Однажды в сказке: Мрак над Златоградом

Глава 7–1. Яга

Ведьма, достав с полки свёрнутую скатерть, ловким движением накрыла на стол. Поверх скатерти стали появляться блюдца с пряниками, мёдом, крендельками, а также самовар и кружки, из которых потянуло сладковатым и терпким травяным напитком.

− В ногах правды нет, садитесь за стол, я вас напою отменным отваром, заодно и силы поправите.

− Ты, Яга, зубы не заговаривай, не за этим мы сюда пришли!

Ясна, проголодавшаяся за время пути, жадно набросилась на угощение. Муромец, устыдившись своих слов, глядя на спутницу, тоже, присев на лавку, придвинул кружку к себе, нывшая рана на ноге требовала отдыха.

− Так вот, как-то давеча, недели три назад, Берендей ко мне объявился, − начала ведьма.

− Опять этот оборотень! − не выдержал витязь, уж больно часто стало мелькать его имя.

− Не перебивай, собьюсь! Так вот, приходит и говорит, мол, расскажи, как бы людям голову заморочить, чтобы они делали, что хотят. А тебе зачем, спрашиваю, чего задумал? Ну, думаю, с таким варевом обман людям учинить можно. А на кого подумают? Точно на Ягу все укажут! А мне зачем это?

− Ты по делу говори, старая!

− А я и говорю, значит. Деньги-то мне ни к чему, а вот он травку предложил, редкую очень, навь-трава называется. Она души из Нави позволяет в наш мир вытаскивать. Очень редкая травка. Я-то и соблазнилась.

−Темнишь, бабка, не так варево работало.

− От того и не так, что я специально туда гордынь-траву положила, чтобы злого не учудил.

− Обманула, значит?

− Схитрила! Этот олух, значит, большие деньги получит, а сам бездарь, каких искать надобно. Да и гордынь-трава тоже не возле дороги растёт, так что обмен на равных был.

− Уж не знаю, старая, хорошо ты поступила или плохо, расскажи лучше, что тут в лесу делается?

− А что тут делается? Сам видишь, сидишь тут, кровью обливаешься. Сверху не видно, а запах за версту стоит, того и жди, что скоро все волки здесь хороводить начнут.

− Ой, дядя Илья, ты ранен? Я сейчас! − отставив кружку, Ясна бросилась к полкам, собирая с них травы, отвары и всякие мази.

− Я не поняла, а ты чего это, белобрысая, тут по моим полкам лазишь, много ли клала туда?!

− Так лечить надо, а здесь все есть.

− А ты что же, ведаешь? − Яга смотрела на собранные Ясной средства.

− Да! В Громгоре училась, у самого Живомира. Дядя Илья, раздевайся!

− Давай, Илья, разлатывайся, посмотрим, что у тебя там.

− Ты что, Яга, лечить меня вздумала?

− Да вот сама диву себе даюсь, с чего бы это? Живее, или ждёшь, когда и вправду тут на твой запах стервятники прискачут? Заодно и посмотрим, что за знахари в Громгоре обитают.

Осмотрев раны витязя, обе знахарки охнули разом.

− Пойду Лешему пожалуюсь! Это если богатырей здесь так полосуют, что же тогда меня ждёт?

− Не в лесу это, в городе.

− Ох и нравы у городских стали, это за какие почести тебя так?

− Наверное, больше всех мне надо.

− Тогда, ладно. Раз больше всех надо, то больше всех и получай, − Яга, склонившись над ранами, добавила: − Василиса молодец, хорошая ученица, всё правильно сделала, если бы полежал денёк-другой, как новенький был бы. А это кто? А узнаю, из Селянино знахарка, имя её запамятовала.

− А ты что же, Василису учила?

− Живёте вместе, а жену не знаешь, раз секреты от мужа есть. Но коли она ничего не говорит, так и я не скажу. Давай, маленькая проныра, яви нам чудо громгорское от лучших знахарей полученное.

Ясна, показав бабке язык, принялась смешивать травы, поливать маслом, готовя необходимые для лечения снадобья.

Муромец, закрыв глаза, расслабился. Тело, свободное от доспехов, дышало, звонкий голосок девушки и ворчание старухи навевали мысли о доме. Знахарки спорили, ругались, а на душе витязя сейчас было спокойно.

− Да зачем же ты в масло звезду-цветок кидаешь, бестолочь! − ворчала Яга, недовольная работой девушки.

− Я правильно делаю, меня так учили! − не сдавалась Ясна уверенным голосом, отстаивая свою правоту.

− Чему могут научить эти бездари громгорские?! − настаивала на своём бабка.

− Ну а как, по-вашему, надо? − Ясна уже чуть не плакала от вопиющей несправедливости.

− Звезду-цветок поливать маслом надо!

− А какая разница?

− А такая! Что силы он в десять раз больше отдаст, тупица, только сбор переводишь зря, − поучала её Яга.

− Ой, и правда! − девушка, попробовав, была поражена полученным результатом.

− А я о чём говорю! Нахватаются вершков и мнят себя знахарями, гнать таких проныр надо в три шеи, и к людям не подпускать! Лучшие знахари громгорские, тьфу!

Ясна уже чуть не плакала от обиды, раскрасневшись, но, стиснув зубы, продолжала работу.

− Эй, лекари! Пока вы тут знания друг друга испытываете, хворый может и кровью истечь, лечить некого будет, − Муромец с улыбкой решил поднять настроение девушки.

− Сейчас, ещё немного, дядя Илья, уже готово всё, − улыбнулась девушка.

− Что лыбишься? Иди, мажь, раз сама вызвалась!

Зыркнув глазами на Ягу, девушка принялась обрабатывать раны Муромца.

Прикосновения рук девушки в душе витязя навеяли воспоминания о Василисе, которая также лечила его раны. Ему почудился дом, потрескивание очага, тихое шуршание Дедушки за печкой.

− Вот и всё, − затянув узелок на повязке, девушка убрала остатки снадобий на полки, вытерев стол и скамьи.

− Ну как? − Ясна посмотрела на Ягу, прося дать оценку проделанной работе.

− Для самоучки сойдёт. А Живомира я тогда прогнала, за лень и глупость, − поморщилась старая, махнув рукой.

Глаза Ясны заблестели, по всей видимости, такая оценка Яги её вполне устроила.

− Слушай, Яга, вот ты всё ведаешь, скажи, что про Жреца слышала или знаешь? Хочу понять, откуда на доспехах его воинов метка Кощея, а ещё я видел на шее, он клеймо кощеево ставит, что убивает предателя?

− А что тут удивительного? Кощей и Жрец свои силы из Нави черпают. Одного поля, значит, ягодки, вот и метки у них одинаковые проявляются.

− Но ведь и ты с Навью общаешься, а такой силы не имеешь?

− Потому как их сила чародейская, а моя знахарская, мы разного поля. А насчёт моей силы ты не сомневайся, − рот Яги расплылся в беззубой улыбке, − может, она больше Кощеевой будет.

− Тогда, может, ты знаешь? В Мраковнице пленные рассказывали, что мог Кощей людей призывать из иных миров, и были они силе Нави неподвластны, не подчиняла она их своей власти. Он их словом обращал, так они, пока Кощей людей силой давил, в кандалы их насаживали.

− А зачем тебе надобно?

− Доспех мой один, а в одиночку тяжко с силой Нави бороться. Нам бы вдвоём сподручнее, да если ещё Добрыня с Кладенцом, то Жреца гораздо легче одолеем. Ведь если у них с Кощеем силы из одного источника, то и боятся они должны одного и того же.

− Верно, мыслишь, Илья, так, а чего ты хочешь?

− Воин мне нужен, из другого мира, чтобы сила кощеева власть над ним не имела.

− Я могу достать душу из Нави, она единая для всех, там и иномирцев полно, а вот с телом для души тяжко будет.

− А что с ним?

− Тело родиться должно и вырасти. Вот, могу душу в девчонку поместить, она родит, и будет тебе богатырь, − Яга посмотрела на девушку, которая от её слов стала красная как рак, спрятавшись за Муромца.

− Да ты что, ведьма, не тронь девчонку! Не смотри, что я без доспеха, силушки у меня хватает, вмиг образумлю.

− Смотрите-ка, а? Пришли тут, помочь просят, а потом угрожают, что не так! Может, съесть вас, а? − ведьма хищно посмотрела на Ясну, − вкусная, наверное, девчонка-то! − теперь лицо девушки стало белее снега.

− Слушай, Яга, я ведь действительно могу огорчить. Мы ведь не шутки шутим, ты думаешь, отсидишься здесь в лесу? Жрец мир в бараний рог согнёт и Лешего на колени поставит, людей изведёт, кому твоё знахарство нужно будет? Тебе даже приткнуться негде будет.

− Ладно, ладно, уж больно с гонором девчонка, да и костлявая, всё поперёк горла вставать будет, никакого удовольствия.

− Яга!

− А я и говорю, есть один способ, но я им не пользовалась, не было надобности, да и хороший результат обещать не могу. Правда, давно руки чешутся, для этого и навь-трава понадобилась. Тяжело её раздобыть нынче.

− Тогда делай, давай!

− Вот так, прямо сейчас?

− Ну, можно конца мира обождать.

− Так, а зачем он тогда нужен будет, воин-то? − не поняла бабка.

− Вот и я о том.

− Хорошо, я попробую. Только не мешать мне!

Яга, поднявшись со скамьи, сдёрнула скатерть со стола, даже не убрав посуду, впрочем, та исчезла, даже не упав. Не обращая внимания на людей, она с озабоченным видом пододвинула стол к котлу и начала выставлять в определённой последовательности снадобья. Попутно проверяя и пересчитывая, иногда, замирая в задумчивости, она меняла их местами.

Вскоре все приготовления ведьмы были закончены, и она, подойдя к котлу, начала водить руками, бормоча что-то себе под нос. Муромец стоял возле неё, а Ясна пряталась за его спиной, выглядывая из-за любопытства.

Вода в котле покрылась дымкой и засветилась зелёным светом. Под её поверхностью появились прозрачные головы людей, стоявших плотно друг к другу.

− Что это? − девушка смотрела на происходящее с удивлёнными глазами, видя такое впервые.

− Это души Нави, − пояснил ей Муромец, смотря на происходящее сосредоточенно.

Ведьма, запустив руки в чан, трогала головы людей, при этом закрывая глаза. Её губы шевелились, повторяя какие-то слова, но их не было слышно.

− Не тот… не тот… не тот… − проверив одного, она смещала руку и трогала голову другого.

Это продолжалось достаточно долго, и путники порядком утомились, ожидая окончания.

− Яга, ты чего там копаешься? − не выдержал Муромец.

− Молчи, окаянный, чего под руку говоришь, испортить хочешь? Тебе и воин нужен, и не от мира сего, думаешь, на них там всё написано? Мне в каждую душу залезть надобно, чтобы узнать.

− Дядя Илья не окаянный! Не говорите на него так, а не то сама прокляну! − заступилась за витязя девушка.

− Чего?! − Яга замерла, уставившись на девушку округлившимися глазами.

− О-ой! − испугавшись, Ясна спряталась за спину витязя.

− Проклятье она нашлёт, ха-ха! − усмехнувшись, ведьма продолжив своё занятие. − Проклиная, платишь частью своей жизни. Проклятье снять можно, а жизнь не вернёшь. Вот, кажется, нашла! − ведьма, схватив выбранную ею душу за голову, выдернула её из общей массы.

Вода в котле стала прозрачной, и видно было, как душа человека плавает, сгорбившись, как новорождённый ребёнок.

Дальше руки ведьмы замелькали с невероятной скоростью: она подхватывала крынки, мешочки, засыпая в воду их содержимое в определённой последовательности.

Заглянув в котёл, Ясна отпрянула, прикрыв рот рукой. В воде появился скелет, его кости утолщались, дальше начали формироваться внутренности, сухожилия, мышцы, всё это росло, пульсировало, покрываясь кожей.

− Всё готово, доставай! − крикнула она Муромцу, оповещая об окончании работы.