывали, что чуткие уши хищников прекрасно слышат, о чем они там перешептываются. Студентки терялись в догадках, а Шаан с Венди настороженно переглянулись.

Венди легонько пнула Хиссу по кончику хвоста, чтобы привлечь внимание чернокожей ламии. Хисса обернулась, и Венди одними глазами указала на гостя.

— Трудно сссказать, — пожала плечами ламия. — Я ничего не чувссствую.

— Что думаешь? — спросила у Венди Шаан. — Мое нутро мне подсказывает, что дело нечисто.

— Моя чуйка молчит, — буркнула Венди в ответ, — но она и срабатывает только тогда, когда угрожает непосредственная опасность.

— Значит, все нормально?

— Абсолютно нет. Мисс Кроуфорд лжет.

Шаан нахмурилась.

— Значит, весь этот аудит просто прикрытие для чего-то?

— И для чего именно нам еще предстоит выяснить. А пока будь начеку.

— Да, мэм.

— Желаете что-нибудь сказать нашим девушкам, мистер Кертис?

— Как-нибудь в другой раз, спасибо, — улыбнувшись, ответил мужчина приятным баритоном.

Он скользнул мимолетным взглядом по рядам студенток, лишь на мгновение задержавшись на том ряду, в котором возвышалась, выделяясь из общей массы, крупная зеленая нага. Секунду спустя он уже отвел взгляд, но этого времени хватило, чтобы Венди нахмурилась еще сильнее.

— А вот теперь, — процедила девушка ледяным тоном, — я чувствую опасность.

Мистер Кертис присел на стул у дальней стены аудитории, так, чтобы никому не мешать и не отвлекать на себя внимание.

— Итак, записываем тему сегодняшней лекции, — бодрым голосом начала занятие мисс Кроуфорд, но от сделавшихся вдруг предельно внимательными Венди и Шаан не укрылась на секунду промелькнувшая в ее голосе дрожь.

Тайли шла по коридору, держа в руках рюкзак. Она только что вышла из столовой, задержавшись, чтобы угоститься добавкой к чаю — сладким рулетом. Сейчас наступила большая перемена, за которой последует свободное занятие. И его было решено посвятить написанию эссе, которое надлежало сдать для зачета по литературе.

Делать любое дело веселее вместе, поэтому Тайли договорилась с Венди и другими девчонками — они должны были уже находиться внутри.

Вот, наконец, нужная дверь на верхнем этаже. Здесь последнее время было довольно оживленно. После того, как сгорела дотла школьная библиотека, пришлось в срочном порядке завозить книги из библиотек других школ. Их складировали в нескольких больших комнатах, куда теперь появился свободный доступ. Хищницы ликовали — комнаты находились на верхних этажах малопосещаемого крыла здания, и работала здесь только библиотекарь. Ланям приходилось идти по пустым коридорам за нужными книгами, постоянно подвергаясь риску попасть в засаду.

Но Тайли засада не грозит. Суккуба легко могла расправиться с любой нападавшей. Убивать было нельзя, но молодая демоница знала тысячу и один способ нелетальной и МАКСИМАЛЬНО болезненной нейтрализации противника. Впрочем, сумасшедших, готовых броситься на Тайли в школе не имелось.

— А вот и я! — радостно воскликнула Тайли, открывая дверь в небольшую комнату, где уже собрались ее подруги.

Суккуба нашла их взглядом и замерла от удивления. Ей предстала поразительная картина — на диванчике, стоявшем в дальнем углу, расположилась Венди. И она с ухмылкой на лице увлеченно чесала за ушком у неко в школьной униформе.

Оп-па!

Челюсть Тайли начала отвисать. Этой неко была никто иная, как Пурртриция, которая была с Венди вроде как на ножах. Но нет! Вот кошечка сидит, прикрыв глаза, выгнувшись дугой и млея, а ее мурчание разносится по всему помещению.

А еще рядом с диванчиком, на стульях и в паре кресел, расположились и другие их одноклассницы, наблюдавшие за всем этим со страшным смущением. Здесь было сразу несколько неко, в том числе и Рина, а из людей — София, Меррил, и Виктория с Эрикой. А также соседка Тайли Марта, и неко Джульета, которая изо всех сил старалась делать вид, что вот прям вообще не ревнует, нет. У всех девчонок на лицах застыли выражения эмоций от полного изумления до крайнего смущения. Некоторые из кошек сидели с пунцовыми лицами, нервно теребя края школьных юбок. Только Венди сохраняла олимпийское спокойствие, продолжая гладить и чесать за ушком мурчащую неко.

Вся эта идиллия резко прервалась с шумным появлением Тайли на пороге. Неко и лани встрепенулись, испуганно обернувшись в сторону источника шума, только Венди осталась на месте. Пурртриция порывалась было вскочить, но иномирянка продолжала невозмутимо продолжала поглаживания и, поколебавшись, кошечка осталась на месте.

— Та-а-ак. — протянула Тайли. — А что это такое тут у вас происходит.

— О, ничего особенного, — сообщила Венди ровным тоном, — просто кошечки сейчас выясняют наглядным образом, что дружить с нами лучше и приятнее, чем ссориться. Вот даже Пурртриция ко мне подобрела. Видать, что-то я умею делать такое, чтобы располагать к себе хороших кисей. И теперь она уже не так сильно мечтает меня однажды съесть. Я правильно говорю, Пурртриция?

Балдевшая с зажмуренными глазами кошка приоткрыла один глаз.

— Ты главное не останавливайся, продолжай чесать за ушком, и я буду вообще покладистая.

Ыыыыы — пронеслось в голове у Тайли, но она сумела сдержаться и не заржать вслух.

— Ну, а ТЕПЕРЬ-ТО мне можно будет тоже погладить кисю?

Венди лениво махнула свободной рукой, обводя других кошек. Выбирай, мол.

Неко настороженно, с опаской уставились на суккубу. То, что у всех в группе Шаан крутой нрав, и с врагами они не церемонятся, все кошки уже давно прекрасно знали, а вот как они обходятся с друзьями.

Тайли медленно, чтобы не вызвать переполох, приблизилась, поставила на пол рюкзак, и ободряюще улыбаясь подошла к Рине. Когда Тайли протянула руку, чтобы положить кошке на загривок, неко поежилась, глядя на суккубу огромными перепуганными глазами.

— Не бойся, Рина, — елейным тоном прошелестела Тайли, — ты хорошая кися, а мы с Венди таких не обижаем.

И она провела рукой по загривку Рины. Та сначала нервно вздрогнула, но потом тело начало реагировать на ласку.

— О-о-ох.

— Нравится?

— Ага.

— А вот так?

Тайли выпустила коготки, совсем чуть-чуть на полсантиметра всего, и принялась чесать кошечку коготками.

— Ох!

В груди Рины начал заводиться крошечный кошачий моторчик, и появилось постепенно нарастающее довольное мурчание.

— Да! — довольным тоном прокомментировала это Тайли.

Суккуба хитро улыбнулась, и принялась ласкать Рину еще интенсивнее. Ее ловкая ладошка бегала с одного места на другое, то гладила, то чесала за ушком. Суккуба выпустила немного магии, совсем чуть-чуть, чтобы повысить чувствительность кожи Рины в тех местах, которых касались когтистые пальчики.

Тайли закусила губу, окинув фигуру Рины оценивающим взглядом. Кошечка была хороша — красивая, стройная, подтянутая, ни капельки лишнего жира на мускулистых руках и ногах. Шерсть Рины оказалась мягкой во всех нужных местах — на голенях, на предплечьях, на хвосте и на загривке тоже. Ее молодое тело с готовностью откликалось на ласки.

Суккуба почувствовала, что ей становится жарко. Молодая девчонка в самом соку млеет под ее ладошками — ну как тут можно не захотеть продолжить знакомство. Тайли мельком глянула на Марту. Ее соседка по комнате наверняка видела, как все теснее суккуба стремится прижаться к балдеющей Рине, но молчала, только покраснела и отвела взгляд, потупившись в пол.

Тайли ощутила прилив гордости, похоже, что она отлично вышколила свою кудрявую соседку — та уже давно не смела ни возмущаться, ни перечить, чтобы ни творила ее хозяйка. Настолько хорошо дрессированную кобылку можно было бы смело выставлять на невольничий рынок! Только в Корраксе теперь нет легальных невольничьих рынков. Эх, где же вы, старые добрые времена?!

Короче, пора обхаживать следующую девчонку, ведь как говорила каждая старшая суккуба, которая встречалась Тайли на ее пока еще коротком жизненном пути, от первой учительницы в школе, до наставницы госпожи Сайтаны — Не бывает гарема из только одной любовницы .

Решено! И Тайли еще интенсивнее заработала коготочками, вновь вызывая у Рины довольные постанывания.

Дверь в комнату открылась, и на пороге возникли Кинзе и Каталина. Тигрица и ягуара ошеломленно уставились на происходящее.

— Ч-что? Что тут происходит?! — еле выдохнула из себя Кинзе, у которой от изумления сперло дыхание.

— О, ничего особенного. Просто чешем за ушком тем, кому нравится, — Венди игриво приподняла одну бровь. — Хочешь попробовать? Я тебе почешу.

Кинзе побагровела, то ли от смущения, то ли от злости.

— Нет, спасибо, — процедила она, — ты мне уже один раз почесала. Мне хватило.

— Ну и зря.

— Идем, Каталина! — рыкнула Кинзе, гордо проходя мимо.

И они отправились в противоположный угол, бросив на одногруппниц неодобрительные взгляды. И Венди услышала, как Кинзе вполне отчетливо буркнула, обращаясь, вероятно, к неко:

— Предательницы.

Кошки погрустнели, расстроившись, но уходить не стали. Ведь глаза боятся, а руки делают. Мурчания и довольные кряхтения Пурртриции и Рины потихоньку распаляли остальных кошечек. Им тоже хотелось, чтобы их почесали. Времени до конца свободной пары у Венди и Тайли на всех не хватит, поэтому пришлось привлекать к этому делу остальных ланей. После коротких, но интенсивных переговоров, в ходе которых неко увещевали и клялись в своем последующем хорошем отношении и покровительстве, а Венди одобрительно соглашалась, остальные человеческие девушки сдались и подключились к процессу.

Десять минут спустя мурчание стояло уже на всю комнату. Помимо Венди и Тайли у каждой из человеческих девушек на коленях сидела неко, а София, Меррил, Марта, Эрика и Виктория вовсю старались сделать им хорошо. Учебник по литературе, ради которого все собрались, был позабыт и сиротливо лежал посреди стола. За другими столиками работа тоже не ладилась — все стайки, которые находились в комнате, не могли сосредоточиться и постоянно отвлекались на удивительное зрелище, кто-то украдкой снимал происходящее на телефон. Кинзе молча бесилась в другом углу, Каталина держала тигрицу за руку и что-то шептала ей в ухо, вероятно, успокаивая.

Казалось, наступила полная идиллия, а занятие будет безнадежно сорвано. Но нет! Дверь в комнату внезапно распахнулась.

— Какого.?! — прогремел на все помещение громогласный голос Шаан. — ЭТО ЧТО ЕЩЕ У ВАС ТУТ ЗА ОРГИЯ, БЛЯ?!

В Берлоге царило веселье. Сюда, конечно, кошек не приводили, однако и без них хватало. Кризис заливисто смеялась, слушая, как проходила работа в книжной комнате, и как на нее отреагировала Шаан. Зеленая нага гневно рычала при виде того шоу, которое тогда устроили Венди и Тайли, однако ее ярость была в этот раз большей частью напускной. Шаан доверяла Венди, и знала, что та ни за что не подставила бы девчонок под опасность, и если она разрешила им общаться с Желтыми хищницами под ее присмотром, значит, была на сто процентов уверена в их безопасности.

— П-п-приключения, — выдохнула Кризис, когда уже не осталось сил смеяться, — у Венди всегда какие-нибудь приключения.

— Вряд ли у воина, которому большую часть жизни приходится проводить на войне эти приключения всегда такие веселые, как сегодня, — заметила София.

Услышав серьезный тон Софии, другие девушки-питомцы замолчали. Венди глянула на подопечную Шаан с возросшим интересом. Девушка менялась на глазах, начинала осознавать, какой силой она будет однажды обладать благодаря тренировкам и воспитанию, которые Шаан закладывает в нее сегодня.

— Всякое бывает, — уклончиво ответила Венди. — В целом ты права, часто нам приходится стиснув зубы тащить тяжелые бои против превосходящих сил противника, сталкиваться со смертями, горем и разрухой, которые приносит война, спасать и выводить из зоны боевых действий гражданских, прикрывая выход их конвоев арьегардными боями. На войне погибают, и порой мы теряем несколько хороших парней.

На секунду красивое лицо Венди исказила гримаса холодной ярости.

— Но видела бы ты, что мы делаем с теми, кто их убивает.

София вздрогнула. Пока другие питомцы растерянно хлопали глазами, она-то уже начинала понимать. У Стражей и их войска была странная философия. Они были друзьями для друзей, воплощая множество добродетелей, которыми охотно делились со своими . Но для врагов не было противника страшнее. Умелые, хорошо снаряженные, сильно мотивированные войска под командованием очень опытных командиров наводили ужас на поле боя. К этому еще предстояло привыкнуть, не испытывать шок, когда поведение веселых, умных и добрых друзей вдруг внезапно кардинально меняется, когда на горизонте появляется враг, особенно, если это ненавистная до глубины души Багровая Империя и ее чудовищные, отринувшие всякую мораль солдаты.

— Венди! — с укоризной воскликнула Кризис, заметив, какое впечатление произвела на Софию последняя фраза.

— Но так-то, конечно, бывают всякие веселые моменты, — ответила Венди, смягчившись и расслабившись, черты ее лица снова стали мягкими и приятными, а на лице заиграла блуждающая улыбка.

— Даже во время боя? — удивилась София.

— Да, даже тогда, — подтвердила генерал-лейтенант.

— Расскажи! — попросила Кризис. — Мне тоже интересно!

— Что, охота слушать истории про войну?

— Да-а-а! — воскликнули София и Кризис в один голос, и остальные девушки тоже принялись поддакивать.

— Ну, ладно! Слушайте.

Осторожно держа автомат наготове, Венди медленно поднималась по неработающему эскалатору на второй этаж торгового центра. Она вскинула оружие к плечу, едва только глаза оказались вровень с кафельной плиткой на полу второго этажа. Внимательным взглядом и стволом автомата она обвела помещение. Никого. Чувство опасности тоже молчало.

Успокоившись, Венди уже более быстрым шагом вышла на середину холла, сориентировалась, в какую сторону ей идти, и двинулась в северное крыло здания. В пустых помещениях свистел ветер, панорамные стеклянные панели давно повылетали от взрывов. Торговые точки и магазины были закрыты роллетами, но те, в которых продавались продукты питания, медикаменты, или ценная бытовая техника, давно уже разграбили мародеры. Через разбитые окна доносилась трескотня стрелкового оружия и тяжелое уханье артиллерийской канонады.

Подойдя к одному из окон, Венди поставила автомат, прислонив его к какой-то перегородке, и выглянула наружу.

В столице царил хаос, который командование Стражей давно предвидело, еще пару лет назад, но так просто вмешаться в дела нейтрального государства не могло. Поэтому, когда обстановка начала накаляться, забросило Венди и ее группу следить за событиями вблизи, и быть готовыми оперативно вмешаться, если появиться необходимость и возможность.

Этот мир был нейтральным, не входил ни в Федерацию, ни в Империю, не примыкал к каким-то военным или политическим блокам, существовавшим в этом секторе Фронтира. Управляло планетой правительство Всеобщего Счастья. Его идеология полагала счастье человека превыше всего, политическая программа обещала удовлетворение всех потребностей граждан, безусловный базовый доход, бесплатную медицину, бесплатное образование, бесплатные развлечения, и много чего еще бесплатного.

Традиционно, что-то в этом прекрасном на бумаге плане пошло не так, и теперь отряды повстанцев штурмовали столицу, отчаявшиеся голодные люди уничтожали все правительственные здания, а чиновников убивали на месте. Дома пылали, улицы были завалены трупами, в ключевых точках столицы продолжались ожесточенные стычки повстанцев с правительственными войсками.

Разглядывая в бинокль здания на противоположной стороне площади, Венди ощутила грусть. Она прожила в этом городе два месяца, вместе с остальными разведчиками, ходила по этим улицам, общалась с живущими здесь людьми. Было грустно видеть, как боевые действия постепенно превращают прекрасные здания в руины.

От грустных мыслей ее отвлек бодрый жизнерадостный голос.

— Приветствую вас, женщина-гражданин Венди!

Венди резко обернулась, опустив бинокль, и встретилась взглядом со стоявшим в нескольких метрах от нее Брэдом Питтом. Молодой красавчик Брэд Питт, мускулистый сексуальный мачо уверенно улыбался Венди, которая с тоской смотрела на него.

О, нет.

— Женщина-гражданин Венди, как хорошо, что вы здесь! Согласно Административному Кодексу Гражданского Счастья вам необходимо срочно пройти процедуру Обязательного Совокупления!

— Опять ты! — раздраженно рявкнула Венди. — Нашел время доколебаться до меня с этой херней! Я не хочу с тобой совокупляться, понятно?!

— Женщина-гражданин Венди, — укоризненным тоном сказал Брэд Питт, сделав грустное лицо, — вы избегаете Обязательного Совокупления в очередной раз, и совершенно напрасно! Каждая женщина-гражданин нашей планеты имеет право на совершенно бесплатное Обязательное Совокупление! Вы просто не понимаете, от чего отказываетесь! Вам просто необходимо пройти Обязательное Совокупление, чтобы повысить уровень своего Счастья до установленных указом правительства стандартов.

— Ты совсем идиот? — прошипела Венди. — Ничего вокруг не смущает? Оглянись по сторонам!

Девушка обвела рукой пейзаж разрухи за окном.

Брэд Питт сделал, как ему велели. Сначала он поглядел из окна направо — там на площади перед торговым центром догорал подбитый и брошенный экипажем танк Сил Счастья. Затем он посмотрел налево — там вдали стрекочущий в небе вертолет ССовцев пускал неуправляемые ракеты в сторону занятой повстанцами части правительственного квартала. Над кварталом в нескольких местах полыхали пожары и в небо вздымались столбы черного дыма.

— Ну? — нетерпеливо спросила Венди. — И что ты думаешь?

— Думаю, что это прекрасный день для Обязательного Совокупления! — жизнерадостным тоном объявил Брэд Питт.

Твою мать.

Венди хотелось выругаться, но она сдержалась — за это полагался штраф в пятьдесят счастливых кредитов.

— Я отказываюсь от совокупления! — твердо отчеканила Венди, раздражаясь.

— Вы уверены, что хотите отказаться от Обязательного Совокупления, женщина-гражданин Венди? — нахмурился красавчик.

— Уверена!

— Тогда вынужден сообщить, что вы оштрафованы на 50 счастливых кредитов. Кроме того, вы без уважительной причины отказались от Обязательного Совокупления в десятый раз подряд, и накопили 500 счастливых кредитов неоплаченных штрафов. За все последующие отказы вас будут штрафовать на 100 счастливых кредитов!

Тут Брэд Питт сделал строгое лицо, выдержал многозначительную паузу и погрозил Венди указательным пальцем, словно непослушному ребенку.

— Кроме того, согласно Административному Кодексу Гражданского Счастья, после десятого отказа я получаю право произвести с вами ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ Совокупление.

Венди оторопела на мгновение. За эти два месяца местное правительство чуть не каждый день находило новый изощренный способ напомнить, почему Федерация негласно поддерживает именно повстанцев.

Состояние шока длилось лишь мгновение, которого девушке хватило, чтобы принять нужное решение.

— Ну, раз такое дело, — мгновенно переключившись на слащавый тон, проворковала она, нашаривая за спиной рукоятку пистолета в поясной кобуре, — то позволь мне сделать тебе та-а-акое совокупление, которого ты до конца жизни не забудешь!

Услышав долгожданное согласие, Брэд Питт мгновенно просиял.

— Я рад, что вы изменили свое решение, женщина-гражданин Венди! Ведь секс — это не только приятно, но и полезно для здоровья любой женщины! Теперь, пожалуйста, снимите всю одежду и встаньте в позу.

БАМ!

Выстрел в голову из молниеносно выхваченного пистолета опрокинул Брэда Питта на пол. Опустив оружие, Венди с облегчением вздохнула.

— женщина-гражданин Венди, — вновь раздался ненавистный голос, — вынужден сообщить вам, что умышленное повреждение правительственного секс-андроида наказывается штрафом в 20 000 счастливых кредитов. Пожалуйста, оставайтесь на месте, группа специалистов по обеспечению вашего счастья уже выехала за вами.

БАМ БАМ БАМ!

Пули раскалывали керамический череп, но процессор все еще продолжал функционировать.

— Да сдохни ты уже! — в сердцах крикнула Венди, окончательно выходя из себя.

— Ха-ха-ха-ха! — не вытерпев, рассмеялась София.

— Так ты его убила, Венди? Какой кошмар! — ужаснулась Виктория.

— Да ладно! Он и не был живым так-то. Просто программа, да к тому же довольно примитивная — программы некоторых кофеварок бывают сложнее.

— И часто у вас такое? — спросила Меррил.

— Постоянно что-нибудь! — сообщила Кризис. — Любовные приключения у наших девчонок идут рука об руку с боевыми. Вот, например, однажды Венди пришлось имитировать свою гибель в бою, чтобы отвязаться от ухажера. Просто бить ему лицо она не могла — он был из наших союзников, и отличным парнем к тому же. Поэтому она выбрала вот такой вот способ.

— И он, кстати, был вполне себе ничего, — сообщила вдруг тихонько приползшая из соседней комнаты Шаан. — Так что вместо этого вполне могла бы сымитировать для него пару оргазмов.

— Ну, — загадочно улыбнулась Венди, — в жизни каждой девушки наступает момент, когда приходится что-нибудь имитировать.

— Ладно, — продолжила Шаан, — ты готова к сегодняшнему подвигу? Мы ведь приглашены посетить особняк ЛеКларков! Если, конечно, ты не придумала, как отказаться?

— Скажите, пожалуйста! Втравила нас в это дело ты, а придумывать что-то должна теперь я?

— Ну, тогда собирайся! — с сарказмом сказала анаконда. — А я пока позвоню Кейну. Да помогут нам боги нормально пройти через это дурацкое приключение.

— Аминь, — буркнула Венди.

Со вздохом поднявшись, она оставила питомцев развлекать себя самостоятельно, и побрела к своему шкафчику в другой комнате, собираться.

Шаан выудила из кармашка жилета смартфон и нашла в списке контактов нужный номер.

— Шаан! — радостно воскликнул в трубку парень, резво ответивший на звонок буквально через пару гудков.

— Привет, Кейн, — ответила анаконда.

— Привет, радость жизни моей! Для меня всегда праздник, когда выпадает возможность пообщаться с тобой, я ценю каждый такой раз, и не важно, говорим мы по телефону, переписываемся или встречаемся вживую.

Шаан ощутила укол совести, слушая обрадованного парня. Ее задание требовало, чтобы она притворялась одной из местных, обычной девчонкой, просто более сильной и решительной, чем остальные. Для полного поддержания легенды требовалась имитация социальной жизни, и потому она и решила позволить Кейну общаться с собой. И теперь все чаще жалела об этом решении. Парень был хорошим, он был ни в чем не виноват. Это она, Шаан, получается, играла его чувствами, которых сама не испытывала. Конечно, некоторая эмоциональная связь между ними установилась, однако анаконда каждый раз твердила себе, что легко сможет ее разорвать, когда необходимость поддерживать с Кейном отношения, или оставаться в этом мире, окончательно пропадет. Но совесть душила все чаще, да и, страшно признаться, Шаан тоже была вполне искренне рада, когда им выпадала возможность пообщаться или даже встретиться.

Усилием воли анаконда подавила вспыхнувшее в груди сожаление и теплоту, которая появилась от слов молодого нага.

— Мы идем к ЛеКларкам сегодня? — уточнила она предельно деловым тоном. — Вариантов отказаться не появилось никаких?

— Ну, Шаан, мы же обещали! — укоризненным тоном сказал парень. — А почему ты так не хочешь посетить леди ЛеКларк и ее семью? Ведь ты же дружишь с Амелией?

Шаан стиснула зубы при мысли о Красной хищнице, которую убила бы, не задумываясь, если бы была хоть малейшая возможность сделать это не нарушая правила Сакуры и приказа Венди, который строго гласил, что убивать можно только в порядке самозащиты, и только в случае, если грозит смертельная опасность. Но рассказать Кейну обо всех сложностях отношений группировок в Сакуре она не могла. Тем более даже Умбра, сестра Кейна, этого не сделала. То, что случилось в Сакуре, остается в Сакуре. Первое правило школы — никому не рассказывать про школу.

— Просто Венди не горит желанием, а ведь она тоже приглашена.

— Пусть не идет! Она-то может поступать, как хочет!

— Нет уж, мы тогда лучше вдвоем.

— Но вы же пойдете?

— Да, Кейн, — процедила Шаан сквозь стиснутые зубы, — мы пойдем. Деваться некуда, вежливость надо соблюдать.

А не то проклятая Сирена получит еще один повод ненавидеть нас!

— Э-э-э-э. — Кейн явно завис, пытаясь понять, как реагировать на слова Шаан. — Ну, хорошо! Тогда я вас увижу после занятий, да?

— Встретимся возле Сакуры, — согласилась Шаан.

— Я буду с нетерпением ждать!

Шаан сбросила вызов. А за спиной уже стояла Венди, одетая в обычную черную одежду. Протянув руку, Шаан хлопнула ладонью девушке по животу, и ощутила твердую сталь.

— Оружие, — прокомментировала она это обстоятельство. — Ты готова к любому повороту?

— Мы идем в логово Красной хищницы, — ответила Венди.

— Надеюсь, мы просто посидим и цивильно пообщаемся, и они не посмеют перейти черту.

— А мы посмеем?

Шаан задумалась. Что она будет делать, если ситуация вдруг пойдет вразнос? Если Венди выкрикнет приказ убивать всех. Сумеют ли они справиться с Сиреной и ее родными? Что, если там полно Красных хищников? Что делать с Кейном, если они победят? Его нельзя будет оставлять в живых! Шаан сделает то, что нужно, сама, или попросит Венди? Скажет ли ему что-то на прощание? Или просто отвернется, чтобы не видеть?

Заметив ее напряжение, Венди положила анаконде ладонь на плечо, куда смогла дотянуться.

— Не волнуйся, — успокаивающе сказала она, — будем вести себя вежливо, смотреть в оба, не разделяться, откатаем программу минимум и сразу свалим домой под каким-то подходящим предлогом. Все будет хорошо, мы сможем!

Шаан покивала, успокаиваясь.

— Мы сможем.

— Тогда пойдем.

Глава 58. Роковая любовь 2 - 2

Бенни осторожно шел по коридору, который должен был вывести его в холл корпуса на первом этаже. Кролик внимательно смотрел по сторонам, принюхивался и прислушивался, пытаясь уловить какие-то признаки хищников, которые, как он знал, наверняка поджидали где-то впереди. Свободная пара закончилась, и теперь ученикам Метеора надлежало вовремя прибыть в аудитории для следующего занятия. У каждой группы парней это была определенная аудитория, и свободную пару каждый студент проводил по своему усмотрению, посещая клубы, кружки, библиотеку, или просто самостоятельно занимаясь в одной из аудиторий или с преподавателями.

Сейчас стайки Зеленых парней, которых в Метеоре называли оленями (по аналогии с тем, как девушек в Сакуре называли ланями), пробирались по коридорам школы, и для хищников это было идеальное время для охоты. Лучшее время было только после завершения основных занятий, когда в школе становилось меньше народу, часть сотрудников школы, смотрителей и преподавателей, расходилась по домам, также как и большое количество учеников, и оставались только те, кому предстояло посещать факультативы.

В обоих случаях хищники начинали свою активность. Те, кто выслеживал определенную добычу, изучая расписание дня и индивидуальные привычки намеченной жертвы, пытались привести в исполнение свои дьявольские планы. Надлежало быть предельно осторожным, если не хочешь идти на следующее занятие в чьем-нибудь брюхе!

Бенни в этом плане не повезло. Он отставал по паре предметов, кролику с гуманитарным складом ума было тяжело осваивать точные науки. Оценки падали, и их требовалось подтягивать, а для этого приходилось ходить к преподавателям на дополнительные занятия во время свободных пар. Как назло из своей группы он был единственным, кто посещал этих преподавателей, остальные студенты приходили с других потоков.

И вот уже вторую неделю, по понедельникам, средам и пятницам, несчастному кролику приходилось пробираться на нужные факультативы одному. Друзья, с которыми он входил в стайку, переживали, но сделать ничего не могли — у них имелись свои факультативы, которые нужно посещать, никто не может разорваться и быть в нескольких местах сразу.

Бенджамин знал, что от хищников в их корпусе не укрылось его поведение. Некоторые из них наверняка уже присматривались к нему, строили планы, наблюдали и изучали, оставаясь незамеченными. Их молодые растущие организмы жаждали его тела, чтобы вобрать в себя все питательные вещества, которые оно могло предоставить, чтобы сделаться сильными и здоровыми, успешно выживать в жестоком мире, побеждать в конкуренции за самок и оставить потомство. Таковы были заложенные в каждое живое существо инстинкты, и в Датиане не пытались их вытравливать, наоборот — всячески поощряли. Поэтому в том, что за ним следят, парень не сомневался.

Бенни достиг того места, где пересекались два коридора. Ему предстояло повернуть, чтобы продолжить свой путь, но не раньше, чем он выяснит, не скрывается ли кто-нибудь за углом.

Положив руку на висевший на поясе баллончик с газом, и задержав дыхание, кролик осторожно приблизился к углу, готовый бежать, если за углом окажется хоть кто-нибудь.

Он выглянул, и за углом никого не оказалось. Коридор тянулся дальше, наполовину погруженный в темноту. На улице был еще белый день, но готического стиля корпус старой постройки имел небольшое количество узких окон, и света через них проникало немного. А лампы, понятное дело, днем не включали — экономили, за счет таких несчастных, как Бенни.

Зато в здании, в котором было мало окон, хватало всевозможных альковов, небольших залов на перекрестках нескольких коридоров, ниш, в которых стояли горшки с декоративными растениями, древние рыцарские латы или чучела каких-то хищных монстров. Все это должно было создавать стиль , колорит и демонстрировать культуру , но по мнению Бенни являлось бесполезным хламом, который усложнял его и без того опасное путешествие.

Он шел строго посередине коридора, не приближаясь ни к нишам с альковами, ни к дверям пустых аудиторий (в которых кто-нибудь мог запросто спрятаться прямо за дверью), и тщательно вглядываясь в очередную тень на пути.

Внезапно, Бенни остановился, как вкопанный. Древний инстинкт, указывающий на смертельную опасность, пробудился, сердце заколотилось сильнее, в висках застучала кровь. Что-то на его пути было не так, как в прошлый раз, что-то изменилось, и это было не к добру.

Одна из ниш! Та, которая в самом темном углу! Пышная карликовая пальма, стоявшая в горшке, поменяла свое положение. Бенни напряг зрение — и понял, что кто-то сдвинул горшок чуть ближе к середине коридора, вероятно, чтобы таким образом создать себе достаточно места для укрытия между стеной и пальмой. Приглядевшись еще сильнее, Бенни даже увидел задницу того, кто там прятался — объемную, с торчащим из штанов коротким медвежьим хвостом.

Засада! Разбираться детальнее не имело смысла — Бенни сорвался с места и понесся по коридору в обратном направлении.

— Гра-а-а-а! — разнесся по коридору оглушительный яростный рев, что-то с грохотом упало.

Бенни рискнул оглянуться, и увидел, что сидевший в засаде медведь рванул следом за ним, опрокинув пальму вместе с горшком на пол. Это было повреждение школьного имущества, и если его поймают, то влепят Предупреждение. Но старшеклассника Урсуса это не заботило — сначала известному школьному хулигану хотелось набить брюхо, а о проблемах и последствиях можно будет подумать и потом.

Нужно бежать!

Бенни припустил по коридору, отведя взгляд от Урсуса, что смотреть вперед и видеть, куда бежит. А впереди из коридора, из которого Бенни только что вышел, ему наперерез рванул рослый наг с черным хвостом. Это Кейн!

Бенни каким-то чудом проскочил мимо Кейна, длинным прыжком умудрившись перепрыгнуть над хвостом нага. В последний момент Кейн умудрился ухватить кролика за рюкзак, но Бенни ловким отработанным движением выскочил из лямок, шлепнувшись на пол, и понесся дальше по коридору, услышав, как Кейн чертыхается.

— Гра-а-а-а!

В отличие от кролика, медведь оказался не так ловок, и не сумел затормозить достаточно быстро. Раздался вскрик — Урсус врезался в Кейна на всей скорости и они оба распластались на полу. Ругательств стало еще больше.

— Скорее! — крикнул наг, барахтаясь, и суча хвостом. Его торс оказался придавлен массивной тушей медведя. — Он уйдет же сейчас!

Бенни лежал, свернувшись калачиком в крошечном вентиляционном проходе между двумя комнатами, в который он успел запрыгнуть, всего на несколько секунд оторвавшись от своих преследователей. Совсем уйти от погони не получилось — кто же знал, что коридор, в который он свернул, ведет в раздевалки и душевые? Сейчас здесь было пусто, и двум хищникам ничто не мешало спокойно искать их жертву. Конечно, где-то рядом должна быть лестница на нижний этаж, по которой спускались, чтобы попасть к спортзалу, но чтобы добраться до нее нужно будет пройти мимо этих двоих. И Бенни не был так наивен, чтобы полагать, что ему повезет проскочить мимо Кейна второй раз.

Угораздило же! — с горечью подумал парень. — Из всех хищников нашего корпуса мною заинтересовались Кейн и Урсус!

Ему действительно очень не повезло — Кейн и Урсус, два старшекурсника, прославились своими подвигами на весь Метеор. Оба хищника уже давно были раскрыты, но это лишь добавляло ужаса к их репутации. Оба были матерыми, умелыми и беспощадными, оба были готовы выслеживать намеченную жертву неделями, если потребуется. Они являлись извечными соперниками, антагонистами буквально во всем.

Урсус слыл школьным хулиганом, регулярно нарушавшим правила просто для того, чтобы самоутвердиться. Он громко разговаривал, матерно выражался, не обращал внимания на окружающих, к Зеленым относился с презрением.

Кейн был куда более спокойным, уважал правила и порядок. Наг был общительным, приветливо улыбался, готов был помочь с каким-нибудь делом. Разумеется, вся его общительность не спасала жертву от съедения. Приятный в общении парень, на охоте становился беспощадной машиной для поимки олешек.

И сейчас эти двое ходили снаружи, заглядывая в шкафчики, душевые и туалетные кабинки. И при этом не переставали подкалывать друг друга.

— Это что такое было Урсус? — насмешливо спросил Кейн.

— Это была охота, ползун! То, в чем тебе не преуспеть!

— Ага, только это была самая бездарная охота из тех, что я видел. Ты бы еще на середину коридора ту пальму выставил, глядишь, кролик в нее бы врезался!

— Сам-то чего его не поймал? Где подевалась хваленая змеиная ловкость и точность?

— Ха-ха! Очень смешно! Если бы не твоя мегазасада, то я бы в полумраке того коридора спокойно подобрался к нему со спины на расстояние броска, и уже лакомился бы крольчатиной! Но даже так мне хотя бы достался его рюкзак!

— Можешь его проглотить вместо кролика! — буркнул медведь.

Все это время Бенни старался дышать в ладошку, чтобы ничем себя не выдать, радуясь, что вентиляционное отверстие вытягивало из комнаты его запах. Хищники все еще не уходили, и у Кейна все еще в руках рюкзак кролика. Они не знали, где он спрятался, да и Урсус в шахту не пролезет. Кейн мог бы пролезть, но наверняка побрезговал бы. Все равно следовало вести себя как можно тише, пока они не убедятся в тщетности поисков и не уйдут. Но если его найдут, он окажется в страшной опасности. Следовало как-то обезопасить себя. Если получится позвонить декану или куратору группы, или хотя бы тем преподавателям, чьи дополнительные занятия Бенни посещает, то согласно Правилам школы они должны будут прийти к нему на помощь. Кроме того, у хищников остался рюкзак Бенни, и его тоже следовало вернуть.

— Э-э-эй, зайчик, выходи! — Кейн остановился возле прохода в очередную душевую, где свет не горел, и все скрывалось в полумраке. Наг шумно потряс перед входом рюкзаком Бенни, словно погремушкой. — Ты тут свой рюкзак забыл, тебе надо его скорее забрать!

Это, понятное дело, было просто ребячество, ни наг, ни медведь, не ожидали, что кролик вдруг появится откуда-нибудь, словно ничего не произошло, и попросит свой рюкзак обратно.

Бенни осторожно достал из кармана форменного пиджака смартфон. Получилось сделать это беззвучно, и теперь следовало улучить момент, когда они отойдут подальше от его укрытия, и не услышат, как он набирает номер и разговаривает.

Но вместо этого, решив, что кролик окончательно ускользнул, оба хищника решили бросить поиски, и просто уселись на лавочку в раздевалке, буквально рядом с той шахтой, в которую спрятался кролик. Приходилось лежать тихо-тихо, слушая, о чем разговаривают несостоявшиеся охотники.

— Так, а чего именно сегодня ты на него решил? — добродушно спрашивал Урсус, в спокойной обстановке переключившись в этакого толстого увальня, простоватого и незлобивого.

— Он мне нужен был, чтобы голод не чувствовать. У меня скоро свидание с девушкой, а она не любит поедать добычу, так что кафе для монстров пролетает.

— Ото не надо было начинать встречаться с Зеленой.

— Она нага, чувак!

— Да ну, нафиг! Какая нага откажется поедать добычу?

— Ну, вот такая она, необычная. Есть в ней что-то такое, что притягивает, кажется просто невероятным.

— И что? Раз она не ест добычу, то и ты тоже не будешь?

— Ну, хотя бы не при ней. Она такое не любит. На прошлом свидании повел в кафе, выложил на стол самую лучшую Добычу, что у них там была. чуть не поссорились! Поэтому теперь любая охота только без нее.

— И готов вот это терпеть ее заскоки и потакать им? — в голосе медведя мелькнула насмешка.

— Да, — уверенно ответил Кейн, — готов.

— Но зачем? — до медведя все никак не могли дойти некоторые очевидные вещи.

— Потому что я очень сильно ее люблю, чувак. Такие дела.

— Прям настолько?

— Да!

— Мда уж. Бабы! — уверенно заявил Урсус. — У всей беды одно начало — сидела женщина, скучала. . Терпи тогда!

— Стараюсь, — вздохнул Кейн. — Вот например. — Кейн пригляделся к лычке с именем, написанном на рюкзаке, — Бенни мог бы помочь мне сильно облегчить этот процесс, но не захотел.

— Что ж, его, походу, уже и след простыл. Идем, на пару скоро пора, а тебе еще рюкзак его занести куратору.

— Мне? — возмутился Кейн, — А ты поучаствовать не хочешь? Это из-за твоей неумелой засады мы оба его упустили.

— Но за рюкзак его хватал только ты!

Парни принялись переругиваться и препираться, решая, кому достанется сомнительная честь переть чужой рюкзак через весь корпус. Бенни, который все это слышал, понимал, что относить рюкзак придется все равно Кейну. Урсус откажется наотрез, а если бы и согласился, то только для того, чтобы выбросить потом где-нибудь чисто из хулиганских побуждений. Или ради прикола засунул бы в корзину для досрочного выпуска.

В конце концов, оба хищника удалились, не забыв прихватить рюкзак, а Бенни еще долго не осмеливался вылезти из своего укрытия. Черт с ней, с парой, своя шкурка дороже.

И оставшись один, парень крепко задумался.

Прокручивая пальцем список контактов телефона в поисках номеров куратора и преподавателей, он вдруг наткнулся на еще одни номер, который появился недавно. Умбра. Красивая нага с черным хвостом и фиолетовыми глазами, так нахально подкатившая к нему однажды на улице, и оставившая номер, чтобы он позвонил, если захочет с ней встретиться . А каждый Зеленый в Датиане понимал, что это за предложение, и что произойдет в случае такой встречи.

Бенни, вообще-то, не собирался еще уходить из жизни, хотя и понимал, что в век кролика короток, шансы умереть своей смертью весьма невелики. Здесь, в Метеоре, он каждый день рисковал своей жизнью, посещая учебное заведение, в котором разрешена на него охота. У него были друзья из одногруппников, с которыми его связывала крепкая дружба. Однако и охота в метеоре проходила куда суровее и беспощаднее, чем у девчонок в Сакуре. Местные хищники были сильнее, решительнее. Они не бросали выслеживать добычу, потому что им надоело, или потому что ой, ноготь сломала! Хищные парни преследовали жертву упорнее, в драке проявляли стойкость — один раз удачно пшикнуть в лицо перцем или ударить электрошокером обычно было недостаточно, хищники, матерясь и превозмогая боль, продолжали атаку. Зеленые парни проходили еще более суровую школу выживания, чем девчонки в Сакуре. Зато они лучше сплачивались и давали отпор вместе, и таким образом досрочные выпуски происходили не чаще, чем в школе для девушек.

И все же Бенни не питал иллюзий относительно своих шансов пережить обучение. Кролики, одни из самых слабых Зеленых, составляли буквально основу диеты многих хищных видов. На него и других кроликов охотились чаще, считая более легкой целью, и превращая попытку учиться в Метеоре в натуральный ад.

Бенни устал, его жизнь стала беспробудно серой. Днем — учеба в Метеоре и натянутые до предела нервы в попытках дожить до конца занятий. После школы — переполненный братьями и сестрами дом, где у него был буквально лишь один угол в комнате, отгороженный самодельной ширмой, чтобы создавать хоть какую-то иллюзию приватности.

И лежа в том углу, Бенни вертел в руках телефон и разглядывал номер Умбры, по ходу дела заучив его наизусть, запомнив каждую цифру. Он вспоминал их мимолетную встречу, ее бесшабашную веселость. Конечно, нага просто дразнила его, а в реальности, как и все хищники, относилась свысока. Но, демоны побери, она была так красива! И если уж неизбежно предстоит оказаться в чьем-то желудке, то пусть это будет ее желудок — хотя бы полюбуется настоящей красотой перед смертью!

В том, чем закончится свидание с хищницей, кролик не питал никаких заблуждений. Надежду на то, что у них будет что-то серьезное, следовало душить в зародыше. Максимум, прекрасная нага позволит с собой пообщаться, полюбоваться на ее красоту, подержаться за ручку, погулять по парку, скушать по рожку мороженого. Но затем неизбежно начнет намекать на свой, хищницы, в этом деле интерес. И чем дальше, тем намеки будут становиться толще и настойчивее. По вечерам у него дома младшие братики и сестрички собирались перед старым небольшим телевизором, чтобы посмотреть Ну, погоди! В датианском варианте мультика красивая девушка-волчица в каждой серии ловила очередного кролика и проглатывала его, иногда добровольно, иногда не очень. В концовке каждой серии Бенни видел свое будущее.

Конечно, можно было проигнорировать намеки красивой наги, она ведь не сможет его заставить, если только не поймает на охотничьих угодьях. Можно обидеть девушку и просто прекратить с ней встречаться. Но для кролика это путь в никуда — он просто продолжит посещать Метеор, пока не станет добычей какого-нибудь школьного хулигана вроде Урсуса, который проглотит его, похлопает ладонью по брюху, скажет Ха, так-то, лашара! Знай наших! и пойдет дальше заниматься своими делами. Нага у Бенни хотя бы имя спросила.

Парень уже неоднократно взвешивал все за и против. И сегодняшнее приключение стало последней каплей. Едва не попавшись сразу двоим хищникам, самым опытным и известным в Метеоре, Бенни окончательно разуверился в своих перспективах в этом мире.

Решившись, парень коснулся кнопки вызова напротив имени контакта Умбра .

Гудки, казалось, тянулись целую вечность. Наконец, когда Бенни уже начал впадать в отчаяние, в телефоне щелкнуло, соединяясь, и он услышал Алло? , произнесенное тем самым голосом, от которого бешено колотилось сердце и дрожал хвостик.

— З-з-здравствуйте, мисс Умбра! — запинаясь, еле выговорил кролик. — Это Бенни. Мы встречались как-то на улице, помните?

В трубке послышался потрясенный выдох донельзя удивленной наги.

— Помню, — сказала она и игриво хихикнула, — ты тот славный малый с длинными ушками и коротким хвостиком!

От этих слов Бенни стало становиться жарко, кровь бросилась к щекам, сам факт того, что она вспомнила его, не забыла, как мимолетную встречу, наполнял парня радостью и гордостью.

— Ты все-таки позвонил, — неверящим тоном пробормотала в трубку Умбра. — Признаться, это весьма неожиданно.

— Вы не ждали, что я позвоню? — упавшим голосом спросил кролик. — Зачем тогда давали свой номер?

— Ну-у-у, — протянула Умбра, — это была часть игры. Было же весело кадрить Зеленого парня и прикалываться, предлагая встречу. Девушки вроде меня иногда так развлекаются, но обычно не ждут, что парень реально им позвонит.

— Значит, — совсем расстроился Бенни, — вы не хотите со мной увидеться?

— Ты и правда ищешь встречи? — удивилась Умбра. — Ты ведь понимаешь, с КЕМ ты собираешься встретиться? — серьезным тоном добавила она.

— П-п-понимаю. Но м-м-меня это уже не п-п-пугает, — пролепетал Бенджамин, безуспешно стараясь придать голосу твердость.

— Вот как? И что же случилось в твоей жизни, что ты готов решиться на такой шаг?

— О, это долго рассказывать по телефону.

— Ах, ты ж мой маленький хитрец! — к Умбре вернулось веселое настроение, и в трубке раздался смешок. — Прям интригу разводишь, чтобы заинтересовать девушку! У тебя получилось — теперь я просто обязана узнать твою историю!

— Т-т-тогда как насчет после занятий? Если, конечно, вам удобно?

— Не переживай, я подстроюсь. И вообще, отнесусь к нашей встрече со всей ответственностью. Я считаю, что нужна реальная смелость, чтобы встречаться со мной, зная, чем это может закончиться. И подобная храбрость заслуживает всяческого поощрения!

— Тогда до встречи, мисс Умбра.

— До встречи, милый! Я буду ждать ее с нетерпением!

Бенни нашел в себе силы сбросить звонок. Вытянувшись в шахте вентиляции, он шумно выдохнул — лицо горело от смущения, член стоял как каменный, в висках гулко стучало, а воображение начало подкидывать образы Умбры без одежды.

Кролик с усилием помотал головой, отгоняя фантазии. Еще не известно, какой Умбра окажется в реальности. Одно дело мечтать о девушке, а другое — увидеть, как она ведет себя на самом деле.

Вздохнув, Бенни принялся выкарабкиваться из своего укрытия. Нельзя же прятаться вечно, нужно успеть хотя бы на следующую пару.

Умбра неверящим взглядом смотрела на погасший экран смартфона. Кролик действительно позвонил! Желание Добычи добровольно общаться с Хищниками — своими естественными врагами — встречалось крайне редко. Те, кто добровольно соглашался быть съеденным, практически не встречались — большинство из них не оставляло потомства. В Датиане добровольцами назывались те, кто соглашался рискнуть своей шкурой за какую-нибудь награду или крупный выигрыш, или победу в спортивном состязании.

Еще добровольцами назывались те, кто попал на съедение за нарушение каких-либо правил или законов города. Если, например, кто-то не платил налоги, то оказывался в кафе для монстров. Многие из таких смирялись с неизбежным, понимая, что убежать не получится, а умолять, требовать или торговаться бесполезно. Эти смирившиеся делали то, что им скажут, порой даже покорно залезали в открытую пасть. И это тоже называлось добровольно , хотя на практике больше подходил термин добровольно-принудительно . Раньше Умбра уже встречала такую смирившуюся добычу — это была кролик Моника, добыча Легендарного уровня, которая досталась бы кому-то из них, если бы банда Шаан ее не украла.

И вот Бенджамин, который ничего не нарушил, никому не задолжал, самостоятельно проявил желание с ней встретиться! Что это? Он из тех немногих, кто хочет попробовать, как оно, быть съеденным заживо? Или, может быть, он. влюбился?

От этой мысли Умбра начала смущаться. Она мгновенно вспомнила слова Кинзе о том, что можно вытворять с таким парнем всякое, а потом съесть его, и никто ничего не узнает. Ей даже померещилась ехидная улыбка тигрицы, которая как будто говорила Ну, давай, попробуй!

А ведь опыт с парнями у Умбры, на самом деле, был небольшим. А ведь столько всего хотелось попробовать! Разве может представиться лучший шанс?

Черная Мамба решительно замотала головой.

Нет-нет-нет! Так нельзя! Это противоестественно! Змея и кролик, хищник и добыча, не должны заниматься всяким непотребством! Я просто пообщаюсь с ним, узнаю его получше, выслушаю его историю. А потом я его съем!

Но воображение тут же принялось нагло подсовывать картины того, что она могла бы попробовать с этим кроликом, прежде чем его съесть. Воображаемые картины двигались, сливаясь в сценки, которые вскоре начали напоминать целый порнофильм, прокручивавшийся в голове смущенной донельзя наги.

Пунцовая от смущения Умбра сумела усилием воли отогнать эти картины, и выскочила из помещения Церемониального Клуба, чтобы скорее отправиться на пары, и отвлечь себя чем-нибудь.

Глава 58. Роковая любовь 2 - 3

Налия довольно хорошо освоилась в Сакуре за неделю, прошедшую после перевода в эту престижную школу. Львица уже знала, кто из ее новых знакомых в каких клубах состоит, кто с кем дружит и так далее. Она изучила разные закоулки корпуса, тщательно запоминая все, что удавалось узнать об этом новом для нее месте, которому предстояло стать для молодой хищницы ее охотничьими угодьями.

С того самого дня, как Налия узнала, что такое охота, для чего она нужна хищникам, и какое место в культуре Датиана занимает, львица жила предвкушением того времени, когда настанет ее черед совершить первую в жизни охоту. Хищная девочка росла, став подростком, молодое сильное тело развивалось не по дням, а по часам, ей требовалось все больше мяса, чтобы не ходить голодной. Теперь она, наконец, оказалась на своих первых в жизни охотничьих угодьях, с полным правом поймать любую добычу, которую сможет захватить согласно правилам.

Она уже несколько дней присматривалась к ланям, с которыми училась или которых встречала в столовой. Каждый раз ее охватывало волнение, когда она рисовала в воображении сюжеты из увиденных датианских фильмов, львица представляла в мелочах, как все будет происходить, как и что она будет делать. Предвкушала, как лань будет умолять ее о пощаде, а она с гордостью откажет, посоветовав жертве знать свое место в жизни и смириться с предначертанной ей Богиней участью, после чего сделает все красиво, как в кино. Втайне от всех, Налия мечтала стать актрисой, киноиндустрия Датиана ударными темпами развивалась в последние годы. Теперь оставались сущие мелочи — поймать одну из ланей и не попасться при этом.

Это действительно оказалось непросто, и не помогало то, что от волнения мысли львицы путались, мешая ей сосредоточиться на планировании. Та часть корпуса, в которой проходило наибольшее число занятий, была очень оживленной. Десятки студенток сновали туда и сюда, почти в каждой аудитории находился преподаватель, а по коридорам порой ходили смотрители — им надлежало следить за порядком, выполнять по школе всякие мелкие работы и, конечно же, мешать хищницам поедать своих однокурсниц. Смотрителей в каждом корпусе было немного, бессмысленно платить большому количеству людей, расставляя их на каждом углу. На весь корпус их было трое, плюс уборщица и слесарь-сантехник.

Не попадаться на глаза персоналу должно быть не очень сложно, решила Налия. Труднее выцепить какую-либо девушку вне стайки. Большая их часть четко выполняла правила выживания, держась своих подруг, чтобы в случае чего было кому прийти на помощь и поднять тревогу. Налия внимательно наблюдала за стайками, стараясь заметить признаки, которые свидетельствовали бы о том, что девушка может быть уязвима. К ним часто относилась депрессия, склонность к одиночеству, выполнение каких-либо действий, которые требовали бы покидать стайку, посещение клубов или факультативов, на которые приходилось ходить малочисленными группами, а то и вообще одной.

Реально осуществить охоту можно было только в некоторых случаях — во время большого перерыва, когда стайки разбредались по своим делам, пользуясь тем, что никто не контролирует их во время свободной пары, и вечером, после завершения основных занятий, когда Сакура пустела, и оставались только те, кто рисковал ходить на вечерние факультативы.

И последнее, третье препятствие, заключалось в странной зеленой наге по имени Шаан, и группы, которую та вокруг себя собрала. Их банда включала в себя и хищниц, и добычу, что уже было очень необычно. И, как будто этого мало, Шаан присматривала за некоторыми стайками, и публично обещала останавливать охоты, на которые наткнется.

Бандитки Шаан не шарахались по коридорам, высматривая, что происходит, но каким-то необъяснимым образом были в курсе очень многих событий. А уж о том, чтобы выслеживать их питомцев, даже речи не шло! Шаан узнает об этом, ОБЯЗАТЕЛЬНО, и тогда хищница, осмелившаяся покуситься на то, что Шаан дорого — не жилец. Геноцид кошек, о котором до сих пор говорили со страхом, был тому ярким подтверждением.

А еще как минимум некоторые из питомцев Шаан могли постоять за себя. Коротышка Венди однажды до нокаута отделала тигрицу Кинзе, сильного и умелого борца. Об этом случае крайне неохотно рассказала сама Кинзе, когда доходчиво объясняла новенькой, почему выступать против банды Шаан смертельно опасно.

Нужно выслеживать нейтральную добычу! — решила Налия. — Это должна быть одна из девушек, которая не находится под прямым покровительством наг и, в идеале, даже не входит в одну из находящихся под защитой стаек!

Легче сказать, чем сделать. Таких удобных ланей к концу третьего месяца обучения в Сакуре наверняка можно по пальцам пересчитать. Сложилась парадоксальная ситуация — хищниц стало больше, нежели доступных для них целей, несмотря на то, что соотношение ланей к хищницам находилось на уровне сорок к одному! Порой вспыхивали даже ссоры, когда одна охотница замечала, что другая выслеживает ту же самую добычу. Чуть до драк не доходило. Охлаждали ситуацию только дипломатические усилия Ванессы, и угрозы Умбры сдавать участниц любой драки деканату. Старшекурсницы очень не хотели, чтобы хищницы начинали кидаться друг на друга, и появился конфликт, который мог бы развиться в серьезное противостояние с увечьями или даже еще чего похуже. Но так работал закон природы, при уменьшении кормового ресурса возникала жесткая внутривидовая борьба между хищниками, обострялась конкуренция за территорию — это доходчиво объясняли лекции преподавателя биологии мисс Хоуторн.

Размышляя обо всех этих сложностях и особенностях охоты в ее новой школе, Налия прибыла к логову. Львица обустроилась в еще одной заброшенной аудитории в старой части здания, походившей на средневековый замок. Дверь была заколочена досками, но Налия научилась открывать ее так, чтобы их не снимать. Со стороны никто бы и не понял, что помещение теперь занято. Только другие хищницы могли бы догадаться по ее запаху, если она будет приходить сюда достаточно часто.

— Прекрасно, просто прекрасно! Это место станет моим домом вдали от дома. — шептала Налия, стирая пыль с висевшей на стене карты — аудитория когда-то была классом географии. Необходимость в нем отпала, ибо слишком малому количеству Зеленых данная информация приносила хоть какую-то пользу. Лишь единицы из них смогут покинуть Безопасную Зону и отправиться к другим поселениям через Дикие Земли без риска быть мгновенно съеденными. И такие люди уж точно изучали предстоящий путь не по школьному курсу географии.

Карт было несколько. Одна в подробностях показывала регион Датиана — сам Датиан, замок Таронна, Долину Савои, Академию Орсана и соединявшие их маршруты.

Вторая карта пыталась показывать уже всю Карвонну. На ней был нарисован весь континент, крупнейший в этом мире, на нем отмечалось расположение других Безопасных Зон, соединявшие их торговые пути, известные крупные поселения, географические достопримечательности. Но в стороне от Безопасных Зон и торговых маршрутов карта казалась чуть ли не сплошным белым пятном! Смертоносные для всего живого кроме высокоранговых хищников джунгли сопротивлялись освоению, раскрытию своих тайн и секретов. Цивилизация занимала лишь небольшие пятачки, все за их пределами оставалось покрыто туманом. Где-то там могли существовать другие города и целые королевства, враждующие друг с другом племена дикарей, невиданные чудеса, остатки древних цивилизаций, охраняемые могучими монстрами. Про этот мир еще столько всего предстояло узнать!

Если вдруг не смогу стать актрисой — пойду в исследователи! — решила львица.

Но она пришла сюда заниматься не географией, а планировать свою будущую и самую важную в жизни Первую Охоту. Чтобы все прошло без сучка и задоринки, следовало составить надежный как механические часы план. Налия отправилась в дальний угол аудитории, который облюбовала себе в качестве укромного закоулка, и улеглась на заранее притащенный матрасик.

Итак!

У нее имелись избранные кандидатки на съедение. Ее будущая добыча. Сразу четыре девушки находились в этом списке. Каждая из них каким-то образом подставляла себя — пусть кратковременно — в какой-то определенный момент. У двух девушек окно для нападения было коротким, у двух других возможность продолжалась дольше. Это окно могло появляться регулярно, либо через некоторые труднопредсказуемые интервалы. Разумеется, логика диктовала, что атаковать следует тех девушек, с которыми регулярно появляется длительная во времени возможность. Однако тут не все было так просто. Лани прекрасно знали, что могут подвергать себя опасности, и шли на это только потому, что даже в тех случаях, когда они отделялись от стайки, поблизости все равно находились преподаватели, или достаточно студенток из других групп.

В реальности получилось так, что самые длинные по времени периоды для охоты оказывалось труднее всего реализовать — предстояло найти способ подобраться к лани не только незаметно для нее, но и незаметно для преподавателей. Одна ошибка — и ты раскрыта. Возможно, задумалась Налия, вместо этого стоило попытаться подкараулить добычу попроще? Там времени на поимку жертвы оставалось немного, но зато в эти несколько минут лани оставались в настоящем одиночестве — вероятность появления преподавателей или смотрителей казалась ничтожной. Если делать все быстро и четко, то должно было получиться.

Какую бы жертву не выбрала Налия — ту, где нужно больше рисковать раскрытием, или ту, где от охотницы требовалась скорость и точность выполнения навыков, сам факт поимки довольно высоко поднял бы ее по социальной лестнице. Она перестала бы быть девственницей , завоевала бы уважение других охотниц.

Лежа на матрасе, Налия снова размечталась о том, как все произойдет. Для новенькой студентки Сакуры важнее учебы оказалось приобрести самоуважение, которое давала успешная охота. Налия хотела избавиться от тайного страха того, что она может оказаться недостаточно хорошей охотницей, что не сможет поглощать добычу и развиваться, что общество будет относиться к ней с пренебрежением, и она не сможет найти пару и завести семью. Это, конечно, была ерунда — рано или поздно должно было получиться даже у Дороти, но львица испытывала психологический дискомфорт и жаждала расстаться с девственностью как можно скорее.

А чтобы все получилось, предстояло еще много работы. Нужно тщательно следить за намеченными жертвами, изучить их привычки, чтобы быть в курсе, что они делают в любой момент дня и ночи. Следовало составить план охоты, придумать, как прошмыгнуть мимо преподавателей, устроить засаду на маршруте движения лани и неожиданно наброситься на нее. Еще следовало продумать, как затащить упирающуюся добычу в какой-нибудь темный угол, но это уже самый последний пункт плана.

Налия улеглась поудобнее и задремала, не забыв поставить будильник на смартфоне, чтобы проснуться как раз в конце свободной пары и перед началом следующей лекции. Дверь в комнату она подперла шваброй, поставленной в железное ведро. Если кто-то попробует пробраться в помещение, при открытии двери швабра упадет и ведро загремит — достаточно для того, чтобы чутко спящая львица мгновенно проснулась. Она продолжала дремать, а во сне, нашептываемые подсознанием, крутились невероятно сложные, но обязательно успешные замыслы.

Во плоти Умбра оказалась еще прекраснее, чем Бенни себе представлял и чем запомнил с их первой мимолетной встречи. На этот раз она не носила школьную форму, надев простую белую блузку, и черную юбку вокруг пояса, довольно модный фасон среди нагов. Белоснежная ткань резко контрастировала с угольно-черным хвостом и длинными черными волосами, создавая впечатление, будто перед Бенни оживший рисунок простым карандашом. Единственный яркий цвет на этом рисунке — фиолетовые радужки глаз змеедевушки. Нага неотрывно глядела на Бенни, пока ползла к нему через улицу, но в этом взгляде не читалось плохих эмоций вроде отвращения или презрения, угрозы или насмешки. Наоборот, в глазах Умбры Бенджамин видел неподдельные интерес и восхищение. И еще немного одобрения его внешнему виду, но кролик не питал иллюзий, что поразил красивую девушку своим телом. Скорее он понравился ей с кулинарной точки зрения. Они встретились — две противоположности, хищник и добыча. И мир не рухнул, небо не обрушилось на землю, чего немного побаивался Бенни.

Кролик словно завороженный следил за ее движениями. Нага ползла, плавно покачиваясь из стороны в сторону, словно человеческая девушка, сильно виляющая бедрами при походке. Бенни не смог очнуться от этого ступора даже когда она оказалась совсем рядом. Он продолжал глядеть на нее чуть ли не в упор, немного смешной в своих чистых выглаженных шортиках, бежевой рубашке с коротким рукавом, и одинокой розой, зажатой в ладони.

Умбра, смутилась, заметив, как он на нее залипает.

— Э-э-э, привет? — пробормотала она.

— О? Ах, да! Привет! — засуетился кролик, очнувшись от звука ее голоса. — Извини, я что-то задумался.

— Ага, оно и видно, — хихикнула Черная Мамба, намекая на то, что глаза более низкого ростом кролика оказывались как раз на уровне декольте ее белой блузки.

— П-прости, пожалуйста! Я не хотел. — засуетился кролик. — Я ничего такого не имел в виду.

— Ну, почему же, милый? Не стесняйся, имей в виду все, что захочешь. Ведь парни и девушки встречаются друг с другом именно для этого!

— Но ведь не только! — осмелился возразить кролик. — Тем, кто встречается, важна не одна лишь красота партнера! Важно, чтобы они чувствовали друг с другом психологический комфорт, чтобы у них были общие интересы, чтобы они ладили хотя бы по большинству бытовых вопросов. И. много чего еще.

— Без сомнения, милый, ты абсолютно прав, — проворковала нага в ответ. — Но мы оба знаем, что конкретно наши отношения станут особенными. В них нет нужды в различной бытовухе, а есть место только для эмоций и ярких ощущений. Все прочее мы с тобой можем смело отбросить, как неважное конкретно для нас.

— Х-хорошо, — пробормотал Бенни. Он прекрасно понимал, о чем говорит Умбра. Змея и кролик не будут счастливо жить в месте, не заведут детишек. Общество не поймет, да и они не сойдутся характерами. Хищник и добыча встречаются только для того, чтобы совершилось таинство Богини — охота.

— Не расстраивайся, милый, — Умбра ласково погладила Бенни по голове, пользуясь преимуществом в росте. — Та половина, которая остается, станет для тебя самым незабываемым опытом, самыми лучшими и яркими эмоциями. Я обещаю!

Это довольно красноречиво произнесенное заявление приободрило взволнованного Бенджамина, и кролик сунул наге ту одинокую розу, которую держал в руках.

— Это мне? Спасибо! — нага приняла цветок и, прикрыв глаза, глубоко вдохнула его аромат. — Ты настоящий джентльмен.

Приветливость и хорошее отношение Умбры постепенно успокоили Бенни. Волнение и дрожь прошли, сменившись некоторой степенью уверенности. Оказалось, что грозная ядовитая нага всего лишь обычная девушка, такая же, как и тысячи других девушек, что проживали в Датине. Она просто была особенной из-за своей принадлежности к хищникам, но если отбросить это ее свойство, то личностью она была просто замечательной.

Набравшись храбрости, кролик спросил, куда она хочет пойти, на что Умбра ответила, что ей все равно — она здесь ради Бенни, чтобы общаться с ним, выслушать его историю и вообще. Поэтому подойдет любая кафешка, в которой можно посидеть, попить чаю, покушать чего-нибудь, и беседовать друг с другом в спокойной обстановке.

Так они оказались на открытой площадке расположенного в центральном городском парке кафе. Они выбрали столик в самом дальнем ее углу. Так будет намного меньше шума, который отвлекал бы от общения, и будет меньше любопытных и недоумевающих взглядов от других граждан. Не каждый день можно увидеть, как кролик с нагой ходит на свидание, и у некоторых это могло вызвать чрезмерный интерес и даже осуждение.

— Ну, что, милый, — сказала Умбра, отправляя в рот первую ложечку восхитительно вкусного мороженого, — рассказывай, как ты дошел до жизни такой.

Фраза была, понятное дело, шуткой, но кролик задумался о том, что ей ответить. Действительно, как могло так получиться, что вот он сидит перед матерой хищницей, которая таких как он ест на завтрак, обед и ужин. Но участливый взгляд наги располагал раскрыть свои тайны, и Бенни принялся кратко пересказывать свою жизнь. Умбра слушала с неподдельным интересом, что постепенно придавало кролику все больше и больше уверенности.

Бенни рассказал о том, как живется в многочисленной семье кроликов, где дети рождаются сразу целыми приплодами. Только программы льгот, установленные правительством Датиана позволяли справляться с такой оравой детей.

Но даже со всеми льготами кролики ютились в небольшой квартирке, места в которой на всех не хватало. О приватности большей частью мечтать не приходилось. Хотя по мере того, как кролики становились старше, они пытались создавать хоть какой-то свой угол, где было хоть немного личного пространства. У Бенни это была крошечная импровизированная комнатка — фактически, постель, просто отделенная от остальной квартиры тряпичной занавеской, тумбочка со всеми его пожитками в изголовье кровати, да пара квадратных метров, на которых можно стоя развернуться.

Какой кошмар! — подумала Умбра. Сама-то она жила вполне себе кучеряво по датианским меркам, родители имели собственное кафе, и семья Черной Мамбы неплохо зарабатывала.

— Да, нелегко тебе, милый, — сказала она вслух. — Я надеюсь, что у тебя все наладится, что ты добьешься успеха и получишь просторный дом в котором тебе не понадобится отгораживаться занавеской.

Когда Бенни рассказал про свою семью, а Умбра съела еще кусочек мороженого, настала пора задать следующий вопрос.

— Бенни, мой милый, — проворковала она, — перейдем сразу к главному вопросу. ПОЧЕМУ ты решил пойти на такой. неординарный шаг, как всерьез решиться встретиться со мной. Ты ведь отлично понимаешь, ЧТО это для тебя означает. Хотя, конечно, ты можешь убежать. Мы ведь не на Охотничьих Угодьях, и как-либо заставить зайти на их территорию я не могу.

— Я не убегу, мисс Умбра, — уныло ответил кролик, — об этом не волнуйтесь.

— Вот как? Почему?

— А какой смысл? — Бенни пожал плечами. — Учусь я еле-еле, и в некоторых Безопасных Зонах меня бы уже отправили в кафе за неуспеваемость. И как будто этого мало, так еще и охота в Метеоре продолжается постоянно. Все сложнее вовремя замечать засады, скрываться, уворачиваться и так далее. Однажды настанет тот день, когда я окажусь втиснутым в чей-нибудь желудок. Так пусть это будет желудок красивой девушки, с которой приятно общаться, а не школьного хулигана вроде Урсуса!

Умбра засмущалась, торопливо сунув в рот еще ложечку мороженого.

— Мне приятно, что ты назвал меня красивой девушкой, — сказала она, проглотив сладость. — Спасибо.

— Он от чистого сердца, — усмехнулся Бенни. — Так или иначе, я чувствую, что мой конец все ближе. Выжить в таких условиях могут, наверное, только те кролики, которые готовы зубами вгрызаться во все и во всех, чтобы обеспечить себе успех. Я, вероятно, сделан не из такого теста.

— Мда, милый, не повезло. Судьба сдала тебе плохую раздачу, вероятно, Богиня решила, что тебе нужно родиться, имея такое вот предназначение. Но ты же помнишь, что те, кто выполняет предначертанное судьбой с достоинством, при следующем перерождении получают долю получше!

— Я понимаю. Но хотелось, конечно, чтобы это произошло чуть позже, когда я завел бы семью и пригоршню собственных детишек. Тогда, я думаю, предназначение в жизни было бы выполнено, и можно было бы уходить.

— А у тебя есть девушка? — полюбопытствовала Умбра. — Я не ревную, нет! Мы же с тобой помним, что у нас особенные отношения, глупо ревновать в таком случае. Просто интересно.

— У меня БЫЛА девушка. Училась в Сакуре. Мы познакомились с ней еще до того, как поступили в одну из высших школ, знали друг друга довольно давно. У нас была прекрасная чистая любовь, мы понимали друг друга с полуслова. Я готов был проводить с ней каждый день, ее не интересовали другие парни кроме меня. Мы обещали друг другу, что если доживем до диплома в наших школах, то обязательно всерьез рассмотрим создание семьи. Но однажды она не вернулась с занятий, а на следующий день ее родителям прислали уведомление о. — Бенни скривился от отвращения, — досрочном выпуске . Так и погорели мои надежды на счастливую семейную жизнь. А ведь она была замечательной личностью, и звали ее.

Когда Бенни произнес имя девушки, Умбра несколько раз переменилась в лице. Она сначала побледнела, потом медленно залилась румянцем. Она знала эту девушку! Ну, поскольку в Церемониальном Клубе в ее задачу входило составление некрологов, и Умбре полагалось знать личность тех, о ком она писала, чтобы некролог получился как можно более достоверным и эмоциональным. Как раз одно из творений Умбра посвятила девушке-кролику, с которой встречался Бенни, после того как Умбра лично употребила ее по назначению в качестве очередного обеда. Мамба сильно прикусила губу, сдерживая рвущийся наружу возглас удивления. Наверное, не стоит говорить Бенни о том, что это именно она съела его подругу детства, ставшую возлюбленной, и похоронила мечты о счастливом семейном счастье с любимой девушкой. Кто знает, как бы кролик отреагировал. К чему лишняя драма?

Охваченная сочувствием, Умбра сползла со своего диванчика, и подползла к тому, на котором напротив нее сидел кролик.

— Не расстраивайся, милый, — сказала она, размещаясь рядом со смутившимся Бенни. — Теперь у тебя есть я, и со мной никаких проблем у тебя не будет.

И Умбра обняла кролика, прижав его к себе. Несильно, чтобы не нарушать пока еще приличий. Но достаточно красноречиво. Лицо Бенни оказалось вжатым в грудь Умбры, а глаза собрались в кучу, рефлекторно сфокусировавшись на глубине ее декольте.

— Нравится то, что видишь? — заворковала Умбра самым елейным тоном, на который была способна. — Конечно, кто тебя знает, может, ты предпочитаешь мускулистых и покрытых шерстью кошечек вроде Кинзе, а не стройную змейку вроде меня.

Она наклонилась и страстно зашептала на ухо пунцовому от смущения кролику.

— Ты, конечно, можешь выбрать и ее — номер Кинзе у тебя тоже есть. Но помни, что она не сумеет подарить тебе самое высшее наслаждение, как это могу сделать я!

Умбра улыбнулась, чтобы показать кролику свои ядовитые клыки, и с удовлетворением отметила, как бешено заколотилось его сердце, охваченное внезапно накатившим страхом. Бенни стало не по себе. Он осознал, что это вовсе не игрушки, что вот совсем рядом ядовитые клыки, способные оборвать его жизнь, а растянутый в озорной улыбке ротик легко может раскрыться достаточно широко, чтобы упаковать кролика целиком.

— Если ты вдруг не знал, милый, мой яд действует таким образом, что меняет сигналы, получаемые твоим мозгом от рецепторов тела. Вместо боли ты будешь испытывать настоящий экстаз! И твоя награда за то, что решил отдаться мне, будет круче, чем секс!

Ну, раз так, то ладно. Бенни при любом раскладе был не против. Кинзе он звонить и не собирался. Именно Умбра, ее извивающееся стройное тело, ее улыбка, добродушный и слегка насмешливый тон и убаюкивающий голос всплывали перед ним, стоило только подумать о прекрасной наге.

Что ж, вот и славно! — подумал Бенни. — Значит, все уже окончательно решено. Пусть будет Умбра. Мы будем встречаться, общаться, получать от общения удовольствие. А когда она решит, что уже пора — я позволю ей сделать ЭТО со мной. Она заслужила!

И сразу, как только решение было принято, Бенни стал чувствовать себя легче. Исчезли тревоги, а появилась определенность. Он был на своем месте, и с девушкой, ради свидания с которой не жалко даже умереть.

Расслабившись, Бенни тоже покрепче обнял прижимавшую его к себе нагу, и с удовольствием зарывшись носом в декольте ее блузки.

Кейн пребывал в прекрасном расположении духа, ожидая на остановке, пока появится Шаан с подругой. Парень радовался каждой возможности побыть вместе и огорчался, если долго не удавалось увидеться или поговорить с объектом своего обожания. Шаан продолжала оставаться отвлеченной, и всегда вела себя так, словно у нее полно каких-то неотложных дел, и ей нужно быть одновременно сразу в нескольких местах.

От этого Кейн еще больше ценил их встречи, догадываясь, что буквально выкраивает у Шаан время, возможно отвлекая ее от других задач. Он пока не решался поговорить с ней напрямую о том, чтобы уделять друг другу больше времени, чем обычно, опасаясь вызвать негативную реакцию. Парень рассчитывал, что время для этого разговора придет позже, когда их отношения как следует укрепятся и начнут представлять из себя что-то достаточно весомое, чтобы вечно серьезная Шаан задумалась о том, чтобы поменять свои приоритеты в жизни.

Но это все будет потом, а пока вдалеке замаячили фигуры двух девушек, которых он с нетерпением ждал. Сегодня им втроем предстоит зайти в гости к Амелии ЛеКларк, чья мать прямо пригласила посетить их особняк. Отказываться невежливо, а знакомство с богатой семьей ЛеКларков, особенно с влиятельной в городе матерью семейства, могло бы дать положительные результаты для семей Кейна и Шаан.

— Привет, Шаан! — радостно сказал парень, когда его возлюбленная подползла поближе.

— Привет, — буркнула Шаан. — Помнишь Венди?

— Мисс Венди, — Кейн вежливо кивнул Зеленой девушке.

Для него она всего лишь еще одна лань, но молодой наг уже понял, что его любимая относится к Зеленым по-особенному, в том числе дружит с ними и может сильно обидеться, если не соблюдать вежливость.

— Почему у вас такой траур на лицах? — потребовал объяснений парень. — Мы словно не в гости идем, а на поминки!

Определенным образом есть ненулевая вероятность, что поминки состоятся, если мы умудримся раздраконить Сирену , — подумала Шаан.

Они с Венди обговорили предстоящее посещение логова Красной хищницы, и решили, что Амелия не посмеет сделать что-то этакое, пока они будут находиться там. Формально, особняк остается территорией Безопасной Зоны, и охота в нем по-прежнему строжайше запрещена. Венди больше раздражало то, что идти в гости нужно ради Кейна, чтобы не подставлять и не обижать его.

— Кажется, кто-то таки влюбилась? — лукаво улыбаясь, проговорила Венди.

— Кто влюбилась? Я влюбилась?! — возмутилась Шаан, чье лицо тут же побагровело то ли от смущения, то ли от гнева. — Ничего подобного! Общение с ним это. часть моего прикрытия, ничего более.

— Ага, ага, — с сарказмом поддакнула Венди. — Можешь мне-то об этом не рассказывать.

— Эй! Ты обещала не использовать на мне свою абилку без нужды! — возмутилась анаконда, надувшись, сложив руки на груди и обиженно свернувшись в клубок посреди комнаты.

— Не нужно пользоваться сверхспособностями, чтобы расслышать неуверенность в твоем голосе, — легко парировала человеческая девушка.

— Вот, бля. — отчаянно прошептала Шаан. — Слушай, он славный парень. Правда! Даже не смотря на то, что хищник. Я полагаю, что он из тех, кого можно перевоспитать.

— Предположим, — уклончиво ответила Венди. — И если вдруг у тебя получилось это сделать, то что дальше? Насколько все серьезно Шаан? Потянешь его в наше подразделение? Уйдешь на гражданку и станешь жить с ним здесь в Датиане? Или уговоришь его переехать на Рондию?

Шаан нахмурилась, со стороны Венди в ход пошли тяжелые аргументы. Вот, казалось бы, они только что сидели и обсуждали банальный поход в гости с приятным парнем, но Венди перевернула весь разговор, вынудив Шаан задуматься, а каков же настоящий предел их с Кейном отношений. Насколько далеко она готова зайти с ним, и к чему это в итоге приведет.

Ответ был очевиден. Если это все было несерьезно, то можно было проигнорировать поход к ЛеКларкам, невзирая на то, как отреагирует Кейн. А если же Шаан рассчитывала на что-то, то близится время определиться на что. И следовало уже решить, куда дальше все пойдет. Логика Венди, как всегда была безупречна, Шаан оставалось лишь хмуриться и в задумчивости пожевывать губу.

— Хорошо, — вздохнула Венди, видя, что ее подчиненная затрудняется с ответом. — Рискнем с Амелией и пойдем в гости. Но твой вопрос с этим парнем тебе все равно придется решить однажды, и сделать выбор, каким бы он ни был.

— Я не готова оставить подразделение, — глухо буркнула Шаан.

— Не отвечай мне сейчас. Обдумай все, взвесь за и против , сделай выбор. И вот ТОГДА настанет время обсудить все по-взрослому.

Разговор испортил настроение обеим, и на встречу с Кейном Шаан прибыла в мрачном расположении духа, что парень ошибочно принял на свой счет.

— Не беспокойся, дорогой, — игривым голосом сообщила ему Венди. — Ты тут совсем-совсем ни при чем!

Она хотела погладить Кейна по щеке ладонью, чтобы позлить Шаан еще немножко, но едва только вскинула руку, как парень дернулся назад, не позволяя себя коснуться. Слегка удивленная Венди замерла с выставленной вперед ладонью. Змеиная реакция у Кейна была хороша, а движение оказалось отточенным до автоматизма уходом от правого хука, который наг выполнил на рефлексах. Вероятно, ему приходилось драться в свое время, возможно даже в Метеоре.

— А ты хорош, — похвалила Венди. — Эй, Шаан, твой парень хорош!

— Я знаю, — послышался полный сарказма ответ.

Кейн зарделся, похвала это всегда приятно.

— Так, — сказал он, — ну, что? Вы готовы отправиться в гости здорово провести там время?

— Да.

— Нет.

Венди и Шаан переглянулись.

— Та-а-ак, понятно, — Кейн не удержался и прикрыл лицо ладонью. — Слушайте, давайте просто сделаем это. Обещаю, впредь не буду опрометчиво соглашаться на что-либо, не подумав как следует. Мне не следовало принимать приглашение леди ЛеКларк, но я же НЕ ЗНАЛ, что вы так без энтузиазма к нему отнесетесь!

— Как я уже сказала, это не твоя вина. О том, почему мы так себя ведем, мы с Шаан расскажем тебе. однажды. А теперь давайте пойдем — нехорошо заставлять других ждать!

Глава 58. Роковая любовь 2 - 4

Для Венди и Шаан переход от ворот к зданию особняка оказался настоящей пыткой. Кейн, возможно, догадывался, что его спутницам некомфортно, однако возвращаться назад уже было поздно. Шаг за шагом Венди вынуждала себя идти вперед. Хотя чувство опасности молчало, оно предупреждало девушку только о немедленно наступающей опасности. Если топаешь в логово зверя, оно не предупредит тебя, обжигающее чувство чаще всего возникает только за несколько мгновений до того, как тварь бросится из засады, чтобы вонзить клыки в тонкую девичью шею.

Но сейчас-то она твердо знает — там впереди враг! Трижды проклятая Сирена, которая спит и видит, как уничтожить их с Шаан. Отношение участниц Церемониального Клуба уже давно не являлось секретом для федералов, только не когда в команде Венди, способная чувствовать ложь и предугадывать опасность. Кто-то из хищниц в школе боялся банды Шаан, кто-то общался через губу, некоторые старались соблюдать вежливую приветливость. Но из тех, кто ходил на охоты, Шаан, Венди, Клэр, Хиссу и Тайли ненавидели ВСЕ. Но лишь единицы могли представлять реальную опасность, и Амелия в этом списке стояла первой.

Ракель ЛеКларк встречала гостей, стоя на крыльце. Рядом расположились ее домочадцы — Амелия, две младшие дочери Нина и Франческа, служанки, которые будут ухаживать за гостями.

А еще рядом с Амелией стояла Нагиса.

Как будто только одной твари не хватало!

Выражение лица Венди не изменилось, девушка лишь стиснула челюсть так сильно, что зубы заболели. Интересно, а знает ли леди Ракель о том, что эти двое не просто подруги? В курсе ли она, что ее дочь обжимается с ламией в темных углах, где, как она думает, никто не видит. Темный угол, разумеется, находится рядом с Церемониальным Клубом, буквально за поворотом коридора. Там действительно уединенное место, ни одна лань в Сакуре не рехнулась настолько, чтобы без нужды подходить к помещению, в котором находится логово самых опытных и безжалостных охотниц Сакуры. А вот камера, установленная Шаан в ее бытность членом этого клуба, равнодушно включалась при малейшем движении в поле ее зрения, и снимала целые часы высококачественной лесбийской эротики, которую демонстрировали эти двое.

Хозяйка дома приветливо улыбалась. Ее младшие дочки тоже тянули улыбки, радостно встречая гостей, подруг сестрицы Амелии. На лице самой Амелии застыла маска вежливости, а Нагиса наблюдала за происходящим с отчетливо проступавшей на лице тревогой, и Венди решила, что ламия не захотела оставлять подругу один на один с Шаан, как бы чего не вышло. Зная, что Нагиса скромная стеснительная девушка, и откровенно побаивается Венди и Шаан, а леди Ракель, вероятно, все так же не в курсе напряженных отношений между ее дочерью и гостьями, сохранялся шанс, что это напряженное противостояние пройдет без того, чтобы закончиться настоящей дракой.

— Добро пожаловать, дорогие гости! — поприветствовала леди Ракель. — Прошу, проходите, вы как раз к обеду!

— Спасибо, леди ЛеКларк! — ответил Кейн. — Для нас большая честь принять ваше приглашение и посетить сегодня ваш дом. Так ведь?

Последняя фраза была обращена к Венди и Шаан, и обеим пришлось выдавить из себя положенные этикетом вежливые приветствия. Снова, как тогда во время случайной встречи в экспоцентре, Кейн и Ракель ЛеКларк вели себя достаточно непринужденно, в то время как Сирена и иномирянки буравили друг друга полными ненависти взглядами. Амелия стояла ровно, в ее позе ничто не выдавало испытываемых ею эмоций. Но взгляд говорил о них достаточно красноречиво.

Сирена не забыла, как угрожали ее маленьким сестричкам, как избили Нагису, Ванессу, Кинзе, Умбру. Хорошо помнила, как группа Шаан третировала хищниц, как зеленая нага устраняла кошек, угрозы, драки, интриги, моральное давление, борьба с преподавателями за власть над школой, в которой мисс Пирс и мисс Кроуфорд безнадежно проигрывали.

А иномирянки, в свою очередь, знали, что Красная хищница продолжает увеличивать свою силу. Не взирая на всю опеку, которую группа Шаан добровольно выказывала Зеленым студенткам с их потока, человеческие девушки иногда продолжали пропадать, и лишь магический след, который регистрировала потом Хисса, говорил о том, что с ними случилось, и кто это сделал. Сирена качалась , наращивая свою мощь перед неизбежной дракой, которая неумолимо приближалась. Она старательно держалась подальше от Софии, Меррил, Марты и нескольких других девушек, которых противницы держали под прямой защитой. А Венди и Шаан хоть и обсуждали вариант, что они публично раскроют Сирену в качестве хищницы, в итоге от такого решения отказались. Сирена потеряла бы все положение в Сакуре, которое ей обеспечивал тот факт, что о ее статусе никто кроме других хищниц не знал. Популярность, множество подруг, президентство в группе — все исчезло бы мгновенно, лани стали бы шарахаться от нее, едва завидев. Но помимо этого раскрытие особо не помогло бы сдержать растущий аппетит Сирены. Если Умбра, которая раскрыта уже давно, умудряется ускользать от присмотра и проводить успешные охоты, то одаренной магией Сирене сделать это ничего не стоит. И она лишь еще больше будет хотеть отомстить.

Так шаткое равновесие пока еще соблюдалось, ни одна из сторон старалась не провоцировать конфликт. Это не навсегда. Как только кто-то из них решит, что может эффективно и безнаказанно уничтожить соперниц, кровавая расправа обязательно состоится.

Ну, а пока вымученные улыбки, показная вежливость, осторожные рукопожатия. И пылающая ненависть в глазах.

Образовался странный расклад. Со стороны хозяев леди Ракель была полностью человеком, без единого атрибута из тех, которыми обладала бы Сирена. Но две девушки рядом с ней были хищницами.

А у гостей буквально наоборот — настоящим хищником был только Кейн, а с ним две абсолютно безопасные в этом отношении девушки, которые лучше бы умерли с голоду, чем стали бы есть разумное существо.

— Проходите сюда, — леди Ракель лично взялась опекать гостей, предоставив прислуге накрывать на стол. — В доме довольно много комнат, поэтому следуйте за мной, чтобы попасть куда нужно.

Леди Ракель медленно шагала по пушистым меховым коврам, которые покрывали мраморную плитку большого холла. Хозяйка примерялась к скорости движения гостей. Кейн и Шаан неторопливо ползли вперед, наслаждаясь текстурой ковра, теплого и приятного на ощупь.

Венди тоже шла неторопливо, оглядываясь по сторонам. Просторный дом, мраморные колонны, искусная лепнина и мебель из дорогих пород дерева не производили на нее никакого впечатления. Вместо этого Венди отметила про себя, что в особняке живет довольно много людей. Конечно, леди Ракель и ее дочерям одной не справиться с большим хозяйством, поэтому на них работали садовники, шофер, служанки, ремесленники, возможно, кто-то еще. Из объяснений Венди поняла, что эти люди живут в выделенном для них крыле здания, порой вместе с семьями. Народу было столько, что можно населить небольшой хутор. Но поскольку от слуг не требовалось обрабатывать поля, чтобы прокормить себя, они все уживались в самом особняке, а остальную территорию большей частью занимал огромный парк.

Обед проходил в трапезной — очередном просторном помещении, посреди которого стоял длинный стол, уставленный всевозможными кушаньями. Служанки в темно синих платьях с белыми фартуками суетились, расставляя все новые и новые тарелки. Леди Ракель знала, что крупные гости вроде наг могут съесть довольно много всего. Специально для Кейна и Нагисы стояла небольшая серебряная клетка, в которой находились живые кролики. Перед Шаан же служанка поставила обычный столовый прибор. Нага глянула в сторону Амелии с толикой благодарности, не было сомнения, что это она сказала матери так поступить. Сама леди Ракель просто не могла знать, что Шаан питается человеческой пищей. Однако в ответ на взгляд анаконды Амелия лишь еще больше насупилась и уткнулась в свою тарелку.

Сначала Кейн вручил леди ЛеКларк завернутый в пакет подарок от стороны гостей, и еще один от своих родителей. Он передал семье приглашение леди ЛеКларк объединить финансовые ресурсы, которых у обеих семей хватало в избытке, чтобы затеять совместный проект, еще больше увеличить свое богатство и упрочить влияние в городе. В целом визит был не просто вежливостью, а становился стартовой точкой для развития дальнейших отношений. И толчком к этому послужило заблуждение Кейна и леди Ракель об истинном отношении между Амелией и Шаан. Студентки Сакуры отмалчивались по этому поводу, не забывая о том, что что было в Сакуре, остается в Сакуре .

— Очень приятно получить весточку от твоих родителей, Кейн, — леди Ракель была очень довольна, когда парень рассказал о том, каким энтузиазмом была встречена идея его родителей познакомиться с ней, и передал приглашение нанести ответный визит. — Пожалуйста, скажи отцу и матери, что я с удовольствием посещу вас, чтобы уже в больших деталях обговорить дальнейшее сотрудничество между нашими семьями.

Довольная, она передала дворецкому полученный подарок: толстый блокнот с обложкой из черной кожи, текстурированной под мелкую чешую, и тонкий изящный стилус, чтобы делать записи.

— Я им с радостью передам, — сдержанно ответил Кейн.

— Вот и славно! А теперь давайте откушаем, что нам Богиня послала сегодня.

Помещение заполнилось звоном тарелок и столовых приборов. Все накладывали себе, чего хотели, или просили слуг передать. К удивлению Венди и Шаан, Кейн вежливо отказался от кроликов, вместо этого выбрав обычную человеческую еду, благо с помощью Шаан он в ней уже немного разбирался. Наг очень хорошо запомнил, что Шаан не любит есть живых существ, и чтобы понравиться ей еще больше, решил воздерживаться от подобного в ее присутствии.

За столом продолжался разговор. Большей частью общались Кейн и леди Ракель. Амелия угрюмо ковыряла свою тарелку, Шаан старательно набивала рот едой, чтобы к ней пореже обращались.

Иногда лучше жевать, чем говорить! — вспомнилась вдруг народная мудрость еще докосмической эпохи. Поэтому из них двоих больше приходилось отдуваться Венди, когда Кейн или леди Ракель задавали им вопросы, чтобы вовлечь в разговор. Так требовали вежливость и этикет — развлекать гостей, чтобы им не было скучно. Но Венди не велась, отвечая односложными фразами на любые вопросы, а Шаан лишь кивала с набитым ртом, всем видом показывая, что не может говорить. В конце концов молодой наг и хозяйка дома оставили девушек в покое и погрузились в обсуждение деталей предстоящего ответного визита.

Франческа и Нина разговором взрослых не интересовались, вместо этого с неподдельным восторгом наблюдая за тем, как Нагиса глотает кроликов из своей клетки. Этот процесс живо интересовал девочек, которые до этого не видели, как питаются хищники.

— А как он в вас помещается, тетя Нагиса? А он потом выйдет оттуда? А ему больно не будет? — засыпали они ламию вопросами.

По обыкновению смущаясь, Нагиса ответила на те из них, которые могла. Объяснила, как раздвигаются челюсти нагов, когда нужно заглотить добычу большего размера, чем влезает в рот, а иногда даже большего чем сама ламия. Нет, больно кроликам не будет, потому что Нагиса использует специальную магию, чтобы никому не причинять боль. Она, Нагиса, не любит, чтобы кто-нибудь страдал.

Поняв, что кроликам не больно, девочки успокоились и Нагиса ловко сумела перевести тему, задав какой-то вопрос и полностью завладев вниманием юных ЛеКларков.

— Подскажите, а где у вас ванная комната? — спросила Венди.

Ей хотелось хоть ненадолго вырваться из удушающей атмосферы этого помещения, где живьем глотали кроликов, где Амелия постоянно сверлила их с Шаан взглядом. А еще это будет отличный шанс пройтись по коридору, отметить, что и где находится, и кто еще здесь проживает.

— Миранда вас проводит! — улыбнулась леди Ракель, и сделала служанке знак рукой.

— Прошу, следуйте за мной, — слегка поклонилась девушка.

Она дождалась, пока гостья выберется из-за стола и повела ее из трапезной в один из прилегающих коридоров. Особняк был большим и шикарным, из тех, в которых по десятку спален и несколько ванных комнат. К одной из них Миранда и повела гостью.

Но Венди не торопилась. Она шла медленно и регулярно останавливалась, делая вид, что разглядывает картины на стенах или лепнину.

— Вы идете, госпожа? — робко уточнила служанка, когда Венди остановилась в четвертый раз, с парапета второго этажа оглядывая холл, через который они вошли в здание.

— Сейчас-сейчас!

Интересно, где леди Ракель или, возможно, Амелия хранят свои секреты? — размышляла землянка.

Она была уверена, что секреты существуют. Древний род, в котором течет кровь Красных хищников, должен их иметь. Их богатство досталось им не просто так, даже если текущая хозяйка рода, леди Ракель, просто человек. В родословной ЛеКларков наверняка имелись Красные хищники, которые и сколотили все это состояние, пользуясь своим могуществом, от Ракель требовалось его просто не растранжирить. И они наверняка оставили наследие не только в виде генов Сирены в крови дочерей рода, но и какие-то другие, более ощутимые артефакты. Какими они могли быть, и какую пользу можно было из них извлечь, Венди пока не представляла. Для начала было бы неплохо найти ту самую родословную, чтобы разобраться, насколько часто в нем рождаются Сирены, и насколько далеко распространилась их кровь, когда эти девушки выходят замуж, оставляя новое опасное потомство. А еще неплохо было бы узнать, есть ли у ЛеКларков какие-то артефакты или могущественная магия, которая могла бы составлять угрозу войскам федералов, когда битва за Датиан, наконец, начнется.

Если начнется . — Поправила себя Венди. — Дрейк ведет переговоры через посредника, и вроде как дело начало сдвигаться с мертвой точки. Если Таронн примет условия нашей стороны, то шанс убедить защитницу серьезно возрастет!

— Ты заблудилась? — раздался едкий голос за спиной.

Венди стремительно развернулась, проклиная свою способность, которая не включалась, если ее обладательнице не грозила опасность. По крайней мере Амелия не собирается попытаться ее убить. Венди погладила твердую рукоятку пистолета через ткань свитера.

Амелия стояла в нескольких метрах, бесшумно подобравшись, как научилась за эти месяцы в Сакуре. Миранды нигде не было видно, вероятно, Сирена отослала служанку одним небрежным жестом.

— Следишь за мной? — сощурилась Венди.

— Просто я не забыла, как вы угрожали моим сестрам, и не хочу, чтобы кто-нибудь вдруг пострадал пока ты здесь.

— Вообще-то им угрожала Шаан.

— Я ведь не глупа! Я уже разобралась в вашей иерархии и знаю, что за всем, что делает Шаан, стоишь ты!

Лицо прекрасной девушки с платиновыми волосами перекосилось от ненависти, так долго сдерживаемой в присутствии матери.

— Как ты умудрилась заставить их подчиняться тебе? Могучие хищницы выполнят любой твой приказ! Ты опасна для меня, для них, для Сакуры и всего Датиана!

— Заставила? Амелия, Шаан и другие со мной ПОЛНОСТЬЮ добровольно. В наши ряды вступают только по желанию, заставить таких как Шаан не может ничто. Потому что если бы кто-то мог воздействовать на них принуждением, то такие кандидаты не подходили бы нам.

— Вот значит как? Значит вся банда заодно, и все вы опасны.

— Амелия, у вас с Шаан уже был разговор на эту тему, — твердо ответила Венди. — Держись подальше от нас, и будешь в безопасности. Мы готовы соблюдать вооруженный нейтралитет до тех пор, пока ты первая его не нарушишь!

— Я тоже готова соблюдать его, но только до тех пор, пока вы не пытаетесь сделать что-либо угрожающее моей семье или Сакуре. Если только я узнаю о том, что вы собрались сотворить что-то этакое. то я не остановлюсь ни перед чем, чтобы уничтожить вас!

— С каких пор тебя стали волновать высокие материи? Мы обещали, что твою семью никто не тронет, так какого демона?

— Мне, моей матери и сестричкам еще жить в этом городе, так же, как и Нагисе, и всем остальным. Теперь, когда у меня есть магия такого уровня, мне прямая дорога в Защитники Датиана, и я уже догадываюсь, от кого предстоит защищать родной город.

— Ты угрожаешь мне, Амелия?

— Просто кладу на чашу весов еще один аргумент, чтобы склонить переговоры в нужное русло.

— У нас, оказывается, переговоры?! — изумилась Венди.

— А разве нет? Ты же не хочешь сказать, что безжалостные убийцы, которым плевать на все и на всех, кроме собственных интересов, пришли просто в гости?

Венди открыла было рот, чтобы ответить, но передумала. Амелия ей, похоже, не поверит, что сегодняшний визит в ее логово это действительно просто обычный визит без всякой подоплеки. Просто потому, что Шаан нравится Кейн и она согласилась пойти с ним, даже зная, что предстоит отправиться в логово Красной хищницы.

Черт бы все побрал!

— Переговоры, Амелия, действительно ведутся. Но не здесь и не с тобой. Взрослые люди решают вопросы с самой госпожой Тамитой. Буду я представлять опасность или нет, определится только там. А ты приходи, когда таки СТАНЕШЬ Защитницей, — не удержалась Венди от подколки под конец.

Амелия стиснула кулак, побагровев, оскалившись и глядя на Венди исподлобья. Ее только что жестко отбрили, проигнорировав ее угрозы и указав на место в иерархии сил, которые боролись за контроль над Датианом, за право определять его образ жизни. Венди настороженно наблюдала за Сиреной. Казалось, в ее поведении не осталось ничего человеческого, только звериная злоба, которую она сейчас пыталась унять, отчаянно борясь с собой.

Поразительное изменение , — решила Венди, насколько Наследие изменило ее. Она сделалась безжалостной, хладнокровной. Но все же подвержена вспышкам неконтролируемого гнева, подобно зверю, который готов яростно кинутся на источник опасности, инстинктивно отвечая агрессией на угрозу .

— Что, прям здесь подеремся? — с ехидцей спросила землянка.

Шумно выдохнув, Амелия взяла себя в руки, успокаиваясь.

— Нет, — процедила она. — Предлагаю соблюдать приличия.

— Годится, — согласилась Венди. Все равно серьезная драка не обошлась бы без проблем с властями независимо от ее исхода, а простую драку не стоило и затевать. — Тебя устраивают наши условия?

— Устраивают. Вы держитесь подальше от моей семьи, а проблемы Датиана пусть Защитница решает сама.

— Вот и славно, — ухмыльнулась Венди. — Теперь, если ты не против, я таки схожу в туалет. Или ты будешь и дальше следить за мной, чтобы я полотенце не украла?

Не ответив ни слова, Амелия развернулась на месте, и пошла прочь, обратно в сторону трапезной.

Ваши условия меня устраивают. ПОКА ЧТО .

Следовало быть терпеливой хищницей. Охота на такую дичь — это настоящее искусство. Успех не достигается просто так, требуется следить, выжидать, выискивать возможности нанести внезапный смертельный удар, после которого ни Венди, ни Шаан уже не смогут подняться. И тогда уменьшить их до размеров сарделек, после чего проглотить целиком, досыта насладившись отчаянными воплями, мольбами о пощаде, и длительным трепыханием в тесном желудке Сирены, которое будет ощущаться как приятная теплая щекотка, вызывая у сытой успешной охотницы довольную ухмылку.

Венди зашла в ванную комнату, и едва дверь закрылась, с трудом удержалась, чтобы в припадке ярости не расколотить висевшее на стене панорамное зеркало.

Тварь! Настанет день, и я уничтожу тебя, и весь твой поганый род!

Пусть только Амелия даст повод! А уж за Венди и Шаан не заржавеет. На мгновение, Венди даже пожелала, чтобы переговоры Дрейка закончились провалом. Тогда еще будет возможность распустить Сирену на лоскуты.

Венди провела в ванной комнате пять минут, бесцельно открывая и закрывая воду, чтобы успокоиться. В конце концов, у нее получилось, и она вышла в коридор, где ее уже снова ждала служанка Миранда, чтобы проводить обратно. Венди хотела нарычать на девушку, но потом решила, что Сирена вполне могла использовать внушение, для того, чтобы заставить служанку уйти и не подслушивать их разговор. Сдержавшись, Венди позволила повести себя по коридору обратно к трапезной.

Подходя к двери она услышала. пение.

Разволновавшись, Венди решила, что Амелия атакует Шаан, и рванулась вперед, обогнав Миранду и запустив руку под свитер, чтобы сразу выхватить оружие. Она толкнула дверь, ворвалась в помещение и застыла.

— Это было прекрасно! — воскликнула леди Ракель, вместе с Кейном и Нагисой хлопая в ладоши.

Шаан была в порядке, а чудесное пение исполняла Франческа. И теперь она смущенно слушала похвалу от мамы и гостя. Шаан метнула на Венди угрюмый взгляд.

Человек не может петь настолько хорошо! — пронеслись в голове Венди беспокойные мысли. — А это значит, что девочка тоже Сирена! Она пробудилась , да еще в таком юном возрасте и однажды станет еще сильнее Амелии!

Назад все трое шли практически молча. Только Кейн вынес из посещения особняка ЛеКларков какие-то положительные эмоции — он договорился с леди Ракель о деловом сотрудничестве между их семьями. Шаан и Венди угрюмо молчали.

— Ладно, теперь, когда все позади, может, все же расскажете мне, в чем дело?

— А ты точно хочешь знать? — буркнула Шаан. — Меньше знаешь, крепче спишь!

— Забудь о ЛеКларках, Кейн, — поддакнула Венди. — Давай лучше поговорим о тебе.

— Обо мне?

— Да, дорогой, о тебе. Скажи, почему ты не глотал тех кроликов, которых тебе подали на стол?

Кейн нахмурился, чувствуя, что вопрос серьезней, чем кажется.

— Я не хотел огорчать Шаан, ведь она не любит есть живую еду.

— Очень хорошо. Ты последнее время часто делаешь что-то, что показывает, что Шаан тебе небезразлична. Соответственно, следующий вопрос — каким ты видишь будущее ваших отношений?

Кейн с удивлением перевел взгляд на Шаан, полагая, что зеленая нага скажет что-нибудь по этому поводу, но Шаан молчала, лишь исподлобья наблюдая за происходящим.

— Такой же вопрос я задала на раздумье и Шаан, — продолжила Венди. — Так-то мы с ней любим обсуждать парней, и тебе уже все косточки перемыли, да не один раз. Настанет день, когда Шаан определится с выбором, но я полагаю, что твое мнение тоже должно учитываться. Поэтому подумай о том, каким ты видишь ваше будущее, если ты его вообще предполагаешь. Не спеши, подумай, как следует. Я не требую от тебя ответа прямо сейчас.

— Мне не нужно думать, я ответ уже знаю заранее, — твердо сказал Кейн. — Я готов связать с Шаан свою судьбу, она хорошая девушка и я был бы рад сделать все, чтобы она была счастлива!

— Прям все-все-все? — с ехидным сарказмом уточнила Венди. — Ты ведь помнишь, что Шаан не ест кроликов?

— И неко она тоже не ест, — парировал Кейн. — К чему упоминать это?

Наг нахмурился. Ему не нравилось, что Шаан молчит, а говорит за нее только Венди.

— Я объясню тебе предельно понятно, Кейн — Шаан не ест вообще НИКОГО. Ни людей, ни неко, ни антро-кроликов. Если это разумное существо, то оно НЕ в меню Шаан. А если даже неразумное, то она уж точно не глотает их целиком, как остальные наги любят это делать.

— Ну, и что? Я вовсе не против, если она умудряется оставаться здоровой и сильной без этого, то за что мне осуждать ее? Меня полностью устраивает ее способ питания, почему бы и нет.

Парень повернулся к Шаан, чтобы обратиться прямо к ней.

— Шаан, не переживай, меня вовсе не тревожит, что ты не поступаешь, как все. В этом нет ничего предосудительного!

— А я вовсе и не переживаю, Кейн, — буркнула анаконда в ответ. — Но ты слушай Венди, самое важное она обычно приберегает напоследок.

— Ну, так вот, Ке-е-е-ейн, — протянула Венди. — Мы с Шаан воспитывались в такой культуре, где поедание других разумных существ строго настрого запрещено. Табу. Анафема. Преступление, за которым последует суровейшее наказание. Никаких кафе для монстров, никакой разрешенной охоты. Для любой из нас это абсолютно неприемлемо. И если ты реально рассчитываешь на что-то серьезное с Шаан, то это может произойти только в том случае, если и ты полностью откажешься от охоты и поглощения разумной добычи.

— Вы хотите, чтобы Я перестал охотиться? — изумился парень.

— Кейн, — сказала Шаан, — это очень серьезный вопрос. Венди права, ни о чем серьезнее прогулок раз в неделю не может идти и речи, если ты откажешься измениться и принять ту же мораль, которой пользуемся мы.

— Поэтому делай свой выбор, милый. Не спеши, не торопись, не давай ответ сейчас. Ведь это будет решение, которое может повлиять на всю твою оставшуюся жизнь. Мы не принуждаем тебя ни к чему. Просто знай, что без твоего согласия вашим с Шаан отношениям скорее всего ничего не светит. Я права? — последняя фраза была обращена к Шаан.

— Да, полностью права.

— Н-но. — изумленно протянул Кейн, — если хищник не будет охотиться, то зачахнет и может даже помрет! Как же мне быть в этом случае.

— Есть варианты. Без охоты вполне можно обойтись. Посмотри на Шаан! Крепкое здоровье, невероятная сила. Так что это не вопрос. Вопрос в том, что ты решишь. Даю две недели на размышление. По истечению этого срока мы узнаем насколько крепка ваша любовь, и насколько ты готов к самопожертвованию. А теперь извини, нам пора — нужно сегодня еще сделать пару важных дел. Идем, Шаан. Чао, Кейн.

И Венди зашагала прочь. Шаан чуть отстала, чтобы попрощаться с Кейном.

— Она говорит все верно, Кейн, — вздохнула анаконда. — Так что думай как следует.

Вдруг Шаан наклонилась к парню и сочно поцеловала его в губы. От этого приунывший было Кейн приободрился.

— Все будет хорошо, не переживай.

Она ухмыльнулась.

— Правда сегодня мне пришлось перенести немалый стресс. по многим причинам. Чувствуешь на что намекаю?

Нага наклонилась так, чтобы можно было отчетливо прошептать Кейну в ухо.

— За тобой теперь должок, и ты можешь вернуть его, если сделаешь так, чтобы наше следующее свидание прошло на все сто!

— Я сделаю! В этом ты можешь на меня положиться! — твердо сказал парень.

Шаан догнала Венди, которая неторопливо брела по тротуару, ожидая, пока наги закончат разговор и попрощаются.

— Что будешь делать, если он не согласится? — ровным тоном спросила она поравнявшуюся с ней Шаан.

— Тогда ни о чем серьезном не может быть и речи. Я не смогу переступить через собственную мораль и завести семью с хищником-людоедом. Так. максимум небольшой курортный роман.

— Осуждать не буду, — хмыкнула Венди, — все-таки как мужчина он весьма хорош.

Она нахмурилась.

— А теперь идем, нужно будет поговорить с Дрейком о ситуации, заодно расскажем ему, что Сирены в Датиане интенсивно плодятся. Амелия, вон, младшую сестру свою уже инициировала! Вот и спросим генерала, что нам с этим делать.

Петра выскочила из автобуса, и сразу принялась искать глазами фигуру Самуса. Обнаружив волка, скромно ожидавшего ее в сторонке, чтобы не мешать потоку людей, помахала рукой. Самус помахал в ответ, и Петра зашагала к нему с улыбкой на лице.

Парень держал слово. Он каждый день провожал ее в Сакуру и встречал после занятий. Теперь весь район знал, что она девушка хищника, да к тому же авторитетного на районе, поэтому проблем у нее не возникало даже теоретически. Сама Петра была не против такой постановки вопроса, не опровергая сложившееся мнение. Вряд ли Самус планировал всерьез встречаться с ней, но почему бы и нет?

Конечно, она была в курсе гипотетической опасности подобных отношений, но они с Самусом были знакомы с детства — Петра была уверена, что ее-то разводить друг детства не станет.

Со временем что-то стало меняться в их отношениях. Каждый раз, пока они шли к остановке или от нее, выпадало время пообщаться друг с другом, иногда они даже задерживались по пути домой, чтобы провести вместе больше времени. Самус знал укромный угол — подсобку в одной из многоэтажек, ключи от которой были только у него. В подсобке был небольшой балкончик, на котором можно было посидеть, глядя на улицу с высоты десяти этажей, поболтать и помечтать.

— Зайдем?

— Давай!

Сначала Петра напрягалась, но Самус так и не сделал ничего такого, что давало бы повод хвататься за баллончик или шокер, и постепенно девушка поняла, что он действительно воспринимает ее как равную.

Поэтому она стала спокойно приходить с ним в это место, чтобы отдохнуть от напряжения, вызванного необходимостью постоянно быть бдительной в Сакуре, все время находиться начеку. За ту неделю, что она проучилась, пропала только одна девушка, но даже это оказало на новенькую впечатление. Вглядываясь в лица встреченных в коридоре или аудиториях хищников, она пыталась угадать, кто же из них сделал это. Пыталась представить себя на месте пойманной и беспомощной лани, которую обездвижили и волокут в один из многочисленных укромных закоулков Сакуры, чтобы оборвать ее жизнь.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — посочувствовал девушке Самус, когда она рассказала ему об этом случае.

— Неужели? — усмехнулась Петра. — Тебе-то откуда понимать? Ты же сам хищник!

— С не очень высоким социальным положением. Мы с тобой находимся на самом низу общественной пирамиды, и это тоже своего рода опасность. Я стараюсь, очень сильно заработать каких-то денег, чтобы подняться из этого дна. Чтобы мне не пришлось жить в бедности до конца своих дней. Мне, и той девушке, с которой я бы хотел связать свою судьбу.

Волк выразительно посмотрел на Петру, но человеческая девушка не придала значения этому взгляду. Не на нее же он намекает, как на будущую пару! Конечно, биологическая совместимость видов на Карвонне позволила бы им создать полноценную семью, завести детей. Но зачем, когда у него будет предостаточный выбор из волчиц его вида. Волки достаточно распространены, и им не нужно десятилетиями искать подходящую пару, как это приходится делать драконам, например. Такому красавцу, грозе района связать свою судьбу с ней, простой человеческой ланью, которая неизвестно доживет ли до конца обучения. Да не смешите!