Наследство с подвохом для попаданки

Глава 58. Нелюбовь

Перемещение удалось на славу: с шумом и огоньком, если посчитать за таковой искры негодования, посыпавшиеся из глаз Геймовера, когда оглушительно взвыло местное подобие сигнализации.

– Прошу прощения: защита поместья не рассчитана на присутствие такого количества призраков... – извинился Геймовер и нарисовал в воздухе какой-то символ, после исчезновения которого вся эта звуковая вакханалия прекратилась.

– А на какое количество рассчитана? – тут же поинтересовалась я, прикидывая, можно ли будет время от времени отсылать кого-нибудь из своих простынчатых за пределы поместья.

Но лицо эльфа тут же дало понять, что «ни на какое». Не то, чтобы я мечтала так быстро раскрыть своё местоположение или отправлять слуг погулять, но ведь всегда лучше уточнить границы дозволенного, дабы в случае чего, понимать что к чему.

– В поместье Габриэля призраков не любят и даже боятся, – осторожно заметил Рэйд, кивая на замерших в холле слуг.

Готова поклясться, что у экономки и служанок даже форменные чепчики шевелились, еле сдерживая поднимающиеся дыбом волосы. М-да... Чувствую, весёленькое будет заключение, тьфу, приключение.

– Гостевая комната, о которой я говорил, приготовлена? – обратился Габриэль к экономке.

– Да, но... – эльфийка средних лет окатила меня таким презрительным взглядом, что можно сегодня и без душа обойтись.

Сразу прочувствовалась вплоть до нательного белья вся свежесть прохлады. Дальше стало ещё интереснее: мои «девушки» пристально изучали местных служанок, словно прикидывая, кто за какую территорию будет вести бои, «мальчики» оценивали мужскую прислугу. Причём, несмотря на всю свою чопорность и внешнюю безупречность, последние явно проигрывали. По крайней мере, на лице Хораса прекрасно читалось, что учить этих салаг ещё, да учить.

– Прикажете показать комнату, лорд Габриэль? – напомнила о себе экономка, оценивая весь мой багаж.

Получив одобрение, женщина развернулась к нам спиной и начала подниматься по лестнице. Ничего, мои простынчатые – призраки не гордые, быстро подхватили вещи, моментально распределив между собой, и поплыли вслед за домоправительницей. Остальные слуги, так и не получив никаких распоряжений, застыли на месте. Прямо хоть сейчас выставку мраморных фигур устраивай, выстроив их вдоль какой-нибудь дорожки. Однако стоило Геймоверу чуть шевельнуть своей тростью, как холл в мгновение ока опустел.

– Слушайте, может, я днём всё-таки у себя в особняке проводить буду, а на ночь сюда перемещаться? Чтобы лишний раз не доставлять дискомфорт ни вам, ни всем, кто служит в этом доме?

– Мисс Тори, это для вашей же безопасности! – возразил Рэйд, аккуратно оттесняя Геймовера. – Вы живёте одна, призраки не в счёт, кто вас защитит? А вдруг убийца, нанятый гейром, решит вас подкараулить?

Старательно пытаясь подавить зевок, я махнула рукой: – Если меня после очередной бессонной ночи, проведённой за уборкой какого-нибудь заброшенного дома с призраками, встретит этот ваш убийца – ещё неизвестно, кому из нас двоих больше не повезёт...

Рэйд, покачав головой, улыбнулся, а потом подхватил меня под руку: – Габриэль, ты же не против, если я покажу мисс Тори дом?

Геймовер не возражал и тут же направился к лестнице.

– Что на этот раз не так?

– Просто прежде, чем вы, мисс Тори, решите сказать какую-нибудь колкость или вообще что-то не то, лучше нам поговорить без посторонних.

– Не колкость, а гадость. Говорите уже, как есть. Я действительно не в восторге от того, что вынуждена покинуть свой дом и временно поселиться здесь. Понимаю, что по социальной лестнице располагаюсь очень низко, но не привыкла, чтобы на меня каждый раз смотрели, как на какую-то оборванку или побирушку. Единственное, чего хочу – чтобы меня оставили в покое. Это не так уж и сложно. Но если уже прислуга смеет выражать неудовольствие, что мне выделили какую-то комнату, то извините.

– Здесь не так всё просто, как может показаться на первый взгляд. Из-за распоряжения господина Штаргарда насчёт обеспечения вашей охраны Габриэль вынужден предоставить вам комнату на том же этаже, где по правилам располагаются только спальни членов семьи. Соответственно, если незамужняя девушка селится там, не будучи невестой...

Вот тут я готова была головой постучаться о ближайшую колонну: – ... то такую девушку сразу же посчитают любовницей. Либо как минимум, со стороны такое решение хозяина дома может показаться неприличным. Прелесть-то какая... И я ещё брякнула про вариант ночёвки здесь... А лорд Геймовер разве не может просто приказать не обсуждать его распоряжения? Мне казалось, что в его-то статусом проблем возникнуть не должно.

Рэйд подвёл меня к небольшому фонтанчику и указал на стоящую рядом скамейку: – Здесь тоже не всё так просто, мисс Тори. Постараюсь как-нибудь вкратце пояснить.

– Если можно, то лучше мне сразу выдайте «Справочник по эльфоведению»! Я прекрасно понимаю, что не только сама не в восторге от того, как складывается ситуация, но и лорду Геймоверу тоже мало радости от поручения охранять меня. Просто портить ещё больше с ним отношения не хочу.

Улыбнувшись, Рэйд плюхнулся рядом со мной и вытянул ноги:

– А кто сказал, что вы что-то испортили?

У меня в голове раздался звук зависшего компьютера за пять секунд до того, как показать «чёрный экран смерти».

– Что вы знаете об эльфах, мисс Тори?

– Если отвечу, что по факту – ничего, такой ответ вас устроит? Я на самом деле не имею ни малейшего понятия, ни какие в данный момент у них приняты правила, ни насколько они отличаются от сказок и легенд, которые читала в детстве и юности.

Рэйд с любопытством на меня взглянул и полез в свою сумку:

– А что почерпнули из прочитанного? Хотя бы в двух словах, мисс Тори.

– Мифические человекоподобные существа с весьма тонкими чертами лица, заострёнными ушами, тесно связанные с природой. Могут управлять природными стихиями, а чаще всего их называют «детьми леса». Прекрасные лучники, но и мечами владеют виртуозно. Что ещё... – я задумалась, оперевшись рукой в подлокотник. – Обычно обладают весьма заносчивым характером, реже задорным. Но лорд Геймовер сумел своей надменностью превзойти даже самые смелые мои ожидания в отношении этой расы.

Пристроив на сиденье сумку, Рэйд положил на колено блокнот в потрёпанной кожаной обложке и выдернул карандаш из специально предназначенной для него петельки:

– Кстати, вы не так далеки от истины оказались, мисс Тори, когда перечисляли информацию про эльфов. Изначально у этой расы вообще не было некромантов, так как им попросту они были не нужны. Но потом, по какой-то неизвестной до сих пор причине в одном из старейших родов появился наследник с таким даром. Сперва все решили, что это результат какого-то проклятья, но никаких следов не было обнаружено. Для расы, которая всегда во главу угла ставила жизнь, это оказалось настоящей катастрофой. Впоследствии эльфы с некромантским даром стали появляться и в других семьях, не связанных с тем родом никакими отношениями, но «первопроходца» спасло лишь высокое положение и влияние при дворе, чтобы от него не отвернулись.

Я покосилась на Рэйда, искавшего чистую страницу в блокноте, исчерченного различными схемами, именами и координатами:

– Дайте угадаю: это был предок лорда Геймовера?

– Ага. Многие стали сторониться, хотя открытое презрение не показывали. Но, как вы сами сказали, у этой расы природной заносчивости занимать можно – не убудет. Некроманты среди эльфов по-прежнему редко встречаются, но обладающие «магией жизни» их стараются избегать, так как слишком тяжко рядом находиться, как ни скрывай свою ауру. И до сих пор среди «древнего народа» ходят слухи, как все, в ком проснулся «мертвецкий дар», в чём-то провинились перед духами природы, что-то нарушили, за что и понесли заслуженную кару. Так что замечание экономки было не более чем попыткой напомнить о традициях, хотя Габриэль очень ревностно относится к соблюдению всех принятых у эльфов правилах. Это как у людей: стоит один раз кому-то оступиться, и постоянно станут, так или иначе, относиться как к преступнику, даже если это было делом давно минувших дней.

– Рэйд, я не понимаю: зачем грызть кактус, колоться, плакать, но продолжать впиваться в его мякоть? Не нравится – увольняйся! Да и сомневаюсь, что лорд Геймовер является садомазохистом, получающим удовлетворение от наблюдения кислых лиц в своём окружении.

– Во-первых, у эльфов не принято нанимать людей в качестве прислуги – традиция. Во-вторых, работать в семье любого древнего рода – это престижно. По истечении договора потом в любую семью возьмут без проблем и предложат хорошее жалованье.

– И тут правят деньги и репутация, тьфу...

– Вроде того. Таким образом, то, что вам могло показаться неуважением прислуги по отношению к своему лорду, было не более чем попыткой не только напомнить о приличиях, но и соблюсти их уже по отношению к своей должности. Первое время будет достаточно сложно к этому привыкнуть, но потом втянетесь.

– Я вообще не собираюсь здесь надолго задерживаться и вообще лишний раз показываться где-то за пределами выделенной мне комнаты.

– А придётся. Иначе шепотков насчёт неуважения к хозяину дома будет не избежать.

Я закрыла лицо руками, мечтая о том, чтобы мне выдали срочно каминные спички, дабы хоть как-то удержать смыкающиеся веки:

– Можно я просто впаду в спячку до тех пор, пока всё не закончится?

Рэйд тут же встревожился:

– Простите, что так надолго задержал, ещё буквально две минуты, и я провожу вас к Габриэлю. Кстати, не обращайтесь к нему «лорд Геймовер», пока находитесь в стенах этого дома.

– Это почему? Разве не так принято в Хеймране?

– Так, но не совсем. Сможете вот это произнести? – Рэйд что-то написал и протянул мне блокнот, показывая длинное слово, в котором я насчитала около двадцати пяти букв, и то не уверена, потому что сбилась дважды.

– Что это?! Я даже прочесть без ошибок, боюсь, не смогу с первого раза.

– Правильное написание фамилии Габриэля. Когда возникла необходимость внесения эльфийских родов в различные документы, которые нужно было заполнять на всеобщем языке, один из секретарей, сильно обидевшийся на высокомерное поведение одного из представителей рода, намеренно исказил перевод с эльфийского. И так произошло несколько раз. Последним вариантом, насколько помню, стал «Heimoffer», превратившийся в конечном счёте в «Геймовер». Предки Габриэля об этом были ни сном, ни духом. У них же все документы были правильно оформлены и предъявлялись крайне редко. Когда всё вскрылось, изменить что-либо оказалось невозможным. Ещё и король захотел щёлкнуть по носу эльфийскую знать, очень трепетно относившуюся к именам своих предков, чтобы не зарывались. А спорить с правящим монархом себе дороже. Так что сейчас фамилия Габриэля звучит для эльфийского уха как оскорбление.

– Прелесть-то какая... И как же мне теперь него называть, учитывая, что меня уже практически записали в любовницы? Га-а-аби? – я хмыкнула, представив, в какое бешенство впадёт Геймовер, если так к нему обращусь, но совершенно не рассчитывала на то, что он услышит.

– Достаточно просто «лорд Габриэль», – раздалось позади скамейки.

Упс.