Охота на жену

70. Несчастная любовь?

Дверь открывает Анна в красивом праздничном платье, на удивление, даже без кухонного полотенца в руках.

— Здравствуйте! Танечка и… — радостно и слегка смущённо произносит она, глядя во все глаза на моего спутника.

— Это Сергей, — представляю я его. — А это Анна, супруга моего отца.

— Очень приятно, Сергей!

— Взаимно, Анна.

Серёжа — сама элегантность. Украдкой любуюсь им. Кто бы мог подумать, что тот парень, которого я любила в юности, когда-нибудь станет таким.

В прихожую маленьким ураганом врываются дети.

— Таня! Таня! — тут же облепляют они меня, не обращая никакого внимания на моего жениха. Им до него вообще нет дела.

— Привет, котята, — целую я всех по очереди, наклоняясь к светлым макушкам. — Какие вы сегодня все красивые, нарядные! Ну привет, именинница, — присаживаюсь на корточки напротив Лизоньки и легонько стискиваю в руках её маленькие ладошки.

И вдруг осознаю, что, наверное, впервые в жизни, глядя на чистые детские лица, я не испытываю ни грамма вины. Перед тем ребёнком, которого должна была привести в этот мир. Но сильно подвела. Кажется, я наконец себя за это простила.

— Лиза, Люба, Семён, а ну отошли от тёти Тани, дайте ей хотя бы разуться! — слышится издалека командный тон, и вскоре в прихожей появляется Арина. И тут же смущается, заметив на Сергея. — Здравствуйте…

Я так же представляю их друг другу, отмечая про себя, что Анна с Ариной находятся под сильным впечатлением от знакомства с моим женихом. Что доставляет мне некоторое удовольствие. Наверное, мои родственницы уже и надежду потеряли, что я хоть кого-нибудь смогу себе найти, и никак не ожидали, что однажды заявлюсь на семейный ужин с таким интересным молодым мужчиной.

Сергей, как обычно, выглядит очень круто. На стиле, одет с иголочки, но даже не это главное. Его осанка, манера держаться, взгляд — вот что в первую очередь производит эффект. Мать и дочь разглядывают его с застывшим восторгом в глазах, словно диковинный экспонат в музее.

— Значит, ты именинница? — обращается Серёжа к Лизоньке, будто и не замечая к себе повышенного внимания женщин.

Малышка довольно кивает:

— Да!

— Тогда вот, держи свой подарок. — Любимый протягивает ей коробку с приставкой.

— Ой, это же… Ух ты!

— Вау! — Племянники облепляют сестру и едва ли не подпрыгивают от восторга. Наш с Сергеем подарок вызывает у них целую бурю эмоций.

— Это же тот самый новый владелец ресторана, которого на папином юбилее нам представил его знакомый? — изумлённо шепчет мне Арина, пока все отвлеклись на детей.

— Угу, — с улыбкой подтверждаю я.

Последним поприветствовать гостей в прихожую выходит отец. Да так и замирает на пороге, увидев, кого я привела на день рождения сестры в качестве своего жениха.

Я беру Серёжу за руку и с вызовом смотрю папе в глаза. Снова чувствуя себя маленькой девочкой, будто вернулась в прошлое. До ужаса боюсь, что мой суровый родитель может нагрубить моему любимому парню.

Но отец, отмерев наконец, подходит к нам и вполне дружелюбно произносит:

— Здравствуй, Сергей. Добро пожаловать в мой дом. — И протягивает ему ладонь для рукопожатия.

У меня словно камень падает с души. Но ненадолго.

— Здравствуйте, Пётр Эдуардович. Спасибо, — сдержанно отвечает Серёжа, пожимая руку отцу. Лицо любимого при этом не выражает никаких эмоций. Взгляд холодный, чужой.

И я понимаю в эту минуту, что ничего не забыто. Сергей не из тех, кто легко прощает старые обиды. И если мне достаточно знать, что папа пересмотрел свои взгляды и сожалеет о том, как поступил в прошлом, то для Серёжи этого слишком мало.

Нас провожают в гостиную, и все усаживаются за празднично накрытый стол. Разговор никак не ладится. В воздухе витает полнейшая неловкость. Мужчины молчат, будто воды в рот набрали. Анна суетится, слишком навязчиво предлагая всем пробовать разные угощения.

Только детям всё нипочём. Они ничего не замечают. Резвятся, не хотят сидеть на месте, то и дело выскакивают из-за стола и начинают носиться вокруг. Арине стоит больших усилий убедить их оставить баловство и сесть обратно. Но сорванцы, быстро похватав еду со своих тарелок, начинают упрашивать родителей отпустить их наверх, в детскую, ведь им так не терпится опробовать подаренную Лизе приставку. В три голоса канючат у отца, чтобы тот подключил её. К слову, долго уговаривать его не пришлось. Папа, наверное, даже обрадовался шансу по уважительной причине ускользнуть из гостиной.

И вскоре мы с Серёжей остаёмся за столом только в компании Арины и Анны. Выпив по бокалу вина и немного захмелев, мои родственницы становятся смелее и начинают наперебой задавать Сергею разные вопросы.

— А как вы познакомились с Таней? — спрашивает Анна.

— Ещё в школе. Она была моей учительницей.

— Надо же! Это в каком же году?

— Примерно семь лет назад.

— Выходит, Таня старше вас? А сколько вам лет?

— У нас с Таней небольшая разница. Я младше её на год с небольшим.

— А чем вы занимаетесь, Сергей? — это уже Арина.

— У меня отель и несколько ресторанов в городе.

— А что означает ваша татуировка? — снова Арина.

— Ничего не означает. Просто картинка.

— Но почему именно змея? Вам нравятся эти животные? — Анна.

— Нет. У меня раньше на этом месте был другой рисунок. Нужно было чем-то его закрыть. И я выбрал в альбоме у мастера первый попавшийся эскиз, который показался мне крутым.

— А что вы хотели закрыть, если не секрет?

— Имя девушки.

Многозначительно переглянувшись, Анна с Ариной начинают смотреть на Сергея и вовсе с каким-то благоговением.

— Несчастная любовь? — с выражением искреннего сожаления на лице, спрашивает его моя сводная сестра.

Серёжа поворачивает голову ко мне. Берёт за руку под столом. Сжимает её. И смотрит в глаза так, что сердце на мгновение замирает в груди.

— Ну почему же, — задумчиво произносит он, не отрывая глаз от моего лица. — Счастливая. Просто я тогда ещё об этом не знал.

— Ах, так это имя Тани у вас было наколото⁈ — ошеломлённо высказывает догадку Анна.

Сергей ничего ей не отвечает, продолжая пристально смотреть мне в глаза.

— Ты что, сделал себе татуировку с моим именем? — тихо переспрашиваю я. Не в силах поверить в это.

Мой жених криво ухмыляется одним уголком губ. В его глазах на секунду мелькает что-то такое… колючее. Насмешка, жестокость, лёд. Или это отголоски старой боли.

И тут же лавина сомнений обрушивается на мою голову. С чего я взяла, что он сказал правду по поводу этой татуировки? Может, Серёжа просто пошутил? Решил посмеяться над впечатлительными женщинами, и все, включая меня, купились на его сказку…

Или если его рассказ — правда, с чего я взяла, что речь о моём имени? Может, у Сергея была другая любовь? После меня.

От такого предположения делается ещё хуже. Хочется просто умереть.

— Да. Вот здесь, под этой коброй, у меня написано «Таня», — не отрывая взгляда от моих глаз, показывает Сергей, рисуя указательным пальцем очертания букв на своей шее.

У меня по коже бегут мурашки.