Мистер Идеальность (СИ)

Глава 18

Я проснулась от звука льющейся воды. Простыня с его стороны была аккуратно заправлена, подушка лежала ровно по центру. На тумбочке — его часы, поставленные параллельно краю.

Из кухни доносился запах кофе. Я накинула его рубашку и вышла.

Давид стоял у плиты, помешивая омлет. На столе уже стояли две чашки — его черная и моя синяя, ручками повернутыми под одинаковым углом.

— Ты всегда такой... — я сделала жест, указывая на безупречный порядок.

Он улыбнулся, перекладывая омлет на тарелку:

— Привычка. Без порядка в цифрах — хаос в отчетности.

Я села, заметив, как его взгляд на секунду задержался на слегка криво лежащей салфетке. Он поправил ее бессознательным движением.

— А в жизни тоже всё по графику? — я взяла чашку, специально повернув ручку влево.

Его пальцы дрогнули, но он только покачал головой:

— Были исключения.

— Например?

— Ты. Вчера.

А после того как мы позавтракали и собрались, то решили пойти вместе пешком до работы.

Он старался подстраиваться под мой медленный шаг. В лифте он просто смотрел на меня и улыбался. Мы выглядели как два подростка, которые влюбились и не могут удержать свои чувства.

Вместе направились в сторону наших столов. Лена удивленно посмотрела на меня и улыбнулась. После выходных на базе отдыха мы с ней сблизились. До этого мне не хотелось ни с кем заводить дружеских отношений на работе и в принципе.

В девять часов утра в общий чат пришло сообщение:

«Планера в 10. Принести отчеты по форме № 4».

Лена тут же посмотрела на меня и написала мне сообщение:

«Смотри-ка, наш главбух сегодня особенно точен. Обычно он присылает сообщения в 9:15»

Я закусила нижнюю губу до боли, ощущая на языке солоноватый привкус крови. Всего час назад длинные пальцы с аккуратными кутикулами, способные за минуту обнаружить ошибку в шестизначном числе, бесцеремонно запутывались в моих волосах, вырывая шпильки и распуская каштановые пряди по подушке. Теперь же они методично выстукивали сухие цифры в отчете, сохраняя безупречную профессиональную дистанцию.

Мой взгляд блуждал по офисному пространству, но мысли упрямо возвращались к сегодняшнему рассвету, когда его ладонь, обычно холодная и сдержанная, прожигала мне кожу через тонкую ткань простыни. Кто мог подумать, что за этим безупречным фасадом "мистера Идеальность" скрывается такой необузданный темперамент?

Стеклянная перегородка, созданная для прозрачности рабочих процессов, превратилась в мучительную витрину. Давид сидел в своей привычной позе — спина прямая как струна, левая рука лежит на клавиатуре, правая держит ручку, готовую в любой момент сделать пометку на полях. Но сегодня в его обычно безупречном образе появились трещины: третий раз за утро он поправлял один и тот же документ, а на лбу выступила тонкая испарина, которую он смахнул нехарактерно резким движением.

Когда наши взгляды случайно встретились, время, будто остановилось. Уголок его губ дрогнул в едва заметной, но такой знакомой мне улыбке — той самой, что появлялась, когда он находил ошибки в моих отчетах. Только теперь я знала истинное значение этого выражения.

— Мария Владимировна!

Голос Татьяны Викторовны разрезал воздух как нож. Она стояла у моего стола, постукивая длинным малиновым ногтем по стеклу перегородки. Ее фирменный аромат "Шанель № 5" смешался с запахом свежезаваренного кофе, создавая удушливую смесь.

— Вы не сдали корректировки по вчерашним накладным.

Я потянулась за папкой, но ее орлиный взгляд уже зацепился за едва заметный фиолетовый отпечаток у ворота моей блузки. Мои пальцы непроизвольно потянулись к шее, но я резко опустила руку, понимая, что этим только подтверждаю ее догадки.

— Вот, держите, — я протянула документы, чувствуя, как Лена за соседним столом затаила дыхание, делая вид, что увлечена монитором, но ее уши буквально вытянулись в нашу сторону.

— Как интересно, — бухгалтерша наклонилась ко мне, и я увидела в ее глазах холодный расчет. — Кажется, наша новенькая нашла... особый подход к руководству.

За стеклом раздался резкий стук. Давид встал, его тень накрыла нас обеих. В его обычно бесстрастных глазах бушевала буря, но голос звучал ледяным спокойствием:

Татьяна Викторовна, разве ваш отчет по НДС не должен быть у меня через, — он нарочито медленно посмотрел на часы, — девять минут?

Она замерла, как мышь перед змеей, затем фыркнула и удалилась, бросив на мой стол многозначительный взгляд. Ее глаза скользнули по фотографии Вани в серебряной рамке — последнему островку моей прежней жизни, который я никак не могла убрать.

На планерке атмосфера была наэлектризована. Николай Петрович, наш дородный директор, сидел как судья на возвышении, его маленькие глазки-бусинки с любопытством перебегали с меня на Давида и обратно. Когда настала моя очередь отчитываться, в горле пересохло.

— Мария, ваш отчет? — его голос прозвучал как удар гонга.

Я открыла рот, но Давид опередил меня, протянув папку с характерным для него безупречным движением:

— Здесь. Все проверено. Точность до копейки.

После собрания мне пришло сообщение с просьбой поужинать. Я глупо улыбнулась и согласилась.

После работы я вышла на парковку, его черный "Ауди" уже ждал меня. Через тонированное стекло я увидела, как его пальцы нетерпеливо барабанят по рулю. Этот ритм был мне хорошо знаком — так он обычно вел себя перед важными переговорами.

Дверь открылась, и в салоне пахло его одеколоном, дорогой коже. Он повернулся ко мне, а я быстрым движением соприкоснулась с его губами.