Я уставилась перед собой и попыталась разобраться в своих чувствах. Сосредоточиться на мыслях было непросто, главным образом из-за того, что мне остро захотелось побыть одной, а до дома ещё было неблизко.
Что это за силы неведомые, что напугали даже мою маму? Или они напугали её лишь из-за меня?
До этого момента я была уверена в своей болезни, но не подозревала, что мою магию можно извлечь. А если это возможно, почему мама не заговорила об этом раньше? Только лишь потому, что не было серьёзного повода, или она уже давно приняла решение дать мне какой-то срок на то, чтобы я справилась, и он вышел ещё до того, как пришло письмо?..
Я шла и даже не замечала улицы. Направление моих мыслей пугало.
Логика говорила, что маме видней. Если она говорит, что надо, значит, надо. Но привыкнуть к многолетней болезни — это одно. А понять, что я враз могу лишиться пусть больной, но все же части себя, это… Это другое.
Пока я шла, та же логика еле слышно пищала на задворках, что с юридической стороны и со стороны людского опыта, я уже не ребёнок и не обязана слушаться маму. Уже несколько дней я не ребёнок, и пусть образ мыслей за эти дни не изменился, ответственности в жизни не прибавилось ни на грош, пусть я не обзавелась собственными детьми, семьёй или работой, но закон защищает меня отныне как отдельную единицу, а не как приложение к кому-то. Теперь уже я многое могу одна.
Писк раздражал, от него начинало болеть в висках. Ослушаться маму в выборе платья или парня — это одно. Но на кону стоит моё здоровье, вся жизнь!
«Тем и вернее» — пищало что-то мерзкое внутри. В душе закипела злость.
Мама знает, как лучше! И точка.
То, чего я лишусь, уже никак не восстановится. Дар через прошлую ведьму выбрал меня. Это должно что-то значить. Или я — случайная замена? Вдруг всё произошло стремительно и нелепо?.. Ведьмы не поступают нелепо, но что, если этой пришлось, может, её что-то заставило?
Мама верит, что знает, как лучше, но если она ошибается... Если ошибается, то с последствиями иметь дело мне, и всю жизнь.
От этой мысли неприятный холодок прошёлся по спине.
Неужели в моей голове мама сделалась мне врагом? Но это же смешно. И глупо. И так... по-детски. А я уже взрослая. Взрослые не бунтуют почём зря, а прислушиваются к соображениям более опытных в нужном вопросе взрослых.
Однажды мне удалили зуб, это наверняка не то же самое. Какая глупость лезет в голову!
Мама опытна в вопросе ведьмовства. Но у неё отсутствует опыт извлечение магии как у себя, так и у других. Это редко и наверняка опасно, помимо того, что идёт против природы и мира. И всё же этот путь она считает более безопасным для меня или… более простым?
Я словно задеревенела внутри, и дыхание вновь перехватило. Она будет рядом, проконтролирует процесс, а потом вздохнёт с облегчением, ведь сделала для своего ребёнка всё, что могла, и теперь-то её дочь в безопасности. Понятно, логично, оправданно, безопасно. Какой вариант у неё ещё — полная неизвестность?
До сих пор я ни разу не думала об этом.
Что могло измениться в ней в отношении меня?.. Если причина только в письме, то почему мне кажется, что она разочарована мной, но сильно это скрывает? Или она всегда была разочарована... Может, может, она давно устала и просто хочет отвязаться от меня, стать свободной? Я в испуге коротко посмотрела на свою мать. Мне не удавалось прочитать её так же легко, как обычно, она закрылась от меня, хоть и делает вид, что всё нормально. Но мы же всегда дружили с ней! Мы же ничего друг от друга не скрываем!..
Что за дела вынуждают её уехать от нас с папой надолго? А может, она преувеличила опасность и просто, просто…
— Солнышко… — напряжённо позвала меня мама, — Ты же не использовала магию по дороге туда?
Я посмотрела на маму, забыв, о чём только что думала.
— Н-нет.
Она выдохнула.
— А вот ты шепнула отвод глаз на перекрёстке у почты, — добавила я и мотнула головой в направлении, откуда мы ушли.
— Вот засада…