Из Яви в Навь

Глава 25-26

Кадровые перестановки

Баба Надя в этот день решила лечь пораньше. Она проводила Любу с Верочкой и Настей, которая уже неплохо ходила и вполне могла пройти небольшое расстояние сама.

— Пусть у тебя Настёна переночует, — попросила бабушка Любу.

— В Навь хочешь сходить? — спросила та.

— Да, хочу проверить свои владения, да с котом поговорить по душам, а то что-то он совсем от рук отбился.

— А если там Оксана появится?

— Тогда и с ней поговорю, — усмехнулась баба Надя.

— Доброго тебе пути, бабушка, и вовремя вернуться, — пожелала Люба.

— Завтра увидимся, — улыбнулась баба Надя.

Проводив Любу с детьми, баба Надя плотно закрыла ставни и задернула занавески. В избе сразу стало темно и уютно. Она переоделась в рубаху с вышитыми обережными узорами, зажгла свечу и улеглась на кровать.

— Следи за свечой, — велела она Афоне.

— Ты только вертайся назад, бабушка, — попросил её домовой. — А то же не хочется обратно в Навь переезжать, больно уж там сумрачно и тоскливо.

— Да я с Баюном побалакаю, да вернусь, — попыталась успокоить его баба Надя.

— Ждать тебя будем и волноваться, — вздохнул он.

Баба Надя закрыла глаза, чувствуя, как тело становится тяжелым, а сознание — лёгким, словно пушинка. Свеча мерцала ровным жёлтым пламенем, отбрасывая трепетные тени на стены.

«Пора», — подумала она и сделала первый шаг — не ногами, а той частью себя, что умела ходить по Нави.

Темнота вокруг сгустилась, затем вдруг расступилась. Баба Надя очутилась на знакомой тропинке, петляющей между кривыми берёзами. Воздух здесь был прохладным и пахнул прелой листвой, хотя в мире живых уже стояло лето. Она огляделась и быстрым шагом направилась в сторону жилья Баюна.

— Здесь чудеса, здесь Леший бродит. Русалка на ветвях сидит, — громко декламировал стихи Пушкина кот, переделав их на свой манер.

— Там на неведомых дорожках следы невиданных зверей. Избушка там на курьих ножках стоит без окон и дверей, — продолжила баба Надя, подойдя поближе к огромному дубу, на ветвях которого восседал толстый кот Баюн.

Вокруг дерева валялись косточки от рыбы и упаковки от колбасы и сосисок.

— О, баба Яга, костяная нога, к нам пожаловала, — проговорил он, свесив голову сверху.

— Спускайся вниз, дорогой мой друг.

— Не хочу, нас и тут неплохо кормят.

— Я смотрю, вас тут прямо-таки отлично потчуют и балуют. Туристическую линию наладил? — спросила баба Надя. — Билеты в Навь продаёшь, экскурсии проводишь?

— Ничего я не продаю, это так, гостинцы от благодарных поклонников за моё творчество. Уж больно им нравится, как я стихи декламирую.

Баюн не спешил спускаться к бабе Наде. Он на неё внимательно посматривал сверху. Кот лениво перевернулся на ветке, отчего посыпались вниз сухие листья. Его пушистый хвост медленно раскачивался, как маятник.

— Ну и что тебе, старая, от меня надо? — протянул он, облизывая лапу. — Или просто поболтать пришла?

— Не хочешь ко мне спускаться, так я могу сама к тебе залезть, — хмыкнула она.

— Ладно-ладно, старость надо уважать.

Он вальяжно спрыгнул вниз и немного отошёл от неё в сторону.

— Ох, кто-то мне тут и намусорил, — Баюн посмотрел на мусор около дуба.

— И кто бы это мог быть? — с сарказмом спросила баба Надя.

— Мало ли кто тут бродит, — хмыкнул кот и ещё сделал пару шагов в другую сторону.

— Расскажи мне, дорогой друг, зачем ты тут находишься? Какие у тебя обязанности? — прищурилась Надежда.

— Нет у меня никаких обязанностей, — фыркнул Баюн. — Я украшение этого места.

Баба Надя скрестила руки на груди и пристально посмотрела на кота. В её глазах вспыхнули зелёные искорки — знак, что шутки кончились.

— Обязанности у тебя есть, пушистый бездельник, — проговорила она. — Сторожить границы между мирами. А ты что делаешь? Стишки рассказываешь да объедки собираешь!

Баюн навострил уши, но не подошёл.

— Да какая разница, — буркнул он, отворачиваясь. — Люди всё равно везде лезут. А так хоть можно от них чем-нибудь поживиться.

— Кошка за дверь — мыши в пляс, — задумчиво сказала баба Надя, рассматривая кота. — Что-то ты в последнее время стал похож на обычного домашнего кота, и толку от тебя тут в Нави теперь нет. За пачку кошачьего корма готов и песни петь, и польку сплясать. В Яви коты и то не такие, как ты.

— Не за пачку, — насупился он. — А ты чего это задумала, старая? Я, между прочим, уникальный, такого как я нет ни в каком мире. Замены мне не найдёшь!

Он продолжил пятиться назад.

— А ты не помнишь, дорогой, где я тебя нашла и в каком веке? Думаешь, до тебя кота на охране у меня не было?

Баба Надя подбиралась к нему всё ближе.

— Их же обучать надо! Я уникальный и единственный! — взвизгнул он, подпрыгнул на месте и ринулся в кусты. — Не имеешь права, ты кто такая!

Она ринулась за ним следом, сунула два пальца в рот и громко, залихватски свистнула. Тут же рядом с ней повисла метла. Надежда на неё запрыгнула и помчалась за котом. Через несколько минут настигла Баюна, подхватила его за шкирку, щёлкнула в нос, и он превратился в маленького обычного кота.

— Пусти, старая карга. Я на тебя жаловаться буду. Мара, Кощей, Соловей Разбойник, Леший, русалки, Лихо! Все сюда, — верещал кот. — Здесь наших бьют, беспредел учиняют!

— А я тебе говорил, что в Нави следует правила соблюдать, а не то Навь тебя накажет, — выглянул из-за дерева Лихо. — А ты мне не верил. Надежда очень круто с нарушителями расправляется.

— Предатель! Больше тебя сосисками угощать не буду! — Баюн пытался вырваться из цепких рук бабы Нади.

— Ты меня шкурками только и угощал, щедрый ты наш, — хмыкнул Лихо и исчез.

Она не стала останавливаться около поля, а сразу подлетела к избе на метле. Оставила свой транспорт около двери и вошла внутрь, открыла заслонку у печи и закинула внутрь кота.

— Хочешь быть обычным и домашним, так будь им, — произнесла баба Надя.

Вышла из избушки, села на метлу и рванула в лес висельников. Пронеслась по одной тропке, затем по другой, всматриваясь в обитателей леса, и остановилась около дядечки интеллигентного вида.

— Чем могу быть полезен, мадам? — спросил он, оттягивая галстук в сторону на шее.

— Есть вакантное место по охране местности, — сказала баба Надя.

— Да с меня вот охранник никакой, сами видите, природа меня силой обделила, - он старался сильно не раскачиваться на веревке.

— А умом?

— Да и умом тоже. Если бы был умным, то бы не болтался тут, — вздохнул висельник. — Жизнь у меня была ничтожная, и смерть такая же.

— Беру, — кивнула баба Надя.

Она щёлкнула пальцами, и висельник превратился в небольшого чёрного кота.

— Двигай сюда, — постучала Надежда себя по плечу.

Кот с удивлением посмотрел на свои лапы и хвост.

— Потом себя рассматривать будешь, прыгай на плечо, — велела она.

Тот не стал сопротивляться, а запрыгнул к ней на плечо, крепко вцепившись.

— Вот и молодчинка. Думаю, мы с тобой найдём общий язык, — улыбнулась она.

Надежда взвила вверх и помчалась к своей избе. На метле она летела низко над лесом, едва касаясь верхушек деревьев. Приземлилась около туманного поля, в середине которого стояла её избушка.

— Давай знакомиться, — обратилась она к новому коту, снимая его с плеча. — Как звать-то тебя?

— Николай Иванович, — ответил чёрный кот, удивлённо оглядывая свои лапы. — Только я, кажется, не умею...

— Всему научишься, — махнула рукой баба Надя. — Главное — не пускай сюда никого чужого и не декламируй похабные частушки русалкам.

— Я не знаю похабных частушек, — усмехнулся кот.

— Границы между мирами — вот теперь твоя забота. Чужих — гнать, своих — пропускать. Из Нави своих не выпускать. Понятно?

— Понятней некуда. Вот только у меня как бы с размерами беда. Я же в таком виде ни с кем не справлюсь.

— Сейчас всё поправим. Николай Иванович, ты назначаешься временным исполняющим обязанности кота Баюна, — произнесла баба Надя и ткнула ему пальцем в лоб.

Кот сделал шаг — и вдруг его силуэт начал расти, пока не достиг размеров прежнего охранника. Глаза загорелись зелёным огнём, а из пасти показались длинные клыки.

— О-о-ох, — только и смог выдавить из себя Николай Иванович, оглядывая свои новые когти.

— Вот и отлично! — похлопала его по боку баба Надя. — Теперь ты настоящий страж Нави. Охраняй. Желаю удачи. Завтра я тебя навещу.

— Рад служить, — чуть поклонился кот Николай Иванович и сел на поваленное дерево, внимательно себя рассматривая.

— Вот и отлично, — произнесла баба Надя и понеслась к своей избушке, чтобы отправиться обратно в Явь.

Новое место работы

Афоня ставил на печку кастрюльку со взваром, когда из духовки вылетел здоровый черный котяра.

– Вот ведь нечистая сила, — сплюнул домовой, едва успев поймать кастрюлю, — чуть взвар по полу не разлил.

– Где я? — ошалелым взглядом смотрел в разные стороны кот.

— В деревне.

– В какой деревне? В Нави нет деревень, только разрушенные. В них никто не живет, вернее, живет, только всякие мутные личности.

– А ты не в Нави, а в Яви, - хмыкнул домовой.

– Вот ведь старая карга, все же выкинула меня из родного дома, - сердито проговорил кот.

– Не надо было хулиганить. И будешь обзываться, я тебе усы все маникюрными ножничками почикаю. И вообще, иди-ка ты отсюда, милый друг. У Аглаи в сарае мышей и крыс полно, наша Мурка с ними не справляется. Дуй работать, просто так тебя тут кормить никто не будет.

– От мышей я, конечно, не откажусь. Пусть она мне сюда их принесет, — пригладил усища Баюн, — я отведаю.

– А тебе, может, еще и икорки мисочку поставить и щец со сметанкой налить? — недобро глянул на него домовой. — Иди сам и поймай, или совсем обленился?

Кот недовольно поджал хвост, но спорить с домовым не стал — в его голосе чувствовалась такая решительность, что даже усатый наглец предпочел не испытывать судьбу.

— Ладно, ладно, пошел я... — проворчал он, прыгая с печки. — Только вот что: если уж я тут мышей ловить буду, то пусть хоть сметанки в миске оставят. А то несправедливо как-то — работаю, а благодарности ноль.

— Сметанку заслужи — тогда и поговорим, ты пока еще ничего не заработал, — фыркнул Афоня, помешивая взвар. — А пока что марш на дело.

– Я, между прочим, кот Баюн. Меня в Нави все боятся, — с гордостью проговорил кот.

– Если ты здесь, то тебя в Нави уже никто не боится, — хмыкнул домовой.

– Да что-то старая ка… бабушка совсем всё попутала, взяла меня такого красивого и сюда выпнула.

– Я бы тебя еще раньше выпнул, и не сюда, а сразу в болота. Как только ты ногу Любе разодрал, так бы и выпнул, — погрозил Афоня ему поварешкой.

– Я вообще незаменимый товарищ.

– Лихо вот незаменимый, Соловей-разбойник тоже, Кощей и Мара, а вот котов и русалок может быть много.

– Я триста лет на службе был и никаких замечаний, кроме мелких, — фыркнул кот.

– Вот я бы тебе поверил, если бы я не знал про твои проделки, — парировал Афоня. — А теперь дуй на улицу. Не хватало еще в избе кошачьей шерсти и запаха. Давай, давай.

Афоня взял веник и стал подгонять Баюна к двери.

– Ты чего совсем уже? На меня с веником? — вздыбился кот.

Он выгнул спину дугой, шерсть на загривке встала жесткой щеткой. Его желтые глаза сверкали в полумраке избы, а когти с глухим стуком выпустились из подушечек.

- Ты на меня веником? МЕНЯ?! — зашипел он, хвост хлестал по половицам, как разъярённая змея. — Да я тебя...

Из спальни послышался вздох и недовольное ворчание.

– Разбудил бабу Надю. Сейчас тебе от нее еще достанется, - сказал недовольно Афоня.

Из спальни вышла, шаркая, баба Надя.

– Чего тут расшумелись? Поспать не даете, - проворчала она.

– Ты зачем меня в Явь выкинула? – возмущенно спросил котяра.

– Ты мало того, что со своими обязанностями не справляешься, так еще и вредительством занимаешься. Я на все твои хулиганства и шалости глаза закрывала, но терпение мое закончилось. Теперь ты просто обычный кот. А будешь бухтеть, так я тебя лишу возможности разговаривать. Идем, я покажу твое новое место жительства и работы, - ответила бабушка.

– В смысле новое место жительства? Я разве не здесь буду жить?

– Нет, дорогой друг, ты будешь жить в коровнике. Полезешь к курам – отправлю на болота. Будешь лезть с разговорами к людям – отправлю на болота. Попробуешь что-нибудь испортить – отправлю на болота. Понял? – сердито выговаривала баба Надя.

Кот Баюн прижал уши и недовольно зафырчал, но спорить с бабой Надей не посмел. Его пушистый хвост нервно подёргивался, когда он шёл за бабушкой через двор к коровнику.

- Вот здесь будешь жить, — указала она на просторный сеновал. — Мышей тут хватит на десять таких, как ты. А по утрам, может быть, ты получишь молоко, но не факт.

Кот недовольно обнюхал помещение:

- И это после трёхсот лет службы в Нави? Сеновал?!

Баба Надя склонила голову набок:

- А что ты хотел после своей «службы» и такого отношения к своим обязанностям?

Баюн промолчал, только кончик хвоста дёрнулся. Вдруг его нос уловил давно забытый запах — из щели между досками выглядывала пара блестящих глаз.

- Ага! — с рычанием бросился кот, но мышь ловко юркнула в дыру. — Чёрт!

Старушка усмехнулась:

- Вижу, работа уже началась. Не волнуйся, привыкнешь, вспомнишь старые навыки.

– А если сюда кто-нибудь забредет из Нави? – поинтересовался Баюн. – То что мне делать такому маленькому и беззащитному?

– Сказочку расскажешь, песенку споешь, - хмыкнула баба Надя. - Тебе не привыкать артистом работать.

– Какая ты жестокая женщина, Надежда. Сколько лет мы друг друга знаем, да чего уж лет – веков. Сколько у нас с тобой общих воспоминаний. Не думал я, что ты так легко предашь нашу дружбу, - с обидой в голосе проговорил кот.

– Я вот тоже не думала, что ты променяешь нашу дружбу на пачку соевых сосисок. Даже в страшном сне не могла представить, что грозный и страшный кот, гроза всех врагов, станет клоуном и посмешищем, - покачала она головой. - Будет за кусочек сыра скакать, как цирковая крыса.

Кот Баюн опустил голову, его роскошные усы печально обвисли. В глазах мелькнула неподдельная обида.

– Эти... эти сосиски были с трюфелями! - пробормотал он. - И потом, я просто хотел попробовать, каково это - быть обычным котом.

Баба Надя скрестила руки на груди:

– Ну и как, понравилось? Ловить фантики на верёвочке? Драть обои? Выпрашивать еду у чужих столов?

Кот отвернулся, разглядывая свои когти:

– Это было познавательно. И обои мне никто так и не принес, их я не драл. А что это такое? В мое время такого не было. Я всё по старинке делаю – об дерево когти точу.

– Ну-ну, - баба Надя с осуждением покачала головой.

– Я всё понял и осознал. Прости меня, пожалуйста, я больше так не буду. Обязуюсь с прежним рвением нести службу. Ну что, мир, бабушка? - кот попытался потереться головой об ее ногу.

– Ты как ребенок. Тебе триста лет, а ты всё пытаешься под дите малое косить. А то я прямо поверила в твои сказочки. Нет уж, дорогой мой друг, у тебя теперь новая работа, - она легонько его отпихнула от себя.

– И сколько времени продлиться твое наказание?

– Не могу сказать точно, я еще не решила.

– Ох и она еще не решила, - обалдел кот. - А когда решишь?

– Как только, так сразу. Всё, мой дорогой друг, обживайся здесь, а я в баню пошла. Начнешь вредительствовать – превращу в обыкновенного кота и …

– Отправлю на болота, - мрачно дополнил кот Баюн.

– Ну вот, соображаешь, - кивнула бабушка.

Она развернулась и вышла из коровника, оставив кота в его новых владениях.

– Сама пусть своих мышей ловит. Не царское это дело, - проворчал он, растягиваясь на сене.