Один неверный шаг (ЛП)

9. Харпер

Он оплачивает ужин, пока я в уборной.

— Нет, Нейт, — говорю я, вернувшись и увидев, что счет уже закрыт. — Это вообще-то должна была быть моя благодарность. За то, что ты приютил меня.

— Я думал, быть моей свахой — и есть твоя благодарность, — отвечает он.

— Ну... и это тоже. Пусть будет две благодарности сразу.

Он качает головой.

— Нет, не будет. К тому же... если так хочешь сводить меня на ужин, Харп, я позволю тебе это в будущем.

Мы выходим из ресторана и пересекаем оживленную улицу. Пятничный вечер в Челси бурлит. Как и энергия внутри меня. Я чувствую легкие опьянение от жизни, от бокала вина, и самой возможности распоряжаться собственной жизнью.

Наблюдать за людьми — отдельный вид удовольствия.

Бар выглядит в полное себе прилично: живая изгородь по периметру террасы и вышибала у входа, придирчиво решающий, кому позволить войти. Мы устраиваемся в углу, откуда видно все кипение вокруг. Из спрятанный колонок льется тихая, ненавязчивая музыка.

Нейт заказывает джин-тоник, а я бокал белого вина. На этот раз он позволяет приложить карту. Но недовольно ворчит, когда официант уходит.

Я слегка подталкиваю его ногой под столом.

— Да ладно, неужели твое эго настолько хрупкое?

— Хрупкое? — его брови приподнимаются, и едва заметная улыбка снова трогает уголки губ. Та, что кажется самой настоящей. — Не знал, что ты такого обо мне мнения, Харп.

— Оно и не такое. По крайней мере, не было, пока не выяснилось, что тебя напрягает, когда женщина платит за ужин и выпивку, — я улыбаюсь, глядя на него поверх бокала. — Я и без того знаю, что ты богат. Уже проходили. Нечего пытаться доказать.

— Возможно, — говорит он, наклоняясь вперед, — дело вовсе не в этом.

— Да? И в чем же тогда?

Он проводит пальцем по толстому краю стакана.

— Возможно, мне просто некомфортно, что ты тратишь на меня деньги, которые лучше тратить на себя.

Я прищуриваюсь, и на щеках вспыхивает румянец. Звучит почти как оскорбление. По сравнению с ним я — сама нищета. Он видел, где я жила, прежде чем вломился и предложил комнату без тараканов и душ с нормальным напором воды.

Разговор с Дином все еще давит, не выходит из головы. Мне всегда нужно время, чтобы отойти от его слов.

— Харпер, — вздыхает Нейт. — Мне просто не по себе, когда друзья тратят на меня деньги.

Это признание смягчает укол неловкости.

— Это побочный эффект состояния?

— Просто не хочу, чтобы люди тратили свои тяжело заработанные деньги на то, с чем я прекрасно справлюсь сам.

— Может, просто не любишь, когда о тебе заботятся.

Его брови чуть сходятся, и улыбка исчезает. Остается только пристальный, едва не прожигающий насквозь взгляд. Я-то думала, Нейт отшутится. Вернется к тому игривому настроению, что было у нас весь вечер.

— Возможно, — наконец произносит он. А потом широко, обезоруживающе улыбается и откидывается на спинку стула. — Но ты добилась своего. Я переживу покупку этого напитка ради твоего счастья.

— Какая щедрость.

Он наклоняет голову и поднимает стакан.

— Знаю, знаю.

Хватает буквально пары минут, чтобы окинуть взглядом зал в поисках потенциальных кандидаток. Здесь полным-полно красивых женщин — многие моего возраста, некоторые помоложе, другие чуть старше. Нейту под сорок. Но он с легкостью сойдет за тридцатилетнего, и думаю...

— Ладно, — говорю я.

Нейт тихо фыркает.

— Ладно? И что теперь?

— Я провела небольшую разведку. Хостес определенно заглядывалась на тебя, когда мы заходили.

Голос Нейта становится ленивым, растянутым.

— Да ну?

— Угу. И как минимум три женщины были бы не прочь познакомиться с тобой поближе. Видишь вон ту, за парой столиков, с большим коктейлем? Дважды посмотрела на тебя за десять минут.

— Неопровержимое доказательство, — говорит он.

— Ой, смейся сколько влезет, но я разбираюсь в женщинах.

— М-м, — протяжно произносит он. Повернувшись в кресле, скользит взглядом по залу. В баре многолюдно. Прямо формат того места, куда Нейт заглядывает не впервые. Или Адья с работы. Места, куда приходишь показаться и на людей посмотреть.

Между нами повисает храпкая пауза.

И я вдруг чувствую себя... чуть-чуть глупо. Нейт всегда был добр ко мне. Мы ладим. Но сидим здесь только потому, что я, проявив инициативу, захотела хоть как-то отблагодарить его за щедрость. Господи, наверняка у Нейта есть с десяток других, куда более важных дел, чем торчать здесь со мной.

Его дом прекрасен. И я не могу быть благодарнее... и все же часть меня, украдкой глядя на него, вдруг задается вопросом: сдержал ли он свое слово? Или Дин все-таки знает, где я.

Я делаю еще один долгий глоток вина.

— Так что, какой типаж женщин тебя привлекает? Или, может, мужчин? Или и тех, и других? Тогда было бы вдвое больше вариантов.

В его глазах вспыхивает насмешливое терпение.

— Меня привлекают женщины.

— Ну, я так и подозревала, но знаешь... нельзя принимать свои доводы как нечто само собой разумеющееся, — я постукиваю пальцем по краю бокала. — И что ты ищешь?

— С чего ты взяла, что я вообще что-то ищу? — произносит он.

Я сглатываю.

— Может, и не ищешь. Это тоже вполне нормально.

Его губы изгибаются.

— Давай так: я расскажу, какой типаж женщин меня привлекает, если признаешься, какого мужчину идешь ты.

Мои брови приподнимаются.

— Я?

— Да. Честная сделка, — говорит он. — Если уж ты моя сваха, однажды придется ответить услугой за услугу.

Я качаю головой.

— Я не собираюсь ни с кем встречаться.

— Может, не сейчас, — небрежно замечает он, делая долгий глоток джин-тоника. — Но в будущем-то соберешься.

Мысль... верная. Даже если сейчас она кажется далекой. Чересчур далекой.

Я прикусываю нижнюю губу.

— Ладно. Ты опишешь свою идеальную женщину, а я идеального мужчину.

Его глаза чуть теплеют.

— И я должен начать первым?

— Конечно! Мы же обсуждаем твои свидания.

Нейт усмехается.

— Почему бы тебе просто не предположить, кто мне нравится. Раз уж ты такая шикарная сваха.

Я закатываю глаза.

— Знаешь, временами ты бываешь просто невыносим.

Он криво ухмыляется.

— Знаю. Ну давай, выкладывай уже.

Я скрещиваю ноги. Смотрю на Нейта внимательно, оцениваю, никуда не торопясь.

— Это какая-то ловушка, — наконец говорю я. — Но ладно. Судя по тому, что я о тебе знаю... и что слышала... ты встречался с кучей красивых женщин. Кажется, среди них были как минимум две модели и одна актриса из списка С³.

Его губы дергаются.

— Так.

— Прости. Из списка В⁴?

Он поднимает руки ладонями вверх, как бы сдаваясь.

— Эй, не давай тебя перебивать. Продолжай.

— Значит, красота важна, — но затем хмурюсь, внезапно понимая, что больше почти ничего не знаю. Дин иногда рассказывал о его любовных похождениях, делился историями из пятнадцатилетней дружбы, еще до моего появления. О несостоявшейся помолвке, о наследнице девелоперской империи, с которой у Нейта был мимолетный роман.

— Пока что я выгляжу слегка поверхностным, — замечает он.

— Да, ну... да. Полагаю, тебе нужна женщина с гибким графиком.

Глаза Нейта расширяются.

— Вот этого я точно не ожидал. Ладно.

— Да, так она могла бы сопровождать тебя в путешествиях или внезапных командировках. И еще, думаю, тебе понравилась бы женщина с собственной карьерой. Не слишком успешной, конечно, — добавляю я с улыбкой, — чтобы это не отвлекало от тебя. Просто ненавязчивые амбиции... без угрозы твоему эго.

Его взгляд темнеет, но кривая улыбка остается. Хотя выглядит застывшей.

— Понятно, — только и говорит он.

Я пожимаю плечами.

— Просто наблюдала за мужчинами вроде... ну, вроде тебя. Думаю, помимо всего этого, тебя привлечет женщина, которая умеет держаться на людях и знает, что сказать и кого пригласить. Та, что сможет сопровождать на открытиях галерей и подобных мероприятиях.

— М-м, — произносит он. — Судя по описанию у нее вообще нет личности.

Это заставляет меня рассмеяться.

— Ладно, но именно для этого и нужны уточнения! Я задала только основу, набросок. Теперь скажи, что тебя действительно привлекает.

— Хорошо. Что ж, помимо того, что женщина должна быть красивой, доступной, не слишком амбициозной и умеющей поддерживать светские беседы... полагаю, мне нравятся женщины, способные удивлять.

Я выпрямляюсь.

— Удивлять?

— Ага, — его губы искривляются чуть сильнее. — Мне нравится неожиданность.

— Ладно. Хороший критерий... хоть и трудноуловимый.

— Именно. И еще меня привлекает чувство юмора.

Я усмехаюсь.

— Ну естественно, ведь ей придется смеяться над твоими шутками.

Он качает головой, но в глазах появляется проблеск насмешки.

— Только без игры публику.

— Верно, верно. Мужчины всегда так говорят, — я отмахиваюсь, все еще улыбаясь. — Думаю, тебя привлекают умные женщины.

— Разумеется, — отвечает он.

Мнение о Нейте растет в геометрической прогрессии⁵. Я встречала достаточно богатых мужчин, для которых это качество в женщине стоит где-то в конце списка — как приятный бонус, но совсем не необходимость.

Нейт наклоняется ко мне, упираясь ладонями в стол между нами.

— Кажется, твои вопросы куда показательнее, чем мои ответы.

Тошнота поднимается к горлу.

— Неужели?

Нейт просто смотрит, не моргая.

— Кто твой идеальный мужчина, Харпер?

— Не знаю. Почему бы тебе не сказать? Око за око?

Его губы дергаются от сухой усмешки.

— Готов поспорить, это тот, кто хочет видеть тебя не просто как украшение на мероприятиях.

Я отпиваю вино и жестом предлагаю продолжать.

Он улыбается вновь, на этот раз опаснее.

— Раз уж ты сама напросилась, готова услышать, что я на самом деле думаю? Кажется, мужчина, на которого намекают твои вопросы, — тот, с кем ты никогда больше не захочешь иметь отношения. Черта с два. Никогда больше.

Все внутри замирает. Леденеет. А после сменяется жаром. Щеки вспыхивают. Он что, действительно намекает...?

Судя по опасному блеску в глазах — да.

Потому что мужчина, каким я представляла Нейта, исходя из финансового положения, работы и прошлого… был практически копией Дина. А та поверхностная женщина, которую описала в роли его типажа, — это именно та, кем Дин хотел меня видеть.

И именно это душило, не позволяя вдохнуть по-настоящему.

— Может быть, — продолжает он низким голосом, — тебе нужен мужчина, не видящий в твоих амбициях проблемы или угрозы. Тот, кому не нужна послушная спутница для светских мероприятий, кто не ждет, что твой график будет безропотно подстроен под его.

Я не могу отвести взгляд, хоть кажется, он прожигает насквозь. И я слышу, как на воображаемой полке дребезжит коробка.

— Возможно, — тихо говорю я. — В этом я с тобой согласна.

Нейт делает еще один глоток напитка. Откидывается на спинку стула, словно почувствовав, что мне нужно пространство, и дает его. Но сердце все равно колотится слишком быстро. Нейт куда проницательнее, чем я думала.

— Хотя ты все равно хочешь мужчину, ценящего красоту, — слова звучат легко, непринужденно. Он смотрит в окно, на очередь людей, толпящихся у входа в этот пафосный бар.

Возвращение к привычной непринужденности заставляет меня тихо рассмеяться, и напряжение рассеивается. Вот он — тот самый Нейт, которого я знаю.

— Опиши его, — говорит он с ленивой насмешкой. — Твоего идеального мужчину. Он художник? Творец? Тот, с кем ты могла бы говорить об истории искусства?

Моя улыбка становится естественнее. Наконец-то мы возвращаемся на безопасную территорию.

— Рассуждая логически, твоя идеальная женщина — та, которая понимает... чем бы ты там ни занимался в «Контроне».

Он фыркает.

— Если это одно из критерий, я останусь холостяком до конца жизни.

— Может, в этом нет ничего плохого. В последнее время я тоже об этом думаю. Может, присоединюсь к тебе в славном одиночестве. Сосредоточусь на карьере, друзьях и коллекции искусства, — я улыбаюсь и поднимаю бокал.

Нейт смотрит на бокал с сомнением, но затем вздыхает и поднимает свой, чуть покачав головой.

— Это, — говорит он, — самый нелепый тост, который я когда-либо слышал.

Мы чокаемся.

— Почему?

— Потому что ты явно не останешься одна до конца своих дней. Ты упоминала, что хостес заглядывалась на меня? Так вот, там, на другом конце зала, сидит компания парней, и как минимум двое из них смотрят на тебя дольше, чем смотрели бы, не будь они заинтересованы.

Рефлекторно я поворачиваюсь, следуя за его взглядом.

— Правда?

Нейт фыркает.

— Присоединишься ко мне в славном одиночестве, ага, сейчас.

Я хватаю бокал и пересаживаюсь на его сторону стола, устраиваясь рядом на диване.

— Мне нужен лучший обзор, — объясняю я.

— Деловая то какая.

— Разумеется. Так... видишь вон ту женщину у бара, болтающую с подругой? Брюнетку с блестящей сумочкой. Она посмотрела на тебя, когда мы заходили.

— Вау, — говорит он. — Я польщен.

Я закатываю глаза.

— Итак, план такой: я подойду, сделаю заказ, и пока буду ждать напиток, заведу с ней разговор. Обычный светский, ничего такого. А потом ты к нами присоединишься, — от одной мысли об этом по телу пробегает знакомый всплеск адреналина. Я часто проделывала подобное, когда была студенткой. Когда плевала на мнение окружающих.

Бедро Нейта касается моего.

— Никогда не видел тебя такой.

— Какой?

— Решительной ради какой-то безумной идеи, — в его голосе слышна тихая усмешка. — Мне это почти нравится.

— Почти?

— Почти полностью, — отвечает он. — Я был бы окончательно очарован, решись ты на что-то еще более безумное.

Дыхание учащается.

— Может, это мне и нужно. Решиться. Даже если семья уже уверена, что я поехала кукухой.

— Серьезно? — переспрашивает он. — Как по мне, ты абсолютно разумна.

Я смотрю на него исподлобья.

— Понять не могу, сарказм это или комплимент.

— Говорил же: мне нравятся женщины, способные удивлять, — говорит он. — Именно это ты и делаешь, Харп. Постоянно. Ладно, пошли отсюда.

— Уже?

Нейт допивает остаток своего напитка.

— Я сегодня не в настроении заигрывать с незнакомками, Харпер. Даже ради твоего удовольствия.

Щеки вспыхивают.

— Прости, я не хотела...

— Не извиняйся, — перебивает он, и та широкая улыбка возвращается. — Просто я получаю слишком большое удовольствие от твоей компании, чтобы тратить вечер на светскую болтовню с незнакомкой.

От этого комплимента я несколько раз моргаю, прежде чем ответить улыбкой.

— Правда?

В его глазах появляется теплый блеск.

— Еще как, — говорит он. — Ну а теперь расскажи о своем последнем безумстве.