Истинный север

Глава 34

Луиза

Опустошение — единственное, что я сейчас чувствую, глядя, как Гарри подсчитывает до жалости скудное количество скота, что мы смогли согнать с горы. После отбора тех, кого можно продать, у нас едва наскребётся половина суммы для платежа по ипотеке.

Он проезжает мимо на Дарби, ругаясь сквозь зубы, и я пытаюсь заговорить с ним. Он закрылся. Полностью ушёл в режим худшего сценария.

— Гарри? — окликаю я его.

Он снова делает круг вокруг стада. Указывает рукой на коров, грубо пересчитывая их.

Нед подъезжает ко мне.

— Чую, он не в восторге.

— Нет, не в восторге, — отвечаю я слабо, как и остатки моей надежды.

Я поправляю поводья Мары в руках. Если сейчас я не буду хоть за что-то держаться, боюсь, что сломаюсь.

Сердце сжимается, когда Гарри срывает шляпу с головы и запускает пальцы в волосы. Это движение говорит мне всё, что нужно знать.

После всего, что мы пережили — покупка ранчо, смерть мамы, этот загон — это как удар в живот. Стадо оказалось слишком маленьким, волки, четверо людей вместо полноценной команды — мы смогли согнать лишь часть.

Всё плохо.

Очень плохо.

— Лучше начнём отбор, приятель, — громко бросает Нед Гарри.

Гарри отмахивается, но всё-таки начинает гнать скот к загону. Нед кивает мне и направляется к нему.

Мик уже спешился, открыл ворота и пропускает первую группу в круглый загон для сортировки.

Гарри въезжает внутрь, Мик закрывает за ним калитку. Гарри отбирает первую голову, отдавая команды Мику, через какие ворота её гнать. Это займёт время. Я измотана, голодна, и уверена — мужчины тоже.

Я выезжаю на Маре со двора, привязываю её у перил и направляюсь к дому — делать то, что у меня получается лучше всего.

Кормить мужчину, которого люблю.

На кухне еда, что я оставила в холодильнике неделю назад, кажется чересчур аппетитной. Достаю ингредиенты для быстрого горячего ужина и начинаю шинковать. Мгновенно приходит спокойствие. В какой-то момент я замираю, нож завис над морковкой.

Я могла бы быть счастлива здесь. Готовить для своих.

Долгие дни с Гарри.

Работать вместе. Строить что-то своими руками. И сердцем.

Нож выскальзывает из пальцев.

Если мы не внесём платёж, все мечты, что Гарри и я связали с этим местом, рухнут.

Если Роузи была права, и этот корабль теперь под моим управлением — есть одна вещь, которую я могу сделать, чтобы он не пошёл ко дну.

Сгребаю овощи в кучу и вытираю руки о кухонное полотенце. Снимаю трубку со стены и набираю номер мамы Манчини.

Она берёт трубку после третьего гудка.

— Добрый день, миссис Манчини, это Луиза. Мне нужно с вами поговорить. Это важно. И ждать не может.

— Ты уверена? — глаза Мамы сузились, она сжала мою руку в своих ладонях.

Я кивнула.

Она наклонилась вперёд.

— Ну что ж, если это твоё решение, и ты действительно этого хочешь, думаю, мы без труда найдём инвестора, который захочет выкупить долю у нас обеих. Это место — символ этого городка.

— У меня есть кандидат. Но...

Одна мысль о том, чтобы просить Брэда о чём-то, заставляет меня вздрогнуть.

Но его семья владеет многими бизнесами в Льюистауне. Такая уж у них порода — бухгалтеры. Выгодные сделки — их хлеб с маслом.

Остаётся только надеяться, что у них будет интерес и деньги поступят до конца недели, иначе ранчо Роузвуд станет ещё одной потерей для Гарри.

— Дай знать, что выяснишь. Если до конца недели ничего не решится — я позвоню агентам по недвижимости, — мягко улыбнулась она. — Кстати, как бы сильно ты ни любила это место и еду — всё это не имеет значения без человека, с которым хочешь этим делиться. Ты делаешь правильный выбор, бамбина. Жизнь ещё принесёт тебе новые возможности. Запомни мои слова, эй.

— Спасибо. Спасибо за понимание. Я знаю, у вас всё уже было распланировано.

Она отмахнулась и хмыкнула.

— Лучшие планы — гнилое дело.

Я усмехнулась, видя её привычную гримасу. Она поднялась и ушла на кухню, но почти сразу вернулась.

— Тебе это пригодится. Я говорила, что хочу отдать тебе эти рецепты. Насколько бы они ни были семейной реликвией — какая от них польза старой женщине, если их не передать дальше? Я не знаю лучшего повара, которому могла бы их доверить.

Я поднялась, и она вручила мне папку с нашими рецептами — ту самую кремовую, что я когда-то подобрала на стойке ресторана. Теперь она стянута широкой резинкой и заметно потолстела.

— Вы добавили что-то? — спросила я.

— Немного. Чтобы вы с Гарри легче прошли трудные времена, — подмигнула она и привычно похлопала меня по щеке, как делала с первого дня моего появления на её пороге. — Знаешь, что говорят о сердце мужчины. Оно напрямую связано с его желудком.

Я не смогла сдержать смех.

Юмор у Мамы всегда был особенный: сухой, с причудливыми поговорками и огромным сердцем.

— Спасибо ещё раз. Я даже не знаю, как вас отблагодарить.

— Ступай! Улаживай свои дела. Время ни одну женщину не ждёт.

С улыбкой шире полуденного солнца я вылетела из ресторана, с папкой в руках, и поспешила в единственную бухгалтерскую контору в городе. Колокольчик звенит, когда я влетаю внутрь и оказываюсь перед маленькой бежевой стойкой.

Не верится, что я здесь впервые.

— Чем могу помочь? — спрашивает молодая девушка. Я её узнаю. Она недавно была в ресторане с Брэдом.

Всё по-семейному, Брэд.

Как... удобно.

Думаю, его мать довольна.

Когда я промедлила, она приподняла бровь:

— Ой, извините. Можно увидеться с Брэдом? Дело срочное.

Она опустила взгляд в огромную книгу записей. Провела пальцем по странице, втянула воздух и сказала:

— У него есть пять минут до следующей встречи. Можете зайти.

— Спасибо! — я развернулась. — Эм… а какая дверь?

— Вторая слева. — Она постучала пальцем по часам.

Я кивнула, коротко ей махнула и постучала в дверь Брэда.

— Входите.

Ну, поехали.

Я открыла дверь. Удивлённое выражение на его лице — бесценно. Хотя, наверное, в этот раз — вполне конкретная цена.

— Луиза? — нахмурился он, выпрямляясь.

— Привет. У тебя есть минутка?

— Полагаю, да. Садись.

— Спасибо, — я уселась напротив, лихорадочно перебирая в голове, как начать. — Я...

— Я встречаюсь с другой, если ты по этому поводу.

У меня отвисла челюсть, но я вовремя её закрыла, чтобы не сделать ситуацию ещё более неловкой. Пересела поудобнее, крепко сжав в руках папку.

— На самом деле, у меня к тебе предложение.

Он откинулся назад, хмурясь сильнее.

Неудачный выбор слов.

Чёрт.

Почему это так сложно?

— Ладно, прости. Начну сначала. Я хочу, чтобы ты купил Mama's Place.

Он слегка наклонился вперёд. Когда его руки разжались и он машинально поправил канцелярию на столе, я поняла — зацепило.

— Я думал, у тебя уже есть контракт на это место?

— Был. Мне нужно продать свою долю. А Манчини собираются на пенсию.

— И ты пришла ко мне? — хмурится он.

— Я знаю, в личных отношениях у нас не всё сложилось. Недопонимания и всё такое.

— Ты называешь это недопониманием? Когда твой парень вмазал мне в лицо?

Теперь моя челюсть опустилась окончательно.

Гарри мне никогда об этом не говорил…

Что?

Когда?

Уловив мою растерянность, Брэд пояснил:

— В ночь танцев. Он был не в восторге, что я не дал тебе закончить тот танец.

Он сказал это с таким видом, будто вёл себя безупречно и искренне удивлён последствиям. Но мне сейчас нужно не это. Мне нужно, чтобы он мне помог.

— Прости. Я не… Гарри… он...

Брэд поднял руку.

— Я всё знаю про семейку Роулинсов. Честно говоря, я не понимаю, почему ты выбрала так, как выбрала. Но я двинулся дальше. Тебе бы тоже не помешало.

Теперь уже я не сдерживаю саркастический смешок, что эхом разносится по его кабинету.

Заткнись, Луиза.

— Приятно знать, — произношу я, надеясь, что этого хватит, чтобы его успокоить.

Он просто кивает.

— Ресторан — надёжная инвестиция. Почему ты хочешь выйти?

— Мне нужны деньги на ранчо. — Как только слова слетают с губ, я понимаю, что допустила ошибку. Вряд ли он станет помогать Гарри. Помочь мне — это ещё можно было бы надеяться, но после танцев, после того как парень, которому я отдала предпочтение, вмазал ему в лицо…

Дела дрянь.

В этот момент в полуоткрытую дверь раздаётся стук.

— Луиза! Я так и подумала, что это ты, — в кабинет заглядывает миссис Коннорс.

— Здравствуйте, — выдаю я свою самую лучезарную улыбку.

Может, ещё не всё потеряно.

— Что тебя сюда привело? — спрашивает она, переводя взгляд с меня на сына.

— Обсуждаю с Брэдом продажу своей доли в ресторане.

— Ох, я так люблю это место. Столько прекрасных воспоминаний у мистера Коннорса и у меня связано с ним.

Я разворачиваюсь на стуле, и выражение моего лица, наверняка, становится почти умоляющим.

— Может, вас заинтересует покупка? Брэд как раз говорил, что это надёжная инвестиция.

— Не верится, что Мама продаёт. Думала, не доживу до такого дня, — миссис Коннорс садится на край стола сына.

— А вот настал. Мы продаём. Причём быстрая сделка — никаких торгов, никаких затяжных переговоров. Никакой конкуренции.

— Знаешь что, дай мне подумать. Можно я свяжусь с тобой через день-другой?

— Конечно! — я вскакиваю со стула и хватаю её за руку, пожимая как полная идиотка.

Она усмехается.

— Скоро поговорим. Оставь номер у секретаря.

— Обязательно. — Я пятюсь к выходу, не желая отворачиваться от единственного шанса, что у меня пока есть.

— Ах да, Луиза? — окликает она, когда я уже наполовину вышла. — Очень приятно было снова тебя увидеть, — при этом бросает на сына многозначительный взгляд.

— Мне тоже, — машу я и спешу к стойке администратора. Оставляю номер ранчо, наспех записав его на листке.

Разрываюсь от надежды и волнения, готова хоть в обморок упасть от накативших эмоций, выхожу из конторы бухгалтеров. Молочное солнце едва греет щёки, но мне плевать. После нескольких недель сплошных проблем что-то, наконец, начинает идти в правильную сторону.

Теперь всё, что нужно — чтобы сделка прошла до конца недели.

Я поднимаю глаза к холодному небу и лёгким облакам, что мчатся над головой. Холодный ветер обжигает лицо, нос начинает щекотать.

Держи за нас кулачки, Роузи.