Измена. Ты моя тайна...

Глава 48

День рождения Веры был в самом разгаре. Конечно, мы не могли позволить себе такой же масштабный праздник, как у Любимовых, но Рита с Сергеем сделали замечательный подарок — пригласили клоунов и пару ростовых кукол. С детьми играли и танцевали белый мишка с кокетливым красным бантом на шее и снежная королева с блестящей палочкой и блестками на голубом платье. Аня, как самая старшая на данный момент, следила за порядком, и ей эта роль очень нравилась. Наша маленькая хозяюшка растет!

— Анечка совсем большая стала, — провожаю взглядом девочек, которые водили хоровод вокруг королевы ростом под два метра. — Спасибо, Рита, ваш подарок суперский.

— Да ладно тебе, я сама себе праздник устроила, — смеется подруга. — Вырваться на пару часов из дома, где находятся двое маленьких детей, бесценно.

— Как ты? — внимательно оглядываю подругу.

Она немного похудела, ещё бледная, но глаза сияют счастьем. Неподдельным, настоящим, женским.

— Хорошо, правда хорошо, — пожимает мне руку Рита. — Лучше расскажи, как у тебя прогресс с ногами? Говоришь ты уже намного лучше, чем месяц назад, только голос ещё хриплый.

— Да, речь восстановить намного легче, чем научиться заново ходить, — улыбаюсь в ответ. — Слова путаю, поэтому и говорю так медленно.

— Ничего, прогресс уже есть, так и на работу скоро выйдешь.

— Ой, про работу я пока даже не думаю, — отмахиваюсь, наблюдая за детьми, которые снова усаживаются за стол, где уже стоит большой трёхэтажный торт. Яркий, с фигурками героев любимых мультфильмов.

— А где Стас? Что-то я его не вижу, — рассматривает детей Рита. — Ты не разрешила Матвею его привести?

— Ну что ты, мне жаль мальчика. Он же не виноват, что у него отец и мать непутевые. Матвей поехал за ним, скоро будут.

— Матвей не его отец, хотя ты права. Я сама иногда забываю, что Макар не сын Сергея, а Аня мне не дочь. Мы уже не отделяем детей от нас. Они все наши, все родные. Как и Ванечка. Брагины души в нём не чают, кто бы мог подумать. Ты бы вот могла воспитывать ребёнка от чужой женщины? Это же постоянное напоминание об измене.

— Понятия не имею, — пожимаю плечами, поправляя плед на ногах.

Мы с Ритой устроились в уютном уголке гостиной. Я в кресле-коляске, она на диване. Любимов что-то там делает с детьми, поочередно таская их на своих могучих плечах. Мама Матвея уже спустилась из своей комнаты, поздравила и ушла, ей пока тяжело долго сидеть с людьми. Зато моя мама весь день на кухне, и почти полностью праздничный стол — это её труд.

Перед нами с Ритой небольшой столик с напитками и закусками. Спиртное нам нельзя, поэтому мы пьём чай, что-то едим, но больше разговариваем. Я соскучилась по подруге. А Лилька у нас уехала после свадьбы, которая была две недели назад. Теперь они с Андреем на Сейшелах и уже скоро вернутся. Я у неё на свадьбе не была, но Лиля с мужем неожиданно приехали в наш дом в день свадьбы и растрогали меня до слёз.

— Ты не смогла прийти, я решила, что мне нетрудно самой к тебе приехать, — смеялась Лилька, обнимая меня. — Поздравляй, и мы помчались дальше.

Конечно, я поздравила, подарила подарок, который хотела передать после свадьбы. Порадовалась за счастье молодых, за красоту невесты в белоснежном пышном платье. За суровую красоту Андрея и его внушающий надежды взгляд. Мне казалось, что я видела, как он любит нашу с Риткой подругу, что не предаст её, не бросит. Хотя в жизни всё бывает.

В гостиную входит Матвей, держа в руках по букету, Стас следом за ним. Оба улыбаются, здороваются с детишками. Вера тут же подхватывает Стаса, и они бегут в прихожую, чтобы посмотреть оставленный там подарок. Матвей направляется к нам.

— Рита, прости, тебе цветы не купил, — искренне расстраивается Матвей. — Но ничего, тебя Серега цветами заваливает после рождения близнецов.

— Нет, она уже тормознула этот мой искренний порыв, — появляется Любимов, пожимает руку Матвею. — Вот до чего женщины меркантильны, а? Даришь цветы — плохо, деньги тратишь, не даришь — прошла любовь, завяли помидоры. Вот как вам угодить? Сами себе противоречите.

— Думаю, ты знаешь как, — смеется Матвей. — Судя по вашей напичканной детьми семье.

— А, ну это да, — улыбается довольный Любимов, подхватывая с дивана Риту и прижимая к себе за талию. — Ты ещё не забыла, как детей делать, Ритуля-моя-дорогуля?

— Имей совесть, Любимов! — Рита бьёт легонько по широким плечам своего мужа. — Я два месяца как из роддома! Да и вообще, больше никаких детей!

— А как же ещё один материнский капитал? — делает многострадальное лицо Любимов.

— Тьфу на вас, — закатывает глаза Матвей и вдруг опускается передо мной на правое колено.

В одной руке раскрытая коробочка с кольцом внутри, в другой большой букет цветов.

Рита ахает, Любимов крякает, а я прикрываю открытый рот ладошкой.

— Да ладно-о-о, — тянет Сергей. — Ну ты бессмертный, Агафон.

— Иди ты, — огрызается Матвей. — Маша, я совершал в жизни много ошибок, и первая моя ошибка была, что не поехал тогда за тобой. Не стал разбираться в том, почему ты так внезапно уехала, ничего не сказала. Я думал, что ты выкинула меня из своей жизни, просто хорошо провела время и всё. Я сам так делал, когда чувства ничего для меня не значили. Если бы я знал, что зря теряю столько лет вдали от тебя и дочери, что сделал самую главную ошибку, не пытаясь тебя вернуть — никогда бы её не повторил. Судьба дала нам второй шанс, чтобы начать всё сначала. Мы вместе прошли через трагедию, твою боль. Мы вместе пережили эти страшные часы, дни, месяцы. Сейчас, когда прошлое немного отступило и ты сама можешь принимать решения, которые определят нашу дальнейшую жизнь, позволь мне пройти её рядом с тобой, с нашей дочерью. Позволь справиться со всем, что ещё будет у нас в жизни вместе. Я прошу тебя принять моё предложение и выйти за меня замуж.

— Я такая тебе не нужна, — всхлипываю, заикаясь от рыданий. — Какая из меня жена? Я ходить даже толком не умею.

— Плевать, я со всем этим справлюсь, и ты справишься, — отмахивается Матвей. — Так что? Я на руках тебя таскать буду, хочешь? Но это ине понадобится, ты пойдешь, будешь ходить, я в это верю. Но люблю я тебя за то, что ты есть. Я это точно понял, когда чуть не потерял тебя там, на дороге. Когда качал твоё остановившееся сердце, чтобы снова запустить. Позволь мне сделать нас счастливыми. Пожалуйста, Маш?

Минута молчания затягивается. Я просто не могу ничего произнести из-за кома в горле. Меня словно опять лишили голоса. От волнения не могу найти правильные слова.

— Господи, Ритка, я сейчас в обморок от ожидания упаду, так волнительно, — визгливо произносит Любимов, притворно обмахивая лицо ладонью, вызывая во мне истерический смешок. — У меня даже мурашки на коже вылезли, видишь?

Рита шикает на него, сама пряча улыбку, а я решаюсь, выдыхаю, выравнивая дыхание. Смотрю Матвею в глаза и протягиваю руку.

— Да, — говорю одно слово, что изменит нашу жизнь и будущее навсегда. — Я выйду за тебя замуж. Потому что люблю и всегда любила.