Антисваха против василиска

Глава 7. Охота на метаморфа начинается

После памятного открытия, что не все мифические существа являются вымыслом, Ригорин не знал покоя. Дни шли, покушений на жизнь короля не было, подозрительных людей во дворце не появлялось, но всеобщая нервозность витала в воздухе, как проклятье Василиска. Для того чтобы добраться до комнат короля, отныне требовалось пройти пять постов и назвать пять паролей, которые менялись дважды в день. Всех телохранителей его величества Ригорин самолично проверял каждое утро, а ночью, по требованию короля, оставался спать в королевских покоях. Ригорину осточертело торчать во дворце, и он проклинал всех змей на свете. Он не может нормально выполнять свои прямые обязанности главы королевской стражи, пока играет роль бессменной королевской няньки!

— Ваше величество, вам ничего не грозит в максимально защищённой комнате, — убеждал он молодого правителя страны. — Мне необходимо уехать…

Дальше его обрывал вопль короля, убеждённого, что никакие преступления не должны отвлекать главу королевской стражи от охраны персоны короля. Тот факт, что «королевская» означает «стража всего королевства», а не лично короля, во внимание не принимался совершенно!

— Вы утроили число телохранителей, — напоминал Ригорин, но слышал в ответ дрожащий голос:

— А вдруг один из них не тот, кем прикидывается?!

— Так и я могу быть не тем, кем кажусь вам! — не выдерживал Ригорин, но король с кривой усмешкой качал головой:

— Нет, такую, как у тебя, недовольную физиономию с полным отсутствием почтения к королевской особе подделать невозможно.

Однако дни по-прежнему шли, по-прежнему ничего не происходило, и король понемногу начинал успокаиваться. Дворец он всё ещё не покидал, но соглашался на деловые отлучки Ригорина: глава королевской стражи старался выйти на след Василиска, покинувшего свою каменную темницу.

В самой пещере следов проползшей огромной змеи не было, но камни плохо хранят следы, а с площадки перед входом в пещеру гад просто улетел по воздуху. Сведения о возрождении Василиска (гипотетическом возрождении, поскольку реального подтверждения Ригорин пока не имел, статуя могла разбиться сама по себе) держались в тайне. Насколько возможно было сохранение сведений в тайне при нервном поведении короля, всем своим видом, всеми своими паническими расспросами демонстрирующего, что он ежеминутно ожидает нападения метаморфа! Взять себя в руки королю не удавалось, и сотрудники Ригорина доносили, что весть о возвращении царя змей потихоньку просочилась в широкие массы. Контролировать прессу ещё получалось, но слухи по стране ползли с молниеносной скоростью.

— Что у тебя? — отрывисто бросил Ригорин своему заместителю, в кои-то веки завернув в свой рабочий кабинет в столичном управлении охраны правопорядка.

— Секта. Опять адепты «Возрождения». Три жертвы, убиты вчера на рассвете, — кратко отрапортовал зам, гневно раздувая ноздри.

Ригорин опустился в любимое кресло, свёл брови:

— Фанатики ещё не в курсе, что Василиск уже вернулся?

— Или наоборот: они взялись кормить его свеженькими жертвами, — возразил заместитель: пожилой, умный и недоверчивый мужчина. В управлении поговаривали, что зам главы стражи Борк собственной жене никогда не сообщает, где будет находиться в течение дня, и не называет точное время своего возвращения домой. Во избежание засад и ловушек, да.

— Разве Василиску нужны человеческие жертвы? — нахмурился Ригорин. — Я прочитал всю литературу по волшебным змеям, что только смог найти: если отринуть совсем уж сказочные басни, то выходит, что рацион василисков не отличается от нашего. Собственно, чаще всего василиски расхаживали по земле в человеческой ипостаси, ничем не выделяясь среди прочих магов королевства.

— Мне не довелось общаться с василисками, чтобы выяснить их предпочтения в еде, — совершенно серьёзно ответил Борк.

Ригорин не удивился бы, если б в результате его вопроса блокнот зама пополнился пометкой: «В личной беседе с крылатой змеёй уточнить: едят ли они девушек на ужин и если да, то кто поставляет им данный вид провианта». Обсуждение очередного преступления фанатиков прервал стук в дверь и появление на пороге ошеломлённого и испуганного секретаря.

— К вам с донесением, господин Оэн, — пролепетал секретарь.

Его решительно сдвинула в сторону широкая ладонь, и в кабинет вошёл маг — сотрудник ведомства Ригорина из земель, подчиняющихся магистру Имрану Дайму. Магу Дайму, в народе известному как «Дьявол Дайм». Многие высокородные, богатые маги не считали простолюдинов за людей, но магистр Имран превосходил всех жестокостью обращения с населением своих земель. С мрачным предчувствием Ригорин обратился к пришедшему с донесением:

— Что опять? И есть ли хоть малюсенький шанс привлечь мерзавца Дайма к суду на законных основаниях?!

— Речь не о магистре, — покачал головой гонец. — Сегодня ночью уничтожена королевская усыпальница в Эзмере. Разгромлена и сожжена дотла в магическом огне со всеми останками предков короля.

Ригорин лишился дара речи. Город Эзмер на севере страны когда-то был столицей королевства Дистиния, пока оно не разрослось, захватив земли соседнего государства, а его правители не пожелали переехать в самый южный, более тёплый район. Усыпальницу королей переносить не стали — последний свой приют все короли Дистинии по-прежнему обретали в предместье Эзмера. А теперь это монументальное каменное, облицованное мрамором строение, зачарованное от вандалов всеми мыслимыми заклятьями, стёрто с лица земли?! За одну ночь?!

— Подобное под силу минимум десятку сильных магов. Как вы пропустили формирование такого отряда?! — возмутился Борк.

— Не пропустили. На пепелище один-единственный магический след, причём не учтённый в картотеке, — мрачно ответил гонец. — Глава, у вас очень интересное выражение лица: вам известно нечто, что неведомо мне? Как-то не сильно вы удивились…

— Припоминаю один магический след, что обнаружил полтора месяца тому назад, — медленно протянул Ригорин и вскочил на ноги: — Полетели к усыпальнице!

На выгоревшей земле, не сохранившей остатков здания, что ещё вчера гордо возвышалось на ней, обнаружился тот же самый след, что и на внутренней части разбитой статуи Василиска. Похоже, первое доказательство воскрешения мифической змеи Ригорин видит прямо перед собой, и поздно держать в тайне давний секрет королевской семьи.

— Недаром фанатики три жертвы на алтарь положили! Отъелся гад, набрался сил и начал мстить, — желчно постановил Борк, когда Ригорин в ответ на его вопросительный взгляд молча кивнул головой.

— Кто отъелся и начал мстить? — недоуменно спросили представители местного управления королевской стражи, спозаранку расследующие дело об уничтожении королевской усыпальницы. Они успели впасть в тоску, что в столь громком, резонансном деле у них нет ни единой стоящей улики, и мысленно попрощались с королевской службой. Слова заместителя главы давали лёгкую надежду, что голову за недогляд с них не снимут.

— Василиск, — вздохнул Ригорин, отряхивая руки от серого пепла. — Не волнуйтесь, я в здравом уме, а вот работа стражников отныне серьёзно усложнилась. Слушайте предысторию…

— Если бы такую байку поведал кто другой, мы бы посмеялись и забыли её, — вздохнули подчинённые Ригорина, выслушав главу своего ведомства. — Но, честно говоря, наши версии произошедшего были ещё более фантастическими: слишком уж масштабно и тотально разрушение, такое никакому человеку не по силам.

— Широким массам никаких официальных объявлений о возрождении царя змей не делать, панику не разводить! — приказал Ригорин.

Он обошёл руины, оценил разрушения и задумчиво произнёс:

— Раз уж василиск — существо реальное, то должен подчиняться объективным законам природы и магии. На полную ликвидацию усыпальницы он затратил много энергии и должен был остаться практически без сил. По крайней мере, такое предположение кажется мне не лишённым оснований и заслуживающим проверки…

Окружающие его стражники хором согласились, и Ригорин продолжил:

— Следовательно, он пришёл сюда не издалека и ушёл потом недалеко. Какие-нибудь необычные события происходили в землях Дайма в недалёком прошлом?

— Нет, но с ними граничит небольшое поместье молодого мага Унира Госка, дом которого вчера вечером обвалился и раздавил своего хозяина. Редкостную сволочь, к слову говоря.

Ригорин повторно лишился дара речи: мага убило при обвале дома?!

— Этот Унир был настолько слабым магом или настолько глупым и неумелым магом? — переспросил он.

— Напротив, он с отличием закончил магическую академию. Он и его друг Краск были любимыми учениками проректора Либрока: он сам разыскал их в нашей глуши и перевёз в столицу, оплатил их обучение в академии. Молодые люди вернулись в провинцию после трагической кончины своего старшего товарища и наставника.

— Ученики проректора Либрока… Того самого Либрока, всё семейство которого десятилетиями искало якобы запрятанные, неопубликованные научные труды своего гениального предка? — наморщил лоб Ригорин.

— Да, ходили слухи, что тот открыл рецепт страшно опасного зелья или заклинания, который решил держать в тайне. Поговаривают, проректор Либрок разделял семейное помешательство и тоже упорно искал рецепт.

Ригорин резко выпрямился:

— Так… Древний рецепт, талантливые ученики, найденные проректором в провинциальном захолустье… Я знал Либрока и сильно сомневаюсь, что он пригрел юношей по доброте душевной: они были нужны ему, нужен их магический дар, их талант и способности. Для чего нужны, спрашивается? И как интересно всё складывается: Либрок трагически погибает от яда, а его ученички вместо того, чтобы остаться в столице и зарабатывать большие деньги, возвращаются в глухомань, причём оба, вместе… Чем они тут занимались, не слышали?

— Наши сотрудники ещё вчера вылетели на место происшествия и докладывали, что Унир и Краск найдены мёртвыми в подвале дома, где была оборудована лаборатория. Следствие установило, что между молодыми магами вспыхнула драка, в результате которой Краск был убит, а Унир магически истощён настолько, что не смог удержать здание от обрушения. Слуги утверждают, что хозяева проводили в подвале какие-то эксперименты. В последний месяц маги ходили довольные и как раз собирались переезжать в столицу, даже вещи упаковать успели.

— Цепочка событий вырисовывается весьма любопытная, — пробормотал Ригорин. — Ваши сотрудники ещё работают на месте обрушения дома?

— Да, там кто-то ещё остался. Магистр Дайм прибыл к нам на подмогу и с ночи помогает разбирать развалины строения. Без магистра мы бы не добрались так быстро до содержимого подвала.

— Дьявол Дайм помогает стражникам на месте катастрофы?! Чёрт меня побери, он ещё меньше покойного Либрока склонен помогать людям по доброте душевной! Полетели, живо!!! Магистр точно что-то ищет в лаборатории погибших, и я могу предположить, что именно он там ищет! Рецепт, смерть Либрока, возрождение Василиска, разгром усыпальницы в ту же ночь, как погибли ученики проректора, — это звенья одной цепи, или я ничего не смыслю в магии, логике и характере людей!

…

Магистр северных земель Имран Дайм ещё был на месте происшествия. Тела погибших магов были отправлены в морг ближайшего крупного села для дальнейшего погребения, слуги разошлись по домам родственников, у развалин осталось трое сотрудников королевской стражи, пожилой дворецкий бывшей усадьбы и с десяток людей Дайма, по камешку перебирающих руины подвальной лаборатории. Сам магистр рыскал по прилежащей к дому территории и недовольно вышел на лужайку перед разломанным крыльцом при виде вновь прибывших.

— Ригорин Оэн, — негромко пророкотал Дайм, складывая могучие руки на широкой груди и окидывая главу королевской стражи настороженным взглядом. Магистр-садист был высоким, широкоплечим, полным мужчиной с одутловатым злым лицом, окружённым копной иссиня-чёрных волос. Большие зелёные глаза мага ярко сверкали из-под широких насупленных бровей. — Я должен сказать, что рад видеть вас?

— Если ложь для вас необходима, как воздух, то не смею останавливать, — холодно ответил Ригорин. Будь его воля, мерзавец Имран Дайм давно ходил бы в антимагических кандалах, а ещё лучше — болтался на верёвке!

По лицу магистра скользнула усмешка. Он коротко кивнул и вернулся к прочёсыванию территории, не мешая Ригорину спуститься в бывший подвал, обследовать его и допросить дворецкого и людей Дайма. Пожилой слуга подтвердил, что хозяева проводили эксперименты и что в подвал часто уводили детей, временно лишая их слуха и зрения. Дети рассказывали, что ничего страшного в подземелье с ними не делали, они ощущали лишь чьё-то краткое прикосновение и тёплое дыхание стоящего рядом существа. Было ли то существо человеком, дети сказать затруднялись: кому-то казалось, что существо было покрыто шерстью, кому-то — тёплой человеческой кожей. О кошке и барсе Ригорину тоже поведали, сообщив, что кошка давно исчезла, а вот барс выскочил из подвала и убежал в аккурат перед обрушением дома. Люди Дайма неохотно доложили, что все остатки документов, обнаруженных в подвале, передали магистру.

Да уж, Имран Дайм всегда отличался хитростью и логические цепочки умел выстраивать не хуже других. Ригорин почти не сомневался, что магистр тайно следил за экспериментами своих молодых соседей: учеников погибшего потомка гениального учёного.

Уловив на остатках лестницы лёгкий отголосок жизненной энергии крупного зверя, Ригорин отправился по слабому следу. Дошёл до края поля, где ветер окончательно развеял след, и наткнулся на хмурого Имрана Дайма. Судя по насыщенности магического шлейфа, магистр прошёлся по этой дорожке раз двадцать в течение ночи, безуспешно пытаясь определить дальнейший путь убежавшего зверя.

— Ушёл? — насмешливо спросил Ригорин.

— Кто ушёл? — прищурился Имран, еле уловимо напрягаясь и подозрительно сверкая зелёным взором.

— Василиск, — прямо ответил Ригорин, внимательно следя за реакцией собеседника.

Тот с показным удивлением пожал плечами:

— Верите в сказки, глава королевской стражи? Не по должности такая вера, я бы сказал.

— Верните бумаги, что нашли в подвале, — резко потребовал Ригорин. — Унир Госк не оставил наследников, так что всё его имущество принадлежит короне, которую здесь представляю я!

Вопреки ожиданиям, Имран Дайм без возражений извлёк из внутреннего кармана куртки ворох обожженных клочков, миролюбиво заметив:

— Я не мог знать, что сюда нагрянете вы, Ригорин, а до вашего появления именно я, магистр этих территорий, возглавлял здесь правоохранительные органы.

— Не припоминаю, чтобы вы раньше так усердно исполняли свои обязанности главы местных правоохранительных органов, — язвительно парировал Ригорин, разворачивая бумажки.

Причина покладистости магистра сразу стала очевидна: магия, камни и огонь на славу потрудились над бумагами, превратив их в бесполезные, нечитаемые обрывки. Ни один эксперт не сможет сложить из этих остатков связный текст. Древнее заклинание возрождения Василиска теперь утрачено безвозвратно. Жаль, что слишком поздно. Где искать многоликую тварь? В каком образе она явится мирным жителям королевства? Какой нечеловеческой злобой она успела напитаться за века заточения в камне? Ригорин не сомневался, что молодые маги передрались между собой благодаря Василиску. Наверняка они придумали, как заставить плясать под свою дудку волшебную змею, но Василиск сумел перехитрить своих «хозяев», призвавших его из каменной темницы, и вышел на свободу, не ограниченный более никакими рамками.

— Что намереваетесь делать? — неожиданно спросил Дайм.

— Точно не намереваюсь докладывать вам о своих планах, — огрызнулся Ригорин.

— Поймать василиска-метаморфа — непростая задача, — обронил магистр.

— О, вы тоже верите в сказки?

— Когда для такой веры вдруг появляются основания — верю. Вы же не думаете, что я не заметил магического следа на пепелище королевской усыпальницы? Или что мои постовые не поведали мне о прилёте отряда королевских стражников в занимательную пещеру в горах неподалёку от моих земель? Я посетил ту пещеру, Ригорин, и сделал те же выводы, что и вы.

— Значит, следили за Униром и Краском. Я так и посчитал!

— Рад, что вы не посчитали меня идиотом, — оскалился Дайм.

Ригорин помолчал, побуравил взглядом невозмутимо стоящего рядом магистра. Сильнейший маг этих земель мог доставить ему массу неприятностей и сильно застопорить дело розыска Василиска. Яснее ясного, что Дайм сам хочет отыскать мифическую тварь, покорить её своей воле и использовать в своих интересах, так что задача Ригорина — опередить магистра.

«И всех остальных, кто захочет прибрать к рукам многоликого, магически одарённого разумного зверя, способного убить одним взглядом. Так, здесь делать больше нечего, надо внимательно исследовать окрестные земли и слетать на место ритуала фанатиков: найдутся ли там следы Василиска? Борк мог быть прав, когда рассуждал, что тварь первым делом метнулась к своим ярым поклонникам».

— Прощайте, магистр, — сухо сказал Ригорин, отворачиваясь от Дьявола Дайма. Первым делом надо приставить людей наблюдать за передвижениями этого хитрого негодяя!

— До скорой встречи, — иронично ответили ему в спину.