Я убиваю убийц

Глава третья

Blue Hills Reservation State Park

Лиам припарковал свою новенькую машину у одного из множества грязевых луж, усеявших гравийную дорогу. Целую неделю шли дожди, но сегодня наконец выглянуло солнце, заливая леса мягким золотистым светом, пробивающимся сквозь листву. Птицы щебетали в ветвях — было бы по-настоящему красиво, если бы не мёртвое тело.

Он вышел из машины — и тут же наступил в лужу. Холодная вода мгновенно промочила кожаный ботинок и носок.

— Чёрт, — пробормотал он.

Отряхнув грязь, Лиам направился по дороге к месту преступления, где уже суетились судмедэксперты и полицейские. Один из патрульных стоял у ряда машин, выдыхая облако пара от затяжки вейпа. В его глазах застыло безучастие — он смотрел в одну точку на земле.

Немного дальше по дороге Лиам встретился взглядом с Тони — своим напарником вот уже пять лет. Тот стоял рядом с судебным экспертом в белом комбинезоне и маске. Итальянец из Бостона, Тони был мужчиной под пятьдесят, с плотной фигурой и заметной тягой к барбекю и пиву — выдававшейся в районе пояса. Но физическая форма с лихвой компенсировалась его лояльностью и проницательностью: в его больших пытливых глазах не ускользала ни одна деталь.

Тони кивнул Лиаму и подошёл ближе, аккуратно обходя очередную лужу.

— Надеюсь, ты не наелся с утра, — сказал он, поправляя ремень на брюках, под которым неумолимо нависал живот.

— Я вообще не ел, — буркнул Лиам.

— А я думал, ты пошёл на свидание-завтрак, или как там это теперь называется, с той училкой по йоге из спортзала?

— Пошёл-то я пошёл.

Тони приподнял бровь.

— Но поесть не успел, — пояснил Лиам. — Всё пошло по жопе ещё до звонка от Ларсена, если уж тебе так надо знать.

Тони коротко кивнул.

— Жаль. Хотя, может, и к лучшему. Тут такое место, что с полным желудком лучше не быть.

— Всё настолько плохо? — спросил Лиам.

Тони открыл рот, чтобы ответить, но его перебил рёв спортивной машины. Оба даже не повернулись — и так ясно, кто это.

— Господи боже, — выругался Лиам. — Какого хрена Ковбой тут делает?

— Бесит нас, — буркнул Тони. — Говорят, дело связано с наркотой, вот и прислали кого-то из наркоконтроля. Судмедэксперты сообщили, что внутри фургона валяются использованные шприцы и героин. Ни на что не похоже из того, с чем мы обычно работаем.

— Тогда почему вызвали нас? — удивился Лиам.

Они с Тони работали в Отделе поведенческого анализа ФБР — занимались профилированием и поимкой серийных преступников: убийц, поджигателей, насильников.

Жёлтый Porsche с визгом тормознул в нескольких шагах от них, обдав Лиама брызгами грязи. Тони хихикнул — стоял чуть дальше и в воду не попал.

— Вот же ублюдок, — выругался Лиам.

Они молча смотрели, как к ним уверенной походкой направляется светловолосый парень в дорогом костюме. Вид у него был как у неудавшейся звезды бойз-бэнда: гладко выбритое лицо, наглая ухмылка, солнцезащитные очки Armani, небрежная причёска.

Он шёл, будто по подиуму, самоуверенный до отвращения.

— А где кофе, дамы? — спросил он с усмешкой.

— Ты что, думаешь, это у нас свидание за завтраком? — фыркнул Тони.

Лиам бросил на него укоризненный взгляд. Тони пожал плечами.

Все трое направились к дереву в конце гравийной дороги, где уже сновали судмедэксперты в защитных костюмах.

— Так зачем Ларсен послал нас сюда втроём? — спросил Лиам на ходу.

— Сцена преступления показалась начальнику полиции Массачусетса похожей на какую-то другую. Вот он и захотел убедиться, что между ними нет связи, — ответил Ковбой.

— «Или что-то в этом роде»? — передразнил его Тони. — Да ты прям по фактам мастер, а?

— Подожди. — Лиам остановился и перегородил Ковбою путь. — Ты только что сказал, что начальник полиции штата сам сюда приехал и сам позвонил в Бюро?

Ковбой кивнул и обошёл Лиама.

— Не приехал, а здесь. Какой-то подполковник… не помню имя.

Лиам выругался себе под нос, и они с Тони двинулись за Ковбоем дальше по дороге.

— Что значит — «какой-то подполковник»? — рявкнул Тони, доставая золотой жетон и вешая его на пояс. Лиам сделал то же самое. Ковбой — нет.

— Это значит, что я забыл его имя, — буркнул Ковбой, чуть защитно.

— Невероятно, — фыркнул Лиам. — Достань, чёрт побери, свой жетон. И не вздумай устраивать здесь свои выходки из дикого запада.

Ковбой закатил глаза, как обиженный школьник, но послушно достал жетон из кармана и прикрепил к ремню.

— Если начальник полиции вызвал нас лично — мы должны вести себя идеально. Понял меня? — сказал Лиам.

Пока он говорил, взгляд Ковбоя скользнул к молодому офицеру, стоявшему у дороги. Парень нервно тёр бледное лицо, а рядом с ним пожилой коллега положил успокаивающую руку ему на плечо и что-то тихо говорил.

— Спокойно, не кипятись, — пробормотал Ковбой. — Наверняка просто банальное убийство на почве разборок. А шеф вызвал нас потому, что его ребята паникуют, стоит только енотам разорить мусорку у какой-нибудь бабки…

Он резко оборвал фразу. Все трое подошли к дереву.

Воздух словно стал гуще, тяжёлым и трудно проглатываемым, как только их взгляды упали на тело, привязанное к стволу. Белый защитный комбинезон был насквозь пропитан кровью и доходил до носков. Вокруг валялись куски плоти. Но хуже всего было лицо — оно было приклеено ко стволу скотчем за лоб и изрезано, как жуткая тыква на Хэллоуин. Глаза, нос и рот были перемешаны в месиво из мяса и крови.

— Вот дерьмо, — выдохнул Ковбой, побледнев.

Даже Тони, закалённый ветеран, отступил на шаг, едва держась на ногах. Лиам поднял взгляд к небу и глубоко вдохнул — и тут же пожалел: в лёгкие ворвался гнилостный запах мяса.

Ковбой резко развернулся, отбежал в сторону и с громким рвотным звуком опустился в кусты.

К Лиаму и Тони подошёл невысокий пожилой мужчина. Он смерил Ковбоя презрительным взглядом. Его лицо было покрыто глубокими морщинами, волосы отступали от высокого лба, а под носом красовались аккуратные серебристые усы.

— Простите, что пришлось портить вам утро, — сказал он и пожал руки Лиаму и Тони. — Шеф Мюррей.

— Специальный агент Лиам Рихтер, отдел поведенческого анализа, — представился Лиам.

— Тони Руссо, тоже поведенческий.

Шеф Мюррей посмотрел в сторону Ковбоя.

— Ков… Тео МакКорт, — подсказал Тони, пока Ковбой медленно поднимался, лицо всё ещё белое. — Отдел по борьбе с бандами.

— МакКорт? — переспросил Мюррей. — Как заместитель директора ФБР?

— Ага. Его племянник, — кивнул Лиам и вновь перевёл взгляд на тело. Он медленно покачал головой, будто это могло хоть как-то ослабить шок от увиденного. За годы охоты на серийных убийц он повидал много ужасного. Но это…

— Иисусе Христе… — пробормотал Ковбой, возвращаясь к ним. Он вытер рот рукавом дорогого пиджака.

— Здесь ты его не найдёшь, — сухо сказал Лиам.

— Это работа дьявола, — добавил шеф Мюррей, опуская глаза к земле. — Вы когда-нибудь видели нечто подобное?

Лес замер. Только щёлканье камер, фиксирующих ад вокруг.

— Никогда, — наконец произнёс Тони, бросив взгляд на фургон сантехслужбы, припаркованный в нескольких метрах от тела. Двери были распахнуты, а внутри — разбросанные окровавленные инструменты и чистящие средства.

Лиам подошёл к фургону и остановился перед ведром Fixx.

— Я тоже, — добавил он.

— В смысле — настолько жестоко? — уточнил шеф Мюррей.

Лиам не отводил взгляда от ведра. Он достал из кармана пиджака перчатку и натянул её на правую руку. Затем, задумчиво, поднял окровавленную тряпку рядом с ведром. Взоры Тони, Ковбоя и шефа Мюррея следили за ним, пока он не подошёл к небольшой костровой яме с обугленными дровами. В воздухе всё ещё витал стойкий запах бензина. В пепле угадывались обгоревшие остатки ткани или пластика.

— Дело не в жестокости, — наконец сказал Лиам, не отрываясь от ямы.

— Тогда в чём? — спросил Мюррей.

— В том… — Лиам осмотрелся, его глаза перебегали от одного предмета к другому, — что я никогда не видел место преступления с таким количеством улик… и при этом ни одна из них не складывается в картину.

Ковбой присел перед небольшим мешочком с белым порошком — на вид героином.

— О чём ты? Тут полно «вкусняшек». Похоже на разборки наркоторговцев. Наверняка в шприцах будет ДНК жертвы и следы героина.

Тони подошёл к Лиаму, тоже заглянул в яму.

— Почему убийца сжёг только часть улик? Какая-то недоделанная работа.

— Понятия не имею, — признал Лиам.

Тони кивнул в сторону фургона и вывески на нём: East Coast Plumbing. We do it right.

— Почему сантехник в рабочем комбинезоне ездит по лесу с ведром Fixx? Может, фургон не его — украли, — предположил Ковбой.

— А может, и его. Может, он использовал Fixx, чтобы убирать воду после утечек, — вставил шеф Мюррей.

Лиам обернулся к нему.

— У вас были протечки?

Мюррей нахмурился:

— За жизнь у меня было четыре дома. Как думаешь?

Тони оставил костровую яму и подошёл к телу, внимательно вглядываясь в окровавленную массу, что когда-то была человеком. Он вздрогнул.

— И много вы знаете сантехников, которые приезжают в чистом комбинезоне, убираются за собой спецсредством и исчезают без следа? Обычно они опаздывают, ковыряются пятнадцать минут, ломают стены, берут втридорога и уходят. Уборка полов — точно не их конёк. Особенно не с химией, уничтожающей ДНК.

Ковбой пожал плечами:

— Думаю, наркоторговец притащил Fixx, а потом убил сантехника-наркомана. Может, тот не расплатился или донёс. Картели за меньшее убивают.

— Возможно, — кивнул Лиам. — Но тот, кто это сделал, слишком старался не оставить следов. Посмотрите на отпечатки в грязи.

Он присел и осмотрел след.

— Похоже, все следы от одной пары обуви. Скорее всего, от ботинок жертвы — ведь он в носках. Зачем так заморачиваться, чтобы не оставить следов, а потом взять и забыть ведро, которое легко можно было спрятать в багажник?

Мюррей и Тони проследили цепочку следов, уходящую от места преступления.

— Согласен с Лиамом: убийца был в ботинках жертвы, — сказал Тони, указывая на носки.

— Это объясняет, почему обувь исчезла, — добавил Мюррей.

— Наёмники у наркоторговцев не отличаются изобретательностью. А тут кто-то не просто надел ботинки жертвы, но ещё и пытался уничтожить ДНК, — заметил Тони, озираясь в поисках обуви. — Слишком сложно для банального разборки из-за долга.

Лиам снова наклонился над телом. Его голубые глаза остановились на изуродованной, кровавой массе. Он провёл рукой по волосам, чувствуя, как теряется.

Тони был прав. Здесь ничто не кричало «наркокартель».

— Возможно, это вовсе не бойня, устроенная тупыми головорезами, — сказал Лиам, сужая глаза на труп. — А тщательно спланированное убийство, совершённое кем-то умным и очень хорошо подготовленным.

Все четверо снова уставились на место преступления, нахмуренные, будто пытались набрать воду ситом.

— Какое убийство? — вдруг спросил Ковбой, нарушая тишину.

— А? — переспросил Тони.

Ковбой посмотрел на шефа Мюррея:

— Вы сказали, что вызвали нас, потому что это напомнило вам одно убийство. Какое именно?

Шеф уже открыл рот, чтобы ответить, но отступил в сторону, пропуская двух полицейских, несущих пустой мешок для тела и что-то похожее на большой ящик с вентиляцией. Более молодой из них, худощавый парень с непропорционально длинным носом, сразу привлёк внимание Лиама — особенно тем, что нес.

— Морозильник. Чтобы голова не развалилась по пути, — пояснил он.

На лице шефа Мюррея промелькнуло отвращение, пока он смотрел на переносной холодильник, затем он повернулся обратно к ним.

— Саманта Хейден, — вставил Лиам как раз в тот момент, когда шеф хотел заговорить. — Это место преступления напомнило шефу Мюррею об убийстве Саманты Хейден в штате Мэн.

Шеф Мюррей выдержал паузу, будто собираясь с силами, и кивнул.

— Саманта училась с моей дочерью, до того как её семья переехала в Мэн, — сказал он и бросил на Лиама долгий, тяжёлый взгляд. Затем достал из кармана визитку и протянул её. — Нет дня, чтобы я о ней не думал. И как бы ни старался вспомнить её улыбку, всё, что вижу — это как её оставили в лесу. — Его губы дрогнули. — Держи меня в курсе всего, что найдёшь об этом ублюдке. Я не позволю какому-то выскочке, воображающему себя Тедом Банди, убивать студенток и сантехников — ни в этом штате, ни в каком другом. Понял?

— Если это серийник, значит, это уже дело федерального уровня, — вмешался Ковбой самодовольным тоном. — А значит, полиция штата…

— Я займусь этим, — твёрдо сказал Лиам, перебивая.

Шеф Мюррей не отводил от него взгляда.

— Если тебе что-то нужно — говори. И под «что угодно» я имею в виду буквально, чёрт побери, всё что угодно.

Лиам и Тони кивнули. Шеф хлопнул в ладони:

— Парни! Ничего не трогать. Теперь это территория ФБР.

Протискиваясь мимо, он бросил последний раздражённый взгляд в сторону Ковбоя и сел в машину.

Тони покачал головой, глядя на Ковбоя.

— Что? — пожал плечами тот.

— Неуважение к главе полиции штата Массачусетс, — пробурчал Тони. — Теперь это юрисдикция отдела анализа поведения. Ты можешь валить. У тебя тут дел нет.

Ковбой фыркнул, достал телефон и пошёл прочь.

— Посмотрим, — бросил он через плечо с ухмылкой.

— Звонишь дяде поплакаться? — крикнул Лиам. — Передай, чтобы прислал тебе хоть немного мужества.

Ковбой даже не обернулся, просто показал средний палец и продолжил идти.

— Рад, что он хоть ненадолго свалил, — вздохнул Тони, вытаскивая телефон. — Хоть можно спокойно осмотреть сцену без его тупых шуточек и дыхания с запахом сахарной ваты за спиной. — Он поднял телефон вверх. — Связь отвратительная. Я позвоню из патрульной машины.

— Попробуй сразу вызвать кинолога. Нам нужно найти эти чёртовы ботинки, — сказал Лиам, вернувшись к месту преступления, уперев руки в бока.

Ни черта не складывалось. Fixx, костровая яма, шприцы, сантехник в комбинезоне, расчленённый и оставленный под деревом — что здесь вообще происходит?

Как всегда в первые минуты осмотра, Лиама накрыло знакомое чувство неуверенности, утопления в себе. Оно тянулось корнями к детству, к матери, которая никогда не признавала его успехов — какими бы они ни были. Но в отличие от прежних случаев, когда он задавал себе вопрос, справится ли, — на этот раз он впервые в жизни почувствовал, что, возможно, сомнения оправданы.