Наверное, мне стоит больше думать о других, больше делать. И о супруге, знаю, я мог бы позаботиться лучше. Я должен, везде я должен больше! Но как быть, если сил нет? Просто нет, и всё. Каждая мелочь, едва превышающая ежедневный минимум, кажется неподъёмной ношей, чем-то невыполнимым. Я вышел в холодную ночь и привычным путём побрёл к дому. Мелькнуло и тут же пропало смутное ощущение, словно я живу не свою жизнь.
Я ведь не всегда был таким. Помню время, когда силы и энергия переливались через край, когда я ввязывался в новые проекты и авантюры, просто оттого, что был неподалёку, просто чтобы сбросить излишек огня, что жил во мне.
Я задумался, прислушиваясь к чему-то внутри. Нет, я только привык помнить своё прошлое, призывать воспоминания, одни и те же, раз за разом. На самом деле я давно уже не помню, каким был. А огонь… Я старался не думать о том, как мне не хватает его. Лесу не нравятся подобные мысли, я не должен тревожить его попусту, ему и так тяжело. А я сильный, и не с таким справлялся. Правда, раньше свои трудности я мог встретить с мечом наперевес, а сейчас словно тухну в мерзком липком болоте безысходности.
И всё время чувствую, что делаю недостаточно. Это утомляет, так утомляет. Есть вещи, которые просто должно сделать, ситуации, которые больше некому решить. Так правильно, так надо, это обычный ход вещей.
А то, что супруга моя оказалась не ведьмой, да то, что боги так посмеялись надо мной… Может и в этом есть какой-то смысл, которого я просто пока не знаю. Может, если я хорошо подготовлю её, у нее получится приглядеть за моей академией, когда у меня закончатся силы сопротивляться лесу?
К тому времени, как я вошёл в спальню, она, конечно, уже спала. И совершенно правильно делала, не то что некоторые. Я отчаянно зевнул и сбросил часть одежды на комод у двери. В темноте добрался до кровати и лёг.
Посреди ночи проснулся от сильного холода — окно было нараспашку. Встал закрыть, вернулся и только сейчас заметил, что кровать пуста. Это как? Это я… в смысле, а где она?
Наверное, в ванную пошла. Лёг, попытался уснуть. Что-то долго не возвращается. А может на кухне? Перекусить захотелось, мало ли. Наверняка так и есть, не будет же она сбегать чуть что? Перевернулся и попробовал уснуть снова.
А почему я не видел её сумки? Обычно она у кровати её бросает. Перегнулся проверить пол с той стороны. Пусто.
Да ну, глупости, придумываю что-то.
Нет, я должен убедиться.
Встал и накинул сверху тёплый халат, слишком у нас свежо. Оказавшись внизу, осмотрел все комнаты. Никого. Опустился на диван в гостиной. Вот куда можно уйти ночью? В лес? Всё закрыто, все спят.
Нелепая догадка пришла в голову, и я со злостью прикрыл глаза. Не могла же она... Или могла?
Отгоняя мысли о том, каким бредом она заставляет меня заниматься ночью, я все же не поленился, переоделся и сходил до общежития. Всё как я думал, студента пятого курса на месте не оказалось. Выходит, не такой и бред?
Вернулся, поднялся в спальню, встал у окна.
Она, конечно, ничего ему не сказала. С моим влиянием вариантов так много, что глаза разбегаются. Я бы даже ненадолго растерялся, не зная, что выбрать, дабы испортить парню оставшуюся жизнь. И он не мог бы не понимать этого, а значит — ничего не знает. Значит, эта девчонка сама решила играть во вседозволенность, не думая о последствиях.
Видать, я переборщил с шуточками, раз она сделала вывод, что я позволю ей подобное. Придётся напомнить ей, о чём она клялась передо мной и богами. Только надо остыть. Что я, мальчишка какой-то, чтоб не суметь удержать свои чувства под контролем?! Время есть, успокойся. Никуда они от тебя не денутся. Я резко выдохнул.
А вот и она, выходит из леса.
Создав иллюзию, я провернул трюк, к которому не обращался слишком давно. Уж не думал, что то, что не раз выручало меня в разведке, пригодится мне в гражданской жизни. Потом придёт расплата, но сейчас… Сейчас я хочу видеть её лицо.
Оставив своё видимое тело спать на кровати мирным сном, я растворился в воздухе и отступил в абсолютную тень, становясь с ней единым целым.
Жена тихо вошла в комнату, держа в руке стакан. Босыми ногами прошла к своей стороне кровати. Споткнулась о кресло, которое я передвинул, пока ждал её, легла, убедилась, что я сплю. Бесплотным туманом я ринулся к ней и навис сверху, вглядываясь в выражение на её усталом лице.
Закрыв глаза, она улыбнулась краешками губ и расслабилась, моментально пропадая в сон.
Я развеял иллюзию, добрался до кабинета в академии, заперся, воплотил своё тело и, предсказуемо, пожалел об этом.
Боль накатила резко, а связь с лесом начала разрывать голову на части, доводя до дурноты. Лес не обладал доступным людям сознанием, но имел необъятное многоголосое своё и не на шутку перепугался недолгого разрыва связи. Для него я словно исчез, и теперь он дёргал за все доступные ему ниточки, чтобы убедиться, что я жив, что не бросил его. И объяснить ему невозможно. Только терпеть и ждать, пока он, наконец, успокоится. Столько лет не прибегал к этому! Зачем же сейчас растворился?
Ради её улыбки, которая, кажется, многое прояснила. И даже хорошо, что сейчас боль от леса мешала мне распознать другую.