Мистер Идеальность (СИ)

Глава 28

Машина Давида летела по ночному городу, срываясь с места на красный и ввинчиваясь в узкие переулки, куда не заглядывали даже фары уличных фонарей. Он молчал, все его внимание было поглощено дорогой и навигатором, куда он вбил адрес, присланный Татьяной Викторовной.

Я сидела, вцепившись в подлокотник, пытаясь осмыслить все, что произошло за последние несколько часов. Из жертвы сплетен я превратилась в охотницу за корпоративными преступниками. Сюрреализм ситуации заставлял голову кружиться.

— Держись, — его голос, жесткий и сфокусированный, вырвал меня из оцепенения. — Почти приехали.

Он резко свернул в арку между двумя обшарпанными пятиэтажками и заглушил двигатель. Мы оказались в глухом дворе-колодце, где царила кромешная тьма, нарушаемая лишь светом из одного окна на первом этаже.

— Это оно, — он указал на тускло горящую лампочку за занавеской. — Готовься. Не знаю, что нас ждет.

Его рука потянулась к перчаточному ящику. Со щелчком он открылся, и в тусклом свете панели приборов я увидела, что там лежал не набор документов, а компактный электрошокер.

Ледяной комок страха сдавил горло.

— Давид... Ты серьезно?

— Серьезнее не бывает, — он без эмоций убрал шокер во внутренний карман пиджака. — Я не собираюсь никого калечить. Но я буду готов ко всему. И ты должна быть готова.

Он вышел из машины, и я последовала за ним, чувствуя, как дрожь пробирается по всему телу. Воздух во дворе был холодным и спертым, пахло влажным бетоном и кошачьей мочой.

Дверь в подъезд была не заперта. Скрипящие ступени, обшарпанные стены с граффити. Мы поднялись на первый этаж. Давид нашел нужную квартиру и трижды коротко постучал.

Мгновение спустя щелкнул замок, и дверь приоткрылась на цепочке. В щели блеснул испуганный глаз.

— Игоревич? — прошептала Татьяна Викторовна.

— Я, — тихо ответил Давид. — Я не один. Со мной Мария. Она в курсе всего.

Цепочка с грохотом упала, и дверь распахнулась. Татьяна Викторовна, бледная, без привычного строгого макияжа, в простом домашнем халате, выглядела на десять лет старше. Она быстро втянула нас внутрь и захлопнула дверь, повернув все замки.

Квартира была крошечной, уставленной старой мебелью, но идеально чистой. На кухонном столе, под ярким светом люстры, лежала аккуратная стопка папок и внешний жесткий диск.

— Садитесь, — она указала на стулья, ее руки слегка тряслись. — Я рада, что вы пришли. Я уже думала... я уже не знала, кому верить.

— Рассказывайте все с самого начала, Татьяна Викторовна, — Давид сел напротив нее, его поза была собранной, но не агрессивной. — Кто стоит за этим? Игорь? Или кто-то выше?

Бухгалтерша тяжело вздохнула и опустилась на стул.

— Игорь? — она горько усмехнулась. — Игорь — всего лишь пешка. Исполнитель. Марионетка. Все ниточки ведут к нему. — она посмотрела прямо на Давида, и в ее глазах читался неподдельный ужас. — К Николаю Петровичу.

Воздух вырвался из моих легких со свистом. Давид не моргнул глазом, но его пальцы сжались в кулаки.

— Доказательства? — одним словом спросил он.

— Здесь, — она положила ладонь на стопку папок. — Все здесь. Поддельные договоры, фиктивные ведомости, откаты от поставщиков. Все контракты, все платежки. Он всегда был осторожен, никогда не подписывал ничего компрометирующего лично. Всегда использовал подставных лиц, Игоря... меня. Но я... я всегда делала копии. На всякий случай.

Она открыла верхнюю папку. Там были сканы документов с пометками желтым маркером — даты, суммы, номера счетов. Все сходилось с тем, что мы нашли.

— Почему вы молчали так долго? — не удержалась я.

Она посмотрела на меня, и в ее взгляде была бездонная усталость.

— Я проработала в издательстве двадцать пять лет, милая. Я видела, как оно росло. Николай Петрович когда-то был другим... а потом деньги, власть... Он считал, что ему все дозволено. А я... я боялась. У меня сын-инвалид, ему нужны дорогие лекарства. Я не могла потерять работу. Но когда началась эта травля вас... я поняла, что дальше молчать нельзя. Он уничтожит всех, кто встанет на его пути. Вас. Давида Игоревича. Меня.

Давид медленно поднялся и подошел к окну, отодвинул край занавески.

— Они знают, что ты здесь? — спросил он, не оборачиваясь.

— Не думаю, — ответила она. — Это квартира моей сестры. Она в отъезде. Я никому...

Его телефон загудил в кармане, прерывая ее. Он взглянул на экран и замер.

— Говорите тише, — приказал он нам. И поднес телефон к уху. — Да, Николай Петрович.

Мое сердце упало. Директор. Сейчас. В самый неподходящий момент.

— Я проверяю один интересный момент по отчетности прошлого года, — голос Давида был ровным, абсолютно спокойным. — Да, засиделся немного... Нет, все в порядке. Спасибо за беспокойство.

Он положил трубку и повернулся к нам. Его лицо было белым.

— Он знает, что я в офисе. Или проверяет. Или... он уже в курсе, что мы здесь не одни.

В ту же секунду снаружи, во дворе, раздался резкий звук — треск ломающегося пластика и глухой удар. Погас свет в окне напротив.

— Машина, — прошептал Давид, подбегая к окну. — Кто-то только что разбил фары моей машины.

Из темноты двора послышались грубые голоса, тяжелые шаги по гравию. Не один человек. Несколько.

— Они нашли нас, — упавшим голосом сказала Татьяна Викторовна. — О, господи...

Давид резко развернулся. Его глаза метались по комнате, оценивая обстановку. Побелевшие костяшки пальцев сжимали край стола.

— Задняя дверь? Пожарный выход? — быстро спросил он.

— Только через подвал... но он всегда заперт на замок...

В подъезде громко, на всю площадку, захлопнулась входная дверь. Послышались тяжелые, уверенные шаги на лестнице. Они поднимались к нам.

У меня перехватило дыхание. Мы оказались в ловушке.