Липовая летопись Love Tour

Колдовская любовь

Под дурманящими липами остались только Игорь с Эвелиной. В длинном белом платье она походила на невесту, он же в стильной рубашке и чёрных брюках был чем-то похож на жениха.

— Милый, как хорошо ты придумал, чтобы мы отправились сюда, ага, — Эвелина с благодарностью взглянула на мага. — Мне здесь так нравится! Эти липы, этот Мост влюблённых, этот город любви… Спасибо тебе за этот подарок к моему завтрашнему дню рождения. Мне кажется, лучшего места для нашего предсвадебного путешествия нельзя было и найти!

— Я тоже так считаю, — довольная улыбка тронула его губы. — Я тоже так считаю. А вот в свадебное путешествие мы с тобой отправимся в Париж. А перед этим заглянем в Рим и Афины и на острова Самос и Патмос.

Эвелина завела глаза кверху.

— Я уже считаю денёчки. Спасибо тебе, мой Одиссей, за всё, — потянулась к нему она.

Благодаря стройной фигуре длинноногая модель, хоть и была одного роста с Игорем, но всё же казалась чуть выше его — возможно, оттого, что тот слегка сутулился или подгибал небрежно ногу. На каблуках же она смотрела на него чуть свысока, что, впрочем, его нисколько не смущало.

Обхватив ладонью её тонкую талию, маг нежно привлёк Эвелину к себе.

— Почему ты называешь меня «мой Одиссей»?

— Потому что я ждала тебя долгих три года. Пока ты вернёшься ко мне. Пока закончится это твоё безумие с Алисой и бегство от неё в Америку. Наконец-то теперь ты вновь со мной.

Прикрыв глаза, он приник к её трепетным губам. Веки её тотчас сомкнулись, реснички задрожали.

О, что это был за поцелуй! Сладостный и упоительный, он длился, казалось, вечно. Маг будто не целовал её, а пил из неё нектар, он, словно пчела, высасывал из неё божественную амброзию. Казалось, Эвелина, склонившись над ним, отдавала через губы всю себя, а он через уста набирался её энергией и молодостью. Ведь она была на семнадцать лет младше его.

— Ах, какая красивая пара! — с деланным восхищением произнес кто-то за их спиной.

— У-гу, — томно произнесла Эвелина, прерывая поцелуй, но ещё не открывая глаз.

Она даже слегка потрясла головой от охватившего её возбуждения: что-что, а целоваться Игорь умел. Длинные тёмно-русые волосы при этом широкой волной заскользили по её спине.

— Вы просто созданы друг для друга, — уверенно добавил восхищённый женский голос.

Эвелина брезгливо сморщила носик: её чуткое обоняние уловило в густом липовым аромате неприятный запах. Вернее, вонь. Откуда-то несло так, будто там разбили не одно тухлое яйцо, а целый лоток провонявшихся яиц.

Неужели в Унгварском замке вскрылась ведьмина могила? — подумала Эвелина.

Маг и наяда мгновенно раскрыли глаза и увидели сидевшую перед ними на лавочке длинноволосую блондинку лет тридцати пяти с низкой чёлкой, полностью закрывавшей её лоб и брови, и странными бледными губами, будто накрашенными бежевой помадой. При этом громадные чёрные очки закрывали чуть ли не пол её лица. На подоле её длинного до пят белого платья располагалась чёрно-белая ангорская кошка, которую она длинными чёрными ногтями гладила по белой шёрстке.

— Такие прям влюблённые, — сказала блондинка, — никого вокруг не замечают.

Эвелина обомлела, сразу же признав в ней ту самую белую деву, которая час назад мелькала в окнах Ужгородского замка.

— Только знайте, что вместе вам никогда не быть! — неожиданно резко добавила та, и Эвелина поняла, что под личиной белой девы на самом деле скрывалась чёрная ведьма — её заклятая соперница, которая два года назад обманом увела её суженого.

Маг также узнал в ней свою бывшую, пятую по счёту, жену Алису Карачун, которая изрядно попортила и до сих пор продолжала портить ему жизнь. Она всё ещё носила его фамилию, не желая переходить на неблагозвучную девичью, и, несмотря на маскарад и перекрашенные в жемчужный блонд чёрные волосы, оставалась в сущности всё той же стервой.

— Это ещё почему? — возмутился маг Нуар, обратив внимание, что сидела его бывшая жёнушка между двумя странными типами, разительно отличавшимися друг от друга.

— Потому что и богом, и судьбой, и сатаной, — торжественно объявила Алиса, — мне предназначен в мужья ты.

— Алиса, окстись, — вздрогнул маг, — что за бред ты несёшь? Мы уже полгода, как официально развелись. Ты лучше скажи, как ты сюда попала?

— На метле, само собой, — усмехнулась она. — Вон там её припарковала за углом.

— На своём ведьмомобиле? — усмехнулся он.

— Ага, — произнесла она в стиле его новой пассии, но со зловещим тембром.

Эвелина в отместку недовольно помахала у себя перед носом, словно отгоняя неприятный запах сероводорода. Где-то рядом явно открылась преисподняя, из которой и несло нестерпимым смрадом.

— А этих ты тоже с собой прихватила? — кивнул маг на сопровождавшую Алису свиту.

Справа от неё, одесную, находился сорокалетний импозантный мужчина с окладистой седой бородой и густыми чёрными усами, известный киевский сатанист, некромант, демонолог и таролог Дмитрий Байков. Рано поседевшие волосы его были стянуты резинкой в конский хвостик, в мочке левого уха висели три серебряные серёжки, на чёрной футболке его красовалась сатанинская пентаграмма, в которую был вписан рогатый, бородатый и длинноухий козёл.

Слева от неё, ошуйную, свесив не достававшие до земли ножки, ютился маленький человечек в чёрном костюме и с чёрным котелком на голове, чем-то похожий на карлика, играющего на трубе в клипе Maruv «Drunk Groove». В коротких ручках он держал зеркальный фотоаппарат Сanon, оснащённый длиннофокусным (в 33 сантиметра!) объективом, явно несоразмерным для его фигуры, но определённо с тайным сексуальным подтекстом.

Это был продавший душу дьяволу колдун Станислав Стрибун, получивший после свершения обряда звание магистра черной магии и имя Сатанислав. Он не был лилипутом, да и карликом его можно было назвать с натяжкой, поскольку непонятно по какой причине он вдруг прекратил расти ещё в шестилетнем возрасте и теперь, спустя тридцать лет, едва дотягивал (без котелка!) Алисе до пупка. Себя он считал высоким карликом, поскольку недостаток гормона роста компенсировался у него великими амбициями.

— Как видишь! — подтвердила Алиса.

— Я вижу! — кивнул Игорь, распаляясь. — Я вижу, ты никак не угомонишься. Я вижу, ты никак не остановишься!

— Меня нельзя остановить, — успела вставить она.

— Уже три года ты преследуешь меня!

— Я буду преследовать тебя всю жизнь! Тебе от меня никуда не деться! И ни одной другой женщины рядом с тобой никогда не быть!

Со стороны некроманта Байкова это выглядело, будто коса смерти нашла на могильный камень. Вернее, коса на косу. Так что аж искры летели во все стороны! И никто из них ни на йоту не хотел друг другу уступать.

Со стороны колдуна Стрибуна это походило на битву двух горных козлов, поскольку оба они были Козерогами. Скрестив рога и упершись лбами, каждый из них проявлял недюжинную энергию, пытаясь сбросить друг друга со скалы.

— Не тебе решать, с кем мне быть. Ты мне не жена. Ты всем клялась и божилась, что я с тобой не разведусь. И нас, действительно, целый год не разводили. Ты уже задолбала суд своими апелляциями. Ты, ведьма сраная, надеялась, что я буду жить с тобой всю жизнь. Но я сбежал от тебя уже через полгода. Я вообще удивляюсь, как ты заполучила меня в мужья. Ты мне никогда не нравилась. Ты не в моём вкусе — маленькая, страшная, с этими длинными чёрными патлами, ты всегда напоминала мне японку из фильма ужасов «Звонок»…ну, ту, которая выползала из колодца. Ты вообще какая-то не отсюда. Ты ведь даже не знаешь своего отца. Он испарился ещё до твоего рождения. И неизвестно, от кого тебя мать понесла.

— Какая разница от кого! — прервала его затяжной монолог злая колдунья, — ты лучше скажи, как тебе мой новый вид?

— Да, ты кардинально изменилась. Но быть блондинкой тебе явно не к лицу. Свою чёрную сущность, как ни пытайся, ты ничем не скроешь.

— Ты ошибаешься, Игорёчек, я не чёрная сущность. И я не чёрная ведьма. Как, впрочем, и не белая. Вернее, я и чёрная, и белая. Я тьма, несущая свет. И я всегда действую по справедливости. Я как серп, занесённый над твоей головой. Я любила тебя больше всего на свете. Но ты уничтожил мою любовь. И теперь ты сполна узнаешь мою ненависть.

— Любовь? Какая любовь, Алиса? — неожиданно возмутилась Эвелина, до сих молча наблюдавшая за их перебранкой. — Ты просто сделала на него приворот, ты просто навела на него порчу. Тебя не любовь интересовала, а его влияние и деньги.

— Откуда тебе знать? Ты что, присутствовала при этом, Эвелина? Свечку над нами держала?

— Нет, не держала. Не забывай только, что с Игорем я встречалась задолго до тебя. И если б ты не разлучила меня с ним…

— Да, видела я эти ваши фотки в его айфоне, — прервала её Алиса. — Такие обалденные, такие счастливые вы там. Ну и что из того? Я всех их удалила. Как и тебя из его жизни. Как и всех остальных его подруг.

— Фотки удалила, а память нет, — вмешался Игорь, — я всегда знал, что к ней вернусь. Как только чары твои перестали действовать, я тут же помчался к ней. Я ведь люблю её. Я влюбился в эту девочку с первого взгляда, — маг приобнял Эвелину и мечтательно посмотрел на неё.

— Да, это было самое счастливое время, ага, — подтвердила та. — Мне было тогда 19 лет. Ещё был Крым, ещё не было войны, ещё наша славная страна была единой. А потом ты назвал меня своей невестой, мы уже и родителям сказали, и уже начали готовиться к свадьбе… Как вдруг тебя словно подменили. И перемены в тебе были столь разительны, что я сразу поняла, что на тебя навели порчу. Как и на всю страну в то самое время. Увидев твои пустые стеклянные глаза, я сразу поняла, что тебя превратили в зомби. Как и тех людей, что скакали на Майдане. Но тогда я ещё не понимала, почему ты вдруг так резко охладел ко мне.

— Я тоже ничего не понимал, — покрутил головой Игорь.

— А ларчик, — добавила Эвелина, — как оказалось, открывался просто. Эта кикимора сделала на меня сильнейший отворот… чтобы ты меня забыл. А на тебя навела порчу.

— Не порчу, а любовный приворот, — уточнила Алиса.

— Ты сделала приворот не на его любовь, а на его силу, на его связи и могущество. Это был корыстный приворот. Ты забрала у него всё, что было, и превратила его в тряпку. Какая там любовь? Любовью там и не пахло!

— Это тебе так кажется, — не согласилась с ней колдунья. — К сожаленью, я полюбила этого злыдня. Но мне захотелось большего. Я захотела, чтобы этот злыдень полюбил меня. Поэтому я и навела на него порчу, причём кладбищенскую, подселив мёртвых сущностей на его астральное тело. А чтобы уж наверняка, — без всякого выражения в голосе продолжила она, отчего непонятно было, правду она говорит или стебётся, — я опоила его своими месячными и сделала на его сперму наговор. Кроме того, я вогнала в его куклу вуду тринадцать спиц, подсадила на его вольт тринадцать чертей и поставила ему порчу на все семь чакр, а не, как обычно, на три.

— Именно так всё и было! — сказала Эвелина. — Ты перекрыла ему все энергетические центры. Он стал чахнуть просто на глазах. Даже невооружённым взглядом было видно, что его со всех сторон облепили бесы. Одного ты посадила ему на горло, чтобы несвязной стала его речь, другого — на сердце, чтобы он охладел ко мне, третьего — на живот, чтобы иссякли все его денежные потоки, четвёртого усадила на его член, чтобы он не трахался ни с кем, кроме тебя, а на темечко набросила ему самую тёмную сущность из самых низших сфер, похожую на осьминога, чтобы к нему перестала идти информация с небес.

— Вот, а что я всегда говорил тебе, Игорь, — не связывайся с ведьмами! — вдруг вставил своё слово некромант Байков. — Если не хочешь проблем — никакого полового контакта с ними! Как только ты замечаешь у девушки карты таро, не говоря уже про чёрные свечи, — всё! Бери руки в ноги и вали от неё, как можно дальше и быстрее!

— Но я ж не знал, — пожал плечами Игорь, — что в ней сидит кикимора.

— Какая ещё кикимора? — возмутилась Алиса. Её аж передёрнуло от этих слов.

— Та самая! Та самая бесплотная сущность, которая рыщет в эфире и питается энергией людей, — объяснил ей маг. — Я ж этого не знал… И потом… я слишком был уверен в своей силе. Я ведь поставил на себя такую защиту, что её не мог пробить никто… даже те колдуны, которых я обидел. А уж они, поверь мне, пытались сделать это не раз. Я так был ослеплён своим величием, что считал себя неуязвимым для таких целей. Но тут появилась ты… Как только ты первый раз пришла ко мне в офис, моя секретарша уже тогда предупредила меня: «Она пришла за тобой, Игорь». Но я не придал тогда этому значения. Я не придал тогда этому значения. А ты очень настойчиво стала обхаживать меня. Сначала купила у меня Таро Люцифера, которое я только что издал. Потом умоляла устроить тебе презентацию своих стихов в Чёрном замке. Уселась там в кресло, как королева бала, и показательно при всех попыталась сжечь свою книгу. Второе кресло ты поставила для меня, но я не пришел, чем, видно, и оскорбил твоё колдовское величество. Да и книга почему-то не сгорела. Поэтому ты и искала затем встречи со мной, предлагая попить чайку. На что я ответил тебе, что нам лучше не встречаться. Ты помнишь, — обратился он к Алисе, — что я тебе ответил?

— Да, — вздохнула она, — ты сказал мне прямым текстом, почему нам лучше не встречаться: «потому что на первом свидании у нас будет секс, потом ты забеременеешь, потом ты родишь ребёнка, но мужем твоим я никогда не буду».

— Я как предвидел это. И не смотря на это, ты всё же пришла ко мне и очень настойчиво пыталась раздвинуть для меня свои ноги. Я отказывался, но не смог. Думал, ну, ладно, пусть успокоится девушка, пересплю с ней разок. А ей только этого и нужно было. Ей нужна была моя сперма для обряда. Ей нужно было забеременеть, чтобы потом этим шантажировать меня!

— Что за бред ты несёшь! — взорвалась вдруг Алиса, перейдя на истерический крик. — Я тебя искренне любила! Ты был для меня всем на свете. Как только я тебя увидела, то сразу поняла: вот он, мой Мастер, о котором я мечтала всю жизнь.

— А в себе ты, значит, увидела Маргариту?

— Да, я десятки раз перечитывала этот роман и поняла, что только тебе под силу сотворить из меня истинную ведьму. Ты единственный, кто не испугался моего дара видеть людей насквозь. То, чего так боятся все остальные мужчины. Я увидела в тебе силу!

— Да, я помог тебе в этом, о чём теперь искренне жалею. Ты оказалась на редкость талантливой ученицей. Более того, ты даже в чём-то превзошла меня, зарабатывая по штуке баксов в день за наведение порчи и проклятий. В тебе живёт, Алиса, великая актриса. Я всегда балдел, когда в Битве «экстрасексов» ты всем рассказывала, что слышишь голоса и видишь призраков и тут же падала в обморок. В этом шоу для развода лохов из тебя сделали образ ведьмы-истерички, из которого ты не можешь выйти по сей день. А благодаря ясновидящей Ярославе, которая заверила тебя, что ты была в прошлой жизни царицей Клеопатрой, дьяволицей Лилит и богиней смерти Кали, ты окончательно поверила в свою исключительность и непревзойдённость — и твоя крыша поехала ещё дальше. Кроме кикиморы, ты стала одержимой сексуальным демоном суккубом. Ты возомнила себя Воландом в юбке. У тебя появилась своя свита — Байков и Стрибун, которые постоянно сопровождают тебя там, где бы ты не появилась.

Алиса с довольным видом взглянула на горбоносого Байкова и тот тотчас расцвёл с блаженной улыбкой на лице.

— Да, не буду скрывать, — картавя, произнёс он, — я давний друг Алисы, и всегда буду поддерживать её. Хотя вы оба стоите друг друга. Я знаю, что ты тоже одержим… сексуальным демоном инкубом. Так что вы два сапога пара!

Затем Алиса повернулась к чёрному колдуну в чёрном котелке, до сих пор безмолвно сидящему рядом с ней, как истукан, и попросила его:

— Сатанислав, скажи и ты хоть что-нибудь!

— Глаза твои, Алиса, излучают тьму, а в сердце пылает дьявольский огонь! — принялся декламировать Сатанислав. — Я преклоняюсь перед тобой, царица ночи, мать колдовских чар и бесовских искусств!

От полноты чувств Игорь даже захлопал в ладони.

— Какая прелесть! У тебя уже есть своя говорящая кукла. У тебя есть Стрибун. Пожалуйста, чем не прекрасный муж для тебя? У тебя есть Байков. У него уверенный взгляд. Правда, не понятно, куда он смотрит, когда разговаривает. Таким образом, у тебя есть два претендента в мужья. Как я вижу, ты умудрилась их обоих взять за яйца, раз они сейчас рядом с тобой сидят. Зачем ты их, правда, взяла с собой, я не понимаю.

— Они помогут мне вернуть тебя назад. Или превратить твою жизнь в ужас!

— О боже мой, Алиса! — всплеснул руками Игорь. — Ты первая женщина из тех трёх тысяч, которые у меня были…

— И единственная, — добавила Алиса, поглаживая кошку.

— Пусть будет так. Ты первая и единственная женщина из тех трёх тысяч, которой померещилось, что мной можно управлять. Но ты ошибаешься: ещё не родилась та женщина, которая, как говорил мой покойный отец, сможет взять его к ногтю. Только одной тебе вздумалось, что мной можно руководить! А вот тебе! — показал он ей дулю. — Не будет этого никогда!

— Посмотрим. Ещё не вечер. Не забывай только, что у тебя есть дочь.

— У меня пять дочерей, Алиса. Пять. От каждой из пяти бывших жён, включая тебя. И всех я люблю. Вот такой уникальный я человек, раз у меня одни дочки рождаются. А будет шесть дочек. Шестая дочь у меня будет от моей очаровательной Эвелины. Да, моя любимая? — приобнял он Эвелину.

— Да, мой дорогой, — поцеловала она его в щёчку.

Алиса сняла солнцезащитные очки и пристально посмотрела на него. Её чёрные глаза излучали ненависть.

— Ещё недавно ты говорил совсем иначе.

Игорь обернулся, но Эвелина нежной своей ручкой вновь повернула лицо его к себе.

— Не обращай внимание на эту сучку. Она во всём подражает мне. Она даже платье белое, такое же, как у меня надела.

— Просто тогда ещё действовал её приворот, — успокоил её Игорь. — А сейчас его действие закончилось.

— И теперь самое время его продлить, — в пику ему ответила Алиса.

— Произвести так называемый поддел, — добавил чёрный колдун.

— Ничего у вас не получится, — обернулся к ним Игорь. — Я уже прозрел. И теперь ясно вижу, кого же тогда взял себе в жёны.

— Кого же? — на всякий случай спросила ведьма.

— Не могу отрицать — ты уникальная женщина, Алиса. Каждая из четырёх предыдущих жен была уникальна и неповторима! Но ты превзошла каждую из них во сто крат.

Ты первая и единственная, кто позволила себе нагло и бесцеремонно копаться в моем телефоне, читать переписку и удалять из адресной книги все женские имена. А перед этим звонила всем моим многочисленным девушкам, посылая их нахер и угрожая им бездной ада.

Ты первая и единственная, кто решила, что с твоим появлением все женщины тут же должны уйти из моей жизни. Ты запретила мне общаться даже с бывшими жёнами, ты запретила мне встречаться с собственными дочками!

Ты первая и единственная, кто, как дикая кошка, кидалась на меня, царапая до крови и бросалась в меня всем, что подвернётся в руку… а я был не в силах даже пальцем тронуть тебя в ответ.

— Ты был мачо только на словах, — прервала его Алиса. — Всем демонстрировал свои приёмы карате и сколько раз ты отжимаешься от пола, а сам…

— Ты просто воспользовалась тем, что женщин я не бью. И я поддался на твои уловки, забыв главный закон: никто не может что-либо запрещать магу и не имеет права ограничивать его свободу. Никто не должен диктовать ему свои условия, указывая, куда идти, что делать, с кем общаться, а с кем — нет. У мага не может быть семьи. Он должен служить людям.

— Зачем же ты тогда создал нашу семью?

— Я не создавал. Ты просто вынудила меня расписаться с тобой, когда билась животом об дверь, грозясь убить ещё не рожденного ребёнка. А потом, когда родилась дочка, грозилась выбросить её из окна, если я не вернусь к тебе. Ты просто шизоидная истеричка, которая через суд решила лишить меня всех прав, обвинив меня, что я сам сошёл с ума.

— А разве ты не шизофреник? У меня и справка есть, что ты больной, — издевательски протянула она.

— Алиса, ты лгунья, ты не просто лгунья, ты мошенница. Ты подделала эту справку, чтобы завладеть всем моим имуществом. Опомнись, я очень не хочу, чтобы ты сидела в тюрьме за этот подлог. Там очень нехорошо, поверь. Тебе там будет некомфортно.

Алиса заёрзала на месте.

— И последнее, — добавил Игорь. — Ты первая и единственная, кто до сих пор считает, что мы всё ещё женаты, хотя мы давно уже развелись. Ты уверяешь всех, на своих страничках в зомбуке и в контакте, что мы до сих пор вместе, что у нас прекрасная семья, постишь старые фотки со мной, выдавая их за новые. Зачем ты всё это делаешь?

На этот раз Алиса ничего не ответила. Вместо ответа она вновь водрузила на переносицу чёрные очки.

— Зачем ты создаёшь фейковые страницы, в которых уверяешь всех, что я гей и педофил? Ты реально уже стала той старухой Шапокляк, которая только и ищет подходящего момента, чтобы сделать мне ещё какую-нибудь пакость!

— Что ты несёшь! — оскорбилась Алиса. — Какая я старуха?

— Брось наговаривать на неё, Нуар! — сделал ему замечание Стрибун. — Она же моложе тебя на 13 лет!

Эвелина усмехнулась:

— Просто одинокая и несчастная Алиса сошла с ума. Она до сих пор не может поверить, что мужа у неё нет. Или, скорей всего, это просто очередной её мошеннический ход. Ведь она ведьма, а от ведьм не уходят. Ведь это наносит ущерб её репутации. Как же так? Как она может приворожить кого-то, если она не в состоянии приворожить своего супруга. Как она может сохранить чью-то любовь, если свои отношения сохранить не смогла. Вот и приходится ей лгать всем, что у неё в личной жизни всё в порядке, что муж любимый рядом…

Алиса вздохнула.

— Я вижу, Игорёк-кобелёк, ты уже совсем забыл свою хозяйку. Забыл, как был моей ручной собачкой, которая стояла передо мной на задних лапках и выполняла всё, что я скажу. Жаль только, что каким-то неведомым образом ты всё понял и в день всех святых, в хеллоуин, сказал, что разрываешь со мной узы брака и покидаешь меня. Я не могла поверить, как моя собачка, мой кобелёк может покинуть меня. Но ты всё-таки сделал это и сбежал на полгода в Америку, где постарался прийти в себя.

К удивлению Эвелины Игорь согласился с ней.

— Да, я был одно время твоим рабом. Я должен был всем без умолку рассказывать, как сильно я люблю свою жену, которая нащупала моё слабое место и постоянно шантажировала меня. Ты превратила мою жизнь в ад. Я даже книжку написал об этом, которая так и называется «257 дней в аду». Надеюсь очень скоро её опубликовать, чтобы все могли узнать, что на самом деле представляет из себя моя бывшая жёнушка. Пусть все узнают, как ты травила меня, подливая мне в сок своё колдовское зелье.

— Ну, это всем известно, — усмехнулся чёрный колдун, — что у Алисы есть дар Цирцеи, которая умела превращать людей в свиней.

— Ты хочешь сказать, — вскипел Игорь, — что она хотела с помощью зелья отравить меня и превратить в свинью?

— Жаль, что не вышло, — опередила ответ колдуна Алиса. — Хотя ты как был свиньёй, так ею и остался. Ведь ты сам хотел меня извести, подсыпая в мюсли мне какой-то порошок!

— Нет! Не было этого! Зато у меня после твоего зелья ни с того ни с сего вдруг отнялась рука. Теперь все узнают из моей книги, как ты довела меня до инсульта.

— Очень… очень будет интересно почитать твою книжку, — усмехнулась Алиса, — а затем приложить её в качестве вещественного доказательства твоей психической неадекватности и недееспособности!

— Я-то как раз психически здоров. В отличие от тебя, шизоидной истерички!

— А как же тот женский голос, который постоянно звучит в твоей голове. А как же твои хождения по ночам?

— Сомнамбулизм — это не болезнь.

— А как же твои заявления, что душу твою черти хотят украсть, а телом завладеть?

— Это всё твой поклёп и клевета!

— А как насчёт твоего секрета эликсира бессмертия и вечной молодости, который открыл для тебя сам Люцифер?

— Я никогда и никому не говорил этого. Ты клевещешь на меня!

— А то, что ты подал на меня в суд иск по защите своей чести и достоинства на сумму 666 тысяч 666 гривен — это как понимать?

— То, что ты — дьяволица! То, что с Сатаной дружишь именно ты! И вообще, ты меня утомляешь.

— Ну да, я вижу, нет в тебе уже той удали молодецкой, что раньше в тебе была. Ты быстро устаешь, у тебя упадок сил, у тебя депрессия, ведь я оскорбляю тебя, ведь я унижаю твоё человеческое достоинство…

— Успокойся, Алиса. Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Я хочу, чтобы ты знала: к тебе я больше не вернусь! Свой член божественный в тебя вставлять я больше не буду. Хватит уже, вставил один раз! Ты разрушила мою жизнь. Я был на вершине славы. У меня было две квартиры и две машины. Через мои руки прошёл не один миллион.

— Да, я помню.

— И где всё это, Алиса? Куда всё это делось? Десятки магов и колдунов собирались вместе, чтобы уничтожить меня. Сотни раз они насылали на меня проклятья и делали порчу на смерть. Сотни раз! И ничего у них не выходило! И вот только одной злобной колдунье это удалось. Единственной и неповторимой! Как это тебе удалось, я до сих пор не понимаю! И сейчас у меня нет ничего: ни машин, ни квартир, один лишь офис. Я ушел от тебя в одних трусах, я оставил тебе двухкомнатную квартиру и всё, что в ней было!

— Ну что ты хотел, Нуар, — вновь вставил свою реплику Байков. — Всё, что с тобой сейчас происходит — это классические последствия любовного приворота. Человек превращается в зомби и перестает быть похожим на себя. У него разрушается карьера и бизнес, он теряет все деньги и интерес к жизни. Тебе осталось только одно: спиться или наложить на себя руки.

— Не дождётесь. Я сильным был, есть и буду! Ничто не может меня сломить. А всё благодаря Эвелине, которая своей любовью вернула меня к жизни. Которая претерпела столько мук, но всё-таки дождалась меня. И теперь мы с ней вместе навсегда.

Алиса усмехнулась и предостерегла его:

— Не надейся, это ненадолго. Я потому и приехала сюда, чтобы вас разлучить.

— Ничего у тебя не получится! — уверенно сказала ей Эвелина.

— Всё у меня получится! — уверенно ответила ей Алиса.

— Алиса, угомонись! — вновь завёлся Игорь. — Зачем я тебе? Я ведь уже не тот богатенький Буратино, что был раньше. Не забывай, что у тебя есть Байков и Стрибун. Чем не мужчины? А хочешь, я им даже денег заплачу. Тысячу долларов тому из вас, кто возьмёт мою бывшую жену Алису в жёны. Сатанислав, соглашайся! Ведь таким образом ты вернёшь себе ту тысячу, за которую ты продал свою душу.

Сатанислав вопросительно взглянул на Алису, но, не выдержав её взгляда, тотчас отрицательно покачал головой.

— Не хочешь Стрибуна? — продолжил Игорь. — Бери Байкова. Смотри, какой он красавец. Смотри, как он на тебя смотрит. Смотри, как он хочет тебя трахнуть! Он всё, что хочешь, сделает для тебя. Он даже сюда в эту глушь подался, чтобы только быть рядом с тобой. Не хочешь его — бери этого карлика. Правда, у него души нет. Он её продал дьяволу. Но разве это так важно? Не подходит миньон — бери некроманта. Он ни в чём тебе не может отказать, и даже все фотки людей, которым ты делаешь порчу на смерть, он передаёт в морг, где у него есть свой кореш, и тот зашивает их в пузо мертвецам.

— Что ты такое несёшь, Нуар? — недовольно пожал плечами некромант.

— Запомни, Байков, покойники тебе шлют привет. Не делай этого, Дима. Потому что будут проблемы у тебя и у тех, кто работает в морге. Можешь трахать мою бывшую жену, можешь брать её в жёны, раз ты не можешь отказать ей ни в чём. И ты, Стрибун, можешь вдуть ей. Я очень хочу, чтобы всё у вас получилось, дорогие мои. Более того, я хочу, чтобы вы поженились все вместе и создали такой себе тройственный союз некроманта, чёрной ведьмы и карлика-колдуна, продавшего душу дьяволу.

— Ишь ты как заговорил! А теперь послушай, что я тебе скажу, — прервала его Алиса. — Да, я первая и единственная женщина в твоей жизни, которая полностью разрушила твою жизнь. Ты был на вершине славы, ты был первым коронованным магом Европы, ты собирал магические балы и магические съезды. А теперь ты никто и звать тебя никак. Все маги отвернулись от тебя. Собрались вместе и лишили тебя твоей магической силы. Через твои руки проходила куча бабок, а теперь ты гол, как сокол. Ютишься в арендованной квартире. Там ты теперь будешь жить со своей новой женой?

— Когда истинно любишь человека, — с достоинством ответила Эвелина, — не важно, где с ним жить.

— Тебе этого не понять, — добавил Игорь.

— Ну да, с любимым и рай в шалаше, — усмехнулась Алиса. — Только не забывай, я первая и единственная, кто с помощью порч и проклятий увела на тот свет уже дюжину людей. И в ближайшее время также будут жертвы.

— Какая же ты тварь!

— Я этого не отрицаю, да я это признаю целиком и полностью. Да, я жестокая, но я справедливая.

— Пусть так. Но чары твои закончились, Алиса. И теперь ты ничего не можешь поделать со мной.

— Могу. И очень скоро ты убедишься в этом снова. Ведь ты брал в руки мой атам?

— Брал.

— Ну вот. А на нём был сильнейший наговор. И теперь тебя ждёт рассорка с твоей кралей.

После этих слов с Нуаром приключилась некая странность. То ли цветение лип было тому причиной, то ли их несносный дурманящий запах, то ли сами слова чёрной ведьмы так ужасно подействовали на него, но его вдруг охватил необыкновенный, но столь сильный гнев, что ему захотелось тут же сжать горло Алисы и душить её до тех пор, пока она бездыханной не упадет к его ногам. Едва сдерживаясь, он сжал руки в кулаки.

— С-с-с! — засипел он, — ну, ты и с-с-су…! Как же ты уже до… до… до-стала меня!

Ни с того ни с сего он стал вдруг заикаться. Кроме того, его охватило косноязычие.

— Дай мне сюда! — кивнул он Эвелине.

— Что? — не поняла та.

Его словно заклинило: он стал забывать простейшие слова.

— То, что у тебя там! — показал он рукой на её сумочку.

— А-а, — поняла Эвелина, — атам!

Вынув из сумки магический нож, она передала его Игорю. Тот схватил его за клинок и направил его чёрную рукоятку на Алису:

— А ну бы… брысь отсюда! Или я за себя не отвечаю!

Чёрно-белая кошка, услышав слово «брысь!», тотчас спрыгнула с её колен и метнулась между ног влюблённой парочки.

— Бастет! Бастет! — вскинулась Алиса.

Бастет метнулась в сторону и со всех ног помчалась к дому напротив.

— Догоняй её скорей! — крикнула она седобородому Байкову.

— Что ко мне пришло, — разъярённо добавил Игорь, направляя нож на неё, — к тебе ушло!

— А вот и мой ножичек! — кинулась она к нему.

Схватившись за чёрную рукоятку, Алиса выхватила из его рук атам.

— Спасибо, что вернул его мне!

— О-о-о! — взвыл Игорь от боли и развёл руки в стороны: на обеих его ладонях вспыхнули кровавые порезы.

— Ты уничтожил мою жизнь, теперь я уничтожу твою!

Алиса, вне себя от злости, замахнулась на него ножом. Игорь, отдавший несколько лет занятиям по карате, умело блокировал её удар. Атам по дуге отлетел к скамье, где сидел Стрибун.

— Сатанислав! — завизжала она.

Стрибун мгновенно спрыгнул со скамьи и, подобрав с тротуара нож, резво помчался к своей госпоже на помощь, переваливаясь на коротких ножках. Светловолосая колдунья в белом платье взвилась, словно валькирия…

— Запомни — ты мой! Навеки — мой!

…и с растопыренными ногтями бросилась на Игоря, стремясь, как это уже не раз бывало в их прошлой семейной жизни, расцарапать ему шею и лицо.

Великий карлик удачно подставил отступавшему назад Игорю ножку и тот, не ожидая такого вероломства, как подкошенный, упал на спину.

Алиса демонстративно наступила ногой ему на грудь, — красной подошвой и чёрной шпилькой на его шикарную белую рубашку, — явно желая тем самым подчеркнуть свое подобие с чёрной богиней Кали, держащей в одной руке меч, а в другой отсечённую голову, той самой богиней смерти и разрушения с высунутым изо рта длинным красным языком, чью шею и грудь украшает ожерелье из мужских черепов, а бедра закрывает пояс из отрубленных рук, и которую часто изображают танцующей на поверженном теле Шивы.

Стрибун тотчас протянул ей атам, и Алиса немедля отсекла с головы бывшего мужа короткую прядь его тёмных волос.

— Не трогай его! — бросилась к ней Эвелина.

Вцепившись ей в волосы, она потянула их на себя, но белые патлы так и остались в её руках. Это был всего-навсего парик. Сама же Алиса вновь предстала в своём первозданном виде — с длинными до пояса жгучими чёрными волосами. Эвелина замерла в недоумении.

Воспользовавшись секундным замешательством, Алиса отсекла обоюдоострым кинжалом короткую прядь её волос.

— Ах ты ж, гадина! — рассвирепела Эвелина. — Да что ж ты делаешь? А-ну вон отсюда!

Замахнувшись, она бросила парик в лицо ведьме. Та подхватила его и, перейдя улицу, поспешно ретировалась, скользнув в проход между домами. Следом за ней засеменил на коротких ножках и Стрибун. Под дурманящими липами остались только Игорь с Эвелиной.