Флетчер и мятежники

33

«Поскольку южная оконечность Дир-Айленда — низменная и ненадежная почва, я размещу свои орудия на северной части Лонг-Айленда, где твердая и возвышенная местность позволит мне простреливать канал и бить по британцам на подходе».

(Из письма от воскресенья, 4 октября 1795 года, от майора Джеймса Эббота, артиллерия ополчения Массачусетса, капитану Дэниелу Куперу, Военно-морской флот Соединенных Штатов, на борту «Декларейшн оф Индепенденс», Бостонская гавань).

*

Капитан Дэниел Купер отдыхал один в своей дневной каюте. Он отправил ультиматум Хау на берег соответствующим властям. Бостон пылал от возбуждения, все возможные меры предосторожности были приняты, и на данный момент ему нечего было делать, и в этом бездействии его одолевали мрачные мысли. Он вспоминал бой, который вел в прошлом году против британского фрегата «Фиандра», и ужасающую скорость и меткость британской артиллерии. Залп за залпом, «Фиандра» стреляла вдвое быстрее «Декларейшн», и ему повезло, что появился повод для отступления, когда на горизонте показались еще два британских корабля.

Купер гадал, так же ли хороши корабли Хау? Он гадал, как быстро и метко будут стрелять в бою его собственные канониры? Он много их муштровал, но без боевой стрельбы. И… и… у него больше не было Джейкоба Флетчера, чтобы обучать канониров. Этот человек был чудом в артиллерийском деле. Неужели это правда, как считал дядя Езекия, что истинный дар Флетчера — в коммерции, и что этот человек на самом деле презирает морскую службу?

Купер достал два письма, полученных в тот день: одно от дяди, с чем-то вроде извинения за их ссору, а другое — от нее. Письма были очень разными, но имели и общие черты. В каждом косвенно упоминалось, что у него, Дэниела Купера, есть отличный шанс быть убитым в понедельник утром, и в каждом упоминался тот самый Джейкоб Флетчер; предмет, по которому у каждого из авторов было твердое мнение. Дядя Езекия был твердо намерен сдержать свое слово Флетчеру относительно золота, в то время как она (очаровательное, милое и нежное создание) видела в этом человеке лишь зло.

Тут снаружи послышался топот ног по трапу и стук в дверь каюты. Это был его первый лейтенант с молодым майором-артиллеристом, только что прибывшим с берега, в своем коричневом мундире с красными обшлагами, в кожаном шлеме с ярким гребнем, в щегольских ботфортах и со шпагой на боку.

— Имею удовольствие представить майора Эббота, капитан, — сказал он. — Мы вас ждали.

— Входите, майор, — сказал Купер, вставая и протягивая руку. — Какую поддержку вы можете мне оказать?

— Четыре 18-фунтовых орудия, сэр, — сказал артиллерист. — Мои люди осматривают две возможные позиции. Но любая подойдет и позволит нам обстреливать корабли Хау до того, как они вступят в бой с вами.

— 18-фунтовые? — нахмурился Купер. — Ничего потяжелее?

— Нет, сэр, не за имеющееся время и с тем малым количеством обученных людей, что у меня есть, если только, конечно, вы не одолжите мне людей со своего корабля.

— Нет, — сказал Купер. — Они нужны здесь на случай, если Хау предпримет внезапную атаку. Я благодарен вам за то, что вы сделали, майор. Четыре 18-фунтовых орудия с береговых батарей окажут неоценимую помощь моему кораблю. — Он заставил себя улыбнуться. — Не сочтите меня неблагодарным!

— Это честь, сэр, — сказал артиллерист. Он помолчал и задал вопрос, который задавал весь Бостон: — Дойдет ли до боя, сэр? Войдет ли Хау в понедельник, как обещал?

— Да, — сказал Купер. — Он войдет.

— И сможем ли мы его остановить? Сможет ли «Декларейшн» остановить его, если он пройдет мимо моих орудий?

— Да, — сказал Купер. Ибо это, принимая все во внимание, было его честным мнением. — И в любом случае, мы обязаны попытаться. — Он вздохнул. — Не может быть и речи о том, чтобы позволить ему беспрепятственно войти в американский порт. Если он войдет, он должен получить залп из каждого орудия, которое мы можем зарядить.

— Французский корабль нас поддержит? — спросил артиллерист.

— О да! — сказал Купер. — Мистер Буше, представляющий французов, был вчера на борту. Он говорит, что капитан Барзан и его люди будут сражаться как наши союзники и братья против вероломных британцев. Это его точные слова.

— Хм, — протянул артиллерист, — для французов нет ничего желаннее, чем наш с ними союз против британцев, — он нахмурился, ибо хорошо разбирался в европейской политике. — Вы не думаете, сэр… не кажется ли вам… что нами манипулируют? Французы?

— Черт его знает, майор, — сказал Купер. — Я знаю лишь одно: если адмирал Хау введет сюда свои корабли в следующий понедельник, мы должны будем с ним сразиться, и я не вижу в мире ничего, что могло бы этому помешать.