Антисваха против василиска

Глава 4. Рождение метаморфа

Она ощущала себя… необычно.

Прежде всего, она, кажется, оглохла. Ни малейшего шума не доносилось до Ани, даже собственного дыхания она не слышала. Встревожившись, она старательно прислушалась — и пространство вокруг сразу наполнилось тихими звуками: шорохом осторожных шагов, шелестом одежды ходящих, позвякиванием каких-то склянок и шумными нетерпеливыми вздохами. Так-то лучше.

Вторая странность заключалась в том, что она парила, словно в невесомости, и совершенно не чувствовала своего тела. Привычная ломота в суставах пропала бесследно, недавно появившаяся тяжесть в области печени перестала беспокоить, как и тупая головная боль, с которой она вернулась из поездки. Собственно, сами суставы, печень и голова тоже будто пропали, не ощущались, и если для печени нормально быть незаметной, то история с головой настораживала…

Попытка повернуть голову не увенчалась успехом. Вернее, Аня не имела возможности определить, удалось ли ей двинуть головой.

«Надо открыть глаза и смотреть, меняется ли видимая картинка при попытках двигаться», — сказала себе Аня, поднаторевшая в деле физических экспериментов.

Открыть глаза оказалось непростой задачей! Пришлось приложить заметное усилие, чтобы темноту перед взором сменили свет и вид на каменный полукруглый потолок, как в соборе, только что низкий и без церковной росписи.

Дикий сдвоенный вопль чуть не разорвал барабанные перепонки несчастной Ани. Боженьки, зачем же так визжать?! Она посмотрела влево, чтобы определить источник высокочастотных звуковых колебаний, и они тут же перешли в область ультразвука. Вопли исходили из распахнутых ртов двух перепуганных молодых парней лет тридцати пяти на вид. Парни таращились на Аню, переполняли эфир пренеприятными звуками и невежливо тыкали в неё пальцами.

— ГЛАЗА!!! — наконец-то вырвалось у одного нечто вразумительное. — На тумане проступили глаза! ОНО на нас СМОТРИТ!!!

— Оно уплотняется!!! Ай, ОНО точно смотрит и ВИДИТ НАС!!! А-ааа, тварь, лучше снова в потолок смотри!!!

«Фу, как грубо, — поморщилась про себя Аня. — Где это я?»

Осмотреться в небольшой комнате ей удалось на редкость легко, несмотря на мешающую пелену, словно дымкой перекрывающую обзор со всех сторон. Похоже, она в лаборатории. Парни — её коллеги? Оборудование у них какое-то несовременное…

Оцепенев от ужаса, Краск и Унир следили за тем, как проступившие на уплотнившемся тумане жёлтые глаза с чёрными вертикальными зрачками плавно плывут по бокам материализовавшегося сгустка, внимательно оглядывая подвальное помещение. Вот глаза совершили полный оборот и снова неподвижно уставились на них, вырвав из их глоток новый дикий вопль.

— Ма-ма-магический защитный купол удержит ЭТО? — проблеял Унир.

— Должен, — вздрогнув, ответил Краск. Ему как-то не хотелось представлять, что защита не выстояла, а плотный глазастый туман перелился со стола на пол и пополз к ним.

— Давай уничтожим ЭТО! — отчаянно зашептал Унир, формируя боевые смертельные заклинания.

— Отставить панику, — взял себя в руки Краск. — За защиту оно не лезет, а мы столько лет угробили на воплощение древнего рецепта: семь лет с Либроком мучились, потом ещё восемь без него напрягали мозги и искали, искали, искали! Мы на финальном этапе, ни шагу назад!

— Оно выглядит опасным, — настаивал Унир, не рассеивая сформированных фаерболлов.

— Это всего лишь безмозглая субстанция с глазами, у неё даже магической ауры нет, как у простолюдина, что оно может нам, магам, противопоставить? — раздражённо высказался Краск, успокоенный тем, что границы защитного контура туман не пробует пересечь и вообще ведёт себя смирно. — Мы это создали, следовательно, мы — его хозяева!

Унир ещё помедлил немного, но в конце концов тоже перестал дрожать и развеял убийственные заклинания.

— Если оно окажется совсем безмозглым, нам не удастся его использовать, — с досадой констатировал он.

— Погоди, оно только родилось, надо подождать и посмотреть, как оно будет эволюционировать. Раз моментально отрастило себе глаза, то процесс будет быстрым.

Унир сглотнул. Удостоверился, что магии в созданном ими монстре нет, перевёл дух и спросил:

— Как думаешь, в нём сохранился разум похищенной нами души?

— Проверим. Надеюсь, что хоть зачатки разума остались, в противном случае его трудно будет заставить служить нам и выполнять сложные поручения.

Несколько часов маги простояли у лабораторного стола, на котором под мерцающим защитным куполом вальяжно развалилась бесформенная субстанция, неопределённо-серого цвета. Субстанция двигала глазами, колыхалась, но новых ярких изменений в ней маги так и не дождались. Первое волнение окончательно улеглось, и молодые экспериментаторы принялись обсуждать уже достигнутые ими результаты и делать прогнозы на будущее. Когда организм настойчиво напомнил им о пропущенном обеде, Краск с Униром ушли из подвала, старательно наложив на дверь несколько слоёв дополнительной защиты.

«Ага, мои ''хозяева'' ретировались, можно перестать демонстрировать безмозглость, — решила Аня. — Болтливый учёный — находка для объекта его экспериментов! Подведём итоги услышанного».

Услышать и увидеть ей повезло много. Бурно обсуждая свою работу, парни творили видимые радужные клубки причудливых форм, называя их заклинаниями, да и огненные шары, сформированные с целью сжечь её саму, не прошли мимо внимания Ани. Приходилось сделать вывод, что парни — не сумасшедшие, а действительно маги, да ещё из другого мира, раз живут в неведомом королевстве Дистиния, опасаются происков королевской стражи и обучались в академии магии. Больше всего они толковали о рецепте и метаморфах, и было несложно понять, что именно Аню и превратили в метаморфа. Учитывая, что она без проблем понимала речи парней, применённое к ней заклинание имело функцию универсально переводчика и должно было переводить сложносоставные слова по частям. Так что же означает часто упомянутый термин «метаморф»?

«Приставка «мета» означает некий промежуточный этап, переменчивость. «Морф» в самом простом значении — «форма». Метаморф — объект, способный менять свою форму? Кажется, правнуки что-то такое болтали между собой, обсуждая то ли фильмы, то ли игры свои вечные компьютерные… Что ж, проверим гипотезу».

Помня, как обзавелась слухом и зрением, она пожелала отрастить руки. Серые сгустки вытянулись и бестолково заколыхались перед глазами. Попытка создать на них пальцы была длительной, утомительной и малоуспешной: придуманные Аней пальцы неизменно оказывались гнущимися во все стороны и трудно управляемыми, а потому часто задевали за защитный купол, отчего с него сыпались искры, слепя глаза.

«Хорошо бы сразу превратиться в целикового человека, а не «выращивать» себя частями, — раздражённо подумала Аня. — Но под куполом мало места, какой человек тут поместится, если здесь и собаке не развернуться! Как бы мне перестать быть туманом, а?! Очень хочется потрогать эту «магическую пелену» и определить, из чего её сотворили…»

Аня не замечала, что бесформенное тело реагирует на её мысли, стараясь максимально точно реализовать все задумки и желания хозяйки. Спохватилась, лишь когда действительно ткнулась в мерцающую пелену и получила болезненный щелчок по носу. Да, настоящее тело — это тебе не бесчувственный туман! Взвизгнув, Аня потёрла пострадавший нос, озадачилась, как у неё это получилось, и закрутилась, осматривая новоявленную себя.

М-да, крупная собака под куполом бы не поместилась, а вот кошка — вполне себе. Насколько Аня могла судить без зеркала, она превратилась в миленькую беленькую кошечку. Самое приятное — она опять ощущала тело! Дышала полной грудью, поражённая множеством атаковавших обоняние ароматов, потягивалась, двигалась, чувствуя каждую напряжённую мышцу. Насладившись отсутствием «невесомости» и «бесчувственности», Аня задалась классическим вопросом: что делать?

То, что на Землю вернуться невозможно, яснее ясного: её тело там умерло, когда ушла душа, она успела увидеть, как безжизненно раскинулась на полу. Ловко её приманили скорбным, тоскливым голосом, словно бы звавшим на помощь, вынудив войти в ловушку! Хочешь — не хочешь, а придётся проживать новую жизнь, да ещё в незнакомых реалиях. Ну, ей не впервой сталкиваться с переменами: за век родная Россия изменилась так, что перенесись она сразу из 1921 года в 2021, тоже решила бы, что попала в неведомый магический мир! Благо, на Земле у неё не осталось незавершённых дел: дети твёрдо стоят на ногах, никто от неё уже не зависит, а её смерть, как ни крути, событие подспудно ожидаемое, сто лет — немалый срок. Эх, лишили её маги заслуженного покоя! И зря они надеются, что она их покорной служанкой станет, ой зря! Сто лет ни перед кем на колени не вставала и впредь не планирует!

«Увидят они меня в форме кошки — на цепь посадить смогут. Надо бы перед визитом молодцев опять туманом растечься. Ещё лучше глаза закрыть и ни на что не реагировать — тогда есть шанс, что они уберут защиту: проверить, что пошло не так в экспериментальном образце. И тогда мне надо превращаться в кого-то юркого, быстрого и бежать прочь отсюда!»

Вечером заглянувшие в подвальную лабораторию маги увидели под куполом печальную-препечальную кошечку: Ане не удалось вновь стать туманом. Превратиться она смогла во всех животных, чьи размеры умещались в выделенном ей пространстве, а вот обратно в туман — нет. В неживой предмет обратиться также не удалось, как и в маленький объект: стать комаром и мухой, как князь Гвидон в пушкинской сказке, не вышло, и даже ящерица получилась размером с потягивающуюся кошку!

После череды экспериментов Аня пришла к выводу, что она, как метаморф, подчиняется минимум двум физическим законам: закону сохранения массы и закону сохранения жизни. Обратиться прежним туманом для неё столь же невозможно, как невозможно цыплёнку вернуться в скорлупу и снова стать яйцом. Она «вылупилась» из первоначальной массы, стала живым организмом и этот процесс необратим. Форму менять можно, отменить жизнь в ней — нельзя. Обратившись полноценным живым существом, она по-настоящему возродилась в новом мире, раз и навсегда.

Странно, но в общем и целом ситуация Ане… нравилась. Она, правда, превратилась в непонятно что, но абсолютно ясно: новая жизнь не понесётся заезженной пластинкой по прежнему кругу. Сколько себя помнила, Аня всегда стремилась «соответствовать» и «оправдывать»: быть примерной дочерью, студенткой, женой и матерью. Старательно исполнять те обязанности, что накладывались на неё обществом согласно её роли в нём: быть достойной женой советского офицера, уважаемой матерью семейства, самой лучшей бабушкой, самой ответственной учительницей, вкладывающей всю душу и знания в своих учеников. Поскольку — а как же иначе, если она обязательно должна «соответствовать» и «оправдывать», чтобы никак не подвести мать с отцом, детей, мужа, коллег по работе, учеников и директора школы. Не подвести тех людей, которым многим была обязана, которых любила и уважала.

А в новом мире она никому ничем не обязана! Эта мысль была ошеломляющей, непривычной и дарящей небывалое чувство свободы. Она не обязана даже быть человеком! Маги-мошенники лишили её заслуженного вечного покоя, но, как говорится: «лучший отдых — смена вида деятельности», и сейчас Аня была готова подписаться под этой старой ироничной поговоркой. В самом деле, не считать же, что она чем-то обязана магам, обманом затянувшим её в другой мир, да ещё и с целью сделать из неё покорную рабыню, служащую их планам захвата власти! О, молодые люди достаточно проговорились о своих намерениях использовать метаморфа, как шпиона, вора и подставное лицо в разнообразных афёрах! Интересно, им известен закон сохранения массы? В нынешних стартовых условиях нормального человека из Ани никак не выйдет: пока ей удалось превратиться только в маленькую девочку, умеющую лишь ползать. Вернее, ещё эта полугодовалая на вид девочка умела говорить (хоть шепелявила сильно) и прекрасно знала свойства логарифмов, но если исключить область «чистого разума», то физическое развитие соответствовало размерам девочки, увы.

Удивительно, что Ане были доступны все физические способности обретаемой ею формы. Кошкой она имела обострённый нюх и слух, в образе змеи поражённо исследовала витающие в воздухе запахи с помощью языка, в виде птицы парила под куполом. Она не просто меняла внешность, она реально становилась тем живым существом, в которое превращалась! Сохраняла свой разум и воспоминания, но всё остальное получала в наследство от своей материальной формы вместе с навыками управления этой самой формой.

Боженьки, давно она так не развлекалась! Давно не чувствовала себя настолько живой! Ха, она совсем-совсем не уверена, что хочет быть человеком! Ей и так отлично. Одна проблема: замаскироваться под туман ей не удастся, а от магов можно ожидать самого худшего.

Эта была единственная мысль, нагонявшая опасения. Услышав шаги за дверью лаборатории, Аня предприняла последнюю отчаянную попытку вернуться в бесформенное состояние, но увы. Явившиеся в подвальную лабораторию маги удовлетворённо уставились на сидящую под куполом киску.

— Я же сказал, что эволюция пройдёт быстро, — самодовольно сказал Краск, но невольно поёжился, когда сидящая на столе белая кошечка подняла на него очень разумный и очень-очень злой взгляд зелёных ярких глазок. — Кис-кис-кис, — вырвалось у него, и кошка презрительно фыркнула, сморщив розовый носик.

— Какое «кис-кис-кис», ты в своём уме? — вытаращился на товарища Унир. — Перед нами метаморф, а не уличная кошка! Единственный в мире метаморф! Ни один маг не может прикинуться безмозглым животным, а она — она может! По идее, она должна слышать и понимать нас, как человек, поскольку человеком по сути и является. Так, кошка, лежать!

Киска зевнула и лизнула лапку.

— Голос! — подтянулся к эксперименту Краск.

Киска передёрнула ушками и почесала лапкой за правым ухом, отворотив мордочку от магов.

— Посмотри на меня, — потребовал Унир, и киска улеглась на стол. Обернуться она и не подумала. — Не понимает, — расстроено подытожил маг.

— Или издевается, — прошипел его напарник. — Шибануть бы её разрядом для лучшего понимания речи человеческой, да защиту снимать страшновато, убежать может.

— Из подвала легко не убежишь, — задумался Унир. — Ладно, к утру решим, что с ней делать и насколько она разумна.

Он приблизился к столу и прорычал:

— Если в тебе есть хоть капля благоразумия, ты перестанешь прикидываться глупым животным и начнёшь нас слушаться, иначе… Ты, конечно, разок уже предпочла смерть жизни, но поверь на слово: порой смерть приходит в таких муках и так долго, что проще выбрать жизнь… и подчинение хозяину. Судя по демонстрируемой тобой непокорности, твоя душа раньше принадлежала не простолюдинке. Как ты сказала Краску: не злите старую, мудрую тётеньку? Так вот, дорогуша: какой бы королевой или великой магиней ты ни была раньше, сейчас ты на нижней ступени общественной лестницы. Мы тебе продемонстрируем завтра, как живёт простой люд, если раньше тебе не доводилось интересоваться этим и выглядывать за окно своей кареты.

Краск и Унир ушли, захлопнув и зачаровав за собой дверь, а Аня дополнила список своих выводов:

Маги не в курсе, что она не из их мира. Похоже, они вообще не рассматривают вариант, что душа не из «местных», вероятно — не подозревают о существовании других миров.

Парни не в первый раз стали убийцами, когда выдернули её душу из тела, — похоже, она попала в лапы бесчеловечных монстров. Рассказывать Ане о том, каким пыткам можно подвергнуть живое существо, не было необходимости: на Земле средневековая инквизиция и фашизм весьма расширили представления о «негуманности».