Нежная Роза для вождей орков (СИ)

Глава 36

Огромная, горячая ладонь Торука полностью накрывает меня, и я чувствую, как жар проникает сквозь тонкую ткань сорочки, заставляя все внутри меня сжаться в тугой, сладкий узел.

— Ты дрожишь, — это не вопрос, а констатация. Его голос — хриплый, низкий рокот у самого моего уха.

С этими словами он медленно, но с непреклонной силой, поворачивает меня в своих объятиях, заставляя лечь на спину. Теперь он нависает надо мной, опираясь на локти, чтобы не раздавить меня своим весом.

Его темный силуэт полностью заслоняет собой тусклый свет от углей. Я в его власти. В его тени.

Он смотрит мне в глаза, и я вижу, как его зрачки расширяются, поглощая почти всю зелень радужки. Сама зелень темнеет, становится глубокой, как ночной лес, а золотистые искорки в ней вспыхивают ярче, словно угли, которые раздул ветер.

— Ты такая красивая…

Я замираю.

Мое сердце сначала болезненно сжимается, а потом с оглушительным стуком ударяется о ребра, разгоняя по телу горячую, обжигающую волну.

Во рту мгновенно становится сухо. Этот простой, человеческий комплимент, сказанный его грубым, орочьим голосом, обезоруживает меня окончательно.

В свете углей он и сам кажется мне невероятно привлекательным. Мужественным.

Взгляд Торука скользит ниже. Он смотрит на мои приоткрытые, пересохшие губы, затем снова в глаза, и я понимаю, что для него в этой пещере больше не существует ничего, кроме меня.

Это так… будоражит.

Орк так близко, что наши дыхания сплетаются воедино.

И тогда — миг… и расстояния больше не существует.

Торук берет в плен мой рот.

Его губы исследуют мои, сначала медленно, вдумчиво, а затем все более требовательно, страстно, пожирая мои стоны, впитывая мое сбитое дыхание.

Мои руки сами собой обвивают его могучую шею, пальцы зарываются в густые, жесткие волосы. Я отвечаю ему со всей той страстью, которую он разбудил во мне, со всей той отчаянной потребностью в близости, о которой я и не подозревала.

Его рука скользит с моего живота выше, к груди. Он накрывает ее ладонью, и я выгибаюсь ему навстречу, когда его большой палец начинает медленно, по кругу, поглаживать мой затвердевший сосок. Я стону ему в губы, и он в ответ издает низкий, гортанный рык.

Он отрывается от моего рта лишь на мгновение, чтобы перевести дух, и тут же находит мою шею. Требовательные губы и клыки оставляют на моей коже дорожку из огненных, покалывающих поцелуев.

Я запрокидываю голову, отдаваясь этой первобытной, дикой ласке, и с моих губ срывается стон, в котором смешались боль, наслаждение и полное неверие в происходящее.

Он возвращается к моей груди и его горячий, умелый рот сводит меня с ума. Язык скользит по влажной вершинке, а губы оттягивают ее вверх.

Я теряю связь с реальностью, полностью растворяясь в ощущениях. Больше не пленница. Я — женщина в руках мужчины, который желает меня так, как, я уверена, никого и никогда не желал.

Он отстраняется, тяжело дыша, и смотрит на меня глазами, в которых отчетливо просматривается поволока возбуждения.

— Роза…

Затем его руки находят подол моей рваной сорочки и медленно, но настойчиво, начинают тянуть его вверх.

Я не сопротивляюсь.

В этот миг я хочу этого так же сильно, как и он. Я хочу почувствовать его кожу на своей, хочу сгореть дотла в этом огне.

Ткань отброшена в сторону.

Когда он снимает и с себя остатки одежды, мы оба обнажены.

Я рассматриваю его из-под прикрытых ресниц. Просто не могу не смотреть, потому что он словно создан для взглядов…

В свете тлеющих углей оливковый торс орка кажется высеченным из самого сердца горы. Широченные плечи, могучая, рельефная грудь, твердые, как камень, мышцы живота... все его тело — гимн силе и битвам.

Свет от огня играет на его коже, задерживаясь в шрамах, намекающих на истории, которые я никогда не узнаю. И на его боку, как темное, трагическое клеймо, я снова вижу серое, безжизненное пятно Увядания, пугающе контрастирующее с живой, пульсирующей силой остального его тела.

В следующий миг Торук снова склоняется к моему телу.

Его губы, горячие и требовательные, прокладывают обжигающую дорожку поцелуев от моей шеи, через ключицы, к ложбинке между грудей.

Большая рука следует за поцелуями. Он накрывает мою грудь своей огромной, горячей ладонью, и я таю от этого властного, собственнического жеста.

Вниз…

Я уже тяжело дышу, мое тело горит, а внизу живота разрастается тугой, пульсирующий узел желания, требующий разрядки. Вплетаю пальцы в его жесткие волосы, сама не понимая, пытаюсь ли я оттолкнуть его или, наоборот, притянуть еще ближе.

Наконец, его голова оказывается между моих ног.

Я замираю, тело натягивается, как струна, от шока и дикого, невероятного предвкушения. Мир исчезает. Есть только его близость, горячее дыхание на самой чувствительной части моего тела.

Он касается языком пульсирующей точки.

Я вскрикиваю. Это не похоже ни на что, что я когда-либо испытывала. Волна чистого, незамутненного удовольствия пронзает меня, как молния, заставляя выгнуться дугой.

В этот самый момент он поднимает на меня взгляд.