школа для чудовищ

После того, как Эйприл рассказала целиком свою историю, Софии пришлось в ответ рассказывать свою. Девушка поведала их с Шаан историю с самого начала, вызвав у экзорцистов восхищенные возгласы.

— Ничего удивительного, что вы стали так близки! — прокомментировала услышанное Эйприл.

— О, да! Мы теперь друзья! — воскликнула София. — Правда же, Шаан?

Множество любопытных глаз обратилось на темно-зеленую анаконду.

— Мы не просто друзья, София, — улыбаясь сказала Шаан, потрепав девушку по волосам. — Ты мне теперь как дочь! Особенно после того, как я лично у Умбры приняла роды, в твой второй день рождения!

— Ага. ха-ха-ха, — неуверенно рассмеялась София, не зная, как к такому относится. Пережитый ужас поблек со временем, сменившись лишь легким ощущением тревоги каждый раз, как она вспоминала об этом событии. Но дочь? Действительно ли Шаан считает себя ее, Софии, второй матерью?

— Эта Умбра, — недовольно пробормотала Анна, — как насчет познакомить меня с ней? Я имею жгучее желание втащить ей в морду.

Женщина многозначительно похрустела костяшкам пальцев, разминая кулаки.

— Анна! — взвилась Кризис. — Так нельзя делать! Родители должны вести себя в Сакуре так, будто здесь Безопасная Зона! Ты не можешь нападать на других учащихся!

— Да-да. — раздраженно процедила Анна. — Это только ЕЙ можно нападать на тебя, да?

— Не волнуйся! Я их всех побью, если нужно! — уверенно сказала блондинка. Она приникла к Анне, обнимая женщину за торс. — Ты такая добрая ко мне всегда, защищаешь меня! Но я справлюсь с Умброй! Они, в конце концов, всего лишь дети.

Всего лишь дети? — София посмотрела на блондинку скептически. Даже хищницы-первокурсницы уже были вполне развитыми хищниками, которые при случае могли бы справиться и с взрослым человеком. Некоторые из их с Шаан одногруппниц точно ходили в охотничьи угодья время от времени, особенно после того, как Шаан усложнила охоту в их корпусе до предела.

Кризис продолжала что-то щебетать, и раздраженная Анна постепенно успокаивалась, неохотно поддаваясь на увещевания, и лишь недовольно бормоча в ответ.

— Они тоже как будто семья, — прошептала София, наклонившись к Шаан. — Но ты говорила, что Анна не ее настоящая мать?

— Нет, конечно, — тоже шепотом ответила Шаан. — Они как Эйприл и Айрис — учились вместе, и теперь сражаются вместе. Дружба, которая возникла когда-то между ними, не заканчивается, а только крепнет.

София с сомнением посмотрела на странную пару таких разных по характеру людей.

— Да-да, я представляю, о чем ты думаешь, — ухмыльнулась Шаан. — Но эти двое ИДЕАЛЬНО дополняют друг друга. Их дружба — это магия. Как у пони.

— В это трудно поверить, — сказала София. — Анна выглядит такой строгой и очень. умной. А Кризис, она веселая и добрая, и всегда готова всем помочь, однако. Не обижайся, если я скажу, что она кажется немножко глуповатой.

— Понимаю. Но она не глупая София, просто мыслит по-другому. Это. такая другая логика, хоть и не всегда пригодная для повседневной жизни, но. За все то время, что я их знаю, я уже не раз успела в этом убедиться.

— А как ты познакомилась с ними?

— О-о-о. — протянула Шаан, растягивая губы в мечтательной улыбке. — Это было давно, когда я еще только пришла в подразделение Венди, сразу оказавшись среди их элиты, благодаря моим. способностям. Я встретила Анну и Кризис в первый же день.

— Всем привет! — радостно воскликнула голубоглазая блондинка в белой блузе и голубых джинсах. — Как здорово, что вы все сегодня здесь с нами! Меня зовут Кризис.

— Тебя зовут не Кризис! — послышался раздраженный окрик.

— Не Кризис? — блондинка посмотрела в сторону, удивленно хлопая глазами.

— Бля, подвинься! — обладательница грубого голоса, желтоглазая девушка с фиолетовыми волосами, бесцеремонно оттерла блондинку плечом от микрофона на стойке.

— Я — майор Анна Демора, и я возглавляю звено Хищник , состоящее из штурмовых Титанов класса Альфа. А это — капитан Дженна Дженсен, с позывным Кризис . По некоему Великому Космическому Недоразумению, она является моим ведомым и вторым номером нашего звена.

Блондинка обиженно надула губы и демонстративно сложила руки на груди. В толпе прибывших раздались смешки, и молодая зеленая нага тоже усмехнулась.

— Я знаю, о чем все подумали, — зловещим тоном продолжила майор Демора, — однако капитан Дженсен только кажется глупой и веселой. Есть во вселенной кое-что, что она умеет делать хорошо — это ломать кабины и крошить черепа всем, кто выйдет против нее на поле боя! И теперь, когда вы ступили в ряды нашей специальной оперативной группы, вам предстоит научиться делать то же самое. А значит, предстоит прослушать курс лекций по нашей тактике боя. И сейчас моя напарница проведет с вами вводное занятие. КАПИТАН ДЖЕНСЕН, прошу Вас.

— Хмм. — задумчиво произнесла София, выслушав рассказ Шаан. — Ты пришла совсем новичком, а теперь у тебя звание генерала, выше, чем у Анны?

София уже немного разбиралась в званиях Федерации и удивилась тому, как быстро Шаан поднялась по цепи командования.

— Все верно. У Анны и Кризис опыта все равно больше, но Ауксилии наг нужен был лидер, а я проявила себя быстрее и лучше, чем другие. Так вот и стала командовать другими нагами.

Шаан метнула взгляд на Кризис, заметив, что блондинка задумчиво смотрит куда-то в сторону. Мимо них прошла девушка с родителями. Они ели мороженое из вафельных стаканчиков, и Кризис проводила их взглядом, затем повернулась к Анне.

— Анна!

— Ммм?

— Скажи, а ты будешь мороженое?

Анна хотела ответить что-то язвительное вроде лучше водки , но заметила, как взволновано смотрит на нее Кризис. Блондике очень хотелось сделать что-то хорошее для своей подруги в честь такого особенного дня, и ей казалось, что она нашла отличный вариант.

— Конечно, буду, Кризис, — как можно более честным тоном сказала Анна.

— Я мигом!

И Кризис унеслась на другой конец двора, где для угощения студенток и гостей администрация Сакуры выкатила холодильник с мороженым.

— Смотри, — шепнула Софии Шаан, — сейчас все сама увидишь.

Через несколько минут Кризис примчалась обратно, ловко лавируя в толпе.

— Анна, я принесла!

— Спасибо, Кри. Что? Целый ящик?

Обеими руками блондинка держала картонный ящик, в котором доверху были навалены разноцветные упаковки.

— У них оказалось столько разных вкусов, а я забыла спросить, какой именно ты хочешь, — виноватым оправдывающимся тоном объяснила блондинка. — Поэтому я взяла каждого вкуса по одному, вот!

Анна поглядела на напарницу испепеляющим взглядом, но расстраивать ее язвительными комментариями не решилась. Заглянув в ящик, женщина выбрала одну из упаковок. Осталось еще около полутора десятков. Кризис недоуменно поглядела на них, в ее светлую голову только сейчас закралась мысль, что остальное мороженое надо куда-то девать.

— Что ты будешь делать с остальными упаковками? — спросила Венди, с трудом сдерживая смех.

— О! — просияла блондинка. — А кто-нибудь из вас будет мороженое?

— Конечно.

Кризис поставила ящик на стол между тарелками, и присутствующие с веселым гамом быстро разобрали большую часть мороженого. Несколько оставшихся упаковок Кризис безвозмездно раздала проходившим мимо девушкам.

На некоторое время вокруг их столика воцарилось непринужденное веселье, которое, впрочем, быстро закончилось, когда получившие мороженое девушки отошли, оставив группу Шаан в покое, но не забыв, при этом, поблагодарить Кризис.

Венди задумчиво ела мороженое, глядя, как блондинка веселится, общаясь со всеми подряд.

— Бывает же. — пробормотала она, когда Кризис вернулась за стол.

— Бывает что? — настороженно переспросила Анна.

— Нормальная жизнь. Вот она, совсем рядом. Люди живут, радуются, влюбляются.

— А еще их могут съесть хищники, — недовольным тоном отметила Анна.

— А у нас дома можно под машину попасть, — парировала Венди.

— Ну, такова доля наша.

— Эх. Но ведь это не навсегда, Анна. Что бы ты делала, если бы оказалась вдруг на гражданке?

Полковник Демора задумчиво хмыкнула. София заметила, что разговор ей неприятен. Она глянула на Шаан, и увидела, что лицо у наги еще серьезнее, чем обычно.

— Открою автомастерскую, — пошутила Анна. — Буду там копаться, чинить пикапы и трактора для фермеров, и фуры для дальнобоев. Всю жизнь об этом мечтала, — добавила она с едким сарказмом.

— О, Анна, ты мастерскую собираешься открыть? — удивленно спросила Кризис, которая увлеклась своим стаканчиком мороженого и услышала только последнее слово. — И уйдешь в отставку тогда?

— Ага, как только тебя замуж отдам, — ухмыльнулась Демора, — наплодишь детишек, будешь хозяйством заниматься.

— А мы сможем тогда видеться с тобой? Ну, когда я буду замужем, и у меня будут дети? — грустно спросила блондинка. Через секунду ее лицо просияло. — О, я придумала! Мы поселимся рядом, и я буду в гости к тебе приходить вместе с детьми, да?

При мысли о том, что ходячая катастрофа Кризис, которую на двадцать метров нельзя подпускать к станкам, будет приходить к ней в автомастерскую, да еще и отпрысков своих приводить, Анне чуть не стало плохо. Венди и Шаан при виде этого только рассмеялись.

— В любом случае, такие, как мы, в отставку не уходят. Конфликт с Империей продолжается, и будет длиться, вероятно, еще десятилетия. И мы не можем просто взять и все бросить! Положение и так тяжелое, хуже некуда. Последняя война разрушила целые сектора, прервала связность наших территорий, привела к появлению самопровозглашенных государств, пиратов, сектантов, на нас совершают набеги враждебные расы. Так что. никто, кроме нас! И так до самого конца — или мы их, или они нас!

— Все верно, — с тоской согласилась Венди. — Империя напала на мой мир, когда мне было всего шестнадцать, как большинству здешних первогодок сейчас. Моя семья погибла, я пошла добровольцем в ополчение. Первый бой, поражение и смерть. Затем пробуждение Силы. И с тех пор я на войне каждый день, из одной горячей точки в другую, лишь иногда перерыв, чтобы передохнуть. И вот я уже генерал-лейтенант, а ведь мне всего двадцать шесть лет! Но. война продолжается, и моя месть имперцам еще не завершена. Я буду идти по этому пути до самого конца! До тех пор, пока однажды в моем личном деле напротив фамилии не будет написано кэй ай эй .

— Та же фигня, — буркнула Анна.

— Аминь, блять, — процедила Шаан, поднимая стакан.

Втроем, женщины чокнулись стаканчиками с апельсиновым соком, и немедленно выпили.

Только Кризис сидела грустная и задумчивая, рассуждения о том, чем обычно кончается путь воина повергли ее в уныние.

— Анна, — осторожно спросила блондинка, — а если я замуж выйду, ты тогда сразу в отставку уйдешь?

Анна закашлялась, поперхнувшись последними глотками сока.

— Ты только не вздумай учудить чего-нибудь этакого, слышишь? — недовольно сказала она, отставляя стакан. — Если замуж, то только за любовь до гроба! И что б нормальный парень был! Я лично смотрины проводить буду.

— И калым пусть заплатит, да немаленький, — добавила Шаан, и все снова рассмеялись.

— Хватит уже, — сказал, подходя к столу, Пиксар. — А то начали за здравие, а кончили за упокой. Давайте еще по стаканчику и будем собираться, наше время подходит к концу.

Родительский день подошел к концу. Гости Сакуры разъехались, студентки разошлись по домам или вернулись в общежития. Завтра снова начнутся занятия, а мораторий на охоту будет снят, и Правила начнут действовать опять. Сегодня последний спокойный вечер перед тем, как все вернется на круги своя.

Тайли и Марта вернулись в свою квартирку, и принялись готовиться ко сну. Сейчас Тайли сидела на диване и смотрела телевизор. Из ванной доносился шум воды — Марта купалась.

Суккуба взяла пульт и переключила канал, с удивлением уставившись на древний сериал еще докосмической эпохи, непонятно как забредший в эти края. На экране два молодых человека выясняли отношения из-за девушки. Они спорили, истерично перекрикивая друг друга.

— Она любит тебя! Думает, что любит тебя!

— Да она не может любить меня!

— Вы оба идиоты! — раздался за кадром голос девушки. — Я ни одного из вас не люблю!

— Ах-ха-ха-ха! — в голос заржала Тайли, хлопнув себя по коленке.

Дальнейший просмотр сериала был неинтересен, и все еще похрюкивая от смеха, Тайли переключила на следующий канал.

На экране возникло лицо Дрейка, дававшего журналистам какую-то пресс-конференцию. У него за спиной виднелись надписи центра по связям с общественностью города Датиана, а перед землянином собрались журналисты не только из города, но и из различных прилегающих миров. Все они нетерпеливо протягивали микрофоны, чтобы не пропустить ни слова.

— И я еще раз хочу сказать, что вопреки возникшему мнению, Земная Федерация вовсе не является враждебным образованием народу Карвонны и гражданам города Датиана. Да, действительно многие люди из других миров, и из нашего мира в том числе, неодобрительно смотрят на имеющие место традиции в обществе Карвонны, где поедание разумных видов стало общепринятой нормой. Но мы по-прежнему рассчитываем хотя бы на небольшое послабление существующих порядков, исключительно в целях укрепления взаимопонимания между нашими народами, развитию межмирового сотрудничества и укреплению безопасности против возможных общих. угроз. Недавно представленный нами проект новой пищевой добавки, с оговорками получивший испытательный срок для определения ее влияния на здоровье граждан-хищников и на социальную обстановку в городе, служит вовсе не подрыву способностей хищников проводить охоту или сражения, а предназначен исключительно для демонстрации того, что охота вовсе не является обязательным атрибутом общества. Мы выступаем за терпимость к любому виду, любой расе, полу и возрасту, и хотим показать, что.

— мех! — поморщилась Тайли. Что-то Дрейка стало много в новостях последнее время. Все увещевает, надеется обойтись без крови.

Тайли выключила телевизор, услышав, что шум воды в ванной прекратился. Марта открыла дверь и вышла в зал, одетая только в халат. Девушка сушила мокрые волосы полотенцем.

Увидев Тайли, она остановилась в нерешительности. Они обе только недавно вернулись домой, проводив наставницу Тайли, госпожу Сайтану. Сейчас они снова наедине, и Марта не очень понимала, как ей себя вести. Сказанные высшей суккубой слова всплывали в памяти снова и снова.

Тайли, заметив ее замешательство, похлопала по дивану рядом с собой, приглашая сесть. Марта вздрогнула, заметив, что молодая суккуба опять смотрит на нее тем загадочным взглядом, который кудрявая девушка часто на себе ловила. Тогда она думала, что Тайли хищница, и это лишь голодный взгляд охотницы, которая живет в одной квартире с добычей, но вынуждена сдерживать свои инстинкты. Теперь же, после сказанных госпожой Сайтаной слов, Марта, кажется, начала понимать, что означает этот взгляд.

Отложив фен в сторону, Марта нерешительно присела на краешек дивана, на расстоянии от Тайли. Суккубу это, конечно же, не устроило, и она быстрым рывком оказалась рядом с человеческой девушкой. Марта вздрогнула, опасливо поглядев на соседку. А та глядела на Марту жадным взглядом, ощупывая глазами халатик, скрывавший ее стройную фигуру и большие округлые груди.

— Ты. ты беспокоишься о чем-то, Марта? — хриплым голосом спросила Тайли, с трудом переведя взгляд на лицо девушки.

— Скажи, Тайли, — решилась спросить Марта, — что имела в виду твоя госпожа, когда спрашивала, не наложница ли я?

— Марта, сладость моя, — заворковала Тайли, — ты же понимаешь, что секс играет большую роль в жизни демонов моего вида — суккубов. Высшие или низшие, взрослые или молодые — всем нам это нужно. Это не просто зов плоти — это состояние эмоций, непреодолимое желание, которое нужно удовлетворять.

— Обязательно? — вздрогнула Марта.

— Ты не представляешь, как долго я этого ждала, измучилась вся! Госпожа была довольна моей службой, и одобрила наш союз.

Марта со страхом попыталась отодвинуться от Тайли, но демон обхватила ее за талию и притянула к себе.

— Тайли! Венди не разрешит! — попыталась воззвать к благоразумию перепуганная девушка.

— Разрешит! При условии, что ты не будешь против.

— Я против!

— Ну-ну-ну! Не бойся, моя сахарная, моя сочная красавица, мое кудрявое чудо, я не сделаю тебе больно. Ты увидишь, как тебе будет хорошо, и не захочешь быть против, клянусь! Расслабься прелесть моя, моя хорошая, моя вкусная печенька с медом, моя хорошая девочка, котеночек, птичка, мое храброе солнышко.

Тайли все так же крепко держала девушку за талию, придвигаясь все ближе и ближе. Сердце Марты учащенно колотилось, ситуация смущала ее, она чувствовала страх, но одновременно и возбуждение.

Когда их лица сблизились так, что между ними оставалось сантиметров пять, и Марта взглядом буквально утопала в глазах суккубы, Тайли резко наклонилась вперед и впилась ей в губы поцелуем.

— Тай. мммффф. — протестующе замычала Марта, которой длинный язык суккубы проник в рот, принявшись вовсю там хозяйничать.

Тайли ловко целовала свою подопечную, не оставляя той шанса контролировать ситуацию. Марте приходилось отвечать на настойчивые поцелуи, зажмурив глаза.

Наконец, человеческая девушка нашла в себе силы решительно оттолкнуть наглую суккубу.

— Тайли, так нельзя! Мы же обе девушки! — слабо запротестовала она, чувствуя головокружение и легкость в теле.

— Это все, что тебя волнует, хе-хе? — Тайли хихикнула, хитро улыбаясь. — Не волнуйся, это легко поправимо.

— Как это?!

— Так же, как я маскируюсь среди людей, пряча свои когти, рога, крылья и все остальное. Точно так же, с помощью магии моего народа, я могу сделаться кем захочу! Р-раз, — суккуба щелкнула пальцами, и по ней пробежали желтые всполохи магии, — и теперь девушка из нас только ты!

Суккуба снова прильнула к своей жертве подруге, и Марта ощутила, что теперь ей в бедро упирается что-то твердое.

— Хочешь, я превращусь в любого красавчика из телевизора, который всегда тебе нравился? Только скажи! Хотя, конечно, я бы предпочла свой настоящий, первозданный вид.

Марта не ответила, тяжело дыша. Девушка все еще пыталась справиться с шоком. В ее голове хаотично метались мысли.

Тайли тут же приняла молчание за согласие, и снова перешла в наступление. Она снова впилась кудряшке в губы поцелуем.

— Т-тайли. подожди. не надо. — сбивчиво бормотала Марта в те мгновения, когда ей удавалось вздонуть.

— Ш-ш-ш, тише, все хорошо, — шептала Тайли в ухо человеческой девушке.

Суккуба надавила рукой партнерше на плечо, вынуждая Марту лечь спиной на диван. И тут же суккуба оказалась сверху. Она целовала девушку, прерываясь, чтобы провести губами или языком по ее тонкой шее. Марта дрожала, не смея сопротивляться, только жалобно смотрела на Тайли, словно умоляя не делать ей больно.

— Не бойся, милая, мой маленький кудрявый ангел, — шептала Тайли, покрывая быстрыми поцелуями ее лицо.

Ладошка суккубы скользнула вверх по ноге человеческой девушки, отодвинув полу халата, затем уперлась в коленку, отводя согнутую ногу немного в сторону. Та покорно позволила это сделать, похоже, смирившись с тем, что сейчас должно произойти.

— Во-о-от. Не бойся, расслабься, — продолжала ворковать Тайли. — Все будет хорошо, тебе будет приятно. Мы будем вместе, будем любить друг друга, ты станешь моей девушкой, а затем — первой женой моего гарема.

— ЧТО?! В каком это смысле ПЕРВОЙ?! — взвизгнула вдруг Марта, принявшись решительно выворачиваться из-под Тайли.

В результате этой резкой вспышки активности Тайли не удержала равновесия и обе девушки кубарем покатились с дивана.

— Так у вас там в ходу ГАРЕМЫ?! — взревела Марта. — То есть, я буду не единственной, а ОДНОЙ ИЗ?!

Глядя на ее взбешенное лицо, Тайли съежилась, недоуменно хлопая глазами.

— Ээ. Ну, да.

— И сколько девушек у вас положено иметь в гареме?

— Ну, чем больше, тем лучше, конечно. Ведь гарем это лицо любой суккубы — чем он больше, тем выше ее статус в обществе. Ну, и красивые мальчики в гаремах тоже бывают.

— Так у вас еще и мальчиков трахают?! Ну, нахер! — решительно заявила Марта, бросившись обратно в ванную.

— Марта! — воскликнула Тайли, вскочив с пола и бросившись вслед за девушкой, но наткнулась только на закрытую дверь. — Давай поговорим!

— Уходи Тайли, я в бешенстве и не собираюсь с тобой разговаривать!

— И как ты это себе представляешь? Мы в одной комнате живем!

— Сегодня я буду спать в ванной!

— Ну что ты чудишь? Марта!

— Отстань, Тайли! Найди себе в гарем каких-нибудь других девочек или мальчиков, или. или. кого-нибудь еще!

Тайли отчаянно захотелось вырвать дверь с петель, но усилием воли она сдержалась. Нельзя! Марта должна согласиться добровольно. Ну, или хотя бы почти. Таково условие Венди, поставленное ее госпоже. Никакого принуждения с помощью силы, магии или шантажа!

Узнаю — рога поотшибаю, и вставлю тебе в. — вспомнила суккубочка угрозу Венди.

— Ну, Марта-а-а-а!

В ответ из-за двери послышалось только возмущенное сопение.

Тайли уперлась в дверь ладонью одной руки, а вторую просунула под юбку, сжав болезненный стояк. Не помогло, и, задрав лицо к потолку, суккуба тихонько застонала сквозь стиснутые зубы.

Шаан терпеливо слушала, как бушует Меррил, которая до сих пор отходила после встречи с матерью.

— Никто! Я для нее никто! Просто кусок мяса, который нужно выгодно продать! — девушка ходила из угла в угол, в негодовании заламывая руки.

— Мы не виделись столько времени, и весь день ее интересовали только мои оценки! И только мои шансы на выживание! Дочь, ты точно уверена, что тебя не съедят до конца обучения? Тьфу!

Шаан и София сидели на диване, провожая мечущуюся девушку взглядами. Постепенно Меррил успокоилась, и устало присела рядом с ними.

— Я сочувствую тебе, Меррил, — искренне сказала Шаан. — Неужели у вас в семье ко всем детям отношение такое? Кого-то же она любит как мать?

— Любит, — горько произнесла девушка. — В большинстве семей любят, в основном, первых пару детей, а остальные уже рассматриваются как ресурс, который можно использовать. Когда ребенок один, или их два, то их любят, за них боятся и переживают. А когда детей уже пять, шесть или больше, как у нас заведено, то на всех материнской любви перестает хватать. Такие дела.

— Твои младшие сестры в безопасности? Их не станут продавать?

— Не станут, вроде. Я дала немного денег. А с моим уходом, финансов хватает, чтобы платить за всех. С моим уходом, понимаешь?! — в отчаянии воскликнула Меррил. — Я была просто обузой, от которой не было никакого проку! Как сюда переехала жить одна, так сразу семье стало легче. Какая уж тут любовь.

— Мда. — Шаан задумчиво пожевала губу. — Послушай, я не очень многим могу помочь. Материнскую любовь в людях я вызывать не умею. Поэтому ты держись, не наделай чего глупого, хорошо?

Меррил покивала, свесив голову. Руки девушки безвольно лежали на коленях. София и Шаан смотрели на нее с жалостью.

— Если тебе плохо, если нужна помощь, и не с кем поговорить, — мягко сказала Шаан, — то ты ВСЕГДА можешь прийти ко мне. Я выслушаю, я пойму, я поддержу. Хорошо?

Меррил подняла голову, глянув на нагу влажными от слез глазами.

— Я верю тебе Шаан. Спасибо.

Нага подползла к ней ближе и обняла, погладив по голове.

— Ты среди своих, Меррил. Как София и остальные наши подопечные. Это тоже как семья. И если будет очень тяжело, то мы всегда поможем. Ты теперь одна из нас, а мы не бросаем своих.

София подсела к ним, и вдвоем они утешали Меррил некоторое время. Девушка наплакалась, погоревала, выговорилась, и постепенно успокоилась. Ее выслушали и поддержали, и нервный срыв отступил, сменившись апатией. Сейчас больше ничего нельзя было сделать, но Шаан сделала себе заметку в памяти проконсультироваться с Венди по поводу психологической помощи.

Когда Меррил отправилась спать, Шаан и София остались одни. Их кровать в углу зала уже была застелена, но подруги еще не ложились, обсуждая прошедший день и предстоящий поход в джунгли.

— Что ж, — сказала Шаан, — ты видела некоторых из моих настоящих друзей. Впечатлилась?

— О, да-а-а! — искренне ответила София. — Очень впечатлилась! Особенно впечатлила госпожа Сайтана, а также история Эйприл и Айрис.

— Эйприл и Айрис молодцы — серьезные рассудительные профессионалы своей профессии. А Сайтана. она противоречива.

— Как это?

— Ну. для многих она выглядит жутковато, ее поступки вызывают замешательство. Но она мудра и по-своему добра, насколько может быть добрым демон. Ты узнаешь ее получше и перестанешь бояться, я уверена.

— Спасибо.

— Ну, и теперь, когда ты знакома с такими странными персонажами, думаю, ты точно готова отправиться в джунгли, чтобы оказаться в нашем логове?

— Так точно! — воскликнула София, приложив ладонь к виску в шутливом салюте.

Шаан рассмеялась.

— Тогда на вечер пятницы и все выходные ничего не планируй. Ты купила то, что я говорила?

— Да!

— Показывай.

София вывалила из пакета всяко разно, что может пригодиться в походе по джунглям, от непромокаемых спичек и фаеров до различных мазей от гнуса или кровоподтеков. Помимо мелочи имелся небольшой рюкзак темно-зеленого цвета, панама, теплые носки.

Шаан взяла еще один большой куль, и вытащила из него какую-то зеленую пятнистую тряпку.

— Это что? — удивленно спросила она.

— Это. — замялась София. — Я когда покупала всяко-разно, то заскочила в один бутик и купила этот камуфляж.

— На нем написано гукки!

— Ах-ха-ха! Ну, да. Камуфляж от Гуччи — гуччифляж.

Шаан потянула гуччифляж руками в стороны, глядя, как растягивается ткань.

Святые макароны! Да это ж китайская синтетика! Как она вообще сюда попала?

Брезгливым движением нага отбросила тряпку на пол.

— Эй!

— Будешь носить тот камуфляж, что Венди тебе дала, понятно?

— Так точно.

— А этот в следующий выход в город сдашь обратно. А теперь спать.

Они выключили телевизор, залезли под одеяло и погасили свет. София уже привычно прижималась спиной к Шаан, позволяя наге обвить себя хвостом, который особенно любил тепло.

— Шаан, скажи. — неуверенно начала девушка.

— Что?

— А то, что Венди и Анна говорили про отставку. Это правда, что они все погибнут? Что никто не доживет до того времени, когда можно будет оставить все и пойти домой?

Шаан немного помолчала, обдумывая ответ.

— Они. преувеличивают, София. Не все идут так до конца. Простые солдаты служат несколько лет, потом уходят. Даже на войне никто не может воевать вечно. А Венди и остальные. Их судьба тяжелее, чем у обычных солдат. Наше подразделение элита, которая идет до самого конца. Они не обязательно погибнут. Венди, Анна и остальные наши бойцы — сильные и опытные воины. У них больше шансов победить врага, чем погибнуть. А если даже окончательная победа и отстоит от нас на десятилетия, то все равно в войне реально однажды добиться ситуации, когда она будет казаться почти миром. Когда враг будет слаб и отброшен достаточно далеко, Венди и Анна смогут уйти, передав ответственность следующему поколению воинов.

— Мне стало легче.

— Рада помочь, — ухмыльнулась нага. — А теперь спи.

Глава 45. Серебристая

Это уже просто смешно , — подумала про себя Моника, серебристый кролик породы лапина.

Она успела только представиться своим однокурсницам из школы Сакура, куда перевелась на этой неделе, и сразу же заметила, как на нее смотрит сидящая в первых рядах нага. Не то, чтобы она не была к этому привычна — на нее пялились и пускали слюни, сколько Моника себя помнила. Когда Монике исполнилось четырнадцать, ее семье начали предлагать за нее безумные суммы денег, и чем дальше, тем больше.

Она долго не понимала почему, пока не начала посещать школу Ирис, и первая же нага рассказала ей. Серебристые кролики — редчайший деликатес, с запахом, от которого текут слюни, и с незабываемым вкусом. Они крайне редко рождались у обычных родителей, так же редко, как альбиносы среди людей. Согласно легенде, когда-то их разводили и подавали на стол только древним королям-драконам. И когда короли Драконов пали, серебристых лапин съели практически всех до последней — лишь нескольким удалось убежать и прожить достаточно долго, чтобы оставить потомство с дикими кроликами. От такого потомства часто избавлялись, ибо они привлекали хищников, и представляли опасность для стаек. Монике повезло родиться в одной из деревень кроликов вокруг Датиана. Она никогда раньше не покидала деревню, ведь ее родители хорошо понимали, чем это может кончиться.

Ее пытались похитить пять раз, но браконьеров каждый раз ловили. Это не мешало спасителям Моники тут же начинать исходить слюной и прямо в присутствии девушки предлагать ее родителям огромные суммы денег в качестве выкупа.

Но родители упрямо не соглашались продавать дочь. Моника выжила и из девочки превратилась в красивую девушку с божественной фигурой, грудью третьего размера, округлым задом, длинными тонкими ногами и руками. Длинные серебристые волосы обрамляли приятное красивое личико с большими синими глазами, маленьким носиком и небольшими губами. Уши Моники были чуть длиннее, чем у большинства кроликов, и были покрыты мягким серебристым мехом, так же, как и ноги и предплечья рук. Завершал картину маленький хвостик, кисточкой торчавший сзади через специальную прорезь в школьной юбке. Моника была хороша, и она это знала. Но при этом она была одинока — другие кролики избегали ее, опасаясь, что на них и их совместное потомство будут чаще охотиться. Поэтому Моника свободно общалась только с родственниками, родителями, братьями и сестрами, и все.

Девушка была умна и талантлива, поэтому и оказалась здесь. Чтобы выбраться из ловушки, в которую Монику загонял ее легендарный статус, она хотела выучиться на дипломата, чтобы покинуть Датиан, и получить шанс завести семью в другом мире — мечта, исполнив которую, она сможет уйти в небытие спокойно. Никаких иллюзий о том, как ей предстоит умереть, девушка не питала. Она надеялась избежать попадания в Сакуру, но все же на нее пал выбор во время очередного набора . И теперь, глядя, как смотрят на нее Умбра и остальные девушки-хищницы, она чувствовала, как сгорают в пламени ее мечты.

Надо было добровольно в кафе сдаться в тот день, когда я получила уведомление о переводе , — грустно подумала она. Она не хотела умирать так скоро.

Но каковы мои шансы дожить до выпуска? Со школой, превращенной в охотничьи угодья, с кучей хищников на них, это только вопрос времени .

Джессика нахмурилась, заметив то, что казалось самой идиотской слежкой из всех, что ей доводилось видеть. Красивая девочка-кролик, недавно переведенная в Сакуру, шла по коридору. А за ней плелась целая ватага ее хищных одногруппниц. Охотницы бросали друг на друга раздраженные взгляды, не обращая внимания, как глупо они выглядят со стороны и сколько удивленных взглядов получают от других ланей и преподавателей. Красная Хищница решила, что пора кому-то вмешаться.

— Я могу вам помочь, мисс? — спросила она, подойдя к странной лапине, и дыхание тут же перехватило, когда в нос ударил запах.

У лани был самый лучший запах, который ей когда-либо доводилось обонять.

Так. спокойно. Спокойно! Нельзя пускать на нее слюни, как девчонка в кондитерском отделе!

Вампир сумела взять себя в руки и натянуто-дружелюбно улыбнулась кролику, которая ответила подозрительным взглядом.

— У тебя сейчас математика? Следуй за мной.

Джессика проводила девушку по коридору до ее аудитории. Убедившись, что там уже достаточно Зеленых, чтобы можно было ее оставить, вампир закрыла дверь, и обернулась, чтобы уходить, тут же столкнувшись с толпой разгневанных девушек-хищниц разных рангов, от Желтых нэко до Умбры, и даже вульпины Рены.

— Может у тебя и Красный ранг, вампир, но ее ты не получишь! — прошипела Умбра. — Твоя попытка провалится!

И нага грубо протиснулась мимо ошеломленной старшекурсницы вместе с Реной и еще парой девушек. Остальные, кому вход в аудиторию на занятие чужой группы был заказан, с завистью смотрели им вслед, пока пристальный взгляд красных глаз Джессики не отпугнул их, вынудив, наконец, разойтись. Задумавшись, что могло так завести обычно вежливую нагу, Джессика побрела по коридору в свою аудиторию.

За обедом в столовой Джессика обнаружила, что Лапина, которую звали Моника, собрала еще больше поклонниц . В ответ она получила еще более настороженный взгляд, что могло означать только то, что доброжелатели уже предупредили кролика о том, что Джессика и сама давно раскрытая хищница. И то, что лапина находилась в плотном кольце взволнованных хищниц, отпугивало от нее других Зеленых. Если другим ланям, не только кроликам, но и всем остальным, приходилось с ней общаться, то это всегда был короткий и неловкий разговор, после которого они уходили как можно скорее.

Джессика поняла, что с нее хватит. Конечно, девушка была превосходной добычей, но отчего прям такой ажиотаж? Вампир вытащила телефон, написала одной подруге по переписке из ланей, кролику-третьекурснице по имени Джуди.

гс200: Это капец. Сижу в столовой, а здесь новенькая, от которой все хищницы с ума сходят. Красивая крольчиха, шерсть и волосы серебристые, глаза синие.

Ответа долго ждать не пришлось.

Джудит: ОМГ! Они реально приняли в школу серебристую лапину? Держись от нее подальше! Скоро вся школа от нее спятит!

За сообщением шло несколько перепуганных эмотиконов.

Джудит: Бедная девочка! Почему ее семья из дома выпустила? Там она бы дольше прожила. Пожалуй, возьму больничный и пережду все это дома.

Джессика нахмурилась, и принялась торопливо печатать в ответ.

гс200: Никогда про серебристых не слышала. Что в них такого ужасного?

Через несколько минут Джессика тупо смотрела, как лапина ест одна, но под множеством взглядов. Джуди прислала все, что знала про Легендарную добычу.

Преподаватели устроили нам такую проверку? Или хотят посмотреть, как мы передеремся за право съесть такую лань?

Вампир была уверена, что меньшие ранги соберутся даже против нее толпой, если ей вздумается попытаться присвоить себе столь редкую добычу.

— Послушай, Умбра, — сказала Джессика раздраженной наге, — прости, я не знала, почему ты так зацепилась за Монику. Но из того, что я узнала, от нее будут одни проблемы. Пока вы все друг за другом следите, но что, если одна из охотниц рискнет? Ты же понимаешь, что остальные тут же соберутся все вместе, чтобы остановить ее? Что может дойти до драки? Ты уже собиралась подраться со мной из-за лани! И из-за чего? Пусть она и легендарная, и пахнет хорошо, и на вкус наверняка еще лучше, но стоит ли ради этого жизнью рисковать?

Джессика и Умбра находились в помещении Церемониального Клуба вместе с несколькими другими хищницами и Нелли с Уминой. Сегодня у половины девушек только и разговоров было, что о Монике.

— Ну, а что? — простонала Умбра. — Я знаю, что мы ведем себя глупо, но ты бы отказалась от нее, если бы пришлось? Я знаю, что ты хочешь ее! Я видела твои глаза, когда ты ее учуяла!

— У меня достаточно силы воли для этого! — процедила Джессика.

Но стоило только мысли о том, чтобы попробовать легендарную лань на вкус промелькнула у нее в голове, и Джессика почувствовала, как удлиняются клыки. Вампир в гневе стиснула кулаки, пытаясь вернуть контроль над телом. Конечно она сможет отказаться от лани! Если очень нужно, понятное дело.

— Я так и знала, — ухмыльнулась Умбра.

Джессике захотелось ее придушить.

— Не могли бы вы прекратить? — спросила сидевшая неподалеку Амелия, в ее мелодичном голосе проскользнула нотка раздражения. Она уже час слушала, как другие девушки ссорятся из-за лани, и это порядком надоело. — Из-за чего весь этот спор?

— Вы с Нагисой еще не встречали нашу новую Легенду, да? — спросила Умбра с лукавой улыбкой, а затем объяснила, в чем дело.

— И вы думаете, я буду вести себя, как вы? У вас слюна бежит, как только о ней речь заходит. Это глупо.

— Хочешь поспорить? — ухмыльнулась Умбра. — Завтра на обеденном перерыве. Нелли, Умина, вы пойдете с нами?

Нелли слушала про серебристую лань с интересом и без тени тревоги. Здесь им с Уминой ничего не угрожало. Заключенный недавно уговор чести надежно ограждал их от поползновений охотниц Церемониального Клуба, да и любые другие охотницы в Сакуре дважды подумают, прежде чем связываться со знаменитой Черной Мамбой и ее подругами. Ведь по уровню опасности они на втором месте после банды Шаан.

Когда прозвучал звонок, и пара закончилась, Клэр и Хисса отправились в столовую одни. Их питомцы, Виктория и Эрика, пойдут обедать вместе со своей стайкой, а Венди и Шаан куда-то пропадают второй день подряд, используя время обеденного перерыва, чтобы подготавливать выход в Дикие Земли.

Две наги ползли по коридору, тихонько разговаривая. Большей частью говорила Клэр, более общительная и веселая из них. Хисса лишь поддакивала, время от времени вставляя короткие междометия, показывая, что следит за разговором.

Навстречу им по коридорам Сакуры шли стайки девушек, приветливо кивавших и здоровавшихся, проходя мимо. Многие стали потихоньку привыкать к общению с этими нагами, казавшимися такими страшными, но обещавшими посильную помощь Зеленым девушкам против охотниц Сакуры. Клэр пользовалась популярностью в полной мере, регулярно останавливаясь возле знакомых студенток, чтобы перекинуться с ними несколькими фразами, отчего Хисса традиционно раздражалась, полагая, что они только зря теряют время.

Наконец, впереди замаячили створки двойной двери в столовую. В это большое помещение можно было попасть через несколько входов. Две двери в длинной стороне, и по одной в двух коротких. Четвертая сторона выходила на кухни и продуктовые склады, туда заходили только работники столовой.

Зайдя внутрь, наги привычно направились к раздатчику для людей, намереваясь набрать полные подносы человеческой пищи, поскольку живой добычей не питались, в отличие от здешних хищников.

Первым, что привлекло внимание любознательной Клэр, оказалось скопление девушек-хищниц на той половине столовой, где обычно собиралась добыча.

— Смотри! — Клэр толкнула чернокожую подругу в бок, кивая в сторону хищниц, плотным кольцом обступивших один из столиков.

Хисса повернула голову, и они вдвоем уставились на странное зрелище. Некоторое время оперативницы просто наблюдали за происходящим, отмечая необычные моменты. Зеленые девушки старались отсаживаться от этого столика подальше, самым очевидным образом нервничая от присутствия поблизости такого большого числа хищниц. Сами же хищницы выглядели чрезмерно возбужденными. Время от времен они раздраженно толкали друг друга, шипели и вполголоса ругались. Персонал столовой и преподаватели, сидевшие в своем углу неподалеку от раздатчиков, очевидно, заметили это скопление возбужденных студенток, однако не предпринимали никаких действий, лишь изредка и с неудовольствием поглядывая в сторону сборища.

— Как ты думаешь, что они делают? — шепотом спросила Клэр.

— Играют в карты на расссдевание, — последовал полный сарказма ответ.

— Я серьезно спрашиваю!

— Понятия не имею, очевидно же! — раздраженно шикнула Хисса. — Пойдем, посссмотрим, что там творится.

Они свернули с обычного маршрута в сторону раздатчиков, и заскользили в тот угол, где происходило непонятное сборище хищниц.

Когда до столика оставалось уже совсем немного, Клэр словно споткнулась, нервно схватившись за Хиссу. Черная ламия удивленно посмотрела на напарницу и увидела, как расширились зрачки Клэр, ноздри, подрагивая, втягивали воздух, от странного возбуждения нагу затрясло, будто от холода.

— Что ссслучилосссь?

— Ты чуешь? — хрипло спросила Клэр.

— Чую что? — насторожилась Хисса.

Ламия потянула носом воздух, но уловила только обычные запахи. Столовая была полна всевозможных ароматов. Пахла приготовленная еда на раздатчике для Зеленых, запахи хищниц и добычи заполняли пространство, вместе с ароматами парфюмов, которые использовали человеческие девушки. Все это образовывало какофонию ароматов, которая затруднила бы выслеживание через столовую конкретной цели даже для опытной хищницы. Кроме этого Хисса не уловила ничего необычного, и не могла понять, что так возбудило ее подругу.

— Идем скорее, за мной! — нервно выкрикнула Клэр, увлекая Хиссу за локоть.

— К ним? Зачем?

Клэр словно не услышала, продолжая ползти вперед и тянуть слабо сопротивляющуюся напарницу за собой.

Они тихо приблизились к собравшейся толпе, за царящим гвалтом никто не услышал тихого шелеста змеиной чешуи. Клэр и Хисса встали позади всех, приподнявшись на хвостах достаточно высоко, чтобы иметь возможность заглядывать через ряды собравшихся вокруг столика студенток. Тогда-то напарницам и стала понятна причина нездорового возбуждения хищниц. За столиком сидела удивительная девушка-лапина, с белой шерсткой, отливающей серебром. У нее были восхитительные синие глаза, красивые лицо и фигура. Зеленая форма Сакуры сильно контрастировала с ее белой шерсткой, лишь подчеркивая красоту кролика.

Девушка сидела за столиком практически одна, недовольно, и со смертельной тоской в глазах поглядывая на собравшихся хищниц. Единственной, кто составила ей компанию, оказалась Нелли.

Хисса ощутила глухое раздражение, которое возникало каждый раз при мысли об этой девчонке, умудрявшейся запросто водиться с хищниками. Нелли Клейтон, дочь посла Содружества Джонатана Клейтона, училась в Сакуре уже некоторое время, и конкретно им, Клэр и Хиссе полагалось ее охранять. Однако у Нелли уже была телохранительница — молодая девушка-рейнджер лейтенант Умина, Эльф Крови. С точки зрения федералов, Умина была врагом, одним из бойцов противника, кому они не могли ни намекнуть, ни прямо рассказать о том, почему и как они намерены защищать Нелли.

К счастью, после нападения на Нелли оборотня, Умина смогла заключить с Умброй и Джааной уговор о том, что честный поединок решит, достанется ли девушка Умбре на обед, или нет. С тех пор Нелли оказалась в относительной безопасности, поскольку мало кто рассматривал ее в качестве добычи, опасаясь гнева Умбры и Шаан. А тех, кто все же бросал заинтересованные взгляды, мгновенно, и самым грубым образом, осаждала Умина.

Из-за этого у человеческой девушки, похоже, развилось ложное ощущение безопасности, отчего она стала позволять себе проводить больше времени с хищницами, чем какая-либо другая лань. Даже питомцы наг не сходились с хищниками настолько близко (Шаан и ее подчиненные не в счет, поскольку, технически, они не хищники в том плане, в каком это подразумевалось в Сакуре). Нелли проводила рядом с Умброй, Джааной, Амелией и Нагисой столько времени, что, казалось, стала с ними подругами. Вполне возможно, что так оно и было, ведь пока дело не касалось охоты, девушки-хищницы могли быть приветливыми, общительными, дружелюбными и веселыми. А постоянное присутствие рядом Умины, и заключенный ею уговор, давали некую гарантию того, что охота на Нелли откладывается практически до конца учебы.

Обо всем этом Хисса успела подумать за то мгновение, что с раздражением рассматривала Нелли. Она повернулась было к Клэр, чтобы озвучить свое недовольство, и с потрясением заметила, что та, не отрываясь, смотрит на белого кролика, затаив дыхание и даже не моргая.

— Клэр?

Нага не отреагировала. Хисса заволновалась, такое поведение было ненормально. Она ткнула напарницу кулаком в бок, и та, охнув, немного пришла в себя, злым взглядом поглядев на черную ламию.

— Что ты на этого кролика пялишься?

— Это она! Это ее запах я уловила, когда мы вошли! Ты чуешь его? Он здесь повсюду!

Хисса осторожно принюхалась. Да, действительно, сейчас, вблизи от этого конкретного столика, пахло кроликом, однако она не чуяла ничего такого особенного и не понимала, из-за чего так возбудилась ее подруга.

— У нее обычный запах. Клэр, ты чего? — прошептала Хисса недоуменно.

— Да как же обычный?! Ты реально не чуешь? Давай подойдем ближе!

Решительно схватив Хиссу за руку, Клэр попыталась протиснуться через плотные ряды хищниц, окруживших столик с кроликом. Обычно им бы не пришлось прикладывать усилия. Уже достаточно учащихся школы знали, что эти две наги входят в банду Шаан, одну из самых опасных в школе. В обычное время другие хищницы просто угрюмо отступили бы в сторону, позволяя им проползти, опасаясь связываться с непредсказуемыми и ненормальными чужестранками. Но в этот раз попытка пройти через толпу встретила неожиданное сопротивление. Шипение, угрожающее рычание и ругательства встретили их попытку продвижения. Ряды охотниц только плотнее сомкнулись, ощетинившись выпущенными когтями и оскаленными пастями. Обычно веселая Клэр злобно зарычала в ответ, отчего Хисса вздрогнула, поразившись перемене поведения подруги.

Началась толкучка, которая закончилась тем, что передние ряды с одной стороны столика колыхнулись вперед, и одна из девушек выпала из толпы на столик, за которым сидели кролик и Нелли. С другой стороны решили, что это попытка прямо при всех присвоить себе заманчивую добычу, и тут же послышались вопли возмущения. Кто-то решил остановить нахалку, в возникшую потасовку втягивались все новые и новые существа. Началась драка, клацанье зубов и когтей перемежалось болезненными вскриками и ругательствами. Умина прикрыла Нелли своим телом, рыча и щедро раздавая тумаки всем подряд. Серебристая лапина испуганно сжалась, практически нырнув под стол. Клэр попыталась дотянуться до нее рукой, чтобы выдернуть из-за стола, однако Хисса, которая криками пыталась образумить напарницу, схватила ее за запястье, и в итоге Клэр пропустила удар кулаком по лицу, прилетевший ей от одной из конкуренток.

— Так, а ну

немедленно прекратили! — Раздался раздраженный рык.

Кто-то испуганно ойкнул, и толпа дерущихся распалась, брызнув в разные стороны. Учащиеся боязно посматривали на декана мисс Пирс, куратора мисс Кроуфорд, и еще нескольких преподавателей, вынужденных оторваться от собственного обеда, чтобы восстановить порушенный порядок. Драконица мисс Пирс гневно осматривала тяжело дышащих девушек, раздраженно подергивая хвостом. Ее ноздри раздувались, но взрослая женщина сумела удержать себя в руках и не сойти с ума от будоражащего аромата серебристой лани.

— Ну-ка немедленно разошлись по разным столикам и перестали здесь толпиться, — грозно объявила декан. — Если безобразие повторится, то все участники драки получат Предупреждение, а зачинщики еще и отработку! Быстро на свои места!

Виновато понурив головы девушки принялись расходиться и рассаживаться за столиками кафе. Впрочем, от этого меньше хищниц вокруг Моники не стало: поскольку другие лани избегали размещаться даже за соседними столиками с такой ланью, то теперь свободные места заняли охотницы, вместо того, чтобы отправиться на свою половину столовой. Клэр и Хисса тоже исчезли в неизвестном направлении.

— Ну? Плати! — с ухмылкой потребовала у раздраженной Амелии Умбра, многозначительно пошевелив пальцами.

Амелия отдала ей карманные деньги, недовольно ворча. Ей было стыдно, ведь вопреки собственным заявлениям Сирена чуть не захлебнулась слюной от запаха Моники.

— А теперь занимай очередь! — с садистской ухмылкой Умбра обвела рукой столики, за которыми собралось не менее трех десятков хищниц, в том числе и со старших курсов.

— Уже не такая самоуверенная? — не унималась нага. — Что, смогла бы отказаться от такой добычи?

— Я бы смогла. Для тебя, — прошептала Амелии на ухо Нагиса.

Для Сирены и ламии, знающей магию, поймать Монику не составило бы труда — их чарующие голоса и волшебство слишком сильны, чтобы лапина могла им сопротивляться. И тогда лань досталась бы ей, Амелии! Амелия покраснела, почувствовав стыд. Нет, она сильнее этого!

— Я бы тоже отказалась, — ответила девушка Нагисе. — Для тебя.

Настала очередь Нагисы краснеть.

— Ну, и кому она должна достаться? Мы же не драконы, да? — подвела итог Джессика.

— Знаете, — сказала Нелли, единственная Добыча, находившаяся среди хищников, — я почитала книги по истории. Знаете, почему распалась коалиция драконов? Там написано, что это потому, что они постоянно воевали за деревни, где разводили серебристых ланей, и что драконы чуть не уничтожили друг друга. Во время этих войн некоторым серебристым и удалось сбежать.

— Другие кролики были правы, — сказала Алисса, лесная нага, — от этих серебристых одни проблемы. Вычеркивайте меня, я в этом не участвую. Оно того не стоит.

Она слезла со скамейки и поползла прочь на половину столовой хищников. Остальные тихонько вздохнули от облегчения, все еще избегая смотреть друг на друга.

— Ну? — спросила Нелли, вставая. — Всё? Уже все поссорились? Будете драться друг с другом из-за лани? Стыдоба!

— Погоди, Нелли, — слабым голосом сказала Амелия, когда девушка развернулась, чтобы уходить. — Мне действительно стыдно. И, думаю, что и всем остальным. Так ведь?

Со всех сторон послышались извиняющиеся бормотания виноватых девушек. Даже всегда уверенные в себе Умбра и Джессика пробурчали что-то похожее на извинение.

— Прости, — Моника виновато шмыгнула носом, — я всего лишь хотела еще немного пожить и завести семью. Неужели я так много прошу?

Обеденный перерыв все еще продолжался, но теперь хищницы сидели за столиками вокруг столика Моники. К ней подсела только Нелли, оставив даже Умину. В первый раз, до того, как началась драка, девушкам удалось немного пообщаться, и Нелли оказалась единственной ланью в школе, кто захотел добровольно говорить с Моникой. Нелли проявила понимание и сочувствие, и окончательно завоевала симпатию лапины, рассказав, что находится примерно в таком же положении из-за Умбры, желающей ее съесть, и что ее смерть лишь немного отложена, и если Умина проиграет поединок против Джааны, то их обеих съедят.

Сейчас две девушки лани беседовали, а множество хищниц в гробовом молчании сидели вокруг, внимательно слушая, о чем они говорят.

— Две девушки уже оказались в лазарете, — вздохнула Нелли. — Это не твоя вина, но нужно что-то быстро решать, иначе станет только хуже. Мои друзья тоже в это втягиваются.

Нелли было жаль Монику. Единственная девушка, которая набралась смелости нормально поговорить с лапиной, Нелли быстро обнаружила, что кролик страдает от одиночества и депрессии. Она так хотела подружиться хоть с кем-нибудь, что согласилась поговорить даже с девушкой, у которой было так много подруг хищниц.

Некоторое время они разговаривали, и Моника поведала о том, как трудно обстоят дела с образованием для таких, как она. Школа — практически приговор, а вне ее она не сможет получить нужную профессию, и будет вынуждена оставаться жить в охотничьих угодьях Датиана, лишь на некоторое время отсрочив неизбежную гибель.

— Мда, — вздохнула Нелли, — я не думала, что будет так трудно перевестись куда-то еще, или чем тебе придется пожертвовать ради призрачной безопасности.

— Таков Датиан, — горько усмехнулась Моника. — Это город построенный хищниками и для хищников.

Девушка свесила голову на руки и в отчаянии прошептала:

— Надо просто продать себя в кафе. Хоть какая-то польза для семьи будет, раз уж мне не суждено создать свою.

От этих слов Клэр, которая вместе с Хиссой пряталась за одной из колонн поблизости, почувствовала, как защипало глаза, и как к горлу подкатил комок.

— Я просто не хотела, чтобы какой-нибудь хищник, которому на меня плевать, затолкал меня в брюхо как кусок мяса, только потому, что он или она достаточно богат для того, чтобы позволить себе столько заплатить.

— У тебя должно быть право выбора, — согласилась Нелли, глянув на погруженную в депрессию девушку. — Ведь сейчас тебя защищает только готовность хищниц передраться друг с другом.

— Это понятно, — вздохнула Моника. — Но кого мне выбрать? Ты единственная, с кем я хоть чуть-чуть знакома.

— У меня есть идея, — усмехнулась Нелли. — Если уж тебе суждено уйти, то лучше сделать это на своих условиях. Если ты готова, то пойдем в Церемониальный клуб, и там ты примешь решение.

— Хисса, ты слышала?! Они ведут зайку в Церемониальный клуб, чтобы она сама выбрала, кто ее съест.

— Я ссслышала.

— Тогда идем скорее, мы должны ее спасти!

— Должны? Почему это?

— Шаан сказала, что мы можем останавливать охоты!

— Это не очень похоже на охоту, она ведь сссама ссс ними идет.

— Потому что зайка отчаялась, устала прятаться и выживать, и думает, что некому ей помочь и спасти ее! Они съедят зайку! Такую хорошую, милую, пушистую, грустную зайку съедят! А Венди и Шаан, как назло, нет сейчас в школе. Я хочу ее спасти, и ты должна мне помочь! Из-за тебя мне губу разбили!

— Я ее уже залечила.

— Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Хисса, милая, родненькая, я для тебя что хочешь сделаю! — взмолилась Клэр, вешаясь напарнице на шею.

— Отцеписссь. — раздраженно прошипела Хисса, отдирая от себя приставучую Клэр. — Ла-а-адно!

— Тогда идем скорее!

Клэр за руку вытащила Хиссу из подсобки, в которой они спрятались, чтобы пропустить мимо себя Нелли, Монику, и следовавшую за ними на небольшом расстоянии толпу хищниц. Оглядевшись, Клэр и Хисса устремились вслед за всей этой компанией в сторону помещения Церемониального Клуба, где должна наступить развязка.

Нелли и Моника в сопровождении Умины успешно прошли отделявшее столовую от Церемониального Клуба расстояние. Моника даже слегка развеселилась, глядя на страдальческое выражение лица Умины, которая шла рядом с такой лакомой добычей, но не смела ничего предпринимать.

Нелли отперла двери клуба переданным ей ключом, и запустила Монику внутрь.

— Заходи, присаживайся, это займет некоторое время, — сказала девушка, предварительно убедившись, что в помещении никого нет.

Моника кивнула и, пройдя внутрь помещения, разместилась на одном из диванчиков, на которых обычно сидели, свернув хвосты, наги.

Нелли встала в дверях и, обернувшись к толпе следовавших за ними охотниц, обратилась к ним со словами:

— Итак, входите все те, кто не против пообщаться с Моникой просто как с девушкой, одинокой и несчастной, а не просто с еще одной добычей на съедение. Уверена, все слышали, о чем мы говорили — Моника сама выберет ту, которая ее съест!

— А если не выберет? — нервно спросила одна из нэко. — Если откажется?

— Я не хочу быть съеденной, — тихонько сказала Моника, но все хищницы услышали. — Но я устала. И если это мой единственный выбор, то я это сделаю.

Эти слова вызвали шумное возбуждение у собравшихся хищниц. Их толпа втянулась через двери в помещение клуба, оставив Клэр и Хиссу снаружи. Никто не заметил, как они подкрались — все внимание девушек было поглощено серебристой лапиной, чей дурманящий аромат заполнял помещение, очаровывая, вызывая путаницу в мыслях, заставляя думать только об одном.

— Это одна из самых диких идей, которые я когда-либо слышала, — призналась Умбра через полчаса, обращаясь к Нелли.

Кролик оказалась в центре внимания, став объектом очень странного подобия ухаживаний. Впервые никто не пытался просто напасть на нее. Вместо этого они действительно пытались познакомиться и пообщаться с ней, узнать ее поближе. Не как жертву, а как

личность. Она смогла рассказать о своей жизни, о своих мечтах. Всем было грустно слышать, как тяжело пришлось в жизни девушке, которая так привлекательна для каждого встречного хищника, и которую по этой же причине боятся и избегают другие Зеленые. По предложению Амелии студентки даже провели небольшую молитву, помолившись перед Богиней за душу несчастной девушки. Умбра и Нагиса сделали для нее небольшую экскурсию по Церемониальному Клубу, объяснили, как все работает, и как устраиваются и проводятся церемонии прощания с теми, кто досрочно покинул Сакуру. Они даже рассказали, как будет выглядеть и проходить персонально ее, Моники, церемония.

Соблазнительные, приветливые, общительные и застенчивые — столько разных личностей оказалось в толпе хищниц. Моника, и даже Нелли, были удивлены тем, как похожи были хищницы на них самих. Монике стало стыдно. Она полагала, что хищники — обычные монстры, которые хотят ее съесть. А оказалось, что они обычные девушки, зачастую с похожими проблемами, иногда неуверенные в себе, с такими же похожими мечтами.

— Что ж, так и есть, — мягко сказала Нелли, — все мы в первую очередь простые девчонки. И только потом уже Хищники и Добыча.

— Я буду рада, если Моника выберет меня, — хмыкнула Умбра. — И я буду завидовать, если она выберет другую, но. не буду чувствовать злости. Спасибо, Нелли. Ты очень помогла нам всем.

— Вычеркнешь меня из своего меню? — игриво улыбаясь, спросила Нелли.

— Ага, щас! — ухмыльнулась Умбра своей подруге-добыче. — Чем больше я тебя знаю, хитрая лиса, с тем большим нетерпением жду того дня, когда Джаана выиграет свой поединок против Умины. Ты стоишь этого ожидания, и всех усилий по тренировке Джааны и защите вас троих.

Но все хорошее подходит к концу. И тот момент, ради которого столько различных существ собралось вместе, неумолимо приближался.

— Уже пора, да? — взволнованно спросила Моника, начав видимым образом нервничать от испуга. — Тогда я выбираю.

— Сссекундочку.

Все это время Клэр и Хисса прятались за дверью, внимательно слушая, что происходит в команте. Клэр чуть не расплакалась, когда услышала рассказ Моники о том, как тяжело ей живется. Она сдержалась, и сумела не разреветься, только терла кулаками покрасневшие глаза, и все время повторяла бедная зайка . Хисса смотрела на нее с изумлением. Клэр, которую она знала как хладнокровную, расчетливую оперативницу и превосходного бойца, вела себя так, словно ей только исполнилось пятнадцать лет. В голове Хиссы мелькнула мысль о том, что лапину действительно нужно спасти. Не только из гуманных соображений, но и для того, чтобы тщательнее изучить этот странный эффект, который кролик оказывала на окружающих хищниц.

Они ждали до тех пор, пока не стало понятно, что за дверью уже начинают закругляться с прелюдией. Клэр двинулась вперед, решительно взявшись за ручку двери, но Хисса перехватила ее запястье.

— Ссстой. Что ты хочешь сссделать?

— Я хочу поучаствовать в этой лотерее! Зайду туда и расскажу зайке, что мы хотим ее спасти, а не съесть. И тогда она выберет меня, а остальные останутся с носом!

— Нет! Они набросссятссся на нассс всссем ссскопом! Иди за мной, я сссама всссе сссделаю!

Наги открыли дверь и проскользнули внутрь в тот самый момент, когда Моника готовилась объявить свой выбор.

— Сссекундочку, — громко сказала Хисса, выползая на середину зала рядом с кроликом. Клэр следовала за ней по пятам, — я тоже хочу кое-что сссказать.

— Что, легендарная серебристая заинтересовала даже банду Шаан? А как же мы не такие и все прочее? — ядовито процедила Амелия.

— Имейте в виду, все уже решено! — предупредила Умбра.

— И вы опоздали на общение с Моникой! Нужно было приходить раньше! — послышался выкрик, подхваченный одобрительным гулом.

Клэр нахмурилась. Хисса оказалась права! Проклятые твари не отпустят такую добычу без боя, а их не меньше тридцати. Придется прибегнуть к крайним мерам, и задействовать кое-что действительно серьезное из своего арсенала. Клэр глянула на Хиссу, и заметила, как напарница одними глазами указала на Монику. Клэр едва заметно кивнула, давая понять, что уловила скрытый сигнал.

— Мы вассс надолго не задержим. Мы пришли только, чтобы показать вам одну вещь. Прошу всссех внимательно посссмотреть сссюда.

Хисса подняла над головой правую руку. Недоумевающие хищницы уставились на ее раскрытую пустую ладонь. Клэр уже была совсем рядом с кроликом, сдерживая дыхание, чтобы не отвлекаться на дурманящий аромат. Моника и Нелли удивленно глянули на нагу, Нелли с вопросом в глазах. В ответ Клэр только заговорщицки подмигнула.

— Итак, прошу сссмотреть очень внимательно. Сссейчассс вы увидите, что бывает, когда сссвет болотного газа отражаетссся от Венеры.

— Че-е-его?

Помещение на мгновение озарила ослепительно яркая вспышка, ладонь Хиссы сверкнула так, что ослепила присутствующих не хуже светошумовой гранаты. Послышались крики шокированных девушек, не ожидавших, что пустая рука может представлять для них угрозу. Хищницы шарахнулись в разные стороны, ничего не видя, натыкаясь на мебель и друг на друга, падая на пол. Послышались стоны боли ушибленных конечностей.

— Сссейчассс, Клэр!

Нелли, которая смотрела не на ладонь, а на самих наг, пытаясь понять, что все это значит, за мгновение до вспышки заметила, как Клэр отворачивается в сторону, закрывая лицо руками, и инстинктивно последовала ее примеру. В итоге человеческая девушка почти не пострадала от нелетальной магии Хиссы, и в полном шоке смотрела, как Клэр схватила беспомощную лапину, и они вместе с Хиссой скрылись за дверями Церемониального Клуба, громко хлопнув ими на прощание.

Вакханалия в Церемониальном Клубе продолжалась. Девушки-хищницы шарахались из стороны в сторону, ругались и терли глаза. Впрочем, некоторые из них достаточно оправились от ослепляющей атаки — Амелия и Нагиса, владевшие магией, довольно быстро сняли с себя эффект слепоты, и теперь помогали другим. Хуже всех пришлось Джессике, ночному существу, для которого яркий свет представлял максимальное неудобство, и даже опасность.

— Где эти мешки с чешуей! — взревела Умбра, когда Нагиса провела ей ладонью по глазам, возвращая зрение, и нага смогла прийти в себя и сосредоточиться на источнике раздражения.

Вокруг нее собиралось все больше взбешенных хищниц, громко требовавших разобраться с обнаглевшими вконец нагами.

— Скорее! За ними, пока они не скрылись далеко! — взревела Черная Мамба, ринувшись к выходу.

— Стойте! — крикнула Амелия, но ее никто не услышал за криками возбужденных охотниц, и вся толпа дружно устремилась следом за Умброй. — Уууу, демоны.

Ругнувшись, Амелия задумалась о том, чтобы применить свой голос и с его помощью принудительно угомонить толпу, но все же решила этого не делать. Иначе это ее будут обвинять в том, что она не дала отбить серебристую лань у похитительниц.

Сирена огляделась, отметив, что в помещении остались Нелли и Умина. Эльф Крови разрывалась между долгом и желанием присоединиться к погоне. Долг победил, и рейнджер, вздохнув, осталась на месте.

Заметив, что Амелия смотрит на них, Нелли виновато развела руками.

— Все хорошо, — улыбнулась ей Сирена. — Ты ни в чем не виновата. Ты сделала, что могла, и сделала правильно.

Тем временем толпа, ринувшись в погоню, быстро выяснила, что наги уже скрылись в неизвестном направлении. Обычно на этом все бы и закончилось — способности группы Шаан скрывать свой запах и скрываться уже были хорошо известны. Но на этот раз запах серебристого кролика, казалось, висел в воздухе плотным туманом, отчетливо увлекая даже самых слабых нюхом хищниц в ту сторону, куда скрылись похитительницы с добычей.

Охотницы понеслись по коридорам, производя шум и галдеж. Впереди скакала какая-то ловкая нэко, кошачий нюх позволял находить путь быстрее всего. Остальные следовали за ней на некотором расстоянии, сжимая кулаки и стискивая зубы в предвкушении драки. Впереди всех двигалась грозная Черная Мамба, грациозная и прекрасная в своей смертоносной ярости.

Внезапно нэко закричала, вскинув руки к лицу, словно обожглась. Умбра, которая уже попадала в такую ловушку, успела затормозить и, раскинув руки в стороны, удержать и остановить следовавшую за ней толпу. Глаза и язык почувствовали полузабытое, но все такое же ненавистное жжение кайенской смеси.

Выбросив вперед хвост, Умбра оттащила пострадавшую нэко, и швырнула в объятья ее подруг.

— Отведите ее или к Нагисе, или в лазарет, — прошипела Мамба, с трудом сдерживая ярость. — Здесь мы не пройдем. Нужно обойти этот коридор и попытаться напасть на след с другой стороны!

Толпа охотниц разбилась на небольшие группы, которые принялись обшаривать коридоры и аудитории корпуса. Все бесполезно — среди запутанных коридоров, множества перекрестков, аудиторий со сквозными дверями, найти нужный путь оказалось очень трудно. И каждый раз, как это удавалось сделать, буквально на следующем перекрестке или развилке снова ждала ловушка жгучей горечи. Хотя кайенская смесь быстро выветривалась, но так же слабел и исчезал запах Моники, еще больше затрудняя поиск следа.

Наконец, запыхавшиеся и злые, хищницы собрались в кучу на перекрестке двух основных коридоров. Запах пропал, вместе с надеждой догнать двух наг и отобрать вожделенного кролика. Кроме того, закончилось свободное время — преподаватели и стайки студенток начали заполнять коридоры и расходиться по аудиториям. Хищницам больше не получится рыскать по корпусу, заглядывая во все двери. Кроме того, они тоже студентки, и им самим нужно идти на пары.

Пригорюнившись и признав свое поражение, охотницы принялись разбредаться по своим группам. Умбра и Ванесса, которым еще предстояло подготовить материал для мисс Кроуфорд, отправились к аудиториям первокурсниц, встретив по пути Амелию и Нагису.

— Сбежали, — прокомментировала Амелия очевидный провал.

Открыв дверь в аудиторию, они увидели, что ни Моники, ни Клэр с Хиссой среди толпы студенток нет. Все понятно — наги утащили кролика в свое тайное логово. Все знали, что оно где-то есть, но никто не знал, где именно. Умбра только предполагала, что найти его трудно даже без ловушек с жгучей смесью.

Черная Мамба, сощурившись, поглядела на скучившихся питомцев группы Шаан. Теоретически, они могли бы рассказать, где находится логово, если на них надавить. Но затем Умбра заметила, что и Венди, и сама зеленая анаконда уже вернулись из отлучки, а значит, приближение к их питомцам примут в штыки. Да и мисс Кроуфорд уже появилась в дверях. Вздохнув, Черная Мамба смирилась с поражением, и постаралась выбросить мысли о лапине из головы.

Хисса понимала, что заметание следов осталось на ней. Клэр явно сейчас туго соображала, а в этой ситуации требовалось полное хладнокровие. Поэтому она приняла самое правильное решение — отправила Клэр прямиком к Берлоге, а сама осталась с баллончиком кайенской смеси прикрывать отход .

Они пробежали несколько коридоров, когда Хисса решила приступить к созданию ловушек. Конечно, существовал соблазн оторваться от погони, домчавшись почти до самой Берлоги, и воспользоваться средством только в самом конце, но так преследовательницы могли оказаться в опасной близости от укрытия, чего допускать не следовало. Утратив след, противник начнет обыскивать территорию, и может наткнуться на нужную дверь.

Поэтому Хисса позволила Клэр уйти вперед, а сама начала распылять кайенскую смесь. Сначала посреди коридора, чтобы преследовательницам пришлось возвращаться и обходить это место, затем последовательно на каждом втором или третьем перекрестке, где существовала достаточно значимая развилка, которая могла запутать погоню.

Все получилось как нужно. Звуки погони отдалились уже на первой же ловушке, затем преследовательницы разделились, пытаясь снова взять след. Хисса отступала медленно, тщательно убеждаясь, что никто не сумеет проследить весь путь до укрытия. Только когда стало понятно, что охотницам пришлось сдаться, черная ламия развернулась и спокойно отправилась в нужный проход, который вел к их Берлоге. Самое время проверить, как там дела у Клэр и ее новой подруги.

Она нырнула в нужный коридор, оглянулась в последний раз, быстро проскользнула через двери в заброшенный актовый зал и, пройдя между рядов, достигла двери в Берлогу. Хисса открыла дверь, заползла внутрь, и замерла на пороге, удивленно открыв рот.

Перед ней открылась удивительная картина — на коврах посреди комнаты (их расстелили специально для наг) лежали Клэр и Моника. Нага пару раз обернулась хвостом вокруг талии Моники, чтобы серебристая не могла вырваться и убежать, и прижимала кролика к груди, словно девочка плюшевую игрушку. Зарывшись носом в белый мягкий мех у нее на плече, Клэр шумно вдыхала пьянящий аромат, что-то неразборчиво бормоча.

Хисса напрягла слух, пытаясь разобрать слова.

— За-а-ая. Зайка хорошая, мягкая, пушистая.

Зайка же была близка к панике. Она сжалась в комочек, тихонько скуля и уставившись на Хиссу заплаканными голубыми глазами. Ей и так пришлось нелегко, девушка едва смогла морально подготовить себя к добровольной сдаче хищницам на обед, но события последних пятнадцати минут вымотали все оставшиеся нервы. Для Моники ситуация была предельно ясна — эти две страшные наги смогли выкрасть ее у остальных хищниц, и теперь-то ее вот-вот съедят.

Хисса вздохнула. Теперь предстояло как-то объяснить гостье, что ей на самом деле ничего не грозит. Но сначала нужно было угомонить напарницу.

— Клэр, — твердо сказала Хисса.

— Ммм?

— Не могла бы ты оссставить девочку в покое?

— Не-а!

— Она думает, что ты хочешь ее сссъесссть!

— Хмм.

Клэр снова зарылась носом в мех, затем осторожно лизнула кролика в щеку.

— О-о-о! Теперь-то я понимаю, отчего все так за ней носятся! Ее вкус. он просто божественный, Хисса!

Нага рукой ухватила длинные уши Моники и отправила их себе в рот.

— А-а-ам! — игриво сказала она, вобрав ушки в рот целиком и упершись губами в макушку девушки-кролика.

Хисса оторопела.

— Клэр? Ты же не сссобираешьссся.

— А-а-ам! — повторила Клэр, раскрывая рот пошире.

— Я тебя ссстукну сссейчассс! — рассердилась Хисса.

Челюсть наги щелкнула, раздвигаясь, и макушка головы Моники начала медленно втискиваться в рот Клэр. Тут уже Хисса не удержалась, и отвесила напарнице полновесную затрещину.

— Э-э-эй! Ну, ты чего?! Я не собиралась ее есть!

— Ага, ага.

Клэр перестала дурачиться, выпустила изо рта ушки кролика, и только теперь обратила внимание на зареванное лицо Моники.

— Ну-ну, зайка, не плакай — тетя Клэр позаботится о тебе! Все будет хорошо, вот увидишь!

Нага ладонью вытерла дорожки слез со щек девушки, уставившейся на нее с робкой надеждой.

— Все будет хорошо, зайка. — Клэр не удержалась, и снова зарылась носом в кроличий мех. — Мягкая и теплая зая.

— Да что ссс тобой такое? — раздраженно спросила Хисса, которая так и не унюхала ничего такого особенного в этом кролике.

— Неужели ты не чувствуешь? — возмутилась ее напарница. — Ну же, понюхай как следует!

Подхватив Монику под мышки, нага протянула ее к чернокожей напарнице.

— Не хочу! — резко ответила Хисса, отодвигаясь. — Не хватало еще, чтобы мы обе каталисссь по полу, и пуссскали ссслюни!

— Пф, мне больше достанется!

Клэр снова прижала кролика к себе. Моника отрешенно переводила взгляд с одной наги на другую, не понимая уже, что же такое происходит.

— У нассс не было времени планировать эту операцию, — многозначительным тоном произнесла Хисса, — мы дейссствовали по обссстоятельссствам. Однако теперь нужно расссказать всссе Шаан.

— Не-е-еть! — истерично выкрикнула Клэр, покатившись по полу, и обернувшись хвостом вокруг Моники еще несколько раз. — Шаан отберет заю!

— Клэр, твою змеиную мать.

Занятие у мисс Кроуфорд проходило спокойно и монотонно. Некоторые из студенток отсутствовали, но это было вполне обычно — хищницы иногда пропускали лекции, чтобы полежать в засадах. Лани тоже иногда прогуливали по различным причинам, но это ничего — отработают потом, если конечно не выпустились досрочно через чей-нибудь животик.

На что преподаватель действительно обратила внимание, так это на отсутствие Моники, новенькой, которую только пару дней как перевели. Ее появление вызвало нежелательное напряжение, как среди хищниц, так и ланей. Увидев, что ее нет на занятии, мисс Кроуфорд тихонько вздохнула с облегчением. Причина ее отсутствия казалось очевидной — радует кого-нибудь из девушек своим изысканным вкусом. Угрюмые лица обломавшихся хищниц, хмуро конспектировавших лекцию под диктовку, говорили об этом достаточно красноречиво.

Внезапно чуткие уши пантаура уловили за дверью какой-то шум. Мисс Кроуфорд сделала паузу в диктовке материала, и повернулась к двери, ожидая, что в нее сейчас постучат, и кто-то из опоздавших девушек, извинившись, попросится на свое место. После непродолжительной возни и приглушенных ругательств, доносившихся из коридора, дверь распахнулась от мощного толчка, и на пороге лекционной аудитории возникла Клэр, с белым кроликом под мышкой.

Повисла гробовая тишина. Преподаватель и студентки изумленно смотрели на открывшуюся им картину. Нагиса издала сдавленный писк, но больше ничего не нарушало тишину. Венди и Шаан переглянулись — обе уже гадали, куда запропастились их подчиненные.

— Шаан! — радостно воскликнула Клэр, покачиваясь, словно пьяная. — Мы спасли зайку у этих жутких противных хищниц! Теперь она им не достанется, нет-нет!

Шаан многозначительно посмотрела на маячившую за спиной Клэр Хиссу, но черная ламия лишь развела руками.

— Помогите? — безнадежным тоном обратилась Моника, глядя на мисс Кроуфорд.

Но преподаватель пребывала в полной прострации и на просьбу о помощи никак не отреагировала.

— Если что, то мы будем у нас, в обычном месте! — пропела Клэр, разворачиваясь. — Пока-пока!

Вся троица скрылась в коридоре, громко хлопнув дверью на прощание. По аудитории пронесся удивленный вздох. Мисс Кроуфорд на секунду прикрыла глаза.

О, Богиня, во что ваша шайка превратила нашу школу?

Преподаватель вздохнула, и с облегчением отметила, что порядок в аудитории не нарушился, никто из хищниц не кинулся на Клэр с воплем Воровка!

Вверх взметнулась чья-то рука.

— Да?

— Мисс Кроуфорд, а можно выйти? Очень надо.

— Можно, Шаан.

Анаконда сорвалась со своего места и торопливо проползла на выход под удивленными, завистливыми и злобными взглядами множества студенток. Когда за ней закрылась дверь, у мисс Кроуфорд наконец-то получилось вернуться к изложению лекции.

Клэр и Хисса вернулись в Берлогу. Ламия опять задержалась, распрыскивая кайенскую смесь, и убедившись, что их не преследуют. Когда она вернулась в убежище, Клэр снова возилась с Моникой на полу. Кролик все так же была напугана, но уже не плакала, лишь нервно поглядывая на своих похитительниц.

Хисса замерла на месте, наблюдая за парочкой, когда дверь в убежище распахнулась и внутрь ворвалась разъяренная Шаан.

— Вы ополоумели?! Это что за блядский цирк был сейчас?! Что это за кролик? Докладывай, Хисса!

— Мы ссс Клэр ссспасссли ее от хищниц. Она — редчайшая легендарная лань, за которую вссся школа чуть не передраласссь.

Резкий взмах руки Шаан прервал повествование. Анаконда повернулась к Клэр, все еще прижимавшей к груди кролика.

— Клэр, быстро поставь нашу однокурсницу на пол и убери кольца! Немедленно!

— Только не забирай ее! — в голосе наги прорезались истерические нотки.

— Ты, что, под наркотиками?

— Это какой-то эффект, который на хищниц оказывает эта редкая лань, — вставила Хисса.

— Мы не хищницы!

— Физиологичессски, мы такие же, как они. Запах, вероятно, будит в Клэр какие-то подсссознательные инссстинкты, которым трудно сссопротивлятьссся. Вот почему она так ведет сссебя.

— Шаан, неужели ты не чувствуешь? — почти нормальным тоном спросила Клэр, взволнованно глядя на начальницу.

— Нет.

— Ты просто понюхай зайку. Всего один раз! Попробуй! Ты сразу все поймешь!

Шаан переглянулась с Хиссой, и ламия лишь нервно пожала плечами. Шаан повернулась к Клэр, которая распустила кольца, и теперь на вытянутых руках протягивала к ней кролика, держа девушку под мышки. Анаконда встретилась с кроликом взглядом, и увидела страх в ее глазах.

— Ну же, попробуй! — упрямо повторила Клэр.

Шаан наклонилась к плечу кролика. Не слишком близко, только чуть-чуть. Но затем, через секунду, наклонилась еще ниже, потом еще. И, приблизив свое лицо почти вплотную к серебристой шерстке, Шаан продолжительно вдохнула, только один раз. И замерла, прикрыв глаза и не дыша.

Все трое, Клэр, Хисса и Моника, обеспокоенно ждали какой-то реакции от неподвижной наги.

— Ну? Как? — нетерпеливо спросила Клэр.

— Как тебя зовут, зайка? — выдохнула Шаан, не открывая глаз.

— М-моника, — пролепетала несчастная в ответ.

— Что ж, Мымоника, ты в полном дерьме.

— До сссамых кончиков сссвоих прелессстных ушек, — едко добавила Хисса.

Ванесса сидела в кабинете мисс Кроуфорд, занимаясь бумагами, помогая куратору вести канцелярию. Рыжеволосая нага заполняла различные формуляры мелким почерком, бодро шурша ручкой.

Дверь в кабинет открылась и на пороге возникла Умбра, закончившая обход корзинок для сбора вещей съеденных ланей. Мамба мочла остановилась перед столом, и Ванесса подняла на нее удивленные глаза.

Последнее время охот в Сакуре проходило совсем немного, и в руках у Умбры находился всего один комплект вещей — юбка, блузка и карта-бейджик, на которой было написано имя Моника .

Все это Умбра положила на стол перед Ванессой, и хмуро поглядела на подругу.

— А знаешь, что? — решительно сказала Ванесса, отрываясь от бумаг. — А и хвала Богине! Наконец-то все решилось и, может быть, нам всем теперь будет легче жить, как хищницам, так и ланям тоже!

После исчезновения Моники мир, наконец, вернулся в Сакуру. Между хищницами исчезло соперничество, и даже возникла дружба. В Церемониальном Клубе появилось еще больше участниц, и хищниц, и ланей. И многие из них приняли участие в шикарной церемонии прощания, которую устроила лично Умбра.

Нелли стала очень популярна среди как хищников, так и добычи. Считалось, что она способствует общению между этими двумя разделенными социальными группами, и может помочь любой девушке, невзирая на то, к какому виду та относится, и какова ее проблема. Это, разумеется, приводило к новым приключениям, к огромному неудовольствию телохранительницы Нелли, Умины.

Глава 46. Перерождение (часть 5)

Анна находилась в своей мастерской, в которую, с разрешения коменданта, переоборудовала бесхозную кладовку, примыкавшую к их с Дженной комнатам. Комнатушка была крошечной, но Анна умудрилась впихнуть в нее верстак, маленький токарный станок, полку с инструментами, и несколько ящиков материалов, заготовок, деталей и электронных схем. Сейчас одетая в робу девушка паяла одну замысловатую микросхему — самодельный датчик для сенсорного блока Титана, который будет передавать дополнительные данные Пилоту по отдельному каналу.

Сзади резко распахнулась дверь, но Анна даже ухом не повела. За проведенные вместе несколько месяцев, ей удалось вколотить в Дженну понимание того, что вторгаться в ее маленький мирок нельзя никому, и особенно ей. Взбалмошная блондинка крушила все на своем пути, часто попросту не замечая причиненных разрушений, но, к счастью, помещение бывшей кладовки было настолько крошечным, что его дверь открывалась строго наружу, и Дженна просто физически не могла ею что-нибудь зацепить и обрушить.

Блондинка замерла на пороге, но не потому, что догадалась вежливо дождаться, пока на нее обратят внимание. Нет, она просто бежала со всех ног, и ей нужно было пару секунд, чтобы перевести дыхание и набрать воздуха в легкие. После чего она сразу же радостно закричала в полный голос:

— Анна! Анна!

Вечно серьезной обитательнице мастерской хватило этой пары секунд, чтобы морально приготовиться к приближающейся буре (эмоций). Она отложила паяльник в сторону и, не оборачиваясь, спросила:

— Ну, что?

— Анна! А давай займемся, — блондинка страстно выдохнула, и ее третьего размера грудь взволнованно колыхнулась, — ом?!

Анну бросило в жар, от подскочившего давления в ушах зашумело, и последнее слово она практически не расслышала. Ей даже пришлось приложить руку к носу, чтобы убедиться, что из ноздрей не пошла кровь. Потрясение тут же сменилось гневом, и разъяренная Анна мгновенным движением развернулась к своей соседке по общаге.

— Ты что несешь?! Мы же с тобой девушки, между прочим!

— Ээээ. ну, да?

Анна опешила, осознав, что Дженна растерянно смотрит на нее, хлопая глазами и не понимая, о чем, собственно, речь. Анна слегка нахмурилась, прокрутив ситуацию перед глазами еще раз. Может быть, это она где-то налажала, для разнообразия?

— Так, — Анна ткнула указательным пальцем в сторону Дженны, — ну-ка, повтори еще раз, что ты сказала?

— Я сказала Давай займемся текстом! — глядя на то, как вытягивается лицо соседки, блондинка поторопилась напомнить. — Помнишь, ты обещала помогать мне с фанфиками?

Анна хлопнула себя ладонью по лицу, только сейчас поняв, что блондинка держит в руках несколько исписанных мелким красивым почерком листов. Ну, конечно! Как можно было оказаться такой дурой, чтобы предположить, что.

— Ты обещала. — расстроенно протянула Дженна, по-своему истолковав этот жест, и решив, что соседка сейчас начнет отказываться.

— Да-да, конечно! — поспешила успокоить ее Анна. — Давай сюда, я просмотрю.

— Спасибо, Анна! — радостно прочирикала блондинка, протягивая листы.

— Ну, все, можешь идти. Я потом принесу, когда проверю, — ворчливо ответила Анна, опершись на верстак, и пробегая глазами первые строчки.

— Спасибо! — воскликнула Дженна, выбегая из мастерской.

Оставшись в одиночестве, Анна молча изучала творение хаотичного разума.

— Опять яой. Да сколько можно? — проворчала она, доставая из кармашка ручку. — Это, блин, уже через чюр .

Насыщенная событиями неделя, наконец, закончилась. Прозвенел звонок с последней пары, и менее чем через десять минут стайки девушек, радостно шумя, устремились из учебных корпусов на выход из Сакуры.

В общежитии, в квартире Шаан и ее соседок, начались сборы. Настало время отправиться навстречу приключениям за пределами Датиана. Время, которого София страшилась и одновременно ждала с нетерпением. Она сделала свой выбор, и хотя неизвестность пугала девушку, она кое-чему еще научилась от своей покровительницы — решительности и готовности идти вперед, невзирая на страх.

Во второй половине дня, когда солнце только начало клониться к горизонту, Шаан и София были готовы выступать. Шаан надела свой обычный оливкового цвета жилет, застегнув на талии пояс со снаряжением. На плечо нага закинула завернутую в плащ винтовку — светить оружие в городе не следовало. Из-за плеч Шаан выглядывал большой рюкзак, отчего ее фигура казалась сгорбленной. Анаконда собралась очень быстро, и нетерпеливо ждала, пока оденется ее подопечная.

София надела угольно черную форму, которая досталась ей от Венди, и практически идеально подходила по размеру, благо начальница Шаан была одного роста и телосложения с Софией. Униформа состояла из водонепроницаемого свитера-водолазки, сохранявшего тепло даже без подогрева от подключаемой электрической батареи, джинсовых штанов из жесткой ткани, устойчивой на удар и разрыв, пары ботинок и перчаток. Шаан помогла подпоясаться ремнем и застегнуть его замысловатую застежку. На крепежи ремня нага прицепила поясную сумку, аптечку, и нож. За спиной у Софии тоже был рюкзак, темного оливкового цвета, но значительно меньше размером. В нем девушка несла несколько упаковок армейского рациона, три смены одежды, предметы гигиены и дополнительную аптечку.

Шаан придирчиво осмотрела соседку со всех сторон, убедившись, что все сделано как надо, ничего по дороге не свалится, не расстегнутся ботинки или штаны. Только после этого анаконда удовлетворенно кивнула, и объявила, что они готовы выступать.

Пара вышла в коридор, по щелчку с брелка Шаан свет погас, а роллета с грохотом опустилась. София вздрогнула. Ей стало страшно. Раньше Шаан всегда уходила одна — туда, в черную неизвестность, а она, София, оставалась дома, в светлом и теплом помещении, за надежной дверью, где чувствовала себя в безопасности. Но сейчас она шла вслед за своей подругой, борясь с подкатившим чувством тревоги, усугублявшимся мрачной осенней погодой и серыми тучами, которые заволокли небо.

Шаан упорно ползла вперед, молча и не оглядываясь, чтобы убедиться, что подопечная не отстает. И Софии приходилось торопливо семенить следом, пытаясь приноровиться к темпу движения змеиного хвоста, который скользил по земле, извиваясь из стороны в сторону.

Они дошли до ворот Сакуры и пересекли красную линию, отделявшую Охотничьи Угодья школы, место, полное страха, опасности и смерти, от внешнего мира, где Закон гарантировал жизнь и безопасность. Здесь люди и другие существа могли спокойно перемещаться по улице в одиночку, радуясь жизни и не боясь каждого шороха за углом или встреченных хищников.

Нага и человек двигались по тротуару, лавируя среди потоков горожан. Основную массу прохожих, как это обычно бывало в Безопасных Зонах, составляли люди. Помимо них довольно часто попадались кролики или другие виды Зеленых. Лишь изредка в толпе мелькали горожане-хищники — то промелькнет покрытая шерстью фигура волка или лисы, иногда проползет нага, или медведь, пробираясь через толпу, вынуждает ее расступаться, чтобы через несколько шагов снова сомкнуться у него за спиной.

По проезжей части двигался редкий поток автомобилей. Не такой плотный, чтобы движение казалось непрерывным, как это обычно бывает в крупном мегаполисе, но и не настолько редкий, чтобы можно было безнаказанно выходить на проезжую часть, пренебрегая правилами дорожного движения.

На перекрестках иногда можно было увидеть патрули пеших полицейских, обычно состоявших из пары человек-хищник. Замечая их, Шаан напрягалась, и изменяла маршрут таким образом, чтобы не пересекаться с представителями власти.

— Иди следом за мной на некотором расстоянии, только не теряй из виду, — сказала нага своей подопечной. — Если меня остановят, то ты пройдешь мимо, как будто по своим делам. За ближайшим углом остановишься и станешь ждать. Если все будет нормально, то я догоню, и пойдем дальше.

— А если нет?

— Тогда ты сделаешь круг, созвонишься с нашими, и они помогут тебе вернуться обратно в Сакуру. Ни в коем случае не вмешивайся в мои разборки, чтобы не происходило. Ты поняла?

— Да, Шаан.

К счастью, никто их так и не остановил, и девушки достигли входа в станцию метро, расположенную посреди площади на перекрестке двух главных улиц. Они спустились по эскалатору на перрон, дождались поезда, который шел в охотничьи угодья. Вагоны такого поезда всегда выделялись красным цветом, каждый житель Датиана с детства знал, что у таких составов кольцевая находится за пределами городской черты.

Шаан и София заняли угол в задней части вагона. Нага свернулась кольцами, спрятав среди них рюкзак и чехол с оружием, и расположилась таким образом, чтобы обозревать весь вагон перед собой. София прикорнула рядом на сиденье, прижимая рюкзак руками. Вокруг них образовался небольшой свободный пятачок — суровый вид Шаан и ее тяжелый взгляд отпугивал других пассажиров.

Они ехали молча, и София могла наблюдать, как суетятся пассажиры. Они входили и выходили, разговаривали, сидели, стояли, держась за поручни или свисавшие с потолка петли. Вагон мерно покачивался на ходу, и масса людей колыхалась, словно по ней пробегала волна.

Постепенно, по мере движения поезда по маршруту, толпа в вагоне редела. Чем ближе состав подходил к городской черте, тем реже входили новые пассажиры. Опустевший вагон оказался изношенным и грязным, на полу виднелись разводы, на окнах пятна, стены расписаны граффити и заклеены рекламой. За окном проносились хмурые осенние пейзажи: приличные городские кварталы давно сменились промзоной и многоэтажками для бедняков, нагромождения одноэтажных домиков с редкими вкраплениями муниципальных зданий на самых нищих окраинах.

Вот, наконец, и граница Безопасной Зоны! Невысокий, выкрашенный в ярко-красный цвет, заборчик по периметру городской черты, над железнодорожными путями переходящий в арку, под которой может пройти поезд. В арке горели красные лампы, и вагон на мгновение залило багровым светом, давая понять каждому пассажиру, что рубеж перейден.

София ощутила мороз по коже. Она уже немного отвыкла от опасностей Угодий вокруг города, с тех пор, как переехала в него поступать в Сакуру. Здесь все куда серьезней, чем в школе. Здесь охотятся взрослые опытные хищники, учителя не прибегут на твои отчаянные крики, а засада может ждать за каждым кустом на этой огромной территории, ведь хищникам не нужно опасаться поимки и раскрытия. Одна, без множества вооруженных парализаторами земляков из своего родного городка, человеческая девушка не имела бы шансов на спасение. Поежившись, София поглядела на Шаан — в ее зеленой подруге заключались безопасность и шанс на выживание в этом жутком окружении.

Поезд продолжал движение от одной пригородной станции к другой, делая короткие остановки, чтобы группки пассажиров, проживавших в мелких Безопасных Зонах вокруг Датиана, могли организованно выйти. Шаан и София оставались на месте — их маршрут пролегал чуть не до самой конечной остановки.

В конце концов, кроме них в вагоне осталась только группа кроликов, опасливо поглядывавших на здоровенную нагу. Они были уверенны, что анаконда прибыла в Угодья на охоту (а для чего же еще?), и уже прикидывали, смогут ли справиться с такой крупной нагой их парализаторы. Шаан равнодушно смотрела на них в ответ.

Кролики вышли на предпоследней станции, настороженно бросив на нагу последний взгляд. Они оставались на перроне до тех пор, пока поезд не тронулся и не набрал скорость, двигаясь дальше. Если бы Шаан вышла, то кролики, возможно, остались бы ночевать на вокзале, не рискуя двигаться к своему поселению.

Нага и ее подруга остались до конечной, до которой состав шел дольше всего. Они вышли на маленькой обшарпанной станции, состоявшей буквально из двух небольших строений. София вдохнула прохладный воздух, стараясь успокоиться. Вокруг никого не было и, оглядевшись, Шаан сделала знак двигаться. Человеческая девушка отметила про себя, что указанное ею направление ведет в противоположную сторону от поселения, к которому приписана станция. Значит, они не идут туда, тем более что местные Защитники все равно не впустили бы нагу — хищникам запрещено даже посещать поселения вокруг Датиана.

Шаан и София шли через поля, удаляясь от станции и деревни фермеров. Впереди приближалась темная стена леса, деревья отбрасывали длинную тень, ведь солнце уже совсем склонилось к горизонту.

— София, держись возле меня, не отставай! — приказала Шаан и девушка покорно кивнула. — Возможно, нам доведется встретить рейнджеров, которые стали чаще патрулировать окрестности. Если это случится, не бойся — они не тронут тебя, охотиться при исполнении рейнджерам запрещено, а у меня есть все положенные документы. В нужном месте мы встретимся с Клэр, Хиссой и остальными.

— А они тоже где-то здесь? Почему мы не шли вместе?

— Мы двигаемся по отдельности, поскольку большие группы легче обнаружить.

— Я поняла, — неуверенно ответила София, которая на самом деле ничего не поняла.

Нага метнула на нее уничижительный взгляд, но промолчала. Не время устраивать лекции.

Одним ловким движением анаконда сбросила с плеча чехол с винтовкой, встряхнула его, и чехол развернулся, мгновенно освобождая свой смертоносный груз. Шаан подхватила г7 Разведчик и вскинула его к плечу, внимательно оглядев простирающиеся перед ними заросли. Ничего не увидев, она поднесла палец к наушнику, нажала кнопку связи, и прошептала несколько слов. Вероятно услышав ответ, нага удовлетворенно кивнула, поправила ношу за спиной, и сделала Софии знак следовать за ней.

Нага и человеческая девушка отправились вперед, и через несколько минут оказались под кронами плотно растущих деревьев.

Здесь уже не было обрабатываемых полей, территория вплотную прилегала к Диким Землям, приближаться к которым было опасно. Леса, подобные этому, опоясывали Датиан и его Угодья со всех сторон. Листва шумела, раздавались крики редких животных, ощущение опасности натягивало нервы Софии словно струны. Девушка торопилась за своей защитницей, стараясь не отставать, она даже ухватилась за ремень, которым подпоясывалась Шаан.

София не могла бы сказать, как долго они шли. Стало уже совсем темно, только на западе виднелся багровый диск исчезающего за горизонтом солнца. В подступающей темноте девушке чудились прячущиеся монстры, следящие за ней глаза, в шелесте листвы слышалось тихое перешептывание чудовищ между собой. Они ждали, терпеливо ждали, пока она останется одна, отстанет от своей покровительницы, потеряется и заблудится. И тогда.

— Мы пришли, — глухо сказала Шаан.

София вздрогнула и огляделась. Она не сразу заметила среди листвы спрятанную дверь. Челюсть девушки отвисла, когда она осознала, как необычно выглядит эта одностворчатая стальная дверь с магнитным и кодовым замком, такая же, как на подъезде любой многоэтажки. Дверь была встроена в поросший дерном и травой небольшой холмик.

Теоретически это могла бы быть нора, вырытая местными кроликами — рассуждала девушка — какой-нибудь отшельник или целая семья могли вырыть ее здесь и оборудовать, рискуя проживать вблизи границы с Дикими Землями, чтобы реже встречать городских хищников, которые охотились, в основном, вокруг поселений и возделываемых полей. Но как глубока кроличья нора?

Нага подползла к двери, набрала код доступа, и провела магнитным ключом по панели. Раздался тихий писк. Шаан потянула дверь на себя, и та послушно открылась. За ней зиял черный пугающий провал в неизвестность.

— Ну? Заходим! — нетерпеливо рявкнула анаконда.

София боязливо приблизилась и заглянула через порог. Через пару шагов за ним вниз уходили вырытые в грунте широкие ступени. Внимательно глядя под ноги София принялась спускаться. Шаан проследовала за ней, дверь с лязгом закрылась, щелкнув магнитным замком, и под потолком зажглась красная лампочка.

— Вперед, — поторопила Шаан свою подопечную.

София ускорила шаг, и через некоторое время оказалась у подножия короткой лестницы. Теперь перед ней находилась еще одна дверь, тяжелая, двустворчатая.

— Вот он, момент истины! — серьезно сказала Шаан. — Приключения начинаются!

Я в поезде, который везёт больных и извращённых, наслаждаюсь поездкой, пока нас не арестовали. Мы все пьяны, и сегодня вечером домой не поедем. Покрытые чёрным, нам не хватает социальных навыков. Как животные, мы выползаем из своих клеток. Они не могут нас приручить. Так что, если ты один из нас, садись в автобус. Если ты такой же урод, как я, помаши своим флагом. Если ты такой же урод, как я, вставай с задницы! Настало наше время, чтобы выложиться на полную! Так что кричи, если ты такой же урод, как я! Ты рождён, чтобы гореть! Это не болезнь, тебе не нужно лекарство! Настало наше время выйти! Если ты такой же урод, как я. Если ты такой же урод, как я, мы в андерграунде, но мы не сдадимся. Мы дадим им что-то на память, да! Так что напиши своё имя бензином и подожги это дерьмо!

Она обеими руками уперлась в двери, и навалилась, как следует. Створки распахнулись, и за ними оказалось просторное помещение, освещенное тусклым светом ламп под потолком.

София переступила через порог следом за Шаан, и ее сердце ушло в пятки: зал был полон. Фигуры в черной броне кучками собрались вокруг стальных ящиков, непонятного оборудования и машин. Их лица скрывали рогатые шлемы, а броня у некоторых была расписана причудливыми и пугающими рисунками. У многих на шлемах были нарисованы страшные рожи различных чудовищ, а броня стилизована так, чтобы напоминать каких-то фантастических существ. Черепа, оскаленные пасти, узоры чешуи, нарисованные языки пламени — всюду София замечала то, что казалось элементами какого-то ужасающего карнавала.

Девушка заставляла себя идти вперед по широкому проходу между этими фантасмагорическими фигурами. Фигуры оглядывались, провожая ее взглядом. От Софии веяло страхом, неуклюжая в своем камуфляжике и с непокрытой головой, она казалась здесь чужой, и мгновенно привлекала внимание, от которого сердце уходило в пятки. Вот один из страшных воинов в матово черном мотоциклетном шлеме кивнул в ее сторону, и стоявший рядом воин, чья броня была расписана изумрудно зеленой чешуей, а шлем напоминал драконью голову, с гребнем и нарисованной пастью, оглянулся на девушку. Дракон проводил ее долгим взглядом, прежде чем вернуться к своему занятию. Черная как уголь фигура, практически неразличимая на фоне тьмы, также проводила Софию полудюжиной поблескивавших красным окуляров. Незнакомая нага, вместе с какой-то нэко рылась в раскрытом ящике. Обе оторвались от своего занятия, чтобы посмотреть на гостью, забредшую в их логово. Рослая драконица скользнула по девушке мимолетным взглядом желтоватых глаз с вертикальным зрачком.

Софии было категорически страшно, сердце изо всех сил колотилось где-то в животе. Только присутствие Шаан придавало достаточно смелости, чтобы продолжать переставлять ноги.

Но вот ряды мрачных молчаливых бойцов стали редеть, и перед Софией оказалось немного свободного пространства. И наконец-то девушка увидела знакомые лица — у противоположной от входа стены, возле больших гаражных ворот стояли ее сокурсницы. Венди переговаривалась с Клэр, Хиссой и парой воинов в черной броне. Рядом с ними скучала блондинка Кризис, единственная из всего сборища одетая в светлое — ее униформа была голубого цвета.

— Кризис! — практически шепотом позвала София, и блондинка услышала.

— О, София! — радостно воскликнула она, как всегда улыбаясь. — Иди к нам!

Она помахала рукой, подзывая Софию к себе. София оглянулась на Шаан и та кивнула. Девушка сорвалась на бег, и поскорее подскочила к тем, кого так хорошо знала. Знакомые лица в этой нервной обстановке успокаивали, и страх начал потихоньку уходить. Шаан оставила Софию на попечение Кризис, а сама свернула к Венди, чтобы переговорить с ней.

— Как хорошо, что ты пришла! — зачирикала Кризис, стоило Софии приблизиться. — Ничего не бойся, здесь ты в полной безопасности, никто тебя не обидит! А если обидит, то я их. поругаю!

София нервно хихикнула, сказывалось накопившееся за поездку напряжение. Ее внимание привлекла еще одна девушка, одетая в черную униформу, как и у нее, Софии. Только эта девушка была не человеком, а кроликом с белоснежной шерсткой с серебристым отливом и синими глазами. Вокруг кролика постоянно суетилась Клэр, проверяя ее рюкзачок, что-то время от времени спрашивая. София сразу ее вспомнила — пару дней эта кролик наводила шорох в Сакуре, все стайки избегали ее, а хищницы наоборот — всюду следовали толпой.

— Эээ. Привет. — выдавила София из себя, ощущая неловкость.

— Привет, — послышался такой же смущенный ответ.

— Так, внимание! — прогремел над ухом голос Шаан. — Скоро уже выступаем.

— Выступаем? — изумилась София. — Куда? Я думала, что мы уже пришли.

— Здесь только перевалочный пункт на границе территории Датиана. Сюда стекаются грузы и персонал, но все это в город не провезешь, не привлекая внимания. По ночам на основную базу ходят конвои, и мы поедем в одном из них. Вот, держи.

Шаан протянула Софии наушник радиосвязи и пару ларингофонов. Девушка вставила наушник в левое ухо, и недоуменно повертела в руках ларингофоны. Шаан вздохнула, и помогла закрепить их на гортани.

— Помни, кричать не обязательно. С этими штуками тебя услышат, даже если ты будешь шептать во время. раскатов грома.

Шаан протянула руку, нажала на кнопку наушника, и ухо Софии наполнилось голосами. человеческими голосами, с разными акцентами говоривших на нескольких языках.

Радио: Внимание всем Сталкер два Викторам, я Сталкер два Виктор главный. Мы выступаем через пять майков, занимайте места согласно билетам .

В ответ послышался нестройных хор голосов, выражавших свое подтверждение.

Радио: Дрон закончил облет, контактов нет, вы можете выступать.

Радио: Дозор Охотника нарушителей не наблюдает .

Радио: Элементы третьего сопроводят вас до второй точки .

Радио: Все понял .

Раздался рокот, гаражные ворота дрогнули, раздвинувшись в стороны, и перед изумленной Софией открылось еще большее помещение, в котором находились машины.

Основу конвоя составляли три больших шестиосных транспорта, которые напомнили девушке обычные городские автобусы, только выкрашенные в черный цвет с полностью непрозрачными окнами. Колеса у них были огромными, каждое ростом с Софию. Вокруг автобусов был припаркован десяток машин поменьше — черные мрапы с оружейной башенкой на крыше. У большинства машин люки башенок оставались открытыми, бойцы суетились, устраиваясь на местах для стрелков. Повинуясь жесту Шаан, София полезла в один из автобусов, вскарабкавшись на высокую ступеньку. Внутри рассаживались солдаты, лязгало закрепляемое в держателях оружие, слышалось приглушенное переругивание и перешептывание. В салоне царил полумрак, однако изнутри окна были полностью прозрачными, и через них было отлично видно, что происходит снаружи, невзирая на слабое освещение. Не солнечный день, конечно, однако можно разглядеть происходящее вокруг машины не напрягая глаза. У Софии была лишь секунда подивиться подобному чуду, прежде чем команда Шаан загнала девушку на отведенное для нее место, которое как раз оказалось у окна с правой стороны.

Через проход, на широком сиденье, разместились Венди и Шаан, возле них, положив на колени громоздкий ноутбук, расположился солдат без шлема.

Радио: Сталкер два Викторы готовятся к отправке. Готовность!

Радио: Снаружи все чисто, никого нет, можно выступать .

Солдат оглянулся на Венди, и та кивнула.

— Внимание, Сталкеры, выдвигаемся, — проговорил офицер, и его голос эхом отозвался в наушнике Софии.

Лязгнули, закрываясь, створки дверей автобуса, стрелки мрапов захлопнули крышки люков на своих башенках, погасла единственная лампочка под потолком, погрузив салон в почти полную темноту. Взревели двигатели, автобус мелко завибрировал, когда в его моторном отсеке проснулась мощь полутысячи лошадей. Внешние ворота гаража с грохотом разошлись в стороны, две пулеметные турели под потолком развернулись, взяв под прицел зияющий чернотой проем.

Радио: Пошел!

Несколько мрапов взревели моторами, и сорвались с места, лихо выскочив наружу. Затем тронулся и стал набирать скорость головной транспорт. Автобус, в котором ехали Шаан и София, последовал вторым. Третий транспорт замыкал колонну, сопровождаемый бронированными машинами.

По ту сторону ворот начинались Дикие Земли. Джунгли почти вплотную обступили колонну машин. В мельтешащей листве София не могла разобрать ничего, но повинуясь какому-то неведомому чутью, колонна уверенно двигалась через листву, как делала это уже множество раз.

Оператор за ноутбуком что-то спросил у Венди, и та ответила утвердительно. Мужчина нажал несколько кнопок, взял в руку небольшой джойстик, и через мгновение с крыши их автобуса сорвалась стальная птица, прошелестев в воздухе после резкого щелчка стартовой катапульты. София проводила птицу взглядом, изумленно открыв рот.

Постепенно девушка начала различать детали пейзажа за окном, и замечать признаки рукотворного маршрута — стена деревьев раздвинулась, стало лучше видно окружающую местность. Колонна продолжала движение по давно проторенному пути — неровности рельефа были засыпаны землей, через встретившуюся небольшую речку был перекинут широкий понтонный мост, часть зарослей оказалась расчищена, чтобы создать просеку через которую могли проехать машины.

Парящая вверху стальная птица передавала изображение с тепловизорной камеры, показывая оператору все окружающее пространство.

Радио: Оператор дрона. Сил противника или враждебных существ не замечено .

Радио: Сталкер два Виктор Главный. Достигли второго контрольного пункта. Часть моих Викторов возвращается, с вами остается четыре машины .

Так продолжалось довольно долго. Часов у Софии не было, а смартфон оказался за пределами зоны покрытия оператора, и не показывал правильное время. Автобус мерно покачивался, убаюкивая девушку, ночная поездка усыпляла ее, и держать глаза открытыми становилось все труднее. Полусонное состояние Софии нарушило только возвращение разведывательного дрона. Тот спикировал на крышу автобуса, и ловко приземлился на захват катапульты, словно ястреб на жердочку. Откидная крышка закрылась, один из солдат встал на свое сиденье и отодвинул секцию потолка, чтобы извлечь дрон из отсека и перезарядить его батарею.

Радио: Внимание, контакт! — проревело радио, и София встрепенулась, стряхивая с себя сонливость.

Изрыгая ругательства, солдат спрыгнул с сиденья, оставив дрон в покое, часть бойцов схватилась за оружие. Автобусы и сопровождающие их броневики затормозили, остановившись посреди ночного леса.

Радио: Глушите моторы!

Мерный гул двигателя стих, вибрация сиденья прекратилась и наступила полная тишина. Солдаты напряженно вглядывались в ночную темноту, непроницаемую даже для их чудесных стекол с ночной подсветкой. Шаан и Венди подались вперед,

пододвинувшись ближе к окну, чтобы лучше все рассмотреть. Что-то щелкнуло, и салон заполнился шумом ветра и звуками ночного леса.

София тоже напрягала глаза, пытаясь увидеть хоть что-нибудь. И увидела! Там, за линией джунглей, что-то двигалось. Шевелились ветки деревьев, тряслись кусты, внешние динамики доносили хруст ломающейся древесины и чье-то натужное пыхтенье.

Радио: Тихаримся. Огня не открывать .

Софии стало очень страшно, девушка дрожала, не в силах совладать с собой. Она никогда раньше не была в Диких Землях, но была наслышана про эти места. Правда и небылицы давно перемешались в жуткую кашу. Люди, для которых выход за пределы земель Защитников означал практически верную смерть, не могли располагать достоверными сведениями о происходящем по ту сторону . Но София с детства слышала про это страшное место, где водились огромные стаи хищных животных, где хищники одиночки могли достигать таких размеров, что были способны проглотить человека одним глотком. Хищные растения, животные, птицы, змеи, гигантские черви, водоплавающие ящеры-великаны. Что сейчас из этого сейчас появится из кустов?

Почувствовав напряжение своей подопечной, Шаан положила руку ей на плечо. София сначала вздрогнула, но потом с благодарностью взглянула на свою покровительницу. От осознания, что та рядом, девушке действительно стало чуть-чуть легче, цепенящий ужас немного схлынул.

Радио: Не стрелять!

Наконец, кусты раздвинулись, и из них вывалилось длинное чешуйчатое тело с огромной пастью и множеством когтистых лап.

Радио: Осьминог, мать его. здоровый.

Чудовище действительно было крупным. Размером оно могло посоревноваться с автобусами, не говоря уже о броневиках сопровождения. Командир конвоя принял правильное решение не открывать огня — взбешенная ранениями тварь могла ринуться в атаку и опрокинуть машины.

Существо замерло, настороженно нюхая свежий ночной воздух. Глаза, светившиеся в темноте отраженным светом луны, с трудом пробивавшимся через тучи, сверкали злобными огоньками. Поочередно переставляя свои восемь когтистых лап, хищник медленно пробирался вперед.

Радио: Он нас чует? — заволновались на канале.

Радио: Не может быть!

Радио: Может, он нас видит?!

Радио: Ну, и что? Для него это просто предметы. Не двигается — значит не опасно!

Видя, как зашевелились, хватаясь за оружие, сидящие рядом солдаты, София снова почувствовала страх, но Венди и Шаан сохраняли олимпийское спокойствие.

Тем временем тварь прильнула к земле, и глухо зарычала, начав приближаться к машинам. Стало понятно, что именно конвой по непонятной причине является объектом его гнева. В эфире снова началось обеспокоенное оживление.

Радио: Он на нас идет! На нас!

Радио: Главный, что делаем? Стрелять?!

Радио: Аааа, черт. Слепим его! На три! Раз! Два! Три!

Прожектора всех машин конвоя вспыхнули одновременно, упершись в морду твари, и напрочь ослепив ее. Чудовище заревело, и замотало головой, но тонкие лучи военных прожекторов, которые могли разгонять темноту более чем на сотню метров от себя, продолжали гоняться за существом, вновь и вновь нащупывая его морду, чтобы продолжать слепить. Рявкнула короткая очередь пулемета, хлестнув чудовище по боку. От внезапной боли осьминог запаниковал. Он не видел врага, не знал, куда бежать и не понимал, что происходит. Хищник развернулся и попытался удрать в том направлении, откуда пришел. Он с ревом несся через заросли, врезаясь в деревья и подгоняемый очередями из турелей броневиков.

София взвизгнула, когда прозвучали первые выстрелы, больно резанувшие по непривыкшим ушам. Затем она молча, с открытым ртом, наблюдала, как удирает, слепо спотыкаясь и сталкиваясь со стволами деревьев, могучий хищник, один из высших в этой местности. Глядя на изумленное лицо девушки, Шаан захохотала.

Радио: Катись колбаской. Внимание, всем Викторам! Возобновляем движение .

Вновь тихо зарычали моторы, и конвой двинулся вперед. Вскочившие было солдаты стали снова рассаживаться по местам.

София облегченно выдохнула, а Венди, заметив это, сказала со смешком:

— Добро пожаловать в Дикие Земли, София. Привыкай — для нас такие встречи лишь маленькая разминка.

С этими словами командир села на свое место, и Шаан последовала ее примеру, вернув в ножны выхваченный боевой нож. Они принялись о чем-то переговариваться между собой, а София некоторое время не могла отвести от анаконды глаз, тупо глядя в одну точку. Нож? Почему именно нож, а не то страшное стрелковое оружие, которому иномиряне приписывали огромную убойную силу? Неужели, если бы пришлось драться, то Шаан бросилась бы на огромного, размером с их автобус монстра с простым ножом?

Ответа на этот вопрос девушка так и не нашла, а спрашивать нагу не решилась. Она снова принялась смотреть в окно, теперь уже испуганным и внимательным взглядом — произошедшая встреча быстро напомнила, как и почему могут быть опасны Дикие Земли.

Но так продолжалось недолго — страх постепенно отступил, и Софию опять начало клонить в сон. Мерное покачивание и гул мотора убаюкали ее, и, после насыщенного событиями дня, девушка задремала.

Софию разбудил толчок в плечо. Вздрогнув, она открыла глаза, и увидела, что над ней склонилась Шаан.

— Мы уже почти прибыли, готовься. Досыпать потом будешь.

Девушка кивнула, и огляделась по сторонам. Солдаты суетились, вытаскивая из-под сидений рюкзаки, и снимая с креплений оружие. Венди и командир конвоя склонились над ноутбуком.

Радио: Сталкер два Виктор Главный для Перекрестка. Приближаемся к вашему периметру защиты, запрашиваем разрешение на подъезд, передаем опознавательные коды .

Радио: Все позывные виктор сталкер. Перекресток принимает ваш сигнал. Обращаем ваше внимание, что наша сеть показывает зеленый сигнал и находится в режиме ожидания. Вы можете приближаться к нашим станциям, добро пожаловать обратно на базу Военные ворота !