Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю? (СИ)

Глава 18

Айнура

Сжимая руки в кулаки, я вхожу в дом. Дочь уже вовсю хвастается покупками дедушке и бабушке. Вся моя семья с улыбками смотрит на неё. А я не могу разделить их радость. Не после того, как в нашей жизни появился Марат.

Он ворвался в мою налаженную жизнь и перевернул её с ног на голову. Я думала, что прошла ад, что кошмары остались в прошлом. А когда они вернулись, я не понимала причину. Оказалось, это было предупреждение — он возвращается в мою жизнь.

Все эти дни он не сводит с меня глаз, требует ответов. Что говорить человеку, который даже не помнит ту, чью жизнь он разрушил?

Как он сказал? «Я причинил тебе боль?» Боль? Это слово не может передать и половины того, через что мне пришлось пройти. В нём всего четыре буквы, но за ними скрываются четыре круга ада.

— Идём со мной, — проходит мимо меня брат Муслим. Я снова ушла в себя, и он, конечно, заметил. Настроившись отбиваться от его проницательных вопросов, следую за ним во двор. Мы садимся на качели, которые так много помнят.

— Ответь мне честно, вы с Маратом знакомы? — он смотрит куда-то вдаль, но всё его внимание приковано ко мне.

— Да. Он брат нашей будущей невестки, — стараюсь ответить шутливо, хотя в горле комок, а внутри всё сжимается от паники.

— До того как он приехал к нам, вы были знакомы? — брат поворачивается ко мне, и его взгляд становится пронзительным. Он не позволяет мне отвести глаза, требует ответа. Если раньше он спрашивал мягко, то сейчас настроен серьёзно.

— Нет, — отвечаю, с трудом проглатывая ком в горле. Мы не были знакомы. Нас связывает лишь одна ночь, его имя, которое он попросил передать брату. Лично мне он не представлялся, моего имени не спрашивал. Так что технически мы не знакомы.

«Ага, только женаты», — ехидно заметил внутренний голос.

— Айнура, мне не нравится, что ты что-то скрываешь от меня! Абсолютно не нравится! Я не слепой, не идиот и всё отлично вижу! Ты боишься его. Стоит ему только появиться на горизонте — ты начинаешь дрожать. Ты готова сбежать куда угодно, лишь бы не видеть его! — к концу фразы его голос повышается. — Я хочу знать правду!

— Брат, что ты хочешь услышать? — устало вздыхаю, чувствуя, как накатывает отчаяние. — Хочешь знать, боюсь ли я его? Да, боюсь! Целую неделю меня преследовали проклятые воспоминания! А тут, среди бела дня, я вижу его лицо. Вспоминаю каждую черточку, каждую складку! — нервно вскакиваю и начинаю ходить взад-вперёд, не в силах усидеть на месте.

— Айнуш…

— Я вспомнила его лицо, брат. Видела его так чётко, как никогда, — о Аллах, я же… я не могу сказать брату, что именно Марат и является тем самым… Что я творю?

— Но неожиданно в этот момент передо мной появляется мужчина, похожий на бандита. Высокий, с хищным взглядом, — выдаю на ходу полуправду. — И я подумала — вдруг он пришёл расправиться со мной? Вдруг его наняли, чтобы убить? Ты представляешь, сколько мыслей пронеслось в голове за доли секунды? Я думала, он прикончит меня прямо на крыльце и передаст «привет» из прошлого!

— Айнуш… — в его голосе звучит тревога и боль.

— Ты хотел ответов? Так слушай! Я боюсь Марата. Мне кажется, он разрушит всё, что я с таким трудом построила. Подсознательно чувствую, что он изменит всё! Боюсь, что он займёт в нашей с Амирой жизни важное место, — выпаливаю сквозь слёзы. Для брата эти слова звучат иначе, он понимает их по-своему. Лишь я одна знаю, что на самом деле боюсь, что он вспомнит меня. Поймёт, кем приходится ему моя Амира. И до ужаса боюсь, что он отнимет у меня дочь. Я видела, как он смотрит на мою малышку. Видела, как побледнела его мать, увидев её. И прекрасно понимаю — она на кого-то похожа из их семьи. Иначе он не был бы так взволнован, а его мать не плакала бы, глядя на мою кроху.

— Прости, милая, — шепчет брат, обнимая меня. Его объятия тёплые и безопасные, но сегодня они не приносят утешения. — Я думал… что тот подонок… и есть Марат. Спрашивал у него, знакомы ли вы, но он твердит, что не знает тебя. Он видит твой страх. Пытается понять причину, как и я. Я же не думал, что ты просто… опасаешься перемен. Он тебе нравится?

Я застываю в изумлении. Нравится? Что за чушь пришла ему в голову? Как он может мне нравиться? Это не тот исход разговора, которого я ожидала. Ни в коем случае нельзя давать ему повода так думать.

Я не могу рассказать правду и не умею искусно врать. Скажи я правду — Марата убьют, а братья сядут в тюрьму. Селим откажется от Залины и разрушит её жизнь. А что станет с моей Амирой? Нет. Я должна молчать. Тем более Марат не помнит меня. И я надеюсь, не вспомнит до конца свадьбы. А потом он уедет. А я сделаю всё возможное, чтобы ни я, ни моя дочь больше никогда не встречались с ним.

— Айнуш… — начинает брат, но его прерывает громкий хлопок двери из соседнего дома.

Мы смотрим, как Марат вылетает оттуда, нервно проводя рукой по коротко стриженным волосам. Он почти бежит через двор, и через пару секунд с визгом шин уезжает.

Что с ним случилось? Недавно он зашёл в дом с матерью совершенно спокойным. Что могло произойти за такое короткое время?

— Что с ним? — хмурится брат, и в его глазах читается беспокойство. — Что-то случилось? Пойдём к тёте Тамиле, спросим. Не стоит оставлять это без внимания. Вдруг ему нужна помощь.

Кивнув, иду за братом. Мне и самой стало интересно, что заставило его так внезапно сорваться с места.

— Не знаю, Муслим, — растерянно отвечает тётя Тамила, её глаза влажны. — Мы с ним просто поговорили… вспомнили кое-что из прошлого. И он, сказав, чтобы я его не ждала, уехал.

У меня перехватывает дыхание от дурного предчувствия. Так хочется верить, что он ничего не вспомнил! Тётя Тамила сказала «про прошлое» — но оно может быть разным. У них самих в прошлом трагедия, может, речь шла о ней.

Не зная, что и думать, возвращаюсь с братом в дом. Молю Всевышнего, чтобы Марат ничего не вспомнил. Не хочу даже думать, что будет, если он всё же вспомнит. Не буду паниковать раньше времени.

Дочь просится в гости к тёте Тамиле, и я вынуждена её отпустить. Мне не хочется этого делать, но какой предлог придумать? Простое «не хочу» не пройдёт. Залина — наша невестка, и отказывать будет некрасиво. Да и… они её родные. И они даже не представляют, насколько!