Охота на жену

75. Это справедливо

Наверное, не стоило мне так… про расставание. У Сергея такой взгляд, что хоть стекло режь. Кажется, мои слова очень сильно его задели. Но я ляпнула это сгоряча. И назад пути уже нет.

— Ну хорошо, — произносит он спустя целую вечность, нарушая молчание. — Пять минут тебе на сборы. Жду в машине.

Коротко киваю. И тотчас уношусь наверх. Судорожно натягиваю на себя джинсы, футболку, трясущимися от спешки руками собираю волосы в хвост. Поздно соображая, что, может, Сергей меня обманул. Специально отправил одеваться, чтобы в это время уехать одному, как и хотел.

Но нет.

Когда я пулей вылетаю на улицу, с внешней стороны ворот действительно стоит машина с заведённым двигателем. Яркий свет её фар разрезает кромешную тьму. Мелькает мысль, что я ведь так и не посмотрела время. Говорят, темнее всего перед рассветом. Надеюсь, скоро эта зловещая ночь рассеется.

Очевидно, заметив в окно моё приближение, Сергей выходит из автомобиля. С каменным лицом открывает мне заднюю дверь. Подаёт руку, помогая забраться в салон. Сам садится рядом.

Оказывается, мы поедем не одни. Водительское и переднее пассажирское сидения занимают незнакомые мне мужчины. Наверное, охрана.

Чувствую себя глупо. Не ожидала, что у нас будет компания. Хотя с чего я взяла, что Сергей собрался ехать один?

Машина трогается с места и плавно несёт нас навстречу неизвестности. В салоне висит гнетущая тишина. Мне с трудом удаётся сохранять внешнее спокойствие, потому что внутри я вся как на иголках. Серёжа делает вид, будто забыл о моём существовании. Хотя, может, и правда забыл. Для него эта встреча тоже событие не из приятных. Даже представить сложно, что он сейчас чувствует. Вот бы заглянуть в его голову и прочитать мысли… Наверняка ему очень тяжело.

Так хочется его поддержать. Взять за руку, стиснусь её своей ладонью. Посмотреть в глаза. Сказать, что я рядом. Что люблю его. И всё будет хорошо.

Но Сергей выглядит настолько чужим и холодным, от него исходит настолько давящая энергетика, что я так и не осмеливаюсь пошевелиться. Или произнести хоть слово. Тело словно налилось свинцом, а язык к нёбу прилип.

Из-за дикого волнения дорога пролетает как один миг. Мы приезжаем на какой-то заброшенный пустырь за городом. Рядом ни домов, ни деревьев — ничего на ближайшие несколько километров вокруг. Почти одновременно с нами с противоположной стороны появляется ещё одна машина. Она останавливается на довольно большом расстоянии. Гасит фары, ещё через минуту открывается дверь со стороны водителя, и оттуда выходит человек. Мужчина. Он обходит капот, поднимает руки вверх и поворачивается к нам лицом. Как раз под свет от фар автомобиля, в котором сидим мы. И становится видно, что это Рома.

Сергей делает знак нашему водителю, и тот медленно подъезжает ближе к парню. Он так и продолжает стоять с поднятыми руками, ладонями наружу. Второй сопровождающий нас мужчина выходит из машины и бесстрашно подходит к Роману. Сначала заглядывает в машину, на которой тот приехал. Потом отточенными движениями ощупывает его пиджак, брюки на предмет оружия. Вскоре, очевидно, удовлетворившись результатами досмотра, возвращается в автомобиль на своё прежнее место, а Рома, наконец, опускает руки.

— Сдай назад метров на сто, — бросает Сергей водителю.

Тот кивает, после чего Серёжа выходит из машины. Не сказав мне ни слова. И даже не глянув в мою сторону.

А я всё ещё не могу пошевелиться, и понятия не имею, что делать. Чувствую себя лишней, неуместной. И в то же время головой понимаю — происходящее касается и меня тоже.

И лишь когда водитель переключает рычаг коробки передач и машина начинает плавно катиться назад, я отмираю.

— Подождите, я тоже выйду. — Мой голос больше напоминает писк. Но на удивление мужчина слышит мою просьбу, и даже тут же исполняет её, уверенно затормозив.

Когда я неуклюже покидаю салон, автомобиль снова трогается с места, продолжая движение назад. Оставляя нас троих наедине.

Мужчины стоят друг напротив друга на расстоянии нескольких шагов. Сергей по-прежнему не замечает меня, а Рома сразу переводит взгляд. Но лишь на мгновение. Ночь всё ещё темна, и я не могу уловить, какие эмоции выражает его лицо. Но мне мерещится, будто Рома совершенно спокоен.

Мне ничего не остаётся, как подойти и встать рядом с Сергеем. Лишь на полшага позади. Словно его тень.

На улице довольно прохладно. Моя разгорячённая от переживаний кожа мгновенно покрывается мурашками при первом же порыве ветра. Но риск простудиться — меньшее из того, что волнует меня сейчас. Я даже не пытаюсь как-то себя согреть, разглядывая человека напротив.

Симпатичного парня, который казался таким добрым. И даже чутким. В голове не укладывается, как он мог так поступить.

Молчание начинает затягиваться, и мне кажется, что ещё чуть-чуть, и давление ситуации сведёт меня с ума. Но я терплю.

— Где Поля? — наконец, задает вопрос Сергей. Его голос со стороны мог бы показаться равнодушным, но я чувствую, что в нём таится настоящая ярость. Которую любимый сдерживает изо всех сил. Но зная его, в любой момент может рвануть.

— Она уехала из города, — надтреснутым голосом отвечает Роман.

И я понимаю, что ошиблась, и его эмоции тоже очень далеки от спокойствия. Только, в отличие от Сергея, это уже не ярость. А что-то совершенно другое. Что-то очень сильно напоминающее… боль.

— Зачем? — тем же безразличным тоном интересуется Сергей.

— На всякий случай.

— На какой случай?

— На случай, если ты решишь отплатить мне той же монетой.

Вижу, как профиль любимого с презрением кривится.

— Я не такая мразь, как ты.

— Я тоже не мразь. Просто у меня не было выбора, — тихо отвечает Рома.

— Выбор есть всегда.

— Если бы я был мразью, разве приехал бы к тебе добровольно? Я бы лучше с Полей укатил, и поверь, ты бы нас никогда не нашёл.

— Да что ты говоришь, — цедит сквозь зубы Серёжа. — И ты решил, я тебе всё прощу?

— Нет. Просто выслушай.

— Говори.

— Они держали её в заложниках. Сказали — один мой неверный шаг, одно неловкое движение, и… А как бы ты поступил на моём месте? — внезапно срывается Рома на крик. — Кого бы ты выбрал? Её, — не глядя, тычет в меня пальцем, — или мою Полю? Ты её, — снова пренебрежительный тычок пальцем в мою сторону, — без году неделю знаешь! А мы с Полей со школы вместе! Она беременна, понимаешь?

Даже в темноте я вижу, как ходят желваки на лице Сергея. Как напряжённо сжимается и разжимается его рука в кулак.

— Неужели ты думаешь, что я мог твою Полинку отдать на растерзание ублюдкам? — вкрадчиво интересуется он, сверля Романа немигающим взглядом. — По себе судишь, по ходу, да? Неужели ты думаешь, я бы не перевернул этот город вверх дном, чтобы вытащить её? Если бы ты только мне всё рассказал.

— Да не было времени город переворачивать! — ещё сильнее повышает голос Рома. — Даже подумать толком времени не было! Ты не забыл, они и тебе всего час дали, чтобы девушке твоей жизнь сохранить!

— И ты, гнида, всё знал! — Сергей тоже теряет самообладание. — Прикидывался невинной овцой, рвался со мной ехать Таню спасать! Такой актёрище, оказывается, у меня всё это время под боком был, а я и не знал! Жаль, что вшивой крысой оказался.

— Я не притворялся. Ты мне, конечно, не поверишь, но я до последнего надеялся, что ещё получится тебя спасти. Не дай бог тебе никогда оказаться перед таким выбором.

— Хуй с тобой. Я одного не понимаю. Ты зачем из норы своей вылез? Неужели думал, что после твоих сопливых раскаяний я тебя прощу?

— Я и не собирался раскаиваться.

— Тогда тем более я не понимаю. Почему действительно было не свалить куда-нибудь подальше вместе со своей Полинкой? Думаешь, у меня рука не поднимется оставить её ребёнка без отца?

— Я оставил им достаточно денег. Понимая, что скорее всего не вернусь.

— И в чём прикол, Рома? Ты чё, суицидник?

— Просто не могу я так. Не крыса я. Мне необходимо было в лицо тебе это сказать.

— Ну что, сказал? Молодец, чё.

Сергей достаёт пистолет из-под пиджака, и я резко втягиваю в себя воздух, лишь в этот момент осознавая, что всё это время практически не дышала.

— Серёжа, ты что задумал? — мой голос снова похож на писк. И на этот раз, кажется, никто и вправду не услышал его.

Сергей подходит к Роману и протягивает ему оружие рукояткой вперёд. Тот выглядит озадаченным. Но после небольшого промедления всё-таки забирает пистолет.

Я перестаю что-либо понимать. Но когда Сергей возвращается на своё прежнее место рядом со мной, голову посещает страшная догадка.

— Серёж, что происходит? — с нарастающей в груди тревогой спрашиваю я. — Зачем ты дал ему пистолет?

Но на меня по-прежнему не обращают никакого внимания.

— Ты знаешь, что с этим делать, — вместо этого сухим тоном обращается Сергей к Роману.

— Нет! — громко вскрикиваю я, ошарашенная происходящим. — Не надо, Рома, не вздумай!

Неосознанно делаю шаг к Роману, но в этот же миг меня поперёк талии перехватывает рука Сергея и впечатывает спиной в его твёрдую грудь.

У меня случается истерика.

— Серёжа, ты что творишь⁈ Забери у него пистолет! Разве ты не слышал, он ведь тоже жертва! Зачем это всё, скажи, чтобы он не валял дурака!

Рука на моём животе стискивает меня ещё сильнее, практически лишая кислорода.

— Ты вроде не ребёнок, да? — звучит над самым ухом злой голос Сергея. Он впервые обратился ко мне с тех пор, как мы выехали из дома. — Сама захотела присутствовать, так смотри!

— Рома, ты ведь не сделаешь этого? Не надо, умоляю тебя! — отчаянно прошу я срывающимся голосом.

— Всё нормально, Таня, — спокойно отвечает Роман. — Это… справедливо. Наверное.

Мне становится дурно, больше не могу ничего сказать. По затылку бегают противные мурашки, ноги стремительно слабеют. Я бы наверняка рухнула в обморок, если бы безжалостная рука Сергея не удерживала моё тело в вертикальном положении.

И ничего не спасает меня от жуткого зрелища.

Рома медленно поднимает руку с пистолетом и приставляет дуло к виску. Зажмуривается. И нажимает на спусковой крючок.