Прости, умри, воскресни.

23

Догадалась девушка и кинулась к Икару. Он был бледен как полотно. Ему срочно нужно было утолить жажду. Вокруг столько воды, а пить ее невозможно. Манжетка своим удушливым запахом выматывает путников и те умирают от жажды. Все сделано для того, чтобы не пересечь эту местность. Этэри топнула ногой и решительно посмотрела вниз.

— Сейчас, папа.

Сказала она и раздвинула заросли манжетки, глядя можно тут спуститься или нет.

— Ам, — зашевелился Икар, — что это, Этэри, девочка моя, это ты?

— Да, папа, — говорила Этэри. — это я. Сейчас тебе станет лучше.

— Что это?

— Ешь, папа, это малина. Тебе станет лучше, но ненадолго.

Как во сне, царевна нашла спуск. До бурной речушки добраться не было никакой возможности. Разве что кубарем вниз в самые пороги на верную погибель. Девушка нашла много кустов малины со свежими крупными ягодами. Быстро собрала урожай и забралась обратно. Разделила пополам всю малину.

— Спасительница моя, — кряхтел и поднимался Икар, — идем скорее, идем.

Когда вдали уже была видна граница желтого и зеленого даже идти стало веселее. Но сам путь становился все круче и труднее. Резкие подъемы преодолевались долго и тяжело. Этэри находила малину еще пару раз и без устали пробовала всю отвратительную на вкус воду, что попадалась на пути.

И вот ей повезло.

— Вода! — закричала она и буквально окунулась в спасительную влагу.

Икар напился и набрал свежую воду во фляги.

— Видать, — сидел он рядом на камне, — этот ручей пробился уже после наложенного проклятья на долину и оттого вода в нем не испорченная.

Этэри не могла напиться. Ее губы растрескались и на них даже выступила кровь. Во рту было гадостно и невкусно. Она пробовала и выплевывала воду, от которой все внутри горело и пекло.

— Все, — развалилась она спиной на камнях, — оставьте меня тут жить, — радовалась она спасению, — хорошо!

— Снимешь проклятье с земли, — тронул ее за плечо Икар, — и всем тут будет хорошо жить.

Этэри поднялась и села.

— Возможно ли это?

Она не хотела, чтобы Икар отвечал на ее вопрос, и он промолчал. Потому что сам не знал, возможно это и под силу кому-нибудь и какова цена? Жертвовать жизнью дочери ему не хотелось никак. Даже ради спасения земли. За много веков люди привыкли к воде, а новые поколения так и вовсе не знали, что значит жить на земле.

— Наконец это страшное место позади, — шла и не могла нарадоваться Этэри.

Старый солдат улыбался. Он плелся позади, опираясь на палку.

— А как вначале пути ты им была очарована.

Этэри обернулась и расхохоталась.

— Ну красиво же!

— Да, не все красивое безопасное. Так, — скомандовал Икар, — привал!

Он остановился между двух больших серых сиенитов. Древние камни много миллионов лет назад вышли из недр земли и грели теперь на солнышке свои твердые бока. Вся полянка вокруг была усыпана апельсиновыми крокусами. Этэри буквально припала к ним лицом и лежала прямо на траве.

— Мы достигли высокогорья, — говорил Икар, раскладывая вещи, — этот вид крокусов растет только на высокогорье.

— А что еще растет?

— Рододендрон.

Этэри стянула башмаки, забросила ноги на один из мегалитов и так лежала, запрокинув голову.

— Рододендрон, — медленно повторила она и повернулась к Икару, — а ты откуда знаешь столько горных трав?

— Я следопыт, дочка.

— А я думала солдат.

— И солдат. И следопыт. Я много чем занимался за свою долгую жизнь.

Этэри задумалась. Она никогда не интересовалась возрастом отца. Он для нее был самым главным, самым первым человеком в жизни. Она всех парней сразу начинала непроизвольно сравнивать с ним. И только Эдвард был почти так же красив как ее папа.

— А кто старше, — спросила она задумчиво, — ты или учитель?

Икар оглянулся по сторонам. Палку он приспособил как перекладину и уже успел перекинуть через нее полог.

— Хитрюга, — хохотнул он, — хочешь узнать, насколько я дряхлый старик?

— Что ты, папа, мне просто интересно. Ты у меня самый, самый лучший на свете.

Этэри извернулась и послала ему воздушный поцелуй. Она сорвала пучок зеленой травы и рассматривала его.

— Надо же какой интересный рододендрон, так похож на нашу простую траву.

— Суслик агроном! — выкрикнул Икар, — через полчаса ночь наступит. Это и есть простая трава. Рододендрон — это кустарник. И завтра тебе предстоит с ним очень плотно познакомиться. Посмотри вон туда.

Этэри встала и подошла к отцу. Он указывал прямо на вертикальную стену, сплошь поросшую густым высоким кустарником.

— Нет, — мотала она головой, — я туда не полезу. Это не реально туда подняться!

Она прокрутила маршрут карты в голове и там точно не было никакого рододендрона.

— Есть другая тропа, — сказала она, но старый вояка с нею не согласился.

— Три дня ты потратишь на тот переход. А это сократит наш путь до одного дня.

Этэри скосила глаза на отца.

— А откуда тебе это знать?

Но солдату на этот раз было не весело. Он отчего-то стал раздражительным и сердитым и не захотел отвечать на вопрос.

— Я когда-нибудь тебя подводил? Ответь?

— Нет, — совсем не понимала, что происходит царевна.

— Ну вот и закончили этот бессмысленный разговор.

Икар достал из сумки сухие травы и мелкий хворост. Тут на высокогорье кроме зеленой травы и крокусов вообще не было ничего больше. Сложил небольшой костерок.

— Побеги, дочка, вот туда и сорви несколько листочков рододендрона. Заварю на завтра. Он придает много сил и энергии. Она нам понадобиться на восхождение.

Царевна без лишних слов пошла, часто оглядываясь. Икар возился у костерка заваривая чай и даже не смотрел в ее сторону. Этэри нашла едва заметную тропку. Судя по найденному круглому навозу, это была тропа горных коз. Девушка прошла по ней, через ручей. Вода в нем была нормальной, что несказанно порадовало. Тропа довела к самой горе. Густой кустарник рододендрона имел интересные ветки и корни. Ветки были серые и тонкие. А корни были такие же тонкие и гибкие, только вишневого цвета. И все это переплелось между собой в густой непроходимый клубок.

Маленькая царевна проследила куда уходит тропа и заметила, что она ныряет прямо в заросли. Рододендрон оказался красивым и довольно приятным кустарником. Самое его главное качество, которое отметила Этэри, это то, что у него нет колючек. А за ветви и корни очень даже можно цепляться.

Белые сложные цветочки, приятно пахли. Девушка раздвинула ветки и ступая прямо по корням, сплошняком уложенным по земле, прошла дальше по тропке. Она вела вверх. Это была необычная дорога в три шага. Три шала, поворот, три шага, поворот. Этэри так незаметно для себя забралась достаточно высоко. Оглянулась и охнула от захватывающего дух вида. Вся долина прямо как на ладони. Это было потрясающе!

— Вот откуда, — заговорила она сама с собой, — на карте такие странные зигзаги. Эдвард прав. Это крутые подъемы на вершину. Ну или спуски.

Этэри нарвала продолговатых плотных листочков и сунула в сумочку. Внизу у камней суетился Икар. Он казался очень далеко и был таким крошечным человечком. А чуть дальше лежало озеро. Его путники совершенно не заметили, когда устроили стоянку у камней. А оно располагалось чуть дальше, но не было замечено из-за небольшого спуска. И озеро это было такой интересной формы. Оно было совершенно квадратным.

Этери замерла и любовалась сверху водоемом. Она впервые в жизни увидела настоящее озеро.

— Я назову тебя, — словно обращалась она к озеру, — «Квадратное» озеро, — торжественно проговорила вслух Этэри.

Она шла обратно. Ей стало весело и хорошо на душе. Царевна вспоминала о своем учителе Пири Рейсе. Он остался в столице Морского царства. Его помощь там бесценна. Он один из немногих магов, которым удается хоть чуть замедлить распространение эпидемии.

— Я открыла озеро!

Громко и радостно сказала Этэри и отдала Икару листья рододендрона. Солдат тут же бросил их в кипяток. Он успел заварить чай и подогреть еду. Огня было не много. Весь запас сушняка уже истратился.

— Я как Пири Рейс, открываю новое и даю ему название. Это так чудесно!

Икар протянул ей кружку.

— И где же оно? Твое озеро. И как ты его назвала?

— Квадратное озеро.

Свежий воздух трепал ее выбившиеся из прически волосы. Они забавными пружинками подпрыгивали во все стороны. Этэри ела свою порцию ужина и громко дула на горячий чай.

— Ну с фантазией у тебя всегда было не очень, — хмыкнул Икар.

— Но, папа! — возмутилась Этэри, — оно и правда совершенно квадратное! И оно совсем рядом. От нас буквально в ста шагах.

Икар обернулся в сторону, куда показывала царевна и сделала долгий глубокой вдох.

— И правда водой пахнет. Старый стал уже и не учуял.

— Я пойду искупнусь.

Этэри встала и пошла в сторону своего Квадратного озера. Икар смотрел ей в след.

— Ну, ну. В высокогорном-то озере. Попробуй.

Солдат стал готовить палатку ко сну. Огонек угас и вокруг сразу стало свежо. Солнца уже не было видно. Оно закатилось за вершины гор и только последние лучи, выбивавшиеся вверх еще освещали долину. Этэри уже неслась как ошпаренная обратно.

Он молча взял в руки тонкое шерстяное покрывало и стоял ее ждал. Она визжала и хохотала одновременно.

— Я обожглась! — подскочила она и упала.

Икар стал энергично растирать ее красные ноги.

— Ну хоть ума хватило не полностью плюхнуться в свое Квадратное озеро. Это тебе не море. Это земля, детка.

— Ох, какая чудесная земля!

Вздыхала Этэри и дергала ногами, на которые Икар уже натягивал теплые носки.

— Я вошла по колено и тут же перестала ощущать свои ноги. Вода ледяная! Аж обжигающая!

Ночью маленькая царевна спала как младенец. И ей снились хорошие сны. В них она бегала по крышам, а затем по зеленым полянкам и догонял ее Эдвард. Они вместе смеялись и всё вокруг было так светло и радостно. А потом они встретились с той самой ведьмой дождя, что повстречалась с девочкой в детстве. И она так смеялась, словно колокольчики звенят вдалеке, нежно и мелодично. И все казалось, что прекрасно, только Этэри обуяло беспокойство и она внезапно проснулась.

— Ты уже не спишь? — увидела она Икара рядом с палаткой.

Старый солдат собирал их нехитрое имущество. Он обернулся, улыбнулся.

— Уже проснулся, — соврал он, — солнце быстро поднимается, нам пора в путь. Рододендрон тоже цветет. Мне манжетки хватило вчера. Не хочу рисковать, пока дует прохладный ветерок, надо успеть подняться на гору.

Душа и сердце шептали старому солдату, что надо идти по пути, что знает Этэри. Три дня. Целых три дня займет эта дорога. Но разум перебивал душу и сердце и убеждал, что медлить нельзя. В городе каждый час умирает десяток людей. Ведьма, забирая все эти души становится сильнее. А Этэри еще так юна. Одолеет ли она ведьму?

Икар не сомкнул глаз. Он всю ночь смотрел на то, как улыбается во сне его девочка.

Путь по козьей тропе действительно был не быстр и не легок. Особенно трудно приходилось Икару. Он спотыкался и быстро уставал. Запас воды закончился на полпути, и он уже скоро стал испытывать сильную жажду. Это обессиливало его. И малины на помощь тоже не было. От кислого вкуса ему стало бы легче, но тут был лишь один рододендрон.

— Ну, когда же он закончится, — пыхтела от натуги Этэри, — этот рододендрон.

— Невероятно ценное растение, — буквально завалился на теплый камень Икар. Он отдыхал. — в нем полезных свойств от сотни недугов. А также он бодрит.

Этэри слушала отца с сомнением, и он улыбнулся.

— Без чая с ним, я бы и сюда не добрался. А так, — солдат задрал голову и оценил путь что им осталось преодолеть, — еще немного и мы на верху.

— А что там дальше? — спросила Этэри.

— Ледник, — просто ответил Икар.

Маленькая царевна так глянула на отца.

— Это высокогорье, — сразу стал он оправдываться, — я просто предположил.

— А прозвучало так, словно ты и правда знаешь.

Этэри встала, чтобы пропустить отца. Икар шел первым. Он часто норовил завалиться, и царевна его страховала. Вершина горы встретила их ковром из травы еще мельче чем была внизу. Но она была такой зеленой и нежной, что Этэри не удержалась и перекатывалась по ней с боку на бок. Старый солдат выделил немного времени на отдых. Восхождение отняло много времени, но оно было завершено.

Царевна нежилась не долго. Она еще раз покрутилась по травке, нежно повздыхала. Этэри чувствовала, словно она сильнее становится от земли. Ощущения были странные и непонятные. Не хватало учителя. Он наверняка бы пояснил что происходит.

Этэри поднялась и подошла к краю спуска. Все предстало перед нею как на ладони. Влади желтым пятном красовалась долина, где чуть не погиб Икар. Отсюда казалось, что до нее не белее часа пути, да и сама она казалась не такой уж и большой. Высота скрадывает расстояния. Так далеко девушка еще расстояния не видела. На море горизонт смазан, потому что водная гладь однообразна.

— Мне кажется, что мы уже до неба добрались, — широко раскинула она руки и подставила лицо свежему ветерку.

— Ну может быть на полпути до неба, — Икар тоже любовался видом.

— Ого, — удивилась Этэри, — как высоко оказывается от нас небо!

— Идем, — развернулся он и пошел по тропе вверх.

Этэри внимательно все осмотрела вокруг. Что такое ледник царевна теоретически знала. Как никак ее учитель прославленный географ. Мало по малу девушка успокоилась. Слова отца не подтвердились. Чем дальше они продвигались, тем сильнее щемило ее сердечко. Он, старый больной человек пошел за нею. Не для его здоровья эта тропа. А что, если она погибнет в схватке с ведьмой? Как он тогда? Для Этэри было бы гораздо спокойнее, если бы отец остался вместе с Пири Рейсом в городе.

Путь преградил камнепад. Этэри и Икар остановились у кромки острых булыжников.

— И как дальше?

Бессильно развела она руками. Она молода и сильна. Но отец! С его больными ногами. Обломки камней были размером с ее саму, а то и больше. Широкой рекой они пролегли перед уставшими путниками. В незапамятные времена эта каменная река просыпалась от сильнейшего землетрясения и казалась назло Этэри легла исключительно острыми гранями кверху.

Царевна запрыгнула на первый камень и осмотрела местность. У этой каменной реки не было видно другого берега. Зато все буруны в виде шатких и острых камней выпятились наружу. Аж в глазах зарябило. Этэри совершенно не видела никакой возможности как ее преодолеть. Она спрыгнула вниз.

— Идем обратно, — отошла она на пару шагов. — Это непреодолимо.

— Нет, — твердо ответил Икар, — эта дорога вперед, и мы по ней пройдем.

— Но папа! — Возмутилась царевна и даже всплеснула руками, — тут нет дороги! Это тупик.