Замуж за ректора. Тайна лесной ведьмочки (СИ)

28. Первая улика

Из леса послышался зов. Ну, как послышался, почудился скорее, почувствовался сердцем и ступнями. Неужели ему удалось найти? Хочет, чтобы я был там. Я вскочил.

У выхода развернулся и решил заручиться обещанием, что жена не надумает сбежать снова. После того, что ей довелось пережить, она имеет право знать. Только, надеюсь, подробности ей и не будут интересны.

Дорога оказалась на удивление быстрой. Рохфос направлял меня на нужные тропы, вибрации по земле не стихали, и вскоре тропинка вывела меня к нему. Медведь ходил кругами и нервничал от нетерпения.

На обычной поляне не было ничего, что могло бы привлечь моё внимание. Ели вокруг были большими и старыми, но ничего примечательного, лес как лес. И тут я охнул и сложился пополам. По ощущениям неведомые силы попытались вырвать из груди моё сердце, а земля поплыла из-под ног. Опёрся руками на колени и попытался отдышаться. Какого чёрта?

Усилием воли выпрямился и осмотрелся ещё раз. Понятно. Это насколько крепко надо было задуматься, чтобы упустить момент, когда я вышел из нашего леса?

Так, ладно. Времени мало, надо торопиться, пока не остался тут навсегда. Взглянув на медведя я понял, что он-то в отличие от меня знал, что делал. Рохфос коротко промычал, указывая на землю перед собой. Я пригляделся. Что я должен найти?

Наклонился и всмотрелся внимательней. Боги, это же след от огня! В волнении потёр руки. Не догадался взять с собой комплект для сбора улик, да кто бы знал, что он потребуется! Вытряхнул содержимое портфеля на траву. Ой, не обрадуется профессор подобной небрежности…

Как можно аккуратнее принялся срезать ножом след вместе с травой и слоем дёрна. Главное — не повредить верхнюю структуру, тогда, если повезёт, это поможет определить тип используемого огня, а это может солидно сузить круг подозреваемых! Всё же, использующих огонь талантливых магов в империи по пальцам пересчитать, всего-то около сотни. А сжигание тела без остатка несколько намекало на наличие таланта.

Кажется, получилось. Вынул из папки документы и бережно поместил на неё ценный ком земли. Понесу в руках, не рискну чем-то накрывать, ещё смажу отпечаток. Благо дождя нет. Собрал все вещи обратно, прижал локтем портфель и осторожно поднял папку.

— Спасибо, Рохфос. Сам бы я не нашёл.

Тот рыкнул, принимая благодарность, и повёл меня обратно. Это он правильно, я под ноги почти не смотрел, боясь повредить улику. Заплутать для меня сейчас — самое милое дело. Через пару минут боль отступила, и остаток пути прошёл легко.

Надо бы сказать ей, что возможно задержусь ещё. Проходя мимо дверей столовой, замер, не успев войти. Я смотрел на свою супругу, отрицающую невозможность развода, а в особенности на её руку, так легко и естественно протянутую к руке непонятного парня, сидящего ко мне спиной. Она широко улыбалась ему, ничуть не стесняясь окружавших её людей, а его лица мне даже не было видно. Но может оно и к лучшему.

Я стиснул кулаки и перевёл рассеянный взгляд на улику, края папки погнулись. Ох, точно, надо её отнести, а уже потом я узнаю в чём дело.

Стоило мне дойти до аудитории и, в общем-то гордясь собой, водрузить находку на стол перед профессором теории магии, как его неодобрительный взгляд тут же поведал мне всё, что он думает обо мне и моих методах работы. Я оскорблённо фыркнул. Это кто здесь, спрашивается, ректор, если каждый может позволить себе давать мне оценки, какие ему вздумается? Вот возьму и отменю финансирование его последнего проекта. Я с вызовом посмотрел на него. Тот, кажется, понял, что и мне есть что возразить, и с неохотой сдался. То-то же.

— Попытка вторжения? — спросил он, придвигая папку ближе к себе и осматривая землю, — Не надо, не говори! Я стану предвзят.

— Когда справишься?

— У меня лекции до трёх, так что дня два нужно.

— Нет, так не пойдёт, это важнее. Давай эту проведу я, а на следующие найду замену.

— Уверен? Сейчас первый курс.

Я застонал. Вот чего терпеть не могу…

— Ладно, действуй, — с отчаянием проговорил я. — Что только не сделаешь ради неизвестно чего.

А вот Эртон вполне себе приободрился. Весело насвистывая, он позапирал ящики стола, сунул мне в руки план лекции и, оградив защитным воздушным куполом улику, довольный улизнул не откладывая.

Гад какой. Ему волю дай — век бы не вылезал из своей лаборатории.

«Не своей — академической» — поправился я. Потому-то он вынужденно и терпит эти лекции. Кто бы иначе стал оплачивать все его дорогие эксперименты? Но, надеюсь, к утру у меня будет ответ.

В аудиторию начали заглядывать и смело проникать студенты. Потом они замечали меня, и их смелость приятным образом растворялась без остатка. Дальнейшие их шаги были робкими, а шуршания у парт почти ненавязчивыми.

Я уже было приободрился, даже плечи расправились, уважение — штука такая, поднимающая ректорский боевой дух. Но тут я вспомнил, что передо мной первокурсники, и вмиг захотелось выругаться. А нельзя — кругом дети!

Так, что за лекция хоть? Ой, не люблю я эти основы. Нет, чтобы по расписанию сейчас у него третий курс был! Пробежал глазами план. Может, ну его, и расскажу о своём?..

В задумчивости я оказался у окна и глянул вниз.

У главного входа в академию Эльриния висела на шее у того же хулигана. Это совершенно, вот абсолютно не укладывалось в мою картину мира. Что бы она ни испытывала ко мне, как минимум, есть приличия, которые необходимо соблюдать! Хотя ко мне-то при встрече её расположение было достаточно очевидным.

Перед глазами пронеслись сцены первого вечера. В контексте готовящегося обряда бракосочетания её манера общения казалась по-своему уместной. Но, а если подобное поведение является своего рода естественным для неё? Что я вообще о ней знаю?

Мне как-то резко поплохело. Нет, она явно хорошо воспитана, и уж точно не глупа. Она не станет вести себя так безрассудно, и у всего, я уверен, есть иное понятное объяснение. Но вот с беседой больше затягивать нельзя. Необходимо как можно скорее убедиться, что она ясно осознала ответственность своего положения и попыталась смириться с ним.

Следующие сорок минут лекции зал студентов едва успевал переносить схемы с доски себе в конспекты, не имея свободной секунды простонать от боли в перетруженных руках.

Она ждёт развода.

Нет, я не должен вперёд осуждать её, это она от шока и непонимания. Разумеется, она одумается. И мне даже не придётся ни в чём напрямую её упрекать и портить отношения. Нужные выводы она сделает сама. Нам ещё жить и жить, ни к чему начинать со скандала. Но неуважения к себе я не потерплю.

В перерыв я покинул аудиторию, не найдя в себе силы вести вторую часть и спихнув свою обязанность на первого попавшегося свободного преподавателя, и пусть думают что хотят!

Сразу направился вниз. Чёртово собрание, как я успел о нём забыть? Отменить нельзя.

Внутри столовой её не было. Что ж, это к лучшему. К важному разговору правильней подходить с холодной головой.

Как будто мне без жены было мало поводов для переживаний и забот. Если бы не ее страсть и открытость, спустя минуты знакомства… Нет, такую насмешку богов я точно не переживу. Скорей бы вечер.

Заглянул на кухню и застал Анику на месте.

— Увидишь Эльринию, скажи, чтобы меня не ждала и шла домой.

— Хорошо, конечно. Какая чудесная девочка всё-таки, правда, лорд Терринс?

Видно, и впрямь чудесная, раз от одного упоминания её имени, кухарка довольно заулыбалась и побежала проверять маленькие кастрюльки на личной плите в самой глубине помещения. Даже вопроса не возникает, ради кого она старается. Как было бы просто, если бы и мои критерии оценки чудесности включали бы в себя лишь милое личико и хороший аппетит!