Дочь врага

Глава 34

После короткого и беспокойного сна я выглядываю из окна кухни, чтобы осмотреть наш двор. Чем меньше свидетелей, тем лучше. Я впитываю мягкий утренний свет, а потом замираю при виде мужчины, стоящего у нашей двери. Стражника.

Нет.

Я бездумно отступаю в укрытие комнаты. Несложно понять, что произошло прошлой ночью. Мама передала мои обвинения – мои угрозы – отцу. Теперь меня держат пленницей в этом доме.

О небеса. Навредил ли мой бунт Тристану?

Я сдерживаюсь, чтобы не хлопнуть дверью спальни, моя грудь резко вздымается и опадает. Я думала, что «утренняя прогулка» будет менее подозрительной для наших пограничников, чем попытка ускользнуть в темноте, учитывая, что мне нужно углубиться в лес и поискать шпионов Кингсленда. Теперь доставить эту карту можно, только прошмыгнув незамеченной.

Я осторожно приоткрываю ставни и выглядываю наружу. Во дворе солдат нет, но они патрулируют слишком близко, чтобы не заметить меня.

О судьбы. Я склоняю голову и прижимаюсь к стене.

В дверь моей спальни негромко стучат, и она открывается.

– Вы поставили стражника у двери, чтобы держать меня пленницей? – Я не поворачиваюсь, чтобы увидеть, кто это. Неважно.

– Ты не мыслишь ясно, – говорит мама. – Ты отвлечена.

– Я… – Круто разворачиваюсь, и мое лицо бледнеет, когда я вижу рядом с ней мою лучшую подругу. – Фрейя!

Она не улыбается лукаво, как обычно. Большие карие глаза с беспокойством изучают бинты на моей шее.

– Да, – говорит мама. – Миссис Настук дошила твой наряд, и я подумала, ты захочешь, чтобы Фрейя помогла тебе его примерить.

У меня размыкаются губы, когда она поднимает свадебное платье цвета одуванчикового пуха, мерцающее словно вода. Этот материал наверняка стоил целое состояние. Силуэт простой, но элегантный и напоминает мне платье, которое я однажды видела на обложке романа про невероятную любовь. Длинная юбка, треугольный вырез на груди. Платье прекрасно.

Я ненавижу все, что оно собой представляет.

– У нас еще есть несколько часов на подгонку, если надо.

Я не забираю платье, поэтому мама вешает его на крючок в моем шкафу и прокашливается.

– Ты должна знать: церемония будет скромной из-за напряженной обстановки в… Придут в основном члены семьи и вожди кланов как свидетели. Праздника после не будет, ведь никто не сможет остаться, кроме Лиама. Пеннеры предложили свой домик для вашей брачной ночи, и я готовлю праздничный ужин, чтобы вы с Лиамом побыли наедине.

Меня охватывает беспокойство. Если я не вытащу Тристана до свадьбы, мне придется выйти за Лиама, чтобы выиграть время. Свадьба – это одно, но то, что будет после… Как мне выдержать медовый месяц?

Мама сжимает губы. Я еще не видела ее такой колеблющейся и неуверенной.

– Это все? – резко спрашиваю я.

Судя по лицу Фрейи, я совсем сошла с ума, разговаривая так с мамой. И что удивительно, мама это терпит. Она почти нервно бросает взгляд на Фрейю перед уходом. Дверь закрывается.

Фрейя проводит ладонью по рядам своих косичек, а потом смеется, чтобы снять неловкое напряжение.

– У тебя все хорошо?

Я качаю головой.

– Нет. Не хорошо.

– Это из-за Кингслендов? – Она подходит ближе. – Там было ужасно?

– Ты поверишь, если я скажу, что ты первая меня об этом спросила?

Хрупкая натянутость между нами рушится от ее грустной улыбки. Фрейя с трудом делает шаг вперед, и мы заключаем друг друга в яростные объятья.

– Да, поверю. – Она прижимает меня к себе крепче. – Я знакома с твоими родителями.

– О звезды, как я скучала.

Какое облегчение, когда есть подруга, которая знает тебя целую вечность. Которая любит всю меня.

Которая всегда готова помочь, когда бы я ни попросила.

Ну конечно! Фрейя может доставить мою карту Вадору.

Грудь сдавливает при мысли о просьбе сделать нечто настолько опасное. Она будет рисковать жизнью.

Больше некому.

– Прости, что меня так долго не было, – шепчу я.

Фрейя кладет мне голову на плечо.

– Правильно извиняешься. Мне пришлось самой разбираться с твоей матерью. А еще вычищать заражение из паха мистера Лаймана. Дважды. – Она смеется, когда я кривлюсь. – Нет, все хорошо. Я тоже скучала. И ты не сама собралась исчезнуть.

Я со свистом вдыхаю воздух.

– Я не собиралась исчезать… Но что, если я собиралась не возвращаться?

– Что? – Фрейя поднимает голову.

Мое сердце бьется чаще, когда я тяну ее за руку и усаживаю на мою кровать.

– Фрейя, мне стольким нужно с тобой поделиться.

А потом правда хлещет из меня торопливыми и тихими словами, когда я рассказываю о Тристане и о том, как он меня исцелил. О Кингсленде и их образе жизни, как в старом мире. Об их истории. О нашей истории. Об истине. Напоследок я в общих чертах обрисовываю признание отца. Объяснить все как надо не хватает времени, и, судя по смятению и возмущению на лице Фрейи, я боюсь, что причинила больше вреда, чем пользы.

– Я знаю, что плохо объясняю, – шепчу я. А потом вообще прекращаю говорить, потому что мне нужно, чтобы она сказала хоть что-то.

– Не понимаю. Так ты думаешь, что мы не на той стороне. Что мои братья…

– Делали, как им велено. Но им бы не пришлось подвергать себя опасности, если бы не мой отец.

В ее глазах плещется сомнение.

– Клянусь, все это правда.

Мы пристально смотрим друг на друга. Потом она вскакивает и начинает ходить туда-сюда.

Я прикусываю губу, зная, что нужно гораздо больше, чтобы противостоять годам утренних занятий и показаниям…

На ее лице мелькает странное выражение.

– Так ты осталась из-за кингслендского парня? – Она недоверчиво смеется, и я понять не могу, то ли она испытывает гнев, то ли облегчение. – Подумать только, ведь мы с Лиамом тебя искали…

– Прости, – поспешно говорю я. Вот уж чего не хотела, так это причинить им боль. – И да, я люблю его. Но дело далеко не только в этом.

– То есть он превосходно целуется.

Я давлюсь смехом.

– Лучше всех.

– Мне нужно больше подробностей. – Она машет рукой. – Позже. Итак… ты не испытываешь никаких чувств к Лиаму?

Я делаю паузу, не желая казаться жестокой.

– То, что есть у нас с Тристаном… не идет ни в какое сравнение.

– Ладно. – Фрейя моргает. – Значит, мы сорвем твою свадьбу. Скажем, что ты заболела. Я имею в виду, что тебе только что порезали шею.

– Нельзя. Отец прикажет наказать Тристана. Но у меня есть другая идея. – Я закусываю нижнюю губу. – Мы можем освободить его. У меня есть письмо, и мне… нужно, чтобы ты доставила его в Кингсленд.

Фрейя прикрывает рот рукой.

– Ты хочешь, чтобы они его спасли?

Я киваю.

– Освободится он – освобожусь и я. Отец не сможет заставить меня выйти за Лиама и молчать, скрывая правду.

– Ты хочешь, чтобы я совершила измену. – Ее слова вырываются недоверчивым шепотом.

Кровавые небеса, она права. Я не могу ее об этом просить.

Она тяжело сглатывает.

– Если я должна совершить измену, чтобы спасти лучшую подругу от навязанного брака и, надеюсь, не дать моим братьям погибнуть в ненужной войне, – она делает театральную паузу, – не было бы лучше – быстрее – выпустить Тристана самим? У нас нет времени скакать несколько часов, чтобы попасть в Кингсленд. Не говоря о том, что я не знаю, куда ехать.

– Тристана окружает стража.

– Да, это верно. – Ее лукавая улыбка возвращается. – Но сегодня мои братья охраняют каких-то таинственных пленников в доме твоего брата. – Фрейя со значением двигает бровями. – Возможно, мы сумеем пройти.

Мои мысли пускаются вскачь. Сработает ли это? На лице появляется полная надежды улыбка, пусть я и не должна улыбаться. Это опасно. Глупо. Я погибну, если что пойдет не так. Фрейя тоже.

– Мы скажем всем, что за ним пришли Кингсленды, – говорит Фрейя. – Они этого ждут. А Фредди терзается виной с тех пор, как ты пропала. Винит себя в том, что убедил тебя поехать на передовую. Он явно сделает все, что ты попросишь.

Я смотрю в стену, пытаясь продумать детали.

– Это рискованно, но – о небеса! – это может сработать. – Я беру Фрейю за руку и сжимаю ее пальцы. – Если мы справимся, я буду очень по тебе скучать.

– Ты вернешься туда?

– Как только Тристан будет свободен, мне надо свергнуть моего отца – или ничего не изменится. Потом – да, я надеюсь. Знаю, Лиам разочаруется…

– Да, – отзывается Фрейя. – Но с ним все будет в порядке. Есть… много тех, кому хочется занять твое место.

Она теребит пальцы, и я поднимаю голову.

– Вроде тебя?

Поверить не могу, что не видела этого раньше. Она никогда не скрывала своего влечения к Лиаму.

Фрейя смущенно улыбается, едва ли не боясь моей реакции. Но ей нечего бояться. Я обхватываю ее и крепко обнимаю.

– Вы будете чудесно смотреться вместе, – говорю я.

Она смеется.

– Думаю, ты слегка забегаешь вперед. Не уверена, что он вообще замечал меня раньше.

– Тогда надо помочь ему открыть глаза.

Фрейя фыркает.

– Вот уж об этом сейчас вряд ли стоит беспокоиться. Давай начнем с того, что освободим твоего кингслендского парня.