Ичиро Намиказе: Пока мерцает горизонт

Глава 38: Старый знакомый

— Я бы не отказался от отдыха, — обронил я, оглядывая лагерь, в котором витала смесь усталости и напряжения.

— Х-хорошо, я покажу, где твоя палатка, — ответил Чоджуро, на миг запнувшись, но быстро собравшись, он направился вперёд.

Через пару минут мы остановились перед скромным шатром. Его простота подчёркивала суровые реалии войны, где роскошь давно была забыта.

— Завтра, часов в семь, устроим спарринг. Ты не против? — спросил я, внимательно разглядывая его лицо. Растерянность всё ещё виднелась, но она уступала место серьёзности.

— Хорошо. Буду ждать тебя на тренировочной площадке к северу от лагеря, — кивнул он, уже увереннее.

Я ответил коротким кивком и вошёл в палатку. Завтра предстоял важный день, и каждая деталь тренировки уже прокручивалась в голове.

На рассвете, проснувшись от слабого света, пробивающегося через ткань палатки, я почувствовал бодрость, несмотря на неудобный сон. Быстро перекусив скудным сухпайком, я направился к тренировочной площадке. Еда оставляла желать лучшего, но война не оставляет места для жалоб.

Путь к площадке сопровождался шумом пробуждающегося лагеря. Ниндзя двигались с угрюмой сосредоточенностью, их лица отражали ожидание завтрашнего сражения. Напряжение было почти осязаемым, словно густой туман, обволакивающий всё вокруг.

На месте я заметил Чоджуро, уже разминающегося. Его движения были точны и отточены, без лишних жестов. Это была сосредоточенность человека, который привык готовиться к бою.

— Привет. Начнём? — спросил я, занимая позицию напротив него.

— Привет, Сом-сан… ой, простите, Нами… — он замялся, но быстро поправился. — Предлагаю полный контакт, но без смертельных техник.

— Звучит справедливо, — кивнул я, подавляя лёгкое волнение.

Чоджуро был мечником, и его опыт явно превосходил мой в области кендзюцу. Однако мой противник завтрашнего дня тоже будет мечником, так что этот спарринг станет ценным уроком.

Мы начали с осторожных шагов, изучая друг друга. Первый ход сделал Чоджуро. Его катана рассекла воздух, устремляясь к моей защите. Я ушёл в сторону, избегая удара, и сложил печати.

— Стихия Ветра: Великий Прорыв!

Мощный порыв ветра ударил в Чоджуро, заставив его отступить на несколько метров. Но он быстро восстановился, его руки уже складывали новые печати.

Не давая ему времени на подготовку, я послал в него разряд чакры:

— Молниеносный Удар!

Чоджуро прервал технику и увернулся, отступая. Он выглядел сосредоточенным, его движения были быстрыми, но уравновешенными.

С блестящей точностью он разрубил большую часть атак своим мечом. Но три из них всё же достигли цели, оставив на его теле неглубокие порезы — на плече, ноге и боку. Он едва заметно поморщился, но не дал ранам отвлечь себя, быстро сложив печати.

— Стихия Воды: Водяная Пушка! — выкрикнул он, и мощная струя воды вырвалась вперёд с такой скоростью, что воздух вокруг застонал.

Я попытался уклониться, но техника была слишком быстрой. Создав блок, я выдержал удар, но сила техники отбросила меня на десятки метров назад. Земля под ногами задрожала, а мои руки отозвались тупой болью. Одежда была разорвана, а тело ощущало тяжесть, будто через меня прошёл целый шторм.

— Сильный удар, — пробормотал я, ощущая, как вода стекала по рукам.

Чоджуро подошёл ближе, тяжело дыша. На его лице сохранялось спокойствие, но лёгкая усталость была заметна.

— Думаю, ничья будет справедливым итогом, — сказал я, невольно улыбнувшись.

— Да, пожалуй… такими темпами мы только навредим друг другу, — ответил он, улыбаясь неловко. Его смех прозвучал коротко, будто он впервые позволил себе немного расслабиться.

Чоджуро сел на землю и начал осторожно обрабатывать свои раны. Я последовал его примеру, с лёгкостью раскинувшись на траве.

— Отдохнём немного, — проговорил я, глядя в низкое серое небо, предвещающее дождь. — И расскажи мне о моём завтрашнем противнике. Мне нужно быть готовым.

Чоджуро кивнул, его движения всё ещё оставались напряжёнными. Он начал описывать Кетсу, его стиль боя и грозный меч Нуибари, иглообразный клинок с чакро-проволокой, который служил оружием как для убийства, так и для запутывания врагов.

Я слушал внимательно, стараясь уловить каждую деталь.

"Нуибари… опасное оружие. Если попадусь в сеть проволок, шансы выбраться сведутся к нулю. Нужно держать дистанцию и использовать техники дальнего боя."

Чоджуро делился советами, а я мысленно выстраивал тактику. Каждый его комментарий был кусочком мозаики, из которой складывалась моя стратегия.

Вскоре мы попрощались. Я вернулся в палатку, уже мысленно прокручивая детали завтрашнего боя.

За оставшееся время мне нужно было подготовить стратегию.

Утро следующего дня встретило меня звуками лагеря, гудящего, как улей. Ниндзя собирались в отряды, их лица были сосредоточенными, а движения точными.

Я быстро привёл себя в порядок, проверил снаряжение и направился к своей группе.

Мэй выступила с речью перед собравшимися. Её голос был громким и уверенным, но чего-то не хватало — её слова звучали как приказ, а не как вдохновение. Вспомнив Хирузена, я усмехнулся: он бы нашёл способ взволновать даже самое равнодушное сердце.

После короткого инструктажа мы разделились на группы. Атмосфера вокруг сгустилась, воздух стал тяжёлым, как перед грозой.

Через час мы достигли окраин Киригакуре. Их оборона была готова: ряды ниндзя выстроились стеной, сдерживающей наше приближение. Сенсоры противника явно уловили приближающееся скопление чакры.

Мой взгляд остановился на высоком мужчине с лохматыми светлыми волосами и Нуибари, притороченным к его спине. Глаза Кетсу блестели предвкушением, а на лице застыла перекошенная ухмылка.

"Вот он…"

Армия шиноби устремилась вперёд, сталкиваясь с волнами противника. Земля сотрясалась от взрывов, техники взмывали в воздух, превращая поле битвы в хаос. Я активировал Комбинированный Покров, ускоряя свои движения. Молнии танцевали по моему телу, превращая меня в ослепительную вспышку, которую враги видели лишь на мгновение, прежде чем падали.

И вот я стоял перед ним. Кетсу встретил мой взгляд, его лицо исказилось яростью, а голос был полон ненависти:

— Ты!!!

Я не отвёл глаз, увеличивая вибрации чакры до предела. Разряды молнии заискрили, освещая моё лицо.

— Мы снова встретились. На этот раз я не проиграю.

Кетсу рассмеялся, его смех был грубым, как звук ломающегося дерева.

— Сегодня идеальный день! Я с удовольствием наблюдаю за гибелью вашего жалкого сопротивления. А теперь я еще и прикончу тебя!

Мы рванули навстречу друг другу. Мой Рассенган столкнулся с его Нуибари, создавая яркий всполох света. Удар ноги, направленный в его голову, был встречен ловким уклонением. В ответ Кетсу контратаковал, его меч едва не пронзил мой бок.

Отскочив назад, я быстро сложил печати:

— Стихия Молнии: Удар молнии!

Заряженные разряды вспыхнули в моих руках и устремились к цели, разрывая воздух глухим треском. Кетсу уклонился. Заряды с грохотом ударились в его союзников, оставляя за собой поверженные тела.

Но мечник, казалось, был безразличен к их судьбе. В одно мгновение он оказался передо мной, и Нуибари пронзил моё тело.

Электрический заряд окутал его, и клонированная фигура рассеялась с громким треском.

— Глупец, — мой голос раздался у него за спиной.

Прежде чем он успел обернуться, я нанес удар Рассенганом. Тело Кетсу отлетело назад, словно тряпичная кукла, и ударилось о землю. Хриплый звук вырвался из его горла, а из раны на спине хлынула кровь. Но он, шатаясь, поднялся.

— Надоели твои дешёвые трюки! — его голос был пропитан злобой. — Думаешь, все не закончиться как в прошлых раз?!

Он дёрнул за Нуибари, и вокруг меня вспыхнула сеть из тонких чакро-проволок. Они мерцали, словно хищные змеи, сжимая кольцо.

— Клетка из Нитей! — его крик разнёсся по полю боя.

Я начал двигаться, уклоняясь от проволок. Они скользили, разрывая воздух, оставляя тонкие, болезненные порезы на моей коже. Дыхание стало сбитым, а вокруг уже виднелись кровавые следы.

Молнии заискрили в моих ладонях, собираясь в вихрь, который постепенно разрастался.

— Молниеносное Торнадо!

Разряды молний, подобно хищным существам, устремились к противнику. Кетсу пытался отбивать их мечом, уворачивался, но каждый удар приближал его к поражению. Его одежда тлела, кожа покрывалась ожогами.

Его дыхание стало рваным, но ярость в глазах всё ещё не угасла.

— Ты… жалкий… ублюдок… — прорычал он, шатаясь.

Кетсу вытянул свой меч, и мгновенно вокруг него завихрилась густая, удушающая аура. Это было как дыхание самой смерти, заполняющее пространство.

— Кровавый Вуду! — взревел он, бросая Нуибари в мою сторону.

Я едва успел уловить движение. Иглообразный клинок пронзил моё плечо, оставляя за собой вспышку острой, режущей боли. Стиснув зубы, я схватил рукоять, чтобы остановить лезвие, не давая ему проникнуть глубже.

Кетсу ухмыльнулся, его лицо озарилось удовлетворением.

— Вот ты и попался… — он прошептал, наслаждаясь зрелищем крови, стекающей по проволоке.

Боль была сильной, но ярость перевешивала её. Я посмотрел ему в глаза, полные триумфа, и хрипло произнёс:

— Нет, это ты попался.

Мои руки начали двигаться, складывая печати с бешеной скоростью.

— Электрический Заряд!

Молния рванула по стали меча, как разъярённый зверь, направляясь к Кетсу. В мгновение ока его тело содрогнулось, пойманное в ловушку электрического поля. Он заорал, его лицо исказилось от боли, а мышцы сводило судорогами.

Я увеличил поток чакры, доведя напряжение до предела. Его крики стихли, а через мгновение обугленное тело Кетсу рухнуло на землю, недвижимое.

Тяжело дыша, я опустился на одно колено, стараясь унять дрожь в руках.

"Половина чакры исчерпана, но я ещё держусь…"

Резким движением я сорвал остатки разорванной одежды и бросил их на землю. Смысл скрываться отпал — враг был повержен, но битва не закончилась.

Мои сенсорные способности вдруг уловили мощный поток чакры, накатывающий, словно лавина. Она была настолько плотной, что кожа покрылась мурашками.

Я поднял взгляд в сторону, откуда исходила эта сила, и замер.

На другом конце поля боя, окружённая багровым сиянием чакры, стояла фигура. Её очертания напоминали зверя, чьё тело было обрисовано зловещими линиями. За её спиной извивался хвост из чистой энергии, а воздух вокруг дрожал от напряжения.

— Джинчурики Трёххвостого… Ягура… — прошептал я, чувствуя, как каждая клетка моего тела напряглась.

Сила, исходившая от него, была чудовищной. Я ощущал её тяжесть, как физический удар. Это было что-то, чего нельзя было игнорировать — само воплощение ужаса на поле боя.