Наследство с подвохом для попаданки

Глава 76. Берега

Я шла рядом с эльфом с ощущением, что меня ведут на эшафот. Вот только если бы так было на самом деле, то смерть была бы быстрой и лёгкой, без всяких выяснений отношений. Когда-то, как и многие девочки, мечтала о любви с первого взгляда. Потом подросла и поняла, что всё это сказки, чтобы дарить надежду на что-то светлое, ведь пока она есть, человек живёт. Стоит ей погаснуть, и всё, ты проиграл. Дальше по инерции досуществовывает положенный земной срок твоя оболочка. А здесь даже не любовь с первого взгляда, скорее даже нелюбовь, которая развернулась как-то очень неожиданно. Тори, ты мечтала об умном, мужественном спутнике жизни, который бы не полез сразу облапывать грудь и стаскивать штаны. Получи и распишись! Ещё Дианка хохотала в своё время, говоря, что тот, кто меня при первой встрече взбесит, задержится в моей жизни дольше, чем того бы хотелось. А потом и вовсе останется.

Если бы не вчерашний поцелуй, так всё и осталось на уровне рабочих отношений. Просто в какой-то момент ощутила, что именно так хотела бы, чтобы меня целовал мужчина, с которым готова провести рядом свою жизнь. И от осознания этого становилось ещё поганее на душе. Наверное, именно так себя чувствовала бабушка, когда отказывала Кроденеру, едва тот стал проявлять к ней серьёзный интерес.

Я могла бы списать все внутренние терзания на характерную для всех девушек манеру с одного жеста мужчины строить воздушные замки из планов о совместной жизни, если бы не одно «но». Как бы мы ни пытались убедить друг друга в случайности, но Геймовер не из тех, кто просто решает проявить эмоции в порыве. Не такой человек, вернее, эльф. Тем более эльф с его воспитанием и принципами.

Мы свернули в коридор, ведущий в оранжерею, и мне окончательно поплохело. Утром цветы, сейчас цветы вокруг...

– Мисс Тори, я хочу поговорить с вами о том, что произошло вчера, – начал Геймовер, едва стеклянные двери за нами закрылись.

Да я-то, в принципе, не против, но лучше не надо.

– Вас что-то беспокоит, лорд Габриэль? Заметили какие-то отклонения в работе источников?

Геймовер покачал головой: – Нет, мисс Тори, с ними полный порядок, и я искренне благодарен вам, что смогли решить эту проблему.

– Что ж... Я рада, что мне удалось вам помочь. Мы пытались просчитать все возможные варианты, но всё равно в некоторой степени пришлось действовать по наитию, ориентируясь по ходу дела. Единственное,о чём хочу вас попросить: не присылайте больше цветов.

– Почему? Они вам не понравились? – эльф очень внимательно на меня посмотрел, словно пытался уловить каждую эмоцию, промелькнувшую на моём лице.

– Да нет, это как раз мой любимый сорт... – я чуть отошла в сторону, чтобы увеличить расстояние между нами. – Не знаю, кого из моих простынчатых вы смогли разговорить, чтобы они предоставили такую информацию, но впредь лучше так не делать, иначе последствия для них будут крайне неблагоприятными. У меня слишком узкий круг общения, состоящий из тех, кому могу доверять, и не хотелось бы делать его ещё уже. Что же касается цветов, то не хочу быть обязанной.

Если на первую часть моей речи Геймовер отреагировал спокойно, то на последней фразе его брови чуть приподнялись в удивлении: – Не понимаю, мисс Тори.

– У нас, если девушке что-то дарят не на пару-тройку праздников, а просто так, то к этому относятся, как с расчётом на взаимность. Ужин, свидание, вплоть до продолжения общения в кровати, но не обязательно с перспективами долгосрочных отношений. В таком случае просто оплачивала свою половину счёта и уходила. Я понимаю, что здесь другие приняты другие нормы, но с их проявлениями не сталкивалась и не имела возможности изучить. У нас давно утеряно такое понятие, как «язык цветов», но кое-что помню из прочитанных книг, да и простынчатые подтвердили, что значения совпадают. В любом случае переданный букет меня тяготит внутренне, а цветы не выбросила только по той причине, что они не виноваты, оказавшись меж двух огней. Поэтому очень прошу, чтобы больше такого не повторялось.

У нас не может быть никаких отношений, потому что они приведут к неизбежному, а смириться с этим я пока не готова. Считайте это слабостью или ещё чем-то, но смириться с потерей близких очень сложно, а порой невыносимо. Я знала, что моя мать неизлечимо больна и морально готовилась к этому, но всё равно её смерть стала сильным ударом. Мне, наверное, следует чуть сильнее очерстветь душой и сердцем, чтобы когда-нибудь решиться начать с кем-нибудь отношения, зная, что фатальный исход для избранника неизбежен. Многие поколения санатер из моего рода пытались различными способами преодолеть это, считайте проклятие свыше, но потерпели неудачу, обладая очень сильным даром, способным согнуть даже архимага, но оставаясь при этом несчастными одинокими женщинами. Ещё раз прошу меня простить за эту тираду, но мне проще сразу расставить все точки над «i», чем потом пожинать горькие плоды недомолвок.

Геймовер слушал меня внимательно, не перебивая ни словом, ни жестом, а когда я закончила, ещё несколько минут не проронил ни слова.

– Мисс Тори, я знаю и понимаю вашу позицию. И ни в коем роде не хотел вас обидеть цветами и тем более к чему-либо обязать. Просто хотел сделать ваше утро приятным, чтобы вы порадовались. И извиниться за вчерашнее.

– Снова скажете про сиюминутный порыв?

– Мне кажется, что с какой-нибудь другой девушкой это сработало, но с вами это бессмысленно. Разрешите хотя бы поухаживать за вами то время, пока живёте здесь.

– Вы же знаете, к чему это всё приведёт, так стоит ли начинать? Больно будет обоим при любом раскладе. К чему все эти игры, тем более что у вас приняты ухаживания лишь среди себе подобных и достаточно жёстко регламентируются? Тем более что у эльфов вкусы, насколько успела заметить, достаточно консервативные. Не хочу быть экзотическим трофеем при всём к вам уважении.

Я даже не заметила, как мы оказались стоящими настолько близко друг к другу, что только пара шагов разделяла нас.

С какой-то затаённой грустью и одновременно теплотой Геймовер улыбнулся: – Ещё совсем недавно, мисс Тори, вы сами мне говорили, что стоит шире смотреть на окружение и выбирать то, в котором будет комфортнее себя чувствовать. Да, вы мне нравитесь, и я хочу сделать ваше пребывание в поместье более приятным без какого-либо подтекста и оглядок на прошлое, в том числе и наших семей.

Мне оставалось лишь усмехнуться, прикусив нижнюю губу от досады: – Получается, что сама себя продала... Хотя просто не хотела, чтобы вы замыкались в узком мирке требований, обязанностей и условностей.

– Тори... Если, конечно, позволите мне вас так называть. Единственное, что меня сдерживает от того, чтобы предложить вам официально стать моей парой – это не ваше происхождение и не социальный статус, а к сожалению, печальное наследие обеих наших семей, с которым вы тоже вынуждены мириться. Меня не пугает участь спутника или мужа санатеры, и моё решение не связано с тем, что давным-давно пришёл к выводу: если мой род исчезнет, то только убережёт потомков от участи становиться вдовцами, а потом угасать, ожидая, когда наследник достигнет совершеннолетия по нашим меркам. Я уважаю вашу позицию и понимаю, что официальное признание пары, а затем последующий для нас с вами закономерный разрыв отношений, только причинит вам ещё больше боли, ведь такое будут обсуждать и осуждать на протяжении долгих лет.

Я посмотрела на Геймовера и поняла, что нет, не отступится. Здесь даже рядом не пахло уязвлённостью нарциссичного мужчины, получившего отказ, или азартом охотника, желающего нагнать убегающую дичь.

– Габриэль, вы предлагаете отношения, чуть выходящие за рамки деловых и дружеских без последствий для обеих сторон?

Не услышав привычного обращения «лорд», Геймовер как будто весь просветлел, смягчились черты лица, а сам он ощутимо расслабился, словно всё это время балансировал на острие ножа, но при этом был готов рассечённым пополам.

– Всё исключительно по взаимной договорённости, Тори. Но и смущённо топтаться на месте, ожидая дозволения сделать первый шаг, не буду... – крепкие мужские руки легли на мою талию и притянули к себе. – Тебе достаточно будет лишь сказать, если что-то выйдет за границы дозволенного с твоей точки зрения. Я пойму.

Я коснулась кончиками пальцев гладкой щеки и провела ими вниз: – Мне кажется, что мы достаточно разумны, даже когда безумны...

Лёгкий поцелуй коснулся вначале моих пальцев, а потом уже и моих губ, заставляя усомниться в только что сказанном. Да, мне потом будет очень больно и горько, но хотя бы будет что вспомнить о мужчине, который неумолимо проникал всё глубже в мою душу. Обхватив Габриэля руками, я прижалась к его груди, чувствуя, биение сердца.

– Как бы я хотела оказаться обычным человеком без всех этих магических заморочек...

– Ты не представляешь, как я об этом мечтал, сколько себя помню...

Не знаю, сколько мы так простояли, просто обнимая друг друга и не произнеся больше ни слова. Молчание сказало за нас намного больше, чем тысячи высокопарных или тщательно выверенных осторожных фраз.

– Как ты смотришь на то, чтобы немного задержаться здесь и слегка перекусить?

– А...

– Я не всегда пользуюсь помощью слуг, Тори, – улыбнулся Габриэль и, продолжая придерживать меня одной рукой, слегка взмахнул второй.

Листва, скрывавшая нас до этого от посторонних взглядов, расступилась, являя круглую полянку. Лёгкий поворот кисти, и, в центре начала какими-то совершенно недоступными моему пониманию темпами трава, сплетаясь в круглый столик, а затем и два кресла, похожие на ротанговые. Несколько щелчков пальцами, и вот уже столешница сервирована по всем правилам. Последним появились заварочный чайник и фарфоровая этажерка с пирожными.

– Почти забыл, каково это – пользоваться природной магией, не опасаясь расплаты... – пробормотал себе под нос Габриэль, подхватывая мой локоть.

А у меня мурашки по коже пробежали от понимания того, как долго пришлось эльфу подавлять в себе своё естественное начало из-за преобладания некромантской магии. «Живая» и «мёртвая» магия в одном существе, постоянно конфликтующие друг с другом... Врагу не пожелаешь. Мне с моей социофобностью и любовью к одиночеству было как-то проще смириться с тем, что придётся развеивать призраков, редко показываясь на людях.

Помогая мне сесть за стол, Габриэль мягко произнёс: – Ни к чему не обязывающее времяпрепровождение, Тори. И по счёту тебе платить бы не пришлось, даже если бы у меня была возможность пригласить тебя сейчас в ресторан. Это право мужчин этого мира – демонстрировать свою состоятельность в том, чтобы его девушка или женщина не испытывала стеснения будь то дружеские, романтические или семейные отношения.

Рассмеявшись, я коснулась его руки: – Постараюсь запомнить, Габриэль. Но «шпильку» оценила.

– Мне кажется, что подобные украшения больше подходят для своих волос или Рэйду. Это неотъемлемая деталь его образа!

Я так не хохотала со времён последних посиделок с подругами! Вытирая проступившие на глазах слёзы, даже не сразу смогла взять подрагивающими руками чашку, чтобы не сильно звенеть о блюдце. За время, проведённое в оранжерее, я смогла понять и оценить, что под ледяной коркой и маской отстранённости прячется не тот эльф, который меня так раздражал по первости. Но как бы ни хотелось продлить удовольствие, а наше длительное отсутствие могло породить кучу ненужных подозрений и слухов. Да и расследование ждать не будет, пока мы намилуемся. Хотя в первые за всё время мне не хотелось, чтобы оно когда-нибудь завершилось. Только понимание, что пока всех гейров и гриров не остановишь, и собственная жизнь остаётся под угрозой, и другие люди подвергаются опасности. Большая сила, сконцентрированная в руках безумцев, жаждущих власти и отмщения ещё никогда до добра не доводила.

Встретивший нас в галерее Рэйд, ухмыльнулся и спросил: – Я здесь лишний или уже нет?