Хозяйка скандального салона "Огонек" 3

Глава 4.5

— Ты сдурела? — Серо-зелёные глаза Рэйвена полыхнули холодным огнём, который обычно предшествовал долгой лекции о дисциплине с непредсказуемыми последствиями. — Три тысячи сорренов! Чем ты думала, когда подписывала чек?

— Головой, — холодно парировала я и подмигнула Лили, которая настороженно посматривала в нашу сторону поверх плеча.

Мы отошли ровно на расстояние, которое позволяло остальным не терять нас из виду, но при этом лишало счастливой возможности слышать разговор.

Я пригубила шампанское, мысленно отметив, что градоначальник не поскупился на хорошую выпивку. В отличие от отопления — в дальних углах бальной залы гуляли сквозняки, способные задуть свечи.

— Не будь таким серьёзным, — добавила я, мило улыбнувшись. — Иначе остальные решат, что хромоногая ведьма подкинула тебе очередных проблем.

Ван Кастер бросил быстрый взгляд на ауф Гросса. Градоначальник недоумённо хмурил густые брови, отчего его и без того внушительное лицо приобретало выражение бульдога, обнаружившего в своей миске что-то подозрительное.

— К тому же пожертвования не самое худшее вложение. Я решила, что слава щедрого мецената не повредит и без того подмоченной репутации.

— Или же избавиться от финансовой зависимости попечителя, — хмыкнул Рэйвен.

Удивлённо вскинув брови, я перевела взгляд с танцующих пар на него. Даже в гневе ван Кастер был до неприличия хорош. Как говорила моя прабабка в прошлой жизни: «Рядом с такими надо юбки зашивать».

— Ты проста, как колесо в телеге. Я, разумеется, дам добро на пожертвование, если тебе так хочется. Только помни две вещи: во-первых, всем плевать, сколько ты отдала бедным детишкам на простыни и игрушки. Ты для них была и остаёшься ведьмой с подмоченной репутацией, не больше...

— А во-вторых? — нетерпеливо перебила его я.

Желание бесить ван Кастера пропало, оставив лишь неприятный осадок где-то между рёбрами.

Словно почувствовав моё состояние, Рэйвен криво усмехнулся.

— Всё, что у тебя осталось — лишь моё имя. Не потеряй его, пытаясь пустить пыль в глаза тем, кто этого не стоит. Иначе придётся на своей прекрасной шкурке узнать, каково истинное положение ведьмы в Норстрии.

С этими словами он развернулся и направился к колоннам, которые служили укрытием для всех, кто предпочитал тени: интриганов и скучающих гостей.

Едва Рэйвен скрылся из виду, как на меня обрушилось неясное тяжёлое чувство, названия которого я не знала. Что-то среднее между досадой и стыдом, с лёгким привкусом бессильной злости. Рэйвен был прав, но признавать это мне хотелось примерно так же, как добровольно надеть на себя кандалы.

Залитый светом бальный зал гудел от разговоров и людского смеха. Закончился очередной вальс, и музыканты, поменяв ноты на пюпитрах, заиграли очередную мелодию.

— Какой жаркий мужчина! — раздался за моей спиной знакомый насмешливый голос. — Я аж вспотел, пока вы тут мило выясняли, кто главнее.

— Ха-Арус?! — Обернувшись, я ошеломлённо разглядывала демона, который напялил на себя алую ливрею лакея. — Ты как здесь оказался? Ты же из дома выйти не можешь!

В демоне не было ничего запредельного и жутковатого, к чему я привыкла в стенах дома. Передо мной стоял обычный юноша — из тех, что мелькают в толпе и тут же забываются, стоит только отвернуться. Пшеничного цвета волосы, аккуратно зачёсанные набок, бледное лицо с безвольными чертами — само воплощение усреднённости. Единственное, что выдавало домашнего демона — это глаза с пульсирующей радужкой, которая то сжималась, то расширялась, словно зрачок кошки, играющей с мышью. Если не присматриваться, то ничего особенного. Если присмотреться, то невольно возникает желание перекреститься.

— Ну, немного мастерства, — развёл руками Ха-Арус и весело подмигнул мне, протянув поднос с бокалами. — Шампанское, миледи?

— Ты мне так и не ответил, — прошипела я, с опаской оглядываясь по сторонам.

Не хватало ещё, чтобы кто-то заметил демона. По слухам, ауф Гросс после инцидента с полтергейстом в городской ратуше стал параноиком и нанял целую бригаду артефакторов, обвешавших каждый дверной проём всевозможными ловушками от нечисти. Впрочем, судя по тому, что Ха-Арус преспокойно разгуливал с подносом, артефакторы зря получили жалованье.

Люди продолжали общаться и веселиться, будто ничего не происходило. Дамы в пышных платьях, напоминающие ожившие цветочные клумбы, порхали от кавалера к кавалеру. Мужчины в чёрных фраках и военных мундирах сбивались в группку колонн, обсуждая политику и лошадей — две темы, к которым в Норстрии был неиссякаемый интерес. Даже Лили, которая не спускала с меня и Рэйвена взгляда, отвернулась к Лорелее и что-то напряжённо слушала.

Ха-Арус поймал мой настороженный взгляд и широко ухмыльнулся. Улыбка его выглядела бы вполне человеческой, если бы не демонстрировала чуть больше зубов, чем положено обычному лакею.

— Миледи, я для всех всего лишь ваша тень, — хихикнул он и многозначительно дёрнул бровями. — Я слежу, чтобы с вами ничего не произошло.

— Но как ты... — начала я и замерла на середине фразы с открытым ртом. Внутри что-то щёлкнуло. Разрозненные обрывки сложились в картинку, которую предпочёл бы не видеть. Я фыркнула и яростно зашептала: — В комнате с вещами покойниц мне не привиделось, что ты затянул меня во тьму.

Глаза Ха-Аруса суетливо забегали по залу.

— Если я буду с вами долго стоять, то меня накажет местный дворецкий, — заторопился он. — Но если будет нужна моя помощь, просто скажите: «Не сто́ит вглядываться в тень».

— Не смей жрать людей здесь! — прошипела я ему вслед.

— А я и не собирался, — обиженно бросил он через плечо. — Местная кухня и без того отвратительна.

И, ловко лавируя между гостями с подносом на кончиках пальцев, исчез в толпе.

Я покачала головой, чувствуя себя как на иголках. Принесла же нелёгкая этого демона! Теперь вместо светской болтовни моя голова будет забита Ха-Арусом. Вряд ли местное сообщество оценит его выходки. Одно дело — ведьма на балу. Но ведьма с демоном на балу — это уже прямая дорога на эшафот.

Напомнив себе, что я пришла за клиентами, а не просто подпирать колонну бальной залы и уничтожать шампанское с усердием человека, решившего утопить свои проблемы в пузырьках, я вернулась к Лили и чете ауф Гросс.

— Леди Миррен, — Уловила напряжение, невольно возникшее после разговора с Рэйвеном и Ха-Арусом, Элен ауф Гросс непринуждённо поинтересовалась, — а правда ли, что вы можете исполнить любое желание? Моя кухарка утверждает, что вы помогли её подруге найти пропавшего кота.Я натянуто улыбнулась, стараясь придать своему виду беззаботности.

Супруга градоначальника привыкла годами сглаживать неловкости за своим мужем. Её тёмные глаза смотрели на меня с искренним любопытством. Тонкие пальцы теребили веер из слоновой кости, а на бледных скулах проступал едва заметный румянец — то ли от духоты, то ли от волнения.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

— Леди Миррен? — Брианна Теплтон втиснулась в нашу маленькую группку с грацией осадного тарана, облачённого в изумрудный шёлк. — Я не ослышалась? Леди?

Слово «леди» она произнесла с таким ядом, что можно было смело разливать по склянкам и продавать аптекарям.

Президентша клуба добропорядочных женщин невольно напомнила мне болотницу, выползшую к людям из омута, — если бы болотницы носили бриллиантовые серьги и пахли удушающе-сладкими духами с нотками туберозы. На тонкой шее в три ряда сверкало изумрудное колье, на каждом пальце поблёскивало по кольцу, а в высокой причёске торчали две изумрудные шпильки, точно рожки. Общее впечатление было такое, будто ювелирная лавка взорвалась, и весь товар осел на одну-единственную жертву.

За ней, как тень, семенил щуплый мужчина с залысинами и выражением лица человека, который давно смирился со своей участью и находил в этом смирении мрачное удовольствие. Он напоминал комнатную собачку, которую выводят на прогулку исключительно для демонстрации ошейника.

— Брианна, Энц — Арно ауф Гросс натянул улыбку, которая стоила ему видимых усилий. Его пышные бакенбарды, обрамлявшие круглое лицо слегка дрогнули от напряжения. — Рад видеть вас.

— Разумеется, рады, — отрезала президентша, даже не взглянув на него. Её глаза были прикованы ко мне. — Вот уж кого не ожидала здесь встретить. Ведьма Миррен, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь.

— Хм. — Она окинула взглядом моё платье с таким оценивающим видом, что хватило бы на целый судебный процесс с апелляцией. — Смелое платье. Очень смелое. Впрочем, от ведьмы другого ждать не приходится.

— Благодарю, — я изобразила улыбку, больше похожую на оскал. — Я тоже восхищена вашим нарядом. Изумруды великолепны. Их так много, что они почти отвлекают внимание от всего остального.

Арно закашлялся, сдерживая смешок. А Лили, шумно втянув воздух, прикусила нижнюю губу. В глазах сестры ван Кастера мелькнуло предвкушение внезапно свалившегося веселья.

— Кажется, вечер перестаёт быть томным, — прошептала Элен ауф Гросс, прикрывшись веером.

Брианна даже не моргнула. Отягощённые тенями и тушью веки, по-видимому, утратили способность к быстрым рефлексам.

— Остроумие — опасное качество для женщины без положения. — Она повернулась к Рэйвену, который, на моё несчастье, успел вернуться и наблюдал за происходящим с видом человека, пожалевшего, что не захватил попкорн. — Лорд ван Кастер, я слышала, что вы оказываете покровительство госпоже Миррен. Похвальная благотворительность. Хотя некоторые могут расценить это двусмысленно.

— Мой муж покровительствует многим начинаниям, леди Теплтон, — внезапно вмешалась Лорелея. — Это его обязанность как главы рода.

Я изумлённо воззрилась на Лорелею, поняв, что она только что встала на мою защиту. Точнее, на защиту репутации собственного мужа, но результат был тот же. А я не собиралась привередничать.

Впрочем, Брианна оказалась из той породы женщин, которые не отступают, а перегруппировываются.

— Конечно, конечно. Обязанность. — Она отпила шампанского с тем выражением лица, которое обычно сопровождает дегустацию уксуса. — Но я, собственно, не об этом. А правда ли, госпожа Миррен, что вы отказали герцогу Квобоку?

Чем я так не угодила Теплтон, осталось загадкой. Однако её желание закопать меня поглубже было ясно как божий день.

Разговоры вокруг нас не смолкли, но стали значительно тише. Стоя́щие неподалёку от нас гости навострили уши так, что впору конкурировать с летучими мышами. Дама в розовом платье справа от нас изучала потолочную лепнину с таким пристальным вниманием, будто видела её впервые. Господин с моноклем слева задумчиво рассматривал собственные ногти.

Я хмыкнула. Ну ещё бы! Этот разговор завтра будут обсуждать во всех приличных домах, с удовольствием смакуя подробности.

— Разумеется! — выдала я с такой гордостью, будто сделала величайшее достижение человечества. — Я совершенно открыто заявила, что не собираюсь выходить замуж за его светлость. У нас не было ничего общего, кроме договорённости отца и герцога. Но кто же знал, что его светлость настолько обидчив, что распустит сплетни о собственном фиаско по всей Норстрии!

— Добропорядочная женщина не имеет морального права отказываться от предложения такого человека, как герцог Квобок. — Брианна отмахнулась, и кольца на её пальцах сверкнули, как кастет ювелира. — Любая разумная девушка в Миствэйле отдала бы правую руку за подобную партию.

— Я предпочитаю сохранять обе руки при себе. Они мне нужны для работы.

Энц Теплтон за спиной жены издал странный звук, одновременно похожий на смешок и кашель. Брианна метнула в него взгляд, от которого бедняга втянул голову в плечи и затих, снова превратившись в образцовую мебель.

Эдмун ауф Гросс крякнул, переводя взгляд с меня на президентшу и обратно. Элен снова прикрыла рот веером, пыталась удержать смех. Я же поймала себя на мысли, что мне ой как не хватало старой доброй словесной перепалки.

— Послушайте, Брианна...

— Для вас президентша Теплтон, — надменно проговорила она.

— Неважно, — скривилась я, давая понять, что этот разговор уже осточертел, как и весь этот великосветский балаган. — Вы пришли на благотворительный бал, как глава общества добродетельных жён или как главная сплетница Миствэйла? Я уверена, что хозяева дома, как и их достопочтенные гости, осведомлены о моей неоднозначной персоне лучше, чем я сама. И, тем не менее, я удостоена чести быть здесь. А глядя на ваши попытки выставить меня не в выгодном свете, можно решить, что общество добродетельных жён только и делает, что собирает и обмусоливает сплетни со всей Норстрии. На месте деловых партеров я бы задумалась: а стоит ли доверять тем, кто является главным разносчиком слухов?

— Вот уж воистину правы те учёные, которые говорят, что магия портит кровь, — выражение лица Теплтон было таким, что молоко бы скисло. — Недаром приличные семьи избегают подобных союзов, опасаясь дурной наследственности.

— Магия не так опасна, как лицемерная добродетель, — парировала я, чувствуя, как в груди закипает гнев. — Не сто́ит вглядываться в тень, президентша Теплтон. Результат может оказаться непредсказуемым.

Брианна побелела. Кровь отхлынула от её лица так стремительно, что пудра на щеках проступила бежевыми пятнами, обнажив сеточку мелких морщин. Затем густо побагровела до мочек ушей, на которых беспомощно звякнули серьги. Потом побелела снова. Энц за её спиной стоял с выражением человека, ставшего свидетелем чуда. Похоже, кто-то впервые прилюдно дал отпор его жене.

— Придёт время, и вы пожалеете о своих словах, — прошипела Брианна, растеряв свою величавость. Пальцы, унизанные перстнями, стиснули бокал так, что хрусталь жалобно скрипнул. — Миствэйл — маленький город. И память у него хорошая.

— Вот с этим я полностью согласна, — кивнула я и подняла бокал в лёгком, почти дружеском жесте. — Но уж лучше тупой карандаш, чем острая память.

Брианна развернулась и замаршировала прочь, рассекая толпу, как военный корабль рассекает волны. Гости расступались перед ней — кто-то инстинктивно, кто-то из благоразумия. Изумрудное платье шелестело по мраморному полу, оставляя за собой шлейф удушающих духов и невысказанных угроз.

Энц засеменил за ней — маленький, щуплый буксир в кильватере броненосца. На ходу он бросил на меня через плечо взгляд человека, который только что увидел, как кто-то совершил то, о чём он сам мечтал всего годы семейной жизни, но так и не решился.

— Закопала и потопталась. — Арно ауф Гросс извлёк из кармана платок и промокнул лоб. Его лицо побагровело от усилий сохранить серьёзность. — Что ж... Кажется, бал удался.

Элен ауф Гросс мелодично рассмеялась.

— Леди Миррен, это было великолепно.

Лили крепко сжала мою руку. Её пальцы были холодными и чуть дрожали, но хватка была железной.

— Он здесь, — прошептала она, наклонившись к моему уху. Я проследила за её взглядом.

В толпе среди гостей нервно переминался с ноги на ногу молодой человек в парадной форме офицера. Судя по его взволнованному выражению лица, он и сам был не рад оказаться здесь.

— Полагаю, у ауф Гросса найдётся беседка, где можно уединиться и поговорить — также тихо ответила я ей и многозначительно приподняла бровь.

Очаровательно улыбнувшись, она извинилась и скрылась в тени колонн.

Проследив за Лили, Рэйвен бросил хмурый взгляд на меня. Если он о чём-то и догадывался, то высказывать это вслух этого не стал. Ладони под перчатками невольно вспотели, а внутренности стянуло жгутом тревоги. Не хватало мне очередной порции нравоучений с последующим оборотом в какое-нибудь животное. Например, в таракана.

— У вас талант наживать врагов, леди Миррен. — Голос Лорелеи выдернул меня из размышлений. — Брианна Теплтон из тех, кто никогда не прощает подобного.

Я воззрилась на жену Рэйвена. На её лице не отражалось ни единой эмоции, однако её взгляд на секунду потеплел. К своему удивлению, я поймала себя на мысли, что драконница всё больше и больше нравится мне.

— Не сомневаюсь, леди ван Кастер, — ответила я. — Эта женщина мстит с изобретательностью военного стратега. Завтра утром об этом разговоре будет каждая гостиная Миствэйла. А послезавтра — каждая лавка. А через неделю история обрастёт такими подробностями, что я сама себя не узна́ю.

Проходящий мимо лакей весело подмигнул мне, блестя пульсирующими радужками.

— Не смей, — одними губами произнесла я.

Ха-Арус широко ухмыльнулся и растворился в толпе.**************************Добрый всем вечер, дорогие читатели!Вынужденно пропала (Да, опять без предупреждения; да, аж на две недели; и да вот такая я коза. Могу бекнуть для убедительности😉). На комментарии отвечу в понедельник, так что есть время убрать нехорошие комментарии типа "Афтар - негодяй и редиска". Иначе уберу их я и сделаю это безответно и от всей души (да, оказывается я не люблю и не хочу выяснять уровень своей редисочности😁).Те, кто остался со мной, и не слился за время моего отсутствия — моя огромнейшая благодарность❤❤❤ И небольшая, но интересная рекомендация новой истории от

Йоны Корппи “Личная тень Её Величества” (16+):

Я — воплощение воли богов. Но мой Первый советник считает это досадной ошибкой судьбы. Формально я его госпожа. Фактически — его самая опасная проблема. Он мой щит, моя тень, мой тюремщик в одном лице. И единственный человек в империи, который помнит, кто я на самом деле. Он думает, что контролирует меня. Но забывает: императоры не подчиняются никому. Даже своим теням.