Измена. Ты моя тайна...

Глава 16

Мама, конечно, приняла все как обычно.

— Тебе не кажется, что ты пренебрегаешь своими прямыми обязанностями? Нет, я не выговариваю тебе, но это должно когда-то закончиться.

— Мама, я все понимаю, — пытаюсь оправдаться в ответ, — Но в эту субботу никак.

— Не нравится мне этот твой Павел. Другой на его месте сначала познакомился со мной, с …

— Мам, прошу, не начинай. Павел делает, как считает нужным. Просто я еще не рассказывала ему.

— Ох, Маша, большую ошибку ты совершаешь, — вздыхает мама, — Так ты не избавишься от своих проблем.

— Понимаю, но потерпи еще немного, пожалуйста. Сейчас не время.

— А когда оно будет, это время? Не понимаю тебя, что ты тянешь.

Заканчиваю разговор с мамой и еду домой. Одно радует, что сегодня мне не нужно встречаться с Павлом. Он обиделся, а я вздыхаю облегченно. Это вот ненормально. Не должны быть отношения такими. Никакими, если честно. Ни с той, ни с другой стороны нет любви, как я думаю. Не похоже, что Павел меня любит. А как похоже? Как у Любимовых? Это скорее исключение из правил. Редкость в наше время. Да, у Риты получилось, и они оба счастливы. Но у меня не получается.

Дома пытаюсь провести вечер, занимаясь домашними делами. Раз у меня выдались выходные в городе, перестирываю шторы и отмываю окна, вытираю везде пыль. Лишь бы только не оставаться наедине со своими мыслями, которые так и лезут в голову. Лишь поздно вечером заставляю себя расслабиться, принимаю ванну с душистой пеной и падаю на кровать. Глаза закрываются, но уснуть не могу. Прокручиваю в уме все, что натворила за последнее время. Понимаю, что не стоит мне выходить за Павла. Не примет он меня такой, какая я есть на самом деле. Он ждет от меня вышколенную супругу, которую нужно как куклу показывать своим партнерам по бизнесу. Образцовый дом с антиквариатом и картинами, детей, соблюдающих этикет с пеленок. Но смогу ли я так жить? Нет, точно нет.

Утром встаю с больной головой, но уверена в своем решении. Павел мне не подходит, хотя вариант завидный. Пусть для кого-то будет такой муж, но не для меня. Выхожу к нему в джинсах, кутаясь в старую мамину кофту. Ловлю удивленный взгляд, который тут же становится колким, ледяным.

— Ты не готова? — выходит из машины Павел и отбрасывает обратно на заднее сидение красивый букет из кремовых роз.

— Я не поеду, Паш, прости, — протягиваю ему кольцо, что снимаю с пальца, — Ты просил вернуть, если я откажусь.

— Хорошо подумала? — хмурится Павел, — Второго шанса я не даю.

— Хорошо, мы не подходим друг другу, — киваю, обнимая себя руками, — Ты еще встретишь женщину, что полюбит тебя, но это не я.

— Ты не в себе, Мария, — сердито поджимает губы Павел, — Возможно, я пережал.

— Нет, дело во мне, — качаю головой, — Ты создал себе образ, который мне не подходит. Я другая, Паш. Мне никогда не быть женой такого солидного бизнесмена, как ты. Недотягиваю, — усмехаюсь, пытаясь спрятать улыбку, — У тебя слишком высокая планка, мне до нее не дотянуться.

— Ты ошибаешься, — горячо возражает Павел, — При правильном руководстве…

— Вот! — перебиваю его, — Я не твоя подчиненная, не нужно мной руководить. Для тебя я все делаю не так, а ты меня душишь своими рамками.

— Мы можем пересмотреть некоторые нюансы…

— Да не хочу я ничего пересматривать! — взрывает меня, — Просто уезжай. Мы приятно провели какое-то время, не более. Давай останемся друзьями.

Павел какое-то время стоит, вертит в руке кольцо. Я отмечаю аккуратный маникюр, отполированные ногти. Вот почему мне не нравится этот ухоженный мужчина? Почему меня тянет к брутальному, с двухдневной щетиной хирургу? Что во мне не так?

— Даю тебе неделю. Обещаю не беспокоить. Надеюсь, что ты образумишься и придешь к верному решению, Мария. Возможно, ты перенервничала из-за знакомства с моими родителями. Я слишком тебя тороплю. Давай, в следующие выходные я познакомлюсь с твоей мамой, пообщаюсь с ней. Тогда ты будешь увереннее в себе.

— Ты меня не слышишь… — отвечаю Павлу, — Извини, мне холодно.

Отворачиваюсь от него и иду к своему подъезду. Пусть все будет так. Не мой мужчина, не моя эта жизнь. У меня какая-то другая, сама не знаю, как ее найти и прожить.

— Я позвоню через неделю, — кричит мне в след Павел, а я не оборачиваюсь, ныряю в спасительное нутро подъезда.

Ночью меня будит звонок мамы. После смерти папы я сама не своя, когда вот так звонят, в два ночи. Как правило, такой звонок несет беду, и я не ошиблась. Мама плачет, говорит невнятно. Только с третьего раза понимаю, в чем дело. Бегаю по квартире, натягивая джинсы, кое-как закручиваю волосы в узел на затылке.

— Я еду в скорой, ты встретишь? — рыдает мама.

— Конечно, уже еду в клинику. Не волнуйся, все будет хорошо, — а у самой руки дрожат, пока пытаюсь закрыть входную дверь.

Попадаю ключом с третьего раза, бегу по ступеням вниз, не боясь свернуть себе шею и начисто забыв про лифт. Лишь за рулем делаю несколько глубоких вздохов, пытаясь успокоиться, но куда там. Доезжаю до клиники, практически не соображая, не видя дороги. Хорошо, что машин почти нет.

Забегаю в приемный покой, где уже выгружают носилки, перекладывают на каталку.

— Кто это тут у нас? — басит голос, от которого я вздрагиваю.

Матвей. Я и рада, что сегодня дежурит именно он, но до смерти боюсь этого.

— О, Мариванна, видок у тебя… — с улыбкой оглядывает меня с головы до ног.

— Матвей, помоги, — стекаю по стенке, наблюдая за дежурным персоналом.

Ноги внезапно стали ватными, в глазах все кружится. Мне бы туда, к носилкам, а я шага сделать не могу. Мать называется. Накрыло так, что отключает напрочь.

— Ты чего, Маш? — одним шагом подскакивает ко мне Матвей, — Знакомый кто?

— Да, — киваю как болванчик, ничего не вижу из-за слез, только слышу глухие рыдания мамы где-то далеко, хотя она рядом, — Дочь там твоя… Срочно, операция, Матвей. Она маленькая, слышишь, ты же ее спасешь, да?!

Цепляю его за грудки белого халата, крепко сжимая кулачками:

— Дочь свою спаси, пожалуйста! — молю ошарашенного хирурга, который смотрит на меня как на безумную.

ПОДПИШИТЕСЬ, ПОЖАЛУЙСТА, НА АВТОРА

ЗДЕСЬ

(слово активно). Вам в подарок фейерверк из сердечек и моя благодарность.