Удиви меня

Глава 30

— Полин, ты точно не обижаешься? — поднимаю голову, вглядываясь в мамино лицо, и тупо киваю. — Точно?

— Не обижаюсь.

— Ну просто грех не взять такую горячую путевку.

Абсолютный закон подлости. Впервые за свою жизнь, я, может быть, хочу поговорить с мамой, хотя и знаю, что ничего, кроме как радости от того, что ее дочка обратила внимание на мужчину, она испытывать не будет, стало быть никакого совета, что делать с моей взрывающейся головой я не получу. Только от этого не легче. Не хочу, чтобы они улетали. Все совершенно не к месту.

— А напомни, во сколько самолет?

— В час ночи. Такси на десять вечера. Диме я позвонила, он пару дней тут побудет, переночует, приготовит тебе еду. И да, он тут в клуб тебя собрался вести, я как-то просила. Отменить? — с надеждой смотрит на меня мама.

— Конечно, отменить. Нормальным девушкам там не место, — встревает в разговор папа. — Мама вот твоя сходила однажды. Потом лифчиком передо мной размахивала. Сама не заметишь, как какое-нибудь чмо подольет тебе в безалкогольный коктейль наркоту и окажешься хер знает где, — папа сама очевидность. Уже проснулась в этом самом «хер знает где». — Хорошо, если живой останешься.

— Не думала, что когда-нибудь скажу это, но я согласна с твоим папой. Однако, с Димой сходить можно.

— Я пойду, — неожиданно для самой себя с легкостью согласилась я. — Но с Алисой. И Димой в смысле.

— Я бы так не надеялся на его опеку. У него нижняя голова иногда превалирует над верхней, он внезапно может вас кинуть. Так что я против.

— Пап, не нуди.

— Что?!

— Ничего. Не кинет он нас, вот что. Дима может и потаскун, но хороший. И вообще, пойду позвоню Алисе, я лучше от нее поеду в клуб. Вы же не обидитесь, что я вас не провожу?

— Конечно, нет, солнышко. Сережа, проверь свои трусы в чемодане, — быстро переводит тему мама. — А то я могла ненароком положить тебе с дырками. Или нароком.

— Обязательно проверю. Полина, — тормозит меня уже на лестнице. — Не пей, пожалуйста. А если вдруг и будешь, то проси при тебе открыть бутылку, — ха! Уже открыли. — А лучше все же не пей, а если уж захочется, то можно выпить и дома. Тут уж точно без приключений.

— Хорошо, пап.

Вот уж никак не могла представить, что выполню папину просьбу. Сказал пить дома — мы это и делаем. Так и в алкоголики можно быстро записаться. Третий раз за две недели. Хотя, первый не в счет. Я и пьяной тогда не была. Но вот сейчас, зачем мы пьем перед клубом мартини — объяснить не могу. И нет, я не пьяная, но и эта тенденция меня злит. Как и злит то, что я обсуждаю Алмазова с Алисой. Докатилась.

— Блин, я не верю, что ты трогала его хозяйство рукой, — хихикает Алиса, усаживаясь удобнее на диване. — Ну и что, он твердый прям?

— Тверже, чем можно представить.

— И не противно было без перчаток?

— Странно, но нет. С ним вообще не было ничего противного. Это и бесит.

— Офигеть, если честно. А он красивый?

— А что там красивого может быть? Колбаса, она и в Африке колбаса. Что ты там ожидаешь увидеть?

— Я про лицо, — в голос ржет Алиса, приглушая смех диванной подушкой.

— Ясно. Наверное, не красивый, симпатичный скорее. А хотя я уже ничего не знаю.

— А фотки нет? — допивая залпом остатки мартини в своем бокале, интересуется Потапова.

— Есть, но только… его голая задница.

— Офигеть! Не, попу мне не надо. Блин, что-то я много выпила. Но мне все равно хочется в клуб. Мы же поедем?

— Ну вроде как да. Дима через двадцать минут должен подъехать.

— Все, тогда приводим себя в порядок. Я тоже, пожалуй, юбку надену.

Стоило только войти в клуб, как алкоголь из моей головы куда-то выветрился, и мое сознание вернулось на круги своя. Шумно, воняет табаком и… потом? Точно, какая-то вонючка прошла около меня. А сколько тут людей… Зачем мы сюда пришли?

— И это элитный клуб? Какой тогда, стесняюсь спросить, не элитный? Фу, ужас какой-то. Еще и крыша фиг поймешь из чего сделана. Тут небезопасно.

— Мне тоже не нравится это место. Темно, пахнет неприятно и вообще у меня нехорошее предчувствие, — быстро соглашается со мной Алиса, крепко схватив за руку.

— Вот и у меня тоже такое же предчувствие. Ну и что мы тут делаем? Пойдемте отсюда. Дима? — перевожу взгляд на улыбающегося брата.

— Еще чего. Мне ничего не грозит. Я нахожусь между двумя девственницами. Вы точно выживете и у меня, находясь рядом с вами, значительно повышаются шансы остаться целым и невредимым в случае внезапного перемещения наших грешных душ в молодежный ужастик. Вперед, целочки мои.

— Так, стоп. С чего ты решил, что я целочка? Фу, пошлость-то какая, — возмущенно кривит лицо Алиса.

— А что нет, солнышко?

— Конечно, нет, — мда… Если я вру также неумело, надо срочно репетировать перед зеркалом.

— Сейчас, секундочку. Целитель-экстрасенс высшего уровня Димитрий все проверит.

Приподнимает руку и начинает водить ею по нашим телам.

— Тут холодно, — водит рукой около моего паха. Поворачивается к Алисе. — Ой, тут еще холоднее. Чувствую сильный застой в половых чакрах. У тебя, Поля, вижу рука левая работала недавно, а у тебя Алиса ни хрена не вижу. Застоище прям. На первое время рука тебе в помощь. Не знаешь как, ну я тогда так уж и быть по-дружески помогу разобраться. Ну а тебе Поля…

— У меня не работает никакая рука. И вообще, хватит нести чушь, клоун.

— Тогда поработай. Тебе по-дружески, сама понимаешь, не помогу. Так, все, пойдемте, це… девочки мои.

Лучше бы мы остались у Алисы. Пожалуй, это единственная мысль, крутящаяся у меня в голове на протяжении последних сорока двух минут. Да, я засекла, ибо очень хочу домой. Но вот как ни странно, Алиса больше не разделяла мое мнение. Она в отличие от меня — танцует. А я сижу как дура, в очередной раз обдумывая, почему все так перевернулось в моей налаженной жизни.

— Коктейль делали при мне и бутылку открывали новую. Не бойся, там капля алкоголя. Расслабься, Поль, — Дима ставит передо мной коктейль и садится рядом. — Видишь парень справа за красным столиком? Он на тебя уже минут двадцать косится, а ты все в одну точку смотришь. Не хочешь с ним познакомиться?

— Только если в морге, через лет пятьдесят, на его вскрытии. Хотя, учитывая какую дрянь он пьет, на вскрытие будет раньше. И я не пялюсь в одну точку. Всех имеющихся индивидов в поле зрения, я рассмотрела за пять минут. Никогда не думала, что это скажу, но все же: ты не мог бы быть рядом с Алисой, она в отличие от меня выпила больше и мне не нравится, что я ее сейчас не вижу.

— Чего-то мне тебе так в лоб хочется дать, сил нет.

— Рискни.

— Мне уже жаль бедного мужика, который тебе достанется. Хотя… может ему повезет, и он пройдет мимо. Или вовремя одумается.

— Не пройдет. Повезет. И не одумается, — перевожу взгляд на вибрирующий телефон, и, сама того не осознавая, улыбаюсь. — Крепко засел.

— Что?

— Ничего. Слезь с этого липкого дивана, пожалуйста, и так кислорода нет, еще и ты тут дышишь. И иди посмотри, как там Алиса. Но мешать ей не надо, пусть будет просто в поле твоего зрения. Пожалуйста, — уже мягче добавляю я, наблюдая за тем, как Дима встает с сиденья.

— Да, Сергей Александрович, — быстро поднимаю трубку. — Вы по мне соскучились?

— Пока не решил. Что у тебя за шум?

— Я в клубе.

— А что ты там забыла?

— Ну судя по стоимости коктейлей, я забыла тут деньги. Кстати, виски на полшишечки стоил значительно дешевле, — отпиваю глоток коктейля. — И вкуснее.

— Шутишь?

— Нет. Я, правда, в клубе. Неон зовется. Хотя никаких неонов я тут не наблюдаю.

— Ты одна?

— Почти. Если быть точнее, с подружкой. А ты хочешь ко мне присоединиться?

— Нет. Клубам я предпочитаю бар. До понедельника, Полина Сергеевна.

Может быть это отголоски мартини, но я спокойна как удав. Сейчас мой мозг отлично работает и по моим подсчетам, учитывая место его жительства, Сережа будет здесь через двадцать, максимум двадцать пять минут, на случай, если сейчас он без одежды. Засекаем.

На самом деле, после его звонка, я мало, что замечала. Ни запыхавшуюся от танцев Алису, ни Диму, даже сигаретный дым уже не так выводил из себя. В голове было только одно — время.

— Можно? — поднимаю голову на рядом стоящего парня. Димы рядом нет и хамить вроде как не стоит, но прикусить свой язык очень сложно.

— Скорее не нужно, — спокойно отвечаю я. — Тут и так тесновато.

— И все же. В тесноте, да не в обиде, — плюхаясь ко мне на диван, улыбаясь произносит парень. Однозначно не урод, но что-то не то.

— Лоб широкий. Не люблю такие.

— Что? — я сказала это вслух?

— Ничего.

— Саша, — протягивает мне ладонь, а я прям так и вижу, что он ею делал. Фу. Какая гадость.

— Полиночка, я смотрю ты последовала моему совету и определилась? — слышу хорошо знакомый голос справа от себя и машинально поднимаю голову.

— Определилась, Сергей Александрович. В сторону Брулльянтового.

Перевожу взгляд на часы: двадцать семь минут. Значит после душа. Так даже лучше.

— Правда, я вас раньше ждала, вы на две минуты выбились из моего графика. Леопольд может не получить всю сметану.

— Вставай давай, сметана.