Медведев книга 5. Союз

Глава 17 Инцидент

Я вышел из кабинета, когда стрелки на часах показывали полдень. Закрыл за собой дверь, потянулся, разминая плечи. Медленно покачал головой из стороны в сторону, чувствуя, как хрустнули шейные позвонки, и лишь после этого переступил порог гостиной.

Марина сидела в кресле, поджав под себя ноги, словно кошка, устроившись на своем любимом месте. Лучи падали на ее лицо, высвечивая тонкие золотистые пряди волос. Взгляд сестры был устремлен куда-то вдаль, в окно, где за стеклом колыхались ветви старых лип. Но едва я вошел в комнату, девушка вздрогнула, будто оторвавшись от своих грез, перевела взгляд на меня, улыбнулась, уточнила:

— Закончили с бумагами, мастер-князь?

Я кивнул и подошел к столу, сел в кресло:

— Ну хвала Всевышнему. А я, было, уже думала, что вы решили провести весь день взаперти.

Я потер руками лицо, устало ответил:

— Просто накопилось много дел. Нужно было подписать заявки на выдачу жилья.

— И как? Сколько желающих на получение квартир из княжеского фонда? — склонив голову, лукаво уточнила Марина. И я заметил в ее глазах неподдельный интерес.

Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как мышцы шеи, наконец расслабляются:

— Достаточно.

Марина кивнула, и на ее лице промелькнуло одобрение:

— Выходит, твоя программа работает.

— Да, — согласился я. — Хотя даже сейчас нашелся один мошенник, который попытался получить вторую квартиру, наврав про детей и предоставив поддельные справки.

— Интересно, на что он надеялся? — пробормотала сестра.

Я пожал плечами:

— На то, что его заявка утонет в общей массе. Или что данные не будут пристально проверять.

— Главное, что его вовремя вычислили. Подобное надо пресекать на корню. Иначе поток желающих обмануть будет только увеличиваться. Одна успешная афера породит десяток подражателей.

Я усмехнулся. Открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент в кармане зазвонил телефон. Я вынул аппарат, взглянул на экран, на котором высвечивался номер Климова. Принял вызов:

— У аппарата.

— Доброе утро, Николай Арсентьевич, — послышался в динамике сбивчивый голос, и я нахмурился. Судя по тону, собеседник был взволнован. А глава гильдии мастеровых был не из тех людей, кого легко вывести из равновесия.

— Доброе, — осторожно ответил я. — Что-то случилось?

Боковым зрением заметил, как Марина застыла в своем кресле, настороженно глядя на меня. Солнечный свет все также лился в окна, но атмосфера в комнате как-то резко и неуловимо изменилась.

— Случилось, мастер-князь, — подтвердил Климов. — В порту произошел инцидент.

Я сжал телефон так крепко, что побелели костяшки пальцев. Глава гильдии мастеровых сделал глубокий вдох, тщательно подбирая слова:

— Один из причалов частично обрушился, — продолжил он после паузы. — К счастью, обошлось без жертв. Артельщики еще не приступили к работам. Но если бы это случилось во время ремонта…

Он не закончил фразу, но этого и не требовалось. Я ясно представил себе картину: десятки людей на причале, который проваливается под их весом, тяжелые, летящие вниз балки, крики, кровь…

Я резко выпрямился в кресле, которое скрипнуло под внезапным движением:

— Очень интересное начало реконструкции, — пробормотал я, чувствуя, как волосы на затылке начинают приподниматься. — Как это могло произойти? Вы же проводили осмотр перед тем, как начать работы?

— До отправки заявок я несколько раз осматривал порт, чтобы оценить степень повреждений, — ответил Климов. — Сам полночи изучал чертежи. Все должно было выдержать. Но…

Он на несколько секунд замолчал, явно подбирая слова. В трубке слышалось тяжелое дыхание. А затем глава гильдии мастеровых продолжил:

— Несколько опорных балок были подпилены. Не до конца, а так, чтобы не сразу заметили. И сделано это было очень профессионально. Конструкция выдержала какое-то время под собственным весом, а потом, когда нагрузка увеличилась, рухнула.

— Вы уверены? — тихо спросил я.

— Абсолютно. Я отправил вам сделанные фото. Посмотрите.

Словно в подтверждение его слов, телефон пискнул. На экране появился значок сообщения, и я нажал на него, открывая. Взглянул на фото. И даже моему неопытному в строительных делах глазу было видно, что срезы на балках на фото были слишком ровные. Это были не рваные края от естественного разрушения, или неровные сколы от некачественного материала. Четкие, почти идеальные линии, оставленные острым инструментом. Кто-то ослабил конструкцию, зная точно, где и как нужно резать, чтобы все выглядело случайным.

— Похоже на диверсию, — послышался в динамике голос мастерового.

— Или это просто желание сорвать стройку, — предположил я. — Создать проблемы, дискредитировать руководство строительства, показав, что оно некомпетентно, что нам нельзя доверять. Главный вопрос в том, кто мог это сделать?

— Доступ был у всех рабочих, — мрачно произнес глава гильдии. — У рухнувшего причала постоянно была толпа народа: строители, грузчики, но чтобы сделать это незаметно, нужны были знания и время. Это не дело рук простого чернорабочего.

— Значит, кто-то из мастеров?

— Или тот, кто хорошо разбирается в строительстве, — подтвердил глава гильдии мастеровых. — Я усилил контроль на всех участках. Но если это повторится, без жертв уже не обойдется. Нужна тщательная проверка с привлечением жандармов…

— Никаких жандармов, — поспешно ответил я. — Это покушение на безопасность княжеских объектов. А значит, за дело должна браться дружина. Это наша внутренняя проблема, и мы справимся с ней своими силами. И еще: репортеры не должны знать про этот инцидент. Не должно просочиться ни единого слова, вы слышите? Потому что, если они пронюхают, через час это будет во всех газетах города. И в статьях информация будет приукрашена и искажена до неузнаваемости. Они переврут все, только бы продать тираж.

— Принято, — коротко ответил Климов. — Жду.

Он завершил вызов. Я убрал телефон в карман. Встал с кресла и подошел к окну, глядя на спокойный пейзаж и стараясь успокоить бурлящие внутри эмоции. Тишина в гостиной стала почти осязаемой.

— Что-то случилось? — послышался за спиной обеспокоенный голос Марины.

— Случилось, — не оборачиваясь, ответил я.

Я слышал, как она поднялась с кресла, как прошуршало платье, как приблизились быстрые шаги. Марина остановилась рядом. Я ощутил едва уловимый аромат ее духов. Почувствовал тепло ее ладони через ткань рубашки, когда она положила руку на мое плечо. И вдруг осознал, как сильно напряжены мышцы.

— Что именно? — голос ее дрогнул. — Николай, ты меня пугаешь.

Я Обернулся. Марина смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Лицо сестры было бледным, на щеках проступил румянец. Девушка прижимала ладонь к груди, словно пытаясь унять внезапно участившееся сердцебиение.

— В порту обрушился причал, — коротко сказал я. — Жертв нет, но это очень похоже на диверсию. Климов прислал несколько фото с места катастрофы. Балки были аккуратно подпилены.

Марина ахнула, прикрыв рот ладонью:

— Диверсия? — дрогнувшим голосом произнесла она. — Но зачем? Кто…

— Вот этим и предстоит заняться, — ответил я, отошел от окна и направился к двери. — Нужно срочно связаться с Морозовым и ехать в порт.

— Я с тобой, — решительно заявила сестра.

Я остановился у двери, обернулся и покачал головой:

— Нет. Это может быть опасно. Если кто-то действительно решился на подобное, то неизвестно, что еще он может предпринять.

Сестра уже открыла было рот, чтобы поспорить. Ее губы сжались, а в глазах я заметил разгорающийся блеск упрямого противоречия. Но я резко произнес:

— Не спорь, пожалуйста.

Марина растерянно кивнула и опустила взгляд. Ее плечи поникли, руки беспомощно повисли вдоль тела. Я видел, как она борется с собой, как хочет возразить, но сдерживается.

— Мастер-князь, — послышался голос домового.

Я обернулся. Никифор стоял в нескольких шагах, внимательно глядя на нас и явно пытаясь понять, по какому поводу начинается скандал.

— Срочно найдите воеводу. Пусть готовит машину и возьмет с собой нескольких толковых людей. Нам нужно в порт.

Домовой не стал задавать вопросов. Просто кивнул и скользнул прочь с той невероятной скоростью, на которую были способны только его сородичи. Я же открыл дверь и вышел на крыльцо. Свежий воздух ударил в лицо. Солнце ослепляло, и я прикрыл их ладонью.

Послышался рев двигателя, и через несколько мгновений, к ступеням подкатило авто. Я спустился с крыльца, открыл дверь и сел на переднее сиденье.

— Климов…

— Я уже в курсе, — ответил Морозов, и я заметил, как напряглись его широкие плечи под курткой, как побелели костяшки кулаков. Челюсти воеводы была стиснуты так сильно, что желваки ходили ходуном. — Часть дружинников уже выехала на место.

Он вдавил педаль газа, и машина, набирая скорость, и вылетела с территории, выбрасывая из-под колес гравий и оставляя за нами облако серой пыли. Я повернулся к Морозову, уточнил:

— Что вы думаете по этому поводу?

— Кто-то решил проверить нас на прочность, — сквозь зубы ответил воевода. — Ну или это была попытка убить вас. Вы же вчера были в порту. Осматривали причалы. За ночь до открытия вполне можно было перепилить толстые балки, не прибегая к силе.

— Слишком ненадежно, — возразил я. — Никто не знал, где именно я буду находиться.

Воевода не стал спорить. Просто сжал руль и смотрел на дорогу. В салоне на короткое время повисла тишина.

— А может, это дело рук нечисти? — осторожно уточнил я. — Вдруг кто-то из них недоволен тем, что князь взялся за реконструкцию?

Воевода покачал головой:

— Вряд ли. Нечисть не работает пилой. Если бы они хотели разрушить причал, то сделали бы это иначе.

— Или это была умная нечисть, — возразил я, вспомнив рыбака, который прошел десять километров по холодному ручью до территории моего поместья, пытаясь ловить рыбу.

Воевода не стал спорить. Просто кивнул и уставился на дорогу. И я заметил, как его пальцы нервно постукивали по рулю.

Северск пролетел за окнами, и авто выехало на дорогу, которая вела к воротам. Я сразу заметил нескольких хмурых человек в серых куртках и кепках, которые дежурили у входа. Скорее всего, Климов дал им простую задачу: любой ценой не пускать на территорию никого подозрительного.

— Вы остаетесь в машине, пока я не осмотрю здесь все, — произнес воевода, когда авто подъехало к воротам.

— Нет, — твердо ответил я. — Я должен увидеть все своими глазами.

— Николай Арсентьевич…

— Это мое княжество, Владимир Васильевич, — прервал я его. — Моя ответственность. Я не буду прятаться в машине, пока вы разбираетесь с проблемами.

Морозов что-то пробормотал себе под нос, но спорить не стал.

Люди у ворот пропустили авто на территорию. Рабочие стояли группами, о чем-то переговариваясь, но работа почти не велась. Все взгляды были обращены в одну сторону. Туда, где виднелись обломки обрушившегося причала.

Среди собравшихся я заметил крепкую фигуру Климова. Глава гильдии мастеровых стоял у провала, глядя на груду обломков. И лицо его было темнее тучи. Едва авто остановилось, глава гильдии мастеровых направился к нам.

— Мастер-князь, — поклонился он, как только я вышел из авто. — Благодарю, что приехали так быстро. Идемте.

Климов развернулся и направился к одному из причалов, где зиял провал.

— Рабочие распределены по территории на случай, если сюда решат пробраться репортеры, — не оборачиваясь, начал он.

— Надеюсь, они могут действовать с проникшими незнакомцами по своему усмотрению? — уточнил идущий чуть впереди меня воевода.

— Разумеется, Владимир Васильевич, — согласился Климов.

— А рабочие? — уточнил я. — Не расскажут о случившемся? Люди любят посплетничать, особенно о таких происшествиях.

Климов покачал головой:

— Им нет нужды. Я устроил собрание после того, как поговорил с вами. И донес вашу позицию. Рабочие согласны с тезисами о том, что жандармов на стройку пускать не стоит. Правда, у них на это свои основания.

Я кивнул. Рабочие понимали, что жандармы закроют объект до выяснения всех обстоятельств случившегося. А это означает остановку работ, потерю заработка, чего явно не хотел никто.

Чем ближе мы подходили к месту обрушения, тем отчетливее я видел масштаб бедствия. Целый участок причала превратился в груду обломков. Балки, доски, куски бетона — все это лежало в беспорядке, словно детский конструктор, разбросанный рассерженным ребенком. Климов подошел к краю причала, указал на несколько торчащих из-под обломков балок:

— Вот здесь, — обернувшись ко мне, произнес он. — Видите срезы? Вот эта балка, и эта, и вон та дальняя.

Я остановился рядом с главой гильдии мастеровых, внимательно вглядываясь в сторону, куда указывал Климов. Даже с расстояния в несколько шагов, подпилы были видны отчетливо.

— Кто-то знал, что делает, — пробормотал стоявший рядом воевода. — Это работа профессионала.

— Или хорошо обученного любителя, — добавил Климов. — В общем, человека, который разбирается в конструкциях.

Спиной я почувствовал множество взглядов. Обернулся. Рабочие наблюдали за нами издалека, о чем-то перешептываясь. В их взорах и позах читался первобытный, животный страх перед неизвестной опасностью. Но кроме него, еще и болезненное, почти нездоровое любопытство.

Я обернулся к воеводе

— Начинайте допросы всех, кто работал на этом участке. Всех, кто имел доступ.

Морозов кивнул и направился к группе рабочих, которые сразу же напряглись, увидев приближающегося воеводу. Я последовал за ним…