Прости, умри, воскресни.

18

Икар выслушал весь этот долгий монолог с приподнятой бровью и вздохнул тяжело и протяжно, прежде чем ответить.

— У тебя, Филипп, развивается болезнь, — спокойно ответил он, совершенно не боясь гнева царя, — ты стал нервным и подозрительным. Я тебе только что сказал, что уже давно не хозяин своему телу и разуму. А ты мне про царство говоришь. Я хотел тебе сказать, что да, воспитал девочку вольной птицей. Этэри не надо указывать место в углу, где она обязана стоять. Она сама выбирает себе место.

Икар потянулся отпил с кружки воды и продолжил.

— И сделал я это намеренно. Она чистая светлая душа, не способная постоять за себя перед злом. А если ты еще и будешь угнетать ее волю, то, как ей жить дальше? Все кому не лень будут помыкать бедняжкой и использовать. Я помню ее мать, Филипп. Одна отрада была в ее жизни — несчастная любила тебя. И как сложилась ее судьба? Ты помнишь? Лира убила девушку и практически убила младенца. Зачем ты спас Этэри? Чтобы она после повторила судьбу матери? Разве тебе не известно, как поступают высокородные с незаконнорожденными? Тогда бы лучше просто постоял еще минуту у распахнутого окна.

— Ты говоришь страшные вещи, — схватился за голову Филипп.

— У меня к тебе последняя просьба, — напрягся Икар, — нет даже не так. Я умоляю тебя, мой царь, мой лучший ученик. Я отдал в услужение тебе весь свой разум и силу и был предан до последней капли крови. Я никогда тебя ни о чем не просил. Но Бог видит, время настало. Выдай Этэри замуж за Эдварда Гессен Эденбургского и пусть она уедет отсюда навсегда. Лина настолько властна, что наступит однажды обязательно день, когда ей покажется, что Этэри может стать ей соперницей. Я не хочу потерять свою девочку вот так бестолково.

В дверь дома Икара тихо поскреблись. Оба мужчины переглянулись. Это был знак, что у Филиппа уже не осталось времени. Он озадаченно моргал и пыхтел, крутя по сторонам головой. Словно исполинский медведь отворачивался от надоедливых насекомых.

— Ты так и не веришь в любовь и привязанность между сестрами, — выдавил он наконец, — я никогда не запрещал им общаться. И разве ты не видишь, как они дружны? Я думаю, что Лина и Этэри наоборот должны быть как можно ближе друг к другу.

— Я свою просьбу озвучил, — встал Икар, — И еще. Этэри никогда не пропустила бы праздник Лины. Она действительно привязана и любит сестру. Но я слишком долго живу на этом свете.

— Добро! — выплюнул слово Филипп и резко взметнул полами своего алого плаща, — твоя просьба для меня как приказ, старик, я не могу не выполнить ее.

Филипп выдавил эту фразу, словно его ломало от каждого слова. Царь подошел к двери и взялся за ручку. Развернулся.

— И ты действительно слишком долго живешь, это подозрительно.

Икар лишь развел по сторонам руками и пожал плечами, мол извини, что так вышло. Царь глянул на своего теперь бывшего первого помощника в последний раз и вышел, не захлопнув дверью.

— Не царское это дело, — направился к двери и закрыл ее Икар, — за собой дверь закрывать. Но ничего, мы не гордые.

Он подошел к печи, достал бутылочку темного стекла. Сел, задрал штанину и стал медленно втирать содержимое бутылочки в распухшее колено.

— Как царевна и дочь она тебе ни к чему, — скрипел старчески Икар, — а как подороже продать, так сразу ручки потираешь. Ишь ты обида его гложет. Папенькой не кличут. Не за то ли, что установил правила, что каждая кухарка по положению выше, чем родное дитя? Малышка прям всем лишняя. А она живая, между прочим. С сердцем добрым. А вы, будь рядом где-то тут, да подальше, не позорь собой нас.

А в это же самое время Этэри с прыткостью лани передвигалась по крышам зданий. И даже не подозревала насколько жаркие дебаты возникают в последнее время по поводу ее персоны. Она продвигалась вдоль береговой линии, по ходу движения понтонов в процессии царевны Лины.

Вот именно это и пытался донести до разума Филиппа Икар. Но так и остался не понятым. Одна царевна в роскоши и неге, в то время как вторая босиком по крышам. Обе — его дети, обе родная кровь. Только у одной все впереди, а вторая. Этим все и сказано — вторая, как второй сорт. Сильного Икара и мудрого Пири Рейса это возмущало. Этэри — великая волшебница. Самая могущественная во всем морском мире! Не может быть равной даже в своей семье! О чем говорить про другие общества? Так зачем тогда и знать этому другому обществу, какого сокровища они лишаются, отвергая маленькую царевну. Так думали Икар, Пири Рейс и его лучший друг граф Граас фон Гориц.

В одном был недалек от истины Филипп. В его дворце действительно образовалось тайное общество. Где центром являлась ничего не подозревающая обо всех интригах незаконнорожденная царевна Этэри.

Лина стояла, вытянув руки по швам. Ее черные длинные волосы были заплетены от висков назад. Нежная, красивая, она улыбалась. Этэри с замиранием сердца ждала, когда же процессия пристанет к платформе.

Вся столица была переполнена народом. Со всех концов света приехали люди посмотреть на размер щедрот царя Филиппа. Все что уложено и сейчас плывет за понтоном Лины и есть то богатство, что вскоре попадет в руки ее мужа, после бракосочетания через несколько недель.

Жених Лины был красавцем. Этэри он очень понравился. Белолицый, чернобровый его вьющиеся волосы были подстрижены в удлиненную прическу, что так ему шла.

Этэри при общении все время пыталась поймать взгляды, которыми обменивались влюбленные. Ей было все интересно до последнего движения ресниц. Часто за это она получала по лбу от Лины. Но это выглядело все же мило и наивно. Владислав был с Этэри учтив и вежлив. За что получил от нее браслет амулет на руку из переплетённых лент.

А маленькой царевне до ужаса хотелось узнать ну как же это любить. Она видела, как трепетала Лина и как розовели ее щеки. А как порхали длинные ресницы и волновались губы. Часто думала об Эдварде. Она сомневалась, глядя на Лину и ее жениха, а тот ли человек Эдвард? Почему она не трепещет и не нервничает? Отчего не краснеет? А сердце! Почему оно не волнуется?

И вот торжественный момент настал! Лина подняла руки и стала махать всему народу города. Всеобщей радости не было предела. Еще пару метров и ее понтон пристанет к платформе. Влад тоже размахивал руками и ему отвечал гул со всех сторон. В воду посыпались живые цветы и венки.

Этэри уселась удобно на коньке здания и смотрела, прижав руки к груди. Вот Лина словно повела головой. Наверняка ее, Этэри, высматривает. Девушка подскочила на ноги и что было силы закричала:

— Лина! Лина!

Но невозможно перекричать такую толпу, конечно же Лина не увидела сестру. Этэри, казалось, что она сейчас лопнет от радости и счастья, даже подпрыгивать стала на месте.

И вот Лина зачем-то прикрыла лицо руками и замерла. Этэри вытянулась на цыпочках, чтобы рассмотреть, что там происходит. Зрение у нее было зорким, но она находилась все же не у самого пирса.

Царевна Лина замерла и почему-то не отнимала ладоней от своего белоснежного личика. На понтоне кроме нее никого не было по правилам обряда и поэтому никто не мог узнать, в чем дело.

Владислав легкими прыжками перескочил на главную платформу и стоял рядом со священником. Заминка длилась совсем немного, но те, кто знал сценарий всего торжества уже начали переглядываться.

Священник взял принца за запястье и пытался ему что-то сказать. Но Влад вытягивал шею в сторону Лины. Этэри тоже вытянулась стрункой и озадачено всматривалась. И вот нервы жениха не выдержали. Влад аккуратно отнял руку у священнослужителя и видно было как тот одобрительно кивнул.

Парень подошел к краю платформы и позвал свою невесту. Лина словно застыла. Тогда Владислав оттолкнулся и легко перепрыгнул через водную преграду. Для его спортивного крепкого организма это было не сложное препятствие.

Вот он подошел к девушке и тронул ее за плечо. И неожиданно случилось страшное! Лина как разъярённая хищница резко оторвала руки от лица и схватила парня за шею. Даже Этэри смогла разглядеть как оторвались носки сапог Влада от платформы. Откуда у такой хрупкой девушки внезапно появилась такая исполинская сила?

Несчастный принц схватился за горло руками и что было сил болтал ногами. Он пытался освободиться. Но Лина стояла и держала его на вытянутой руке и душила. Это все произошло настолько стремительно, что люди на пирсе не сразу заметили, что происходит что-то не правильное.

Народ гомонил и размахивал букетами цветов, на всю мощь гремела музыка, Люди пели и танцевали. И только некоторые, особенно внимательные стали понимать, что это явно не по сценарию происшествие. Но их одиночные возгласы были так невнятны.

Этэри вытянула лицо в удивленье и тоже стояла и оторопело смотрела как Лина душит принца Владислава. Она просто не могла сообразить, что ее глаза ей не врут. Прийти в себя маленькую царевну заставило следующее событие.

Ленты из браслета Владислава, того самого, что накануне Этэри повязала ему на запястье, словно тонкие змейки расплелись и расползлись. Все они окутали руку парня и пестрым караваном перебрались на руку Лины. Царевна зашипела от боли и отбросила от себя Влада. Он спиной ушел под воду. Этэри вскрикнула и очнулась. В три прыжка соскочила с крыши и расталкивая толпу устремилась на край пирса.

Лина резкими движениями стряхнула с себя ленточки. Те были как живые и пытались причинить ей как можно больше вреда. Для Этэри, в первую очередь, это было открытие. Пири Рейс многому обучил девушку, но увидеть собственными глазами проявление настоящей магии в живую, это было для Этэри потрясением. Она изготовила тысячи разных амулетов и раздавала их просто так всем подряд. Но чтобы ее оберег проявил себя подобным образом, это было впервые!

К тому моменту как Этэри добралась до края пирса Лина справилась с лентами и выпустив из кончиков пальцев синие искры испепелила. Теперь такое не могло быть не замеченным. Толпа на миг замерла, а после как обычно, мужчины замолчали, женщины завизжали. Этэри запыхавшаяся, выдвинулась на первый план.

Лина к тому моменту справилась с лентами и развернулась к народу лицом. Крики ужаса вырвались уже со всех глоток, многие дети разом заплакали. Из глаз царевны текли толстые дорожки черных слез. На их фоне кожа казалась мертвенно белой.

— У нее вытекли глаза!

Кто-то выкрикнул в ужасе рядом с Этэри. Девушка повернулась в ту сторону, но не увидела, кто это выкрикнул. Она искала Владислава. Про него словно все забыли, а парень меж тем так и не выплыл на поверхность.

— Это проклятье!

— Царевну прокляли!

— Она проклята!

— Черное проклятье!

Понеслось со всех сторон, и вся толпа разом двинулась в хаотическом безумии. Этэри бросилась в воду. Плавала она как дельфин. Вода для нее была практически такой же родной стихией как воздух. Девушка быстро нашла медленно погружающееся тело принца и схватила его за руку.

Вытянула на пирс и начала приводить в чувства. Беснующаяся толпа гомонила и хаотически толкалась. Люди кричали от ужаса, опрокидывали тумбы, разбрасывали мебель, падали и наступали друг на друга.

Влад захрипел и открыл глаза. Этэри хлопала его по щекам.

— Ну, вот, — подбадривала она парня, — все хорошо.

Принц отрицательно закачал головой. Его горло было передавлено, и он хотел, но не мог вымолвить ни слова. Только вытягивал вперед руку и шевелил губами. «Лина». Прочла по его губам Этэри и повернула голову назад и вскрикнула. Лина в этот момент упала в воду.

Этэри подскочила, но Влад пытался удержать ее около себя. В его глазах был ужас и боль, а еще страх. Маленькая царевна аккуратно отняла свою руку и успокаивая Влада уложила его удобнее. Как тот не старался удержать ее руку своими ослабевшими пальцами у него не вышло. Этэри с разбегу бросилась снова в воду. Она должна найти и спасти Лину.

Этэри проплыла достаточно много, но не нашла нигде Лину. Всплыла, глотнула воздуха и снова погрузилась в морскую тишину. Там наверху уже откуда-то появилось возгорание. Толпа обезумела, солдаты звенели оружием и латами. Все смешалось в непонятную какофонию.

И неожиданно в голове появился голос.

— Безумцы и глупцы.

Этэри замерла на месте и оглянулась. Никого. Что это? Голос у нее в голове? Кому он может принадлежать? Неужели на город действительно напала ведьма и прокляла его? Тогда Лина просто в ужасной опасности! Скорее! Скорее ее надо отыскать! Но где же сестра?

Девушка погрузилась еще глубже и увидела в мутной дали светлое пятно. То могла быть только ее сестра. Лина была облачена в светлые одежды. Что есть сил заработала ногами и руками.

— Вы, жалкие букашки.

Снова появилось в голове, но Этэри гребла и старалась думать только о Лине. С ведьмой пусть разбираются взрослые. Маги и мудрецы, это их работа. Пятно находилось достаточно глубоко под пирсом, между толстыми сваями. Как Лина туда могла так быстро угодить?

— Ваши жизни ничтожны.

Снова в голове.

— Шумные, отвратительные смертные. А что вы скажете вот на это. Так вам веселее будет?

И после этих слов все сваи одновременно словно взорвались изнутри. В миг вокруг Этэри стали погружаться в воду предметы и сотни людей. Дети барахтались и захлебывались, матери в ужасе рвали на себе волосы не в силах отыскать своих детей.

Маленький мальчик дергал ножками и опускался вниз в облаке пузырей. Этэри искала глазами белый сарафан Лины, но вокруг уже ничего не возможно было разобрать. Царевна схватила ребенка и вытянула на поверхность. Город был в удручающем состоянии. Что не обрушила ведьма, было охвачено огнем.

Под сотнями людей в один миг провалилась твердь. Соленая морская вода захлестнула с головой и наполнила легкие. Не все смогли быстро сориентироваться и спасти себя. Этэри хватала кого могла и вытягивала на поверхность. Она спасала всех, до кого могла дотянуться.

Но ее не хватало на всех пострадавших. В душе разлилась паника и Этэри призвала на помощь свою магию. И природа отозвалась легко и быстро. Наполнив тело девушки новыми силами.

Маленькая царевна стала выполнять упражнения, которым обучил ее мудрый Пири Рейс. Они были призваны для концентрации. У нее стало получаться. Руки синхронно поднимались и опускались, затем так же равномерно разводились по сторонам. Этэри даже не потребовалось выбраться на сушу. Прямо в воде она собрала вокруг себя энергию и стала распределять ее на все предметы, что видела вокруг себя.

Вода, казалось, была чуть темнее именно в тех местах, куда направляла потоки Этэри и так она могла понять, что ей подвластно. Все на что была направлена энергия стало подниматься вверх и всплывать. Люди жадно глотали ртами воздух.

Царевна поняла, что так может спасти очень много людей и радовалась. Она всплыла, чтобы оценить ситуацию и глотнуть свежего воздуха. Среди обломков древесины уже плавали лодки, и сам царь Филипп помогал несчастным забираться в них.

Солдаты организовали тушение возгораний. Люди были отведены в безопасные места. Спасенных отправляли в госпитали и заботились о них.

Этэри встретилась взглядом с царем.

— Где Лина?

Одновременно задали они друг другу вопрос и поняли, что не знают оба, где могла быть сейчас девушка.