Разрушитель

Глава 25 Шепот Бездны под килем

Как только центр управления Цитадели сообщил, что формирование Торговой Точки на третьем этаже Четвёртой Башни завершено, я мгновенно прервал медитацию у подножия Алана. Пора было проводить инспекцию. Фурия сейчас бродила где-то в пустошах за стенами — пусть себе гуляет, а Кроха вовсю суетилась у Материнского Алтаря, старательно окучивая своим вниманием свежие Бутоны. Работа была ответственной и кропотливой, так что отвлекать её по пустякам я не стал.

На ходу через клан-чат предусмотрительно дёрнул с тренировочной площадки Марану: её аура обольщения могла здорово подтолкнуть собеседника в нужную нам сторону. Следом отозвал Тарпа Старого, который как раз заканчивал обсуждать детали грядущего вояжа в Воронку Бездны со своими покровителями.

После вынужденного перемещения в Цитадель Горэл и Йеноху тоже лишились своего осязаемого голоса. Теперь им приходилось влиять на реальность так же, как это делали Алан с Дживой: через советы, вложенные прямиком в сознание жреца. Видимо, таков был внутренний закон этого осколка реальности, где возможности божеств напрямую зависели от площади контролируемой территории. Несмотря на последний прирост земель, по сравнению с масштабами целой планеты наш домен оставался крохотной песчинкой, отсюда и лезли все эти ограничения.

Но, в отличие от гхэльских божеств, ни Джива, ни Алан пока не умели доносить мысль так же явно и чётко. Они лишь генерировали ментальное поле, окутывая последователей аурой влияния, да выдавали неофитам весьма скудный набор базовых умений. Мои божества пока выглядели бледно на фоне матёрых покровителей Архипелага, но у них всё ещё впереди.

От Алана Тёмного неофиты первым делом получали, само собой, «Плеть боли». Как выяснилось позже, мне, своему первому жрецу, Алан в своё время выдал версию далеко не базовую: у новичков «Плеть» парализовала цель всего на секунду при пятиминутном откате. У меня же в начале пути было три секунды контроля при тридцатисекундной перезарядке — разница колоссальная. Тем более что ни «Фантомной боли», ни «Метки Еретика», ни возможности бить по площади у новичков не было. Подозреваю, им это будет выдаваться в виде отдельных умений позже.

Но даже в таком урезанном виде умение спасло уже немало «сейвов», ведь даже секунда дезориентации врага в критический момент позволяла опытному воину нанести фатальный удар, если, конечно, не щёлкать клювом зря. Те немногие из игроков, кто умудрился на заданиях поднять репутацию до второго ранга, уже могли похвастаться «Теневым преимуществом». База позволяла неофитам ускориться всего на 10% в течение пяти секунд — мои 50% на полминуты смотрелись куда солиднее, — но и этот бонус приносил ощутимую пользу.

С влиянием и проявлением божественной воли Дживы дела обстояли совсем иначе. Единственным, кто получил от неё активный навык, оставался я. «Астральная рокировка» здорово выручила в сложной ситуации, элегантно решив проблему перерождения. Для остальных обитателей Цитадели работала лишь Природная Благодать — мягкая, жизнеутверждающая аура, накрывавшая всех бесплатно, вне зависимости от того, чьими неофитами они являлись. Но этот эффект сам по себе дорогого стоил.

Вне всякого сомнения, новые копии моей Крохи в виде новорождённых феечек — проводники воли Дживы — будут нарасхват. А так как количество их всегда будет меньше, чем желающих, придётся выдавать крылатую малышню только за особые заслуги. Избранным. Если, конечно, богиня сама этих Избранных не назначит. Стоит заранее продумать условия аренды или… стоп, рано ещё шкуру неубитого медведя делить. Интересно, кстати, что это за зверь такой? Ни разу не видел, а поговорка в голове так и крутится.

Ладно, пора вернуться к текущим проблемам.

Цитадель на сделках с Фортом до его падения заработала чуть больше ста пятидесяти тысяч стимулов. Сумма вроде бы приличная, но неизвестно, какие ценники выставит Торговая Точка. Может и не хватить на что-то действительно стоящее. Акарха Терпеливого я дёргать не стал: после того взрывного роста ему требовалось время, чтобы закрепить поднятые характеристики медитацией. Дело нужное, к тому же кошелёк у него сейчас был пуст. Зато без Тарпа Старого переговоры начинать точно не стоило, ведь на счету Ловца Ветра сейчас сосредоточены все финансы павшего Форта.

На самом деле, я заранее настроил себя на пессимистичный лад, чтобы потом лишний раз не расстраиваться. Палочку-выручалочку на все случаи жизни нам вряд ли тут же продадут, но не проверить хотя бы теоретически вероятное решение наших проблем было бы верхом недальновидности. Свободную минуту на разведку всегда можно найти.

Досадно лишь, что информацией об этих самых Торговых Точках никто не обладал. Совсем никакой. Мы перетрясли всех, кто мог иметь к подобному хоть какое-то отношение — глухо как в танке. Осколок реальности по-прежнему оставался неразгаданной загадкой внутри Барьера. Даже хитрый Михонариум ничем не порадовал. Подозреваю, что в Столице Великой Стаи, где обитает вся высокопоставленная верхушка, нам смогли бы рассказать много интересного, но где мы, а где эта чёртова Столица. Так что придётся разбираться на ходу, а в таких ситуациях три ума куда перспективнее одного.

В общем, подстраховался я как мог.

Третий этаж встретил гулкой пустотой и запахом свежего камня. Единственное, что располагалось в зале из «интерьера» — круглая площадка пяти метров в диаметре по самому центру. Белый мрамор с серыми прожилками на фоне пола из красного камня смотрелся контрастно. Очень напоминало платформу Колыбели, но функции здесь несомненно будут иными. Надо будет сюда хоть какую-то мебель притащить для приличия, что ли. Ладно, это потом. Если в этом вообще будет смысл.

Первым меня нагнал Тарп — я как раз замер у границы площадки, изучая всплывающие системные окна. Буквально через секунду в зал стремительной, летящей походкой ворвалась Марана. Она в два шага оказалась рядом, на ходу поправляя элементы снаряжения.

— Ну и что у нас тут новенького? — Марана с ходу задала вопрос, явно вертевшийся на языке и у Старого, чем вызвала его недовольный взгляд в свою сторону. — Что там система вещает, босс?

— Что это Торговая Точка, — проворчал Тарп, приминая ладонью приклад арбалета. — Сама разве не видишь по интерфейсу?

— Потрясающая информативность! — с напускной серьёзностью выдала демонесса, а затем насмешливо осклабилась.

Мне на мгновение даже почудилось, что её ровные зубы в этой человеческой маске вдруг хищно заострились, напомнив о подлинном, далеко не столь безобидном облике Мараны…

— А то, — хмыкнул я, ощущая лёгкий азарт. — Думаю, пора просто зайти на площадку. Наверняка функционал отреагирует.

Сказано — сделано. Подошвы сапог звонко стукнули по белому мрамору. Система ожидаемо активизировалась, предлагая запустить процесс поиска свободного Пространственного Торговца. Я немедленно согласился, продублировав запрос вслух для соратников, так как ключевыми функциями Цитадели мог управлять лишь я лично. Спохватившись, закинул их в свою группу, чтобы они сами следили за системными сообщениями.

— Оу… Похоже, придётся немного подождать, — отреагировала Марана на возникшую перед глазами шкалу поиска. Прогресс начался с унылого одного процента и, увы, сразу застрял на этой отметке.

— Надеюсь, что немного, — буркнул Тарп, нетерпеливо постукивая пальцами по бедру. — Если процесс поиска затянется, у нас возникнут проблемы с графиком.

— Тогда просто забьём на эту затею и займёмся текущими делами, — кивнул я, прекрасно понимая, насколько нас поджимают сроки. Время сейчас было самым дефицитным ресурсом.

Но нам повезло.

Ползунок шкалы вдруг резко стартовал с места и буквально через пару секунд достиг финишной плашки. Через центральную точку площадки полоснула ослепительно-белая линия. Я, как оказалось, немного заступил за центр, и невидимый энергетический барьер мягко, но настойчиво оттолкнул меня на «разрешённую» половину. После чего светящаяся полоса вытянулась в обе стороны, надёжно разделив пространство зала от стены до стены.

Как только это случилось, реальность преобразилась. Весь барьер вдруг «распахнулся», словно огромный вертикальный экран в другой мир. Мы словно попали на склад в ином измерении, разве что не могли пересечь невидимую границу. Зато никто не мешал нам рассмотреть убранство просторного помещения: бесконечные ряды стеллажей, заставленные ровными рядами серых контейнеров, явно скрывали в себе немало ценностей.

Гуманоидного типа сур, расположившийся за прилавком, служившим линией разделения двух пространств, сосредоточенно вносил записи в открытую тетрадь. Он то и дело макал перо в массивную чернильницу, выводя чётким почерком вязь слов незнакомого языка. Лысый вытянутый череп, густо-синяя кожа, острые скулы и тонкие кончики ушей выдавали его инорасовое происхождение. Одет он был в цветастый халат из лимонно-жёлтых и красных пятен, полностью скрадывающий телосложение. Настоящий клоун из другого измерения…

Как только картинка окончательно обрела резкость, гуманоид оторвался от своего занятия. Архаическое перо вернулось в не менее архаическую чернильницу, владелец склада неспешно откинулся на спинку резного стула, сцепил длинные тонкие пальцы в замок и бесстрастно-оценивающе уставился на нашу компанию жёлтыми змеиными глазами.

«Повлиять не смогу, — тут же с лёгкой досадой доложила в моей голове Марана. — Барьер блокирует любое воздействие, он слишком плотный».

«Зараза… Ладно. А видела таких типов раньше? Может, в хрониках?»

«Никогда в жизни. Мой опыт миров ограничен Лунной Радугой и Небесным Архипелагом, так что вся инициатива — твоя целиком и полностью. Действуй».

Что ж, следовало ожидать, что подобные дельцы будут максимально защищены. Иначе грош им цена, если любой заезжий покупатель начнёт на ходу промывать мозги и диктовать свои условия.

— Приветствую, уважаемый, — начал я, стараясь придать голосу максимум спокойствия. — Надеюсь, мы не слишком помешали вашему важному занятию. Позвольте представиться: я — Зубоскал, глава Цитадели Феникса…

— Стоп, — скрипучим, словно лезвие по стеклу, голосом прервал моё вступление торговец. Он даже не поднял головы. — Для новичков существуют чётко определённые правила. С которыми, судя по вашему поведению, вы совершенно незнакомы. Где список покупок? Где перечень товара на продажу? — Синекожий постучал длинным когтем по плотному листу тетради. — И вручную! Вручную нужно это делать, нечего мне тут системные закорючки пересылать, здесь это так не работает!

— Позвольте узнать ваше имя, уважаемый, — я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает раздражение от его высокомерного тона.

— Туланоус, приказчик Гильдии Пространственных Торговцев. Раз это ваше первое соединение, то по действующим правилам — да-да, тем самым, о которых вы понятия не имеете, — теперь вашу локацию привяжет именно к моей лавке. Кстати, времени у вас почти не осталось. Без лицензии межмировой торговли энергии на соединение хватит лишь на несколько десятков секунд. Ваша Торговая Точка сейчас в зачаточном состоянии и работает в тестовом режиме. Вот!

На прилавке из ниоткуда материализовался свиток пергамента, а на силовом барьере, разделявшем наши миры, мгновенно возникла поясняющая надпись на понятном языке:

Торговая лицензия Гильдии Пространственных Торговцев.

Позволяет совершать торговые операции в течение года.

Стоимость: 300 000 стимулов.

— Чего ждём? — недовольно поторопил Туланоус, нетерпеливо постукивая пальцами по столешнице. — Не тратьте моё и своё время впустую! А если нет средств, то следует приготовить их к следующему сеансу. И списки, списки не забудьте!

Тарп Старый: «Триста тысяч за листок бумаги⁈ Да он совсем шерстью облез, что ли⁈ Ненавижу торгашей!»

Марана: «Тебе-то чего возмущаться? Для нас сейчас стимулы ничего не решают. Мертвецам деньги — вот же незадача — вообще не нужны, а нас эта участь ждёт в самом ближайшем будущем. Да и любить торговцев не обязательно, ими надо уметь пользоваться».

Тарп Старый: «Ехидствуй сколько влезет, но это слишком дорого! И совершенно непонятно, за что именно мы платим!»

— Мы готовы купить лицензию, — я кивнул, приняв окончательное решение и проигнорировав ворчание гхэлла. — Как это сделать? Мы действительно новички, поэтому не отказались бы от простейших технических объяснений.

— Чтобы подтвердить обмен, повторяй за мной, — торговец прижал костлявую пятерню с длинными, паучьими пальцами прямо к прозрачному барьеру. В месте прикосновения поверхность озарилась резким красноватым всполохом. Поняв, что без этой чёртовой бумаги разговор просто не продолжится, а соединение может прерваться в любую секунду, я подтолкнул вперёд Тарпа.

— Действуй. Нужная сумма у тебя есть, на мой счёт переводить некогда, — скомандовал я, чувствуя, как воздух вокруг барьера начинает мелко вибрировать.

— Это всего лишь бумажка, — недовольно оскалил зубы гхэлл, но всё-таки подчинился. Его широкая мохнатая лапа с силой прижалась к барьеру со своей стороны.

— Новички, — вдруг хмыкнул торговец, и в его голосе проскользнули покровительственные нотки. — Зря вам кажется, что это дорого. Это ведь безлимитный допуск на весь ваш мирок. К тому же первопроходцам полагается небольшой бонус. — Свободной рукой он высыпал на пергамент пять кристаллов размером с грецкий орех. Они были непривычно круглыми, в отличие от наших овально-цилиндрических накопителей. — В любых мирах это всегда пользуется спросом. Чего ждём? Достаточно мысленно подтвердить согласие на операцию. И в следующий раз не забудьте подготовить собственный прилавок, для вашего же удобства! Радуйтесь, что вам попался такой добрый приказчик, как я. Другой, глядя на подобную нищету, счёл бы, что вы просто не уважаете Гильдию, и оборвал бы связь немедленно.

— Будем иметь в виду, уважаемый, — с вежливой, но холодной миной кивнул я. — Спасибо за информацию.

Красноватые всполохи под ладонями Туланоуса и Тарпа сменились ровным зелёным сиянием и медленно потухли — системное разрешение на обмен по обоюдному согласию прошло успешно. Пергамент автоматически скользнул сквозь барьер и завис в воздухе на уровне нашего воображаемого прилавка. Марана отреагировала быстрее всех, подхватив свиток вместе с горстью кристаллов, которые едва не просыпались на каменный пол.

— До новых встреч, глава Цитадели Феникса, — змеиный взгляд Туланоуса на мгновение зафиксировался на мне. — И списки, списки не забудь!

— Погоди, уважаемый…

Экран потух. Мерцающее окно в чужой мир, который по законам рандома привязался к нашему осколку, мгновенно свернулось и исчезло, оставив после себя лишь запах озона. Мы снова стояли в абсолютно пустом, гулком помещении. Я чувствовал, что нас крупно развели самым беззастенчивым образом. Никакой полезной информации от этого сеанса сверхбыстрой торговли мы не получили. А ведь я надеялся хотя бы выяснить, есть ли возможность купить координаты обитаемого портала любого мира третьего порядка, где к гостям относятся лояльно. И можно ли настроить на эти координаты астральный маяк, чтобы обойти ограничения Радужного портала… Наивный.

— Нужно запустить эту шарманку снова! — зарычал Тарп, скаля зубы и яростно размахивая руками. В одной из них, между прочим, всё ещё был зажат тяжёлый арбалет. Пришлось даже отойти на пару шагов, чтобы случайно не попасть под раздачу. Никогда его таким разъярённым не видел; финансовая потеря ударила по нему сильнее любой вражеской атаки. — Не тупите, выйдем за край круга и снова вступим! Хочу высказать этому синемордому ничтожеству всё, что я о нём думаю!

Охотник есть охотник, особенно если он привык сам выслеживать добычу, а не становиться ею. Я и сам не великий любитель торговых дел, но в следующий раз явно придётся брать с собой кого-нибудь более выдержанного. Например, Акарха, чтобы случайно не сорвать налаживание межмировых отношений.

Угу, наладили, называется.

— Не выйдет, — вздохнул я, осторожно взяв один из кристаллов с пергамента и вглядываясь в системное описание. — Торговая Точка ушла на перезарядку. На трое суток.

Интересная штука. Внутри идеальной сферы пульсировал глубокий фиолетовый цвет. Внутри него словно медленно вращалась едва заметная туманность, напоминающая застывшее мгновение.

— Да не переживай ты так, старик, — Марана успокаивающе похлопала Тарпа по массивному плечу. Могучий гхэлл вздрагивал всем телом при каждом шлепке, а его наплечник звенел, словно пустая стальная бочка. Сама демонесса при этом выглядела совершенно расслабленной. — Главное, что мы хотя бы попытались. И так ведь ясно было, что разбираться с проблемами Архипелага придётся исключительно своими силами.

— Чуда не случилось, — согласился я. — Да и чёрт с ним. Впрочем…

— Триста тысяч! — горестно вздохнул Тарп, прижимая ладонь к морде.

— Это всё, что у тебя было в закромах? — поинтересовался я. — Компенсирую, когда смогу. Половину готов отдать прямо сейчас, если это критично.

— Обойдусь без подачек, — буркнул Тарп, постепенно остывая. — Для общего дела старался. Нет, потратил я только десятую часть от запасов Форта, но… просто терпеть не могу платить за воздух! Кроме того, это ведь не мои личные средства, а достояние моего народа!

— А, вот ты почему так возбудился, — насмешливо улыбнулась Марана. — Отлично тебя понимаю, и спешу утешить: мы всё же кое-что получили за эти деньги.

— Да! Бесполезную лицензию! Кусок папируса за триста тысяч!

— Не только, — сдержанно усмехнулся я, чувствуя, как азарт снова просыпается в груди. — Признаться, перед сеансом я был уверен на все сто, что палочку-выручалочку мы не купим. Но, похоже, я ошибся. Мечты сбываются, пусть и на минималках.

Я действительно надеялся найти в этом межпространственном магазине нечто стоящее: если не способ перехода, то хотя бы оружие для самых сильных бойцов или усилители для корабля. А получил нечто иное.

— Да о чём ты вообще⁈ — непонимающе рявкнул гхэлл, нависая надо мной своей громадой.

Двумя пальцами я аккуратно зажал прозрачный шарик кристалла и поднёс его к самым глазам Тарпа. Это мгновенно заставило забыть древнего гхэлла о потерянных стимулах и переключить всё внимание на мою руку.

— Глянь, какая полезная штучка, Старый. Вернее, целых пять штук. Как раз всем ключевым фигурам нашего рейда хватит. Словно по специальному заказу.

— Кажется, теперь до меня дошло, за что именно мы отвалили такую прорву стимулов, — хрипло выдавил Тарп. Его взгляд, в котором ещё мгновение назад полыхало праведное негодование, теперь намертво прикипел к мерцающему в моих пальцах кругляшу.

Когда появляешься на неуклонно разрушающемся ошмётке тверди недалеко от Воронки Бури, тебя встречает не просто ветер. В лицо бьёт плотная, густо насыщенная пылью и каменной крошкой взвесь, которая сбивает с ног и норовит утащить в пучину каждого неосторожного. Если ты предупреждён и обладаешь достаточной силой, то сумеешь выстоять под этим напором. А вот с тяжёлым, низким рёвом Бездны поделать ничего нельзя. Почти не меняя тональности, он заставляет вибрировать не только камни под ногами, но и каждую клетку тела, отзываясь ноющей болью в зубах. Могучий звуковой фронт давит так, что инстинктивно тянет пригнуться, заслониться от него хоть чем-нибудь — ладонью или щитом, как это делают некоторые воины.

Не помогает, конечно. Пронизывающая всё пространство «Мелодия Бездны» не оставляет шансов её проигнорировать, навешивая на отряд долгоиграющее проклятие дезориентации. Щурясь от резких порывов ледяного воздуха, я внимательно огляделся, пытаясь оценить масштаб бедствия.

Несмотря на то что «Быстроглазый» был закреплён на местности многочисленными растяжками из прочных канатов и глубоко вбитых кольев, его корпус от непрерывной трёпки всё же нешуточно перекосило. Если бы не дополнительный маяк, заблаговременно установленный разведчиками в паре десятков метров от судна, пришлось бы переноситься прямиком на накренившуюся палубу с высоко задранным бортом. Малейшая оплошность, потеря равновесия — и ветер сорвёт тебя в Бездну, ревущую мутными мглистыми течениями всего в паре шагов.

От такой картины адреналин холодными коготками ужаса прошёлся по позвоночнику. Бессмертие в условиях Архипелага — штука весьма относительная, а инстинкт самосохранения сейчас орал внутри благим матом, требуя немедленно убраться подальше от края.

До переноса я точно знал, что корабль отодвинут от обрыва метров на пятьдесят, но суша разрушалась слишком быстро. К этому моменту край острова был беспощадно стёсан ураганом почти до самых крепежей. Словно сотканный из ветра гигантский дракон обгладывал аппетитную ватрушку, добираясь до начинки. Не появись я здесь сейчас, и вскоре пришлось бы вылавливать флагман уже в свободном падении.

Но сейчас это не актуально, работа кипела полным ходом.

Мелькавшие в сером мареве силуэты воинов слаженно взялись за канаты, снимая концы с распорок. Несмотря на внушительные размеры, корабль Хорки Умного имел не слишком большой вес — всё-таки он предназначался для полёта, а не для борьбы с волнами. Физическая мощь пятидесятых уровней позволяла творить чудеса. Деревянный корпус дрожал под порывами ветра как живой, напоминая агонизирующего кита, выброшенного на берег, но подчинялся усилиям десятков крепких рук.

Задачей «бурлаков» было удержать махину, пока остальные завершают подготовку к старту. Ловцы ветра под предводительством Тарпа Старого ловко сновали по палубе, выводя из трюма упирающихся варн. Их привязывали к носовым тягловым канатам, формируя живую упряжь.

Животным ледяной ветер категорически не нравился.

Рептилии отворачивали морды от колючих «пощёчин» урагана, испуганно шипели и пытались вставать на дыбы, надеясь сорваться с поводков. Рёв стихии заглушал любые звуки, но я видел, как открываются зубастые пасти, выражая яростный протест. Скорее всего, эти бедолаги не переживут рейда, но ставки в этой игре слишком высоки. Жертва варн — лишь малая часть того, что нам предстоит принести на алтарь победы. Несмотря на сопротивление, ловцы справлялись с подопечными, усмиряя их твёрдой волей и увесистыми напутствующими пинками. Со строптивыми варнами по-другому порой просто не получается.

Кроха: «Долго ещё, босс? В этом подсумке уже столько пыли, что я скоро задохнусь. Кхе-кхе! Слышишь, да? Кхе-кхе… Апчхи! Да и крылышки от холода отваливаются! Вот отвалятся, и не будешь ты меня больше любить, как раньше, но это будет только твоя вина!»

Зубоскал: «Не преувеличивай. Скорее у меня уши под шлемом отвалятся, чем твои крылья. Я бы, кстати, с удовольствием поменялся с тобой местами. Посидел бы в тепле, глядя, как ты рулишь операцией. Сама ведь знаешь: нет ничего приятнее, чем смотреть, как вкалывают другие».

Кроха: «Фигушки! Апчхи! Мне и самой здесь неплохо! Ап-чхи-и!!! Ой, сейчас пополам порвусь… Кажется, у меня левое нижнее крылышко всё-таки отвалилось…»

Я хмыкнул. Крохе нравилось прикидываться потерпевшей, чтобы выцыганить побольше внимания. Её питала энергия эфира, и на обычные физические неудобства фейри было плевать, хотя дискомфорт я ощущал через связь почти как свой. Холод повышал расход маны на поддержание формы даже у таких существ. Если малышку действительно припекало, она просто вытягивала силу из кристалла в соседнем подсумке, благо достаточно было лишь лапку протянуть.

Фурии в чём-то было проще — благодаря возросшей сопротивляемости стихиям и почти непробиваемой шкуре. Плотно прижав крылья к спине, отчего её силуэт казался горбатым и массивным, дикоша старательно заслоняла меня от ветра. Сама она испытывала лишь лёгкое неудобство, периодически фыркая из-за пыли, норовившей забить чуткий нос.

Ни смерти, ни боли моя крылатая напарница не боялась. Она знала: пока стоит Цитадель и жив я, возрождение неизбежно. Но мне отчаянно не хотелось лишних потерь. Пока под ногами разверзлась Бездна, всегда оставался паршивый шанс, что эта стихия заберёт душу навсегда, не взирая на Списки. Не застрахован никто — пример Хорки Умного, Видящего целой локации, до сих пор заставлял меня до скрипа сжимать зубы.

Наконец громадный силуэт корабля резко ухнул вниз, за край острова. Как только влияние гравитационного капкана суши исчезло, активировались левитирующие свойства корпуса. Наступил самый опасный момент. Даже со сложенными парусами широкое плоскодонное судно обладало чудовищной парусностью. Неистовый воздушный поток едва не выдрал канаты из рук гхэллов, старавшихся удержать «Быстроглазого» в узде. Пятки воинов заскользили по обледенелой крошке, выпущенные когти с хрустом вспарывали почву, грозя утащить весь отряд в пропасть вслед за кораблём.

Дружный рёв множества глоток, отчаянный рывок десятков рук, рвущих жилы, разноцветные вспышки защитных умений — и ситуация на несколько мгновений стабилизировалась. Пора.

Пространство мигнуло, и нас с Фурией перебросило по маяку на палубу. Дикоша тут же присела на все четыре лапы, прижавшись брюхом к доскам и вцепившись в них когтями так, что во все стороны полетели щепки.

Затем в дело вступила Кроха. На моё мысленное желание помочь она лишь фыркнула, явно набравшись плохих манер у Фурии. Если бы она просто выбросила кристалл из подсумка, его бы мгновенно унесло ветром. Поэтому, откинув клапан, гордая своей храбростью малявка отчаянно заработала всеми крыльями и гудящим, светящимся шмелём спикировала к настилу.

Я приготовился перехватить её рукой, если порыв окажется слишком сильным, но обошлось. Едва кристалл коснулся досок, как в ту же секунду развернулся энергетический цветок-тотем — почти такой же, из каких рождались феи в Цитадели. Живительная сила мягкой, тёплой волной разошлась в стороны, сформировав купол тишины диаметром в пятнадцать метров. Вой ветра внутри кокона как отрезало. За магической границей ничего не изменилось — та же неистовая хмарь, но «Быстроглазого» перестало рвать на части. Нас просто потащило мощным потоком прочь от острова вместе с куполом стабильности, словно игрушечный кораблик в стеклянной бутылке.

Как только бешеный ветер за куполом наконец угомонился, Фурия уже спокойно разлеглась у моих ног, демонстративно сделав вид, будто окончательно потеряла интерес к происходящему. Учитывая могучие габариты дикоши, даже когда она лежала, её широкая спина возвышалась на уровне моей груди, так что при всём желании по палубе «Быстроглазого» теперь просто так не побегаешь — обязательно снесёшь боком или сложенным крылом что-нибудь жизненно важное. Впрочем, вела она себя как настоящая умничка.

А вот Кроха — это просто нечто запредельное. Перерождение определённо пошло ей на пользу: одной лишь силой единственного кристалла, пусть и на ограниченном пятачке пространства, утихомирить неистовство раздирающей локацию Бури… это внушало искреннее уважение.

— Нравится? — почувствовав, насколько глубоко я проникся моментом, Кроха взлетела и зависла в метре от моего лица. Она поинтересовалась этим с таким донельзя гордым и самодовольным видом, что любые иные варианты ответа, кроме «да, в восторге, дайте два!», отметались заранее и бесповоротно.

— С тебя, кстати, какая-то светящаяся пыльца осыпается, — обеспокоенно заметил я, разглядывая тающий шлейф из крошечных искорок вокруг фейри. — Так и должно быть? Когда мы в первый раз испытывали твой купол в безопасности Цитадели, ты вроде не рассыпалась на части от усердия…

— Конечно! — Кроха картинно приняла позу героини, выпятив крошечную грудь и воинственно уперев кулачки в бёдра. — Я же там не выкладывалась на все сто! Бо-осс! А ну быстро подтвердил, что тебе нравится, и погромче!

— Ещё бы, — поспешил заверить я, едва сдерживая улыбку. — Я восхищён до самого кончика хвоста Фурии… то есть, я хотел сказать, до глубины своей души. Но раз ты утверждаешь, что сейчас действуешь на пределе возможностей, то и время работы этого умения значительно сократится?

— Мелочи! — ещё выше задрав крошечную пуговку носа, небрежно отмахнулась Кроха. — Буду растягивать эффект настолько долго, насколько хватит запаса кристаллов в нашем общем подсумке!

Новые таланты Крохи пришлись как нельзя кстати. Казалось, некое высшее божество специально подгадало их появление под мои текущие задачи… Впрочем, какое ещё «некое». Джива — та ещё хитрованка, и я подозревал, что по сути это всё та же самая Кроха, просто масштабированная до божественного уровня.

Как я уже отмечал, Джива пока недостаточно «вызрела» внутри своей каменной оболочки и не могла щедро раздавать профильные умения всем новым последователям. Ей только предстояло накопить реальное могущество, как и всякой молодой аватаре, недавно отпочковавшейся от божественной Основы, но имелся один важный нюанс.

Кроха была не просто верной последовательницей, а… аватарой аватары? Пожалуй, это самое точное определение. На текущий момент она являлась миниатюрным воплощением воли и стремлений Дживы, и в то же время оставалась моим верным питомцем. Ситуация забавная, интригующая и крайне перспективная.

Разумеется, я ещё в Цитадели внимательно изучил описание новых способностей Крохи в системном интерфейсе, но зачем же лишать малую удовольствия лишний раз похвастаться? Тем более если учесть, что при перерождении она лишилась очень многого. Все три фундаментальных навыка: «Артефактор душ», «Артефактор предметов» и «Артефактор измерений» со всеми их разветвлёнными ветками развития безвозвратно канули в Лету.

Впрочем, всему нашлась достойная замена, причём часть функций перешла ко мне, превратив меня как игрока в более независимую боевую единицу. Куда важнее было то, что Кроха получила взамен, эволюционировав в высшую форму — Цветочную Фею.

В её арсенале появились мощные божественные инструменты: «Хозяйка Сада Жизни» давала контроль над Материнским Алтарём для рождения новых фейри, «Хозяйка Тотемов» позволяла создавать зоны пространства с уникальными физическими свойствами, а «Хозяйка Сердца Источника» обеспечивала прямую подпитку управляющих кристаллов Цитадели энергией из окружающего пространства.

Говоря проще, Источники Башен больше не нуждались в ручной замене расходников, так что вечная нервотрёпка с отслеживанием их заряда наконец-то закончилась. Чаши с кристаллами превратились в мощные стационарные накопители, которые тянули силу напрямую из Оболочки, отделявшей наш осколок от голодной Пустоты. Сама Оболочка в результате стала работать как исполинский поглотитель, сквозь который внешним тварям теперь пробиться было в разы сложнее.

Следовательно, и риск критического взлома охранного контура при массовом вторжении пустотников снизился до минимума. Главной задачей теперь оставалось не допустить врага до физического разрушения самих Источников, а для этого сил гарнизона хватало с лихвой. К тому же в обороне участвовали запитанные от сети «Каменный хлыст» и «Ядовитое облако», не говоря уже о магомётах на старых и новых башнях. Ну и главный козырь — десятки вставших под мои знамёна воинов-пятидесятников.

Ах да, нельзя забывать про Стражей. Эти неповоротливые на вид шарообразные «ребятишки» точно не станут прохлаждаться при нападении, а по боевой мощи каждый из них стоил целой группы топовых игроков. Стражи — это моя последняя линия обороны, вступающая в дело, когда все остальные защитники уже пали.

Теперь Цитадель была защищена настолько надёжно, что в моём личном присутствии для отражения рядовых угроз больше не было необходимости. Это всерьёз развязывало мне руки для более насущных и опасных дел за пределами домена. Тем более что жизнь осколка удалось замкнуть на Пантеон — такая функция открылась сразу после его официального формирования.

Даже если со мной случится нечто непоправимое, Цитадель со всеми её обитателями продолжит не просто существовать, но и развиваться как самостоятельный, автономный мир. Она будет жить. Осознание этого факта сняло с моих плеч колоссальный моральный груз: я наконец-то смог расправить спину, не дёргаясь каждую секунду от мысли, что абсолютно всё зависит только от меня. Теперь флаг было кому подхватить.

Если подводить итоги, то Джива к этому моменту успела сделать для Цитадели не меньше, а в чём-то даже больше, чем Алан Тёмный.

— Прекрасная новость, но… — я невольно хмыкнул, реагируя на хозяйское заявление фейри. — В «нашем» подсумке, говоришь?

— Ай, не придирайся, босс! — без сопротивления ветра Кроха свободно порхала прямо перед моим носом, в чём ей явно помогала дополнительная пара крыльев. Её тонкий, переливчатый голосок звонко разносился в непривычной тишине палубы. — Всё моё — твоё, и наоборот. Мы же партнёры, разве нет?

В плане длительности работы умений Кроха не заблуждалась. Я и сам на пятом ранге «Абсолюта» не пожалел драгоценных очков развития на аналогичный эффект, понимая, что перед такой судьбоносной операцией крохоборство неуместно. Зато теперь даже без активации «Иллюзии совершенства» я получал возможность прямой подпитки защитного поля от обычных кристаллов сущности. После пяти базовых секунд действие «Абсолюта» зависело лишь от запасов в карманах… или пока я сам не решу прервать поток. Называйте это читерством, я не обижусь. К такому вообще быстро привыкаешь.

Впрочем, имелась и жирная ложка дёгтя в этой бочке мёда: каждый дополнительный кристалл, продлевающий защиту на пять секунд, также увеличивал время перезарядки способности на пять минут. Вместо стандартного пятиминутного отката я рисковал получить разрыв в двадцать, тридцать минут, а то и больше. В условиях скоротечной свалки об умении после такого использования можно было смело забыть. Это заставляло меня ювелирно рассчитывать момент входа в режим — стоит ли игра свеч или можно перетерпеть на «Щите льда» и защите от союзников.

К счастью, подсумков мы предусмотрительно набрали с запасом. Три из них плотно прилегали к моему поясному ремню за спиной, чтобы не мешаться под руками в бою, хотя один был наполовину пуст — там располагалось убежище Крохи. Зато ещё десять сумок гирляндой висели на могучей шее Фурии, спускаясь к её груди тяжёлым ожерельем. В общей сложности я мог мгновенно задействовать около полутора тысяч кристаллов, а в случае затяжного боя специально назначенные воины-разносчики готовы были передать ещё пару тысяч в резервных сумках.

Впечатляющая мощь? Без сомнения. Но это — буквально всё, что успели выскрести из своих закромов жители локации перед финальным рывком. Больше взять ресурс было негде, поэтому действовать придётся с аптекарской точностью. И, что немаловажно, мне самому нужно было не порваться на тряпочки при высвобождении такой чудовищной энергии. Управлять подобным потоком мне ещё не доводилось, а я слишком хорошо помнил мучительные откаты после куда менее мощных аур и ударов.

Здесь на выручку должна была прийти новая аура Пантеона, созданная «божественным коллективом» специально для тех, кто нёс в себе силу аватар. «Благословение Феникса» укрепляло тело на физическом и энергетическом уровне, позволяя пропускать через себя колоссальные потоки энергии без риска мгновенно превратиться в пыль от разрывающей изнутри мощи.

Вторую ауру, «Знамя Стойкости», Пантеон выдал для группового применения. Она блокировала действие враждебных Печатей в стометровом радиусе. Теперь у Владыки не получится безнаказанно клеймить моих бойцов, да и Хаос Бездны должен был поумерить свой аппетит.

По крайней мере, так всё выглядело в теории, а практику нам предстояло освоить в самом пекле. Каждая из этих аур требовала своей платы — как кристаллами, так и божественным вниманием. Это были не панацеи на все случаи жизни, а высокоэффективные инструменты войны, требующие предельной осмотрительности.

Право оперировать мощью этих аур было жёстко ограничено: доступ к ним получили лишь четверо из нашего отряда, либо уже являвшиеся прямыми аватарами, либо официально назначенные на вакантные места божественной волей Пантеона. В этот узкий круг вошли я, несущий волю Алана Тёмного, Кроха как воплощение Дживы Покровительницы, Акарх Терпеливый от лица Горэла Воителя и Тарп Старый, ставший проводником силы Йеноху Охотник.