Замуж за ректора. Тайна лесной ведьмочки (СИ)

44. Подвал

— Быстрей заходи! Давай-давай, мы должны успеть, пока он не вернулся!

— А слуги?

— Сейчас нет никого.

— Вламываться в дом ректора… За такое и вылететь можно.

— Миртин, ну какое вламываться! Я здесь живу, вообще-то, это и мой дом тоже! Не помню, чтобы мне запрещали приводить сюда гостей, — раздражённо буркнула я.

Сейчас меня волновало только одно — как можно скорее показать ему находку в подвале моего мужа.

— Не верится, что ты замужем, в голове как-то не укладывается.

Да, пришлось во всём признаться брату. Правда, скомканно и почти на бегу.

Невольно застыла, как наяву переживая ощущения от злого тумана, нависшего надо мной. С трудом сбросила оцепенение, отогнала жуткое воспоминание как можно дальше и потянула брата за рукав.

— Не переживай, у меня тоже.

— Так что ты хотела показать?

— Это в подвале.

Я поспешила через гостиную в столовую и уже открыла дверь на кухню. Оглянулась, а брата нет.

— Э-эль!.. — позвал он.

Я вернулась, а он стоял, едва сделав пару шагов по гостиной, оглядывался.

— Ну что?

— Слушай, Элька. Ты только не смейся, но у меня такое чувство, что я здесь уже был. Камин знакомый. И окна, и расположение дверей.

— Ты уже вламывался в дом ректора? — спросила я, нервно усмехнувшись.

— Нет, что ты.

— А что тогда?

— Не помню. А тебе не кажется, что тут всё какое-то тесное и маленькое?

— Ну с учётом того, что здесь часто бродит медведь, можно было и меньше мебели ставить, раз не догадались сделать комнаты большими.

— Нет, тут что-то не то. Могли ли мы с тобой раньше быть здесь?

— Глупости, у меня отличная память, я бы запомнила.

— Прямо как родилась, так сразу и стала всё помнить!

Я хотела возмутиться, но поняла, что не помню первые года два своей жизни.

— Я об этом не задумывалась, ну не настолько же давно...

— Слушай, а я тебя не помню. Маму как будто помню, она здесь проходила и тут сидела. А тебя нет.

— Ты пугаешь меня, Миртин. Ну что мы могли раньше делать в доме у ректора? Да и академия в такой глуши, мы даже никогда не бывали в этих местах!

— Может, ты и права.

— Пойдём, у нас мало времени.

Миртин отмер, но всё равно шёл медленно, вглядываясь во всё подряд. Наконец, мы оказались у дверцы и спустились в подвал.

— Смотри! — шепнула я, ткнув его в бок и отступая в сторону.

Брат потрясённо замер.

— Значит, мне не показалось? — слабо спросила я.

— Нет, Элька, нет… Но как? Как он мог сохраниться здесь?

— Может, это всё-таки не он? Я в этом не очень разбираюсь, тебе это ближе…

— Нет-нет, это Императорский Огонь, сомнений быть не может. Только он обладает этим фиолетовым оттенком. Ну надо же, живая легенда!..

Как на легенду он на него и взирал — с восторгом и уважением.

— Я видела его изображение в какой-то детской книжке, думала, это сказки.

— История о первом императоре слишком красива, чтобы скрывать её от народа, но узнать, что спустя столько веков это может оказаться правдой…

— Ну может это подделка? Для украшения интерьера?

— И спрятана в подвале? — хмыкнул брат, — Я видел «подделки», их продают в сувенирных в столице. Ну присмотрись же, оно живое!

— Я не чувствую, — призналась я, — Будь это растением или даже камнем — тогда да. А огонь не даётся мне.

— Это точно он.

— Раз ты так говоришь — я тебе верю.

Брат потянул руку к огню, и я в ужасе схватила его за рукав.

— Не надо, вдруг это опасно?

— Да он даже не должен жечься — смотри!

И Миртин погрузил руку в фиолетовое пламя, даже не вздрогнув. На его лице застыла смесь трепета и детского восторга.

— Убери, не могу на это смотреть!

Я потянула его за руку.

— Чего ты боишься, попробуй сама.

— Не хочу, — зашипела я.

Но он не послушал, схватил мою руку и сунул в огонь. Я охнула, отдёрнула руку и прижала её к груди. В ужасе замерла.

— Обожглась? — брат не на шутку перепугался. — Прости, Элька, прости меня! Но оно не должно ощущаться, это как в тёплую воду руку погрузить! Я не думал, что… Покажи быстрей!

Он бережно обхватил мою руку, вглядываясь и ища следы ожога.

В мыслях отчётливо стояла картина произошедшего со мной. Того, чего никак не могло быть. Это не моё воспоминание. Или моё?

— Миртин, — позвала я спустя минуту, словно очнувшись от сна.

— А?

— Миртин, успокойся, ожога нет.

— Не понимаю.

— Напомни-ка мне о его свойствах, — попросила я, всё ещё надеясь, что здесь какая-то ошибка.

— Считается, что даже члены императорской семьи не в силах оказать магическое влияние на того, кто им владеет. Он нейтрализует всё. Первый император подарил его восьми самым верным подданным в знак особого расположения, так говорят. Если опустить то, что он вообще не должен существовать.

— Самым верным… — эхом повторила я.

— Ты что?

Я собралась с духом и посмотрела на брата.

— Это правда, Миртин. Огонь освобождает от влияния императора.

— Откуда ты знаешь, Элька?

— Потому что я его видела.

Брат нахмурился.

— Кого?

— Императора. И, кажется, я знаю, какой у него дар, — слабо добавила я.

— Что ты говоришь такое? Это никому не известно!

— У него дар внушать ложные воспоминания, Миртин… Огонь рассеял его влияние на меня. Игрих IV встречался со мной в лесу. Я помнила, что пошла собрать травы, вернулась с ними домой. Но я виделась в чаще с ним и говорила, а не ходила к ручью! Он проверял меня, кажется, залез ко мне в голову. А потом заменил воспоминание встречи.

— Я слышал, что император тайно ведёт поиски сильной ведьмы.

— Откуда ты такое мог слышать?

— От друзей из охранной академии.

— Ты говоришь, поиски тайные!

— О, поверь, действительно засекреченной информации мы с тобой никогда не узнаем. Да и никто другой в империи тоже. Кроме, разве что, этого, — добавил он, повернувшись и вновь посмотрев на огонь.

— Нас теперь убьют?

— Подвал не под семью замками. А ректор твой муж.

— И?

— Всё зависит от того, зачем императору понадобилась ведьма, лучше думай об этом.

— Считаешь, что ректор?..

— Более чем вероятно, что он работает на императора. И близок к нему.

— И он мой муж.

— Боги, Элька…

Брат притянул меня к себе и обнял.

— Ну как, ну вот как ты могла так вляпаться?

— Н-не знаю.

Я всхлипнула, прижавшись к нему.

— Не плачь.

— Н-не буду.

— Умничка. Нам надо уходить отсюда.

— Нет, исключено, — сказала я и отстранилась, пытаясь скорее взять себя в руки.

— Исключено, что умная или что надо уходить?

— Ректор не знает, что я ведьма.

— Ну прямо-таки. Он не дурак, а вы живете вместе, он вполне мог догадаться.

— Не спорю, мог. Но вот до свадьбы и на обряде он ну точно об этом не подозревал! Да и после — молчать не в его духе.

— Почему ты так уверена?

— Не знаю, но это так.

— Он может быть не опасен для тебя напрямую, ну, а если косвенно, из-за связи с императором? Ты не должна терять бдительность. Если император захочет заполучить тебя, сомневаюсь, что брак станет помехой. Ему даже ваше согласие не нужно, доверенные жрецы у него всяко есть.

— Я не сказала тебе...

— Что ещё?

— Когда я говорила, что вышла замуж, я… Вмешались боги.

— Что это значит?

— У нас не тот брак, который можно расторгнуть. Теперь нас разлучит только смерть, — призналась я и посмотрела в глаза брата. — Я в западне.

— Бежать тебе надо, Элька.

Я вспомнила сегодняшнюю ночь.

— Некуда бежать, я нужна лесу. Но…

— Что?

Я не знала, стоило ли пугать брата ещё больше.

— Сегодня цветок показал мне, как ректор навис надо мной, когда я вернулась из леса. Но он был бесплотным, не знаю, как объяснить! Его не было видно, он был растворён, но, в то же время, я знаю, что он был там.

Миртин молчал.

— Но если всё, как ты говоришь… — наконец сказал он, — Я слышал только об одном человеке, который способен растворяться туманом — страж императора, его тень. Ты, Элька, стала женой Безликому герцогу.

Наверху хлопнула дверь.