Измена. Ты моя тайна...

Глава 3

Вечер проходит просто замечательно. Мы жарим шашлык, пьем виски. Аня выбрала меня своим кумиром, и я с удовольствием болтаю с ней, расспрашивая про школу, про женихов. Видел ее маленькой еще на свадьбе Сергея и Риты, а затем они приезжали в Германию, через полгода после рождения Макара. Сейчас девочка вытянулась и стала похожа на Сергея. Да и Макарыч интересный, мы с ним почти час возились, собирая железную дорогу, что я привез в подарок.

Затем Рита увела детей наверх, укладывать, а мы с Любимовым налегли на виски. Разговор, как обычно, зашел о медицине. Сергей уже полноправно пять лет владел клиникой в Москве, и довольно успешно.

— Открыли зубное отделение, — рассказывает Сергей, — Посадил туда троих врачей и мало. Цены держим на уровне московских, но люди идут. Рита занималась детским отделением, но сейчас передает его своей подруге Лиле. Хочу, чтобы последние месяцы дома сидела. Ей тяжело носить двоих. Она у меня худенькая, на последних месяцах будет уставать. Беременность с Макаром далась ей тяжело: чуть не потеряли на первом триместре, а потом до самых родов бегала как коза. Пришлось даже дома запирать.

— Да брось, прямо так и запирать, — смеюсь я немного пьяно.

— А то, я из дома, а она следом за мной. Приедет в клинику и сидит там, планы свои рисует, как расширить и что внедрить. Надо сказать, есть у нее эта чуйка, тем более с ее деньгами. Вложили, новый филиал открыли. Гинекологию оснастили по последнему писку техники.

— Короче, любишь ты ее, — усмехаюсь я.

— Я?! — удивляется Сергей, — Да я ее обожаю! Вот сейчас пойду и цветов ей принесу.

— Откуда? Ночь на дворе, не доставку же заказывать, — смеюсь в ответ, и мы с Сергеем чуть ли не ползком спускаемся с террасы в сад.

— Моя женщина, моя, — упорно твердит он, нетвердо виляя по тропинкам сада, — Я должен ей цветы дарить.

— Дари, только сейчас мы их, где возьмем? — не соглашаюсь я.

— Видел тут, у соседей…

Дальше слышу только ругань, кто-то упал, лай собак и тороплюсь в ту сторону. Навстречу несется Сергей с каким-то веником в руке, с которого земля сыпется.

— Если что, это ты был, — на ходу сообщает мне, — Я тут живу, а ты приехал, какой с тебя спрос. Валим.

Бежим уже вместе и забегаем на террасу, тяжело дышим.

— Перестал бегать по утрам? — спрашиваю Сергея.

— Неа, жрать вкуснее стал и чаще, — смеется он, цепляя свой огромный веник с корнями и землей крепче в руках, — Пошел я, засыплю постель ромашками.

— Ну-ну, — смотрю ему в след и сгибаюсь от хохота. Представляю Риту в этом цветнике с утра.

Утром сидим хмурые, голова гудит, во рту кошки нас… гадили, короче. Рита, тоже сердитая, смотрит на Любимова волчицей. Выпиваем на пару с Сергеем целый кувшин холодного апельсинового сока и лишь потом смотрим на яичницу в своих тарелках.

— Любимая, передай мне соль, — сладчайшим голосом просит Сергей.

— Я тебе сейчас как дам! — тут же огрызается Рита, а я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться, — Это надо такое устроить. И ты в этом тоже виноват!

— А я тут причем, — искренне пытаюсь уйти от расплаты.

— Еще скажи, что не видел, что он мне половину клумбы в кровать принес, — рычит Рита.

— Аа… — хочу сказать, но лишь хрюкаю от смеха.

— С землей! Я просыпаюсь, вся в комках земли, корнях, траве, и этот рядом храпит, пуская слюни, — продолжает ругаться Рита.

— Ээ, попрошу вот без ЭТОТ, — пытается восстановить свой статус Любимов, — Я жене цветы принес!

— Как дам сейчас! — сердится Рита, — Завтракаешь и идете убирать нашу спальню.

— А домработница… — начинает Сергей, но тут же замолкает, когда ловит разъяренный взгляд жены.

Убираем, выгребая землю и траву с кровати. Переглядываемся, едва сдерживая улыбки. Затем я сбегаю, чтобы принять душ, и в обед едем в клинику к Любимову. Я тут был пару раз, когда приезжал, и примерно представляю, как все устроено.

Проходим первый этаж, Сергей здоровается с персоналом. Представляет меня как своего заместителя.

— Здесь у нас гинекология, туда если захочешь, сам сходишь, — указывает на стеклянную дверь в левом крыле.

— Да нет уж, только по необходимости, — морщусь я.

— Придется брат, придется, — улыбается Сергей, — Здесь у нас хирургия, пойдем, покажу нашу операционную. Завтра с утра планерка, познакомлю тебя с ведущими врачами. Сегодня в воскресенье в каждом отделении только дежурный врач. В зубном тоже есть дежурный по выходным, но вызывают, только если поступил кто с острой болью. Детское отделение на шесть палат.

— И много детишек у вас?

— Бывают, конечно, сейчас три заняты. Один ребенок после аппендицита, второй — ногу сломал, третий — пока не поняли, второй день только. Ждем результаты анализов и МРТ. Головокружения частые. Положили на обследование. В понедельник назначен визит психиатра, кардиолога и невропатолога.

— Комиссии мучают? — спрашиваю Серея, когда мы, переодевшись в чистые бахилы и халаты, осматриваем операционную.

— Бывает, они любят по платникам с проверкой ходить, — пожимает плечами Любимов, — Ну как тебе?

— Знаешь, неплохо. Даже очень. Приятно будет здесь поработать.

— Тогда принимай, завтра введу тебя в штат и распределим нагрузку по операциям. Я очень рад, что ты приехал, правда. Надеюсь, что перетяну тебя обратно насовсем.

— Посмотрим, я, честно говоря, и сам уже думал возвращаться. Мать здесь одна, ехать ко мне не хочет. Так что работаем, Серый. Тебя разгружу, да и сам начну новую жизнь.