Измена. Ты моя тайна...

Глава 33

Спускаюсь, прохожу по пустому холлу, иду в кабинет Руслана Никифоровича. Из-за приоткрытой двери доносятся повышенные голоса бывшей жены и тестя. Лена, как обычно, истерит, требует свое.

— Ты должен сказать Матвею, что так больше продолжаться не может! — возмущенно выговаривает отцу Лена, — Я вообще не понимаю, почему ты позволил ему развестись со мной.

— Чтобы не было скандала! — рявкает Руслан Никифорович, — Нагуляла от другого мужика, а мне расхлебывай. Если бы знал, что ребенок не Матвея, ни за что не позволил бы вам пожениться!

— Папа! — взвизгивает Лена, а я не хочу больше это слушать, решительно толкаю дверь в кабинет, прохожу к столу и усаживаюсь в пустое кресло.

— Явился, — кривит красивые губы Лена. Только ее красота сейчас больше отталкивает, чем привлекает. Зная ее как свои пять пальцев, даже смотреть на бывшую не хочу, — Вот папа, полюбуйся, он привел к своей матери какую-то девку с ребенком. И я так понимаю, что та тоже говорит, что это его дочь.

— Вера действительно моя дочь, — внешне спокойно отвечаю я, а внутри все кипит, того гляди рванет.

— Такая же, как Стас? — хмыкает Лена.

— Нет, это ты можешь себе позволить столько удовольствий сразу. Рожая от неизвестно кого.

— Так, хватит! — останавливает нашу ругань профессор.

— Только одно. Я хочу, чтобы ваша дочь перестала бить ребенка, — поднимаю руку, чтобы остановить возражения Лены, но той плевать.

— Он не слушается! — взвывает она, — Как ты от нас ушел, он совсем от рук отбился. Ты думаешь, мне приятно все это? Но Стас стал невозможным, невоспитанным, упрямым…

— Это не дает тебе право бить его!

— Вот сам и воспитывай, если знаешь, как будет лучше! — парирует бывшая.

— Нет, Лена, мы развелись. И я хотел сказать, что более не желаю видеть тебя в своей жизни никаким образом. Хватит! Мы с тобой два года уже как никто друг другу, а ты до сих пор считаешь, что у тебя какие-то права на меня. Так вот, я тебе скажу, что нет. Никаких прав нет. Тем более я хочу создать новую семью.

— С этой белобрысой и ее дочерью?! — вскакивает с кресла Лена, — А ты проверил? Может, там тоже не твоя дочь.

— Не все такие … — едва сдерживаюсь, чтобы не сказать вслух брачное слово при отце Лены, — Да и вообще, тебя не касается больше моя жизнь.

— А как же Стас? — гнет свое.

— Он мне не сын! Понимаешь? Я согласен общаться с ним, брать к себе иногда и то, если моя новая семья не будет против. Я люблю мальчика, но жить с тобой ради его благополучия не собираюсь.

В комнате воцаряется тишина. Лена притихла и стреляет в меня злым взглядом. Руслан Никифорович задумчиво вертит в руках золотую ручку. Затем откладывает ее и откидывается на спинку своего кресла.

— Так… — строго смотрит на дочь, — Ты приехала и опять начала свое. Стоило только Матвею уехать, как ты понеслась за ним сюда. Я рад, что ты привезла нам внука, но лучше тебе вернуться в Берлин.

— Но папа… — возмущенно начинает Лена, а Руслан Никифорович, громыхает ладонью по столу, отчего она замолкает, кусая губы.

— Насколько я знаю, тебе сделал предложение барон Хартан. Ты сказала, что подумаешь. Так вот, выходи за него, это то, что тебе нужно: титул, богатство, статус в обществе. Стас остается с нами.

— Как?!

— А так. Доходит в садик здесь, рядом с домом у нас гимназия, и Матвей, если захочет, сможет навещать нашего внука. Барон не планирует в доме чужих детей, насколько я знаю.

— Нет, — делает печальный вид Лена, но я почему-то ей не верю.

— Да и мешать он вам будет. С вашими приемами и светской жизнью.

— Пап, барон старше меня на десять лет…

— Ничего, зато мужик суровый, а ради положения в обществе ты полюбишь его, точнее, его кошелек, — усмехается Руслан Никифорович, — Я поддержу этот брак, завтра мы оформим документы на Стаса и улетай.

— Ты будешь его опекуном? — тихо спрашивает Лена.

— Я хочу, чтобы мы не дергали тебя каждый раз из Берлина, если возникнут вопросы с ребенком, все понятно?

— Да.

— А ты… — грозный взгляд на меня, — Не думал, что ты будешь все это так долго терпеть. Зачем женился на ней, если не любил? Ради ребенка? Благородный какой. Если из уважения ко мне, то не стоило. Вот к чему это привело. Стас не виноват, что у него такие родители. Мальчонку в обиду больше не дам. Лена, еще раз узнаю, что тронула внука, из завещания вычеркну, поняла?

Лена молча кивает, бросая на меня злой взгляд, но при отце сдерживается, а я внутренне облегченно вздыхаю. Раньше нужно было все это сделать, но лучше поздно чем никогда.

В кармане брюк вибрирует телефон, и я, извинившись, отхожу к дверям.

— Агафон, ты где? — голос Любимова как нельзя кстати, — В городе?

— Да, а что случилось?

— Авария большая на МКАД, пять машин и автобус. К нам пострадавших везут, мы близко к месту аварии. Часть примем, часть я отправляю в другие больницы. Руки нужны.

— Еду, минут через тридцать буду.

— Отлично, — Сергей отключается, а я развожу руками и прощаюсь.

— Извините, авария большая, я на работу.

— Много пострадавших? — хмурится бывший тесть.

— У нас мало мест в реанимации и всего две операционных, сколько сможем принять.

— Я с тобой поеду, — встает профессор из-за стола, — Стариной тряхну, да и руки мои пригодятся.

— Вот это реальная помощь, Руслан Никифорович, спасибо, — сияю я, как медный таз. Работать рядом со знаменитым хирургом — самый большой для меня подарок, да и Сергей обрадуется.

— Поехали, — натягивает пиджак Виноградский, и мы уезжаем, оставляя недовольную Лену в кабинете отца. Надеюсь, я ее не скоро теперь увижу.