Прости, умри, воскресни.

16

Этэри водила ладошки друг над другом, словно шарик катала до тех пор, пока не ощутила тепло. Между руками как будто образовался твердый шарик, который она перекатывала в ладонях. Этэри поняла, чем больше она напрягается, тем хуже у нее получается выполнять упражнение. Девочке быстро пришло понимание, что все делать надо легко и непринужденно. Так, словно для тебя это естественное занятие. Как стать у мойки и вымыть тарелки. Только надо захотеть что-то сделать.

Свет пробился сквозь пухлые пальчики. Этэри вздрогнула и часто задышала. Это было очень страшно. Пири Рейс подстраховывал, держа руки рядом и неустанно хвалил.

— Твои ладони, — говорил он размеренно и успокаивающе, своим гипнотическим голосом, — это цветок лотоса. Раскрой лепестки, и ты увидишь кто сидит внутри. Это твой друг. Твой помощник и защитник. Отныне вы вместе навсегда. Ну же смелее, богиня неба и звезд. Пробуди его.

Этэри раскрыла ладони и на них действительно распустился полупрозрачный розовый лотос. На толстой желтой коробочке сидела и поправляла крылышки полосатая желто-черная сколия.

— А-а-а-а, — замерла на вдохе Этэри.

Насекомое, что родилось только что от ее магии было самым совершенным существом, которое она видела в своей жизни.

— Я так и думал, — одобрительно кивал головой в тюрбане Пири Рейс, — ты царевна самый сильный маг из всех магов на нашей земле. Я мало встречал магов чистой энергии, но ни у кого из них не было дэймона хищного насекомого. Сколия — самое опасное магическое насекомое. Хуже ее нет. Ты архимаг. Намного сильнее меня. Вот это да!

Выдохнул Пири Рейс восторженно и захлопал в ладоши.

— Может хочешь похвастать успехами перед кем-нибудь.

Но Этэри не привыкшая к похвалам и высоким речам лишь отрицательно покачала головой. На самом деле она и не совсем поняла, что сейчас сказал про нее маг. Так была поглощена рассматриванием своей сколии и мало что слушала.

— А это мальчик или девочка?

Вот это сейчас больше волновало царевну. Что понравилось Пири Рейсу. Этэри не проявила себя как властолюбивая и амбициозная царевна. Она просто любовалась своим творением.

— Сама и узнай.

— А имя, — нервничала Этэри, — имя я могу ей дать?

— Ну, конечно.

Сколия уже расправила крылышки и стала ползать по ладоням Этэри. Призрачный цветок лотоса медленно исчезал.

— Она, — захлебывалась от восхищения Этэри, — такая же красивая как мой папа и Эдвард.

Пири Рейс лишь потрясывал тюрбаном, выпучивал глаза и поднимал брови вверх. Но не мешал девочке знакомиться со свой питомицей. Первый контакт он всегда такой волнительный.

— Я назову тебя Лина, можно?

Этэри боязливо глянула на мага в ожидании разрешения. Тот лишь пожал плечами, показывая, что девочка властна сама выбирать.

— Лина, — ворковала Этэри, — моя Лина. Я познакомлю тебя с одной проказницей. Это божья коровка. Она такая же красивая, как и ты, Лина. Вы будете лучшими подругами.

Этэри справилась со своей первой магией первоклассно. Пири Рейс не сомневался в ее успехе в дальнейшем обучении. Однако о впечатляющих результатах царевны решил не полностью докладывать царю Филиппу.

Восточная мудрость и хитрость подсказывали, что всегда нужно иметь туза в рукаве. Тем более сердечные дела ученика его лучшего друга Грааса фон Горица так и могли остаться только его бедой.

Эдвард и Этэри нравятся друг другу. Но узнай царь Филипп кто его младшая дочь, ценник вырастет до таких высот, что Эдварду тут ничего больше не светит, как говорится в одной грубой пословице. А Пири Рейс в данной ситуации работал на царя Филиппа, но преследовал интересы Герцога Эдварда Гессен Эденбургского. Принца из далекой могущественной северной страны под названием Мальборк. Пири Рейс был предприимчивым и изобретательным магом. Получать вознаграждения от двух великих правителей гораздо выгоднее, чем работать на одного.

Спустя пять дней Этэри стояла на пирсе и провожала в далекий путь домой Эдварда. Молодые люди сдружились и хорошо ладили между собой. На что неустанно, но ненавязчиво указывал царю Филиппу Пири Рейс. Царь все видел и втайне радовался этому союзу. По его мнению, принц Эдвард хорошо подходил на роль будущего жениха для Этэри.

Всего через два года малышка станет царевной невестой и со всего мира потянутся претенденты на ее руку. Дети бастарды вполне годны для неплохих коммерческих союзов. И тем крепки и надежны эти связи, если у молодых есть лад.

— Я тебе иногда буду писать, можно? — спрашивал у Этэри разрешение на письма Эдвард.

— Их будут читать все кому не лень, ты же знаешь, — отвечала Этэри.

— А что делать?

Эдвард не выдержал сердечного пыла и все как есть рассказал Этэри. Но девочка не посмеялась над его чувствами. Приняла как должное. Она сама не скрывала, что парень ей симпатичен. Конечно, это не был жар страсти и нетерпение любви. Этэри всего четырнадцать исполнилось и ей еще гораздо интереснее было побегать босиком по крышам и погонять беспокойных чаек.

Но рядом с Эдвардом было хорошо и весело. С ним всегда находились темы для бесед. И даже уже появилась своя маленькая тайна. Ребята весь вечер накануне отъезда принца просидели над таинственной картой изучая ее. Любопытство подогревалось еще тем, что маршрут по карте вел по суше в самые горные ущелья. Путь был извилист и запутан.

— Я вот думаю и не пойму.

Рассуждала Этэри в полголоса, глядя как матросы бегают по палубе готовящегося к отплытию судна. Марсовый уже забирался по вантам на грот-мачту. Эдвард следил за его передвижениями, медленно поднимая голову.

— Что?

— Почему линия пути так странно была нарисована. Не шутки ли это? Или шарада какая магическая, — водила пальчиком по крышке бочки Этэри.

Ее очень волновала эта загадка. Она наклонилась и из пожарного ящика достала пару горстей сухого песка. Рассыпала по крышке и нарисовала сильно извилистую линию.

— Вот что за блажь идти прямо, — оставляла она на песке след пальцем. — а затем зачем-то развернуться и пойти обратно. А потом снова вернуться. И вот так туда-сюда, туда-сюда. Там какая-то ловушка, затуманивающая разум?

Матрос зацепился за мачту и по веревочным лестницам, окутывающим весь парусник обошел мачту пару раз по кругу, все поднимаясь вверх. Этэри не отрывала глаз от своего незамысловатого чертежа. А Эдвард, наоборот, засмотрелся на юркого паренька марсового. Он уже практически добрался до своего вороньего гнезда, где ему предстояло нести вахту.

— А что если.

Пришла ему на ум одна идея и Эдвард над всем зигзагом Этэри начертил огромный шалаш.

— Что это? — округлила от удивления глаза Этэри.

— Гора, — наклонился ближе к уху Этэри Эдвард и заговорил шепотом, — а тропа идет по перевалу, поднимаясь все выше и выше в гору.

— Значит так обозначаются участки подъема или спуска с горных вершин, — догадалась Этэри и тоже зашептала взволнованно. Вот интересно, куда ведет эта дорога? Наверняка в пещеру ведьмы дождя.

Невдалеке стояли царь Филипп и граф Граас фон Гориц. Теперь неизменный Пири Рейс в своем белоснежном тюрбане находился всегда где-то рядом. Он хвалил успехи царевны Этэри и Филиппу это нравилось. Икар стоял, как всегда, по правую руку от Филиппа и глаз не сводил с молодежи, так увлеченно что-то рисующее на крышке бочки. Не сводили глаз с них и все остальные.

— Могу ли я, — сухо скрипел фон Гориц, — обнадежить своего короля в том, что у него есть надежда на успешный союз между нашими государствами?

— Обязательные процедуры все же должны быть соблюдены, — ответил царь Филипп, — однако доложите королю Людовику Эдинбургскому, что союз с ним принесет нам обоим много выгоды.

Граф скрипнул еще раз и отвесил Филиппу легкий поклон, означающий высшую степень удовлетворения ответом. Икар сузил свои пронзительные глаза. Он был уже так стар, что переходил уже к дряхлости. В ногах и руках все меньше сил, а в голове все больше тумана. Его единственная отрада и смысл — маленькая Этэри. Хватит ли ему сил дожить до того момента, когда он со спокойным сердцем положит ее руку в крепкую ладонь молодого принца? Икар видел, что этот юноша надежный и верный. Этэри с ним будет под защитой. Но надо протянуть еще шесть лет, а сил жить все меньше и меньше.

— Однажды мы это проверим, — заговорщицки шептал Эдвард, — ты главное надежно прячь карту.

Этэри сузила глазки и пристально посмотрела на Эдварда, не шутит ли? По его взгляду было видно, что нет. Она никогда не откажется от такого заманчивого предложения.

— Уж будь уверен.

Кивнула она головой и оба внезапно рассмеялись.

— Ваше высочество! — раздался голос графа Грааса.

— Мне пора, — тут же поправил на себе камзол Эдвард, — я приеду через два года.

— Свои письма клади в его конверт, когда он пишет Пири Рейсу, — указала глазами на Грааса Этэри. — так я получу от тебя весточку без лишних глаз.

— Отличная идея, — расплылся в улыбке Эдвард, — а ты мне напишешь?

— Если Пири Рейс ответит на письмо своего друга.

Эдвард протянул Этери руку, и она по-дружески пожала ее широко и весело улыбаясь. Странная штука любовь случилась с Этэри. Парень ей нравился, и она ему. Но отчего-то она не смущалась и не краснела, и не терялась. Это внутри беспокоило девочку. Она столько книжек прочла про чувства, что переживала, а у нее они правильные?

Два следующих года прошли как в сказке. Этэри много училась и весело проводила время. Но еще больше она ждала возвращения сестры. И вот уже две недели город готовится к возвращению царевны наследницы.

Этери сама не своя носилась везде, где это возможно. За прошедшее время Лина прислала сестре от силы пару коротких посланий. Информации в них было ноль. Только то что она скучает по дому и много учится. И все. Это озадачивало малышку царевну. Лина ничего не писала о том, как ей живется в дальних странах и какие они. Также она ни словом не обмолвилась о том, как складываются отношения с ее будущим супругом. Понравились ли они друг другу?

И вот прибывшие спустились с кораблей и направились ко дворцу. Как не волновался царь Филипп, но правила есть правила. Он еле сидел на троне и ждал, когда же увидит свою повзрослевшую и похорошевшую наследницу.

Три долгих часа шла процессия из гостей и купцов, дипломатов и дельцов. Приветственные речи, дорогие дары, приглашения на предстоящие переговоры и на торжества, устроенные по всему городу в честь прибывшей с обучения царевны и ее будущего супруга.

Этэри заняла выгодное положение под самым потолком в огромной зале. Она сидела за тканевыми украшениями и не сводила глаз с прибывающих гостей. Что она, что царь ждали лишь одну самую дорогую гостью. Но Лина пристанет перед государем последней. Увы такие правила приема.

Этэри знала, что Эдвард не приедет как обещал. Он ей в последнем письме сообщил, что на ученьях получил серьезную травму ноги и плеча. И чтобы не остаться хромым, ему необходимо трудное лечение дома. Но прибудет в качестве кандидата на ее руку, когда сама Этэри отметит свое шестнадцатилетие. Уж это событие принц обещал не пропустить даже если не заживет плечо.

Маленькая царевна не сводила глаз, с распахнутых дверей. Когда же в них появится Лина? Прилетела и села на плечо сколия. Это был дэймон Этэри. Свою подружку, названную в честь сестры девушка послала на разведку.

— О-о-о! — затрепетала Этэри, услышав отчет дэймона, — аж руки запотели, — растерла она ладошки от волнения.

Царь Филипп прошелся взглядом по всей округе в поисках Этэри. За все время их отношения не продвинулись ни на шаг вперед. Он был консерватором во всем и сколько не намекал ему мудрый маг Пири Рейс, что законы и правила написаны людьми, Филипп так и не понял его.

Отец Эдварда принял сына и посадил рядом с собою на трон. И ему все равно было, что об этом скажут. Подавляющее большинство высокородных господ имеют бастардов. Побочные дети рождаются даже у некоторых высокородных дам.

Не все, но есть смельчаки, кому наплевать на мнение. Эти родители воспитывают всех своих детей в равных условиях и любви. Царь Филипп стеснялся своей единственной побочной дочери. Этэри уже многое понимала в законах бытия. Она оказалась отличной ученицей. А маг Пири Рейс превосходным преподавателем.

Однажды Филипп попросил ее присутствия на балу. Этэри согласилась, под давлением Икара, но царю не обязательно было об этом знать. Платье для торжества еще не было примерено ни разу, как пришло толстое письмо с четкими указаниями, как и где обязана находиться царевна. С кем имела право разговаривать, а с кем строго запрещалось заговаривать, если этот человек не заговорил первым.

Икар застал царевну за изучением этого свода строгих правил.

— Что это?

Взял со стола письмо старый вояка. Он увидел, что каждая страница подписана лично царем Филиппом и имеет гербовую печать.

— Вот как он уделяет мне время, — пробормотала Этэри, — какая честь! Нашел время подписать все эти листы.

Девушка смотрела на Икара все время, что тот читал послание. А когда он закончил сказала.

— Я туда пойду только ради тебя, папа.

Икар ничего ей не ответил. Он просто подошел к печи и засунул все листы письма в огонь. Этэри выскочила со стола, бросилась на шею отца и шумно расцеловала. На бал в назначенное время она не явилась. На вопрос царя, где Этэри, Икар ответил холодно и коротко: «Где-то тут. Забилась в отведенном для нее углу».

— Она обязана была предстать перед своим царем на поклон.

Тоже холодно ответил Филипп. Он был задет колким ответом опекуна его дочери. Икар в последние годы стал отстраненным и холодным и Филиппу это не нравилось.

Он даже в наказание уменьшил сумму выделенных средств на содержание царевны вдвое! Что было немыслимо в то время, как девушка растет, много учится и царскому отпрыску необходимо было достойно одеваться и питаться.

Филипп ждал Икара. Когда тот явится с претензией на уменьшение выделяемых средств. Но солдат не пришел. Рисковать и еще уменьшать выдаваемые деньги на Этэри Филипп не стал. Он побоялся, что Икар не явится с претензиями даже если он заставит старика наоборот выплачивать царю средства за то, что Этэри живет не во дворце, а у того в доме. Своего учителя Филипп любил и уважал, и побаивался. А также знал твердый и решительный характер. Поэтому он не решился больше ни на что.

— Согласно присланному своду предписаний, — криво ухмыльнулся неприятно Икар, — царевне Этэри не надлежит находиться среди высокородных чистокровных особей обоих полов в данной зоне торжественной залы. Она…

— Там не было так написано, — оборвал речь Икара царь, — не утрируй.

Икар криво ухмыльнулся и низко поклонился царю. Филиппа от этой усмешки и взгляда передернуло. Он сглотнул и решил больше не пререкаться с Икаром. Он понял, что Икар не на его стороне.

Упрек в трусости от второго старика было тяжело вынести. Вначале Пири Рейс имел наглость давать ему советы. Теперь взбунтовался Икар. Наверняка это он разрешил несносной девчонке не приходить на бал. Это уже попахивает заговором.

Во дворце явно создалась аппозиционная ячейка. По крайней мере два сильных человека находятся во главе. Икар и Пири Рейс пойдут за царевной Этэри. Любопытно к чему это может в итоге привести? Сидел на троне и раздумывал Филипп.

Глазами прошелся по верховым балкам и ничего не заметил. Хотя точно знал, что маленькая царевна ни за что не пропустит сегодняшнюю церемонию. Потому что приехала Лина. Но он не знал, что Этэри уже была обучена таким магическим вещам, что если сама не захочет, то ее никто не увидит, даже если будет смотреть на нее в упор. Пири Рейс свое дело знает хорошо. А Этэри — благодарная ученица все знания впитывает как губка и отлично применяет.