Разрушитель

Глава 30 Прижигание Язвы

Тем временем разведчики замыкающей двойки — Сидор и Команч — завершили манёвр на правом фланге агро-зоны. Вокруг внешнего обвода Язвы на виртуальной карте вспыхнуло неровное, пульсирующее «ожерелье» из активированных точек астрального перемещения. Визуально это выглядело как цепочка неоновых светлячков, будто впаянных в саму ткань реальности. Для меня это означало одно: пути отхода и точки подброса окончательно готовы.

Томительное ожидание решающей схватки высасывало силы эффективнее, чем форсированный марш-бросок сквозь зловонные топи. Но сразу вслед за следопытами пришлось отправить по маякам и Кроху — «Оазис жизни» и «Эфирное безмолвие» требовались не только моему рейду, на этот раз ей придётся напрячься всерьёз. И малая даже не стала возмущаться в своей привычной манере, прекрасно понимая, что поставлено на кону.

— Так что думаешь, командир? — хриплый голос «пьяного» следопыта раздался совсем рядом. — Чую, когда эта мерзость ломанётся — мало нам не покажется. Срезать им боеспособность лучше загодя, пока они в инкубаторах маринуются.

Магвай переместился вместе с Майло через персональный маяк, зафиналив задачу. Я скользнул взглядом по скрытнику: застыв с деревянной улыбкой на физиономии, тот буквально буравил глазами Язву. Он так вцепился в неизменную флягу, что костяшки пальцев побелели. Похоже, парень «надышался» тяжёлым ментальным фоном Стихии Смерти, пока выполнял задание. А вот Майло вроде и в ус не дул, всё как с гуся вода. Нервы у следопыта явно покрепче.

Пришлось ответить в чате, чтобы не сбивать боевой настрой остальным воинам:

Зубоскал: «Решил выложиться по полной и пораньше свалить в Цитадель? Нет, приятель, так просто ты от рейда не отделаешься. Твой „Шёпот“ может оказаться нужнее, чем навыки следопыта. Но всему своё время».

Магвай: «Ну, ждать, так ждать. Я вообще человек терпеливый, с такими-то… задатками. Но напомню ещё раз — за результат не ручаюсь».

По моему сигналу всё пространство по окружности холма пришло в движение. Из дрожащей пустоты начали проявляться рейдовые двадцатки Тарпа Старого, Акарха Терпеливого и Мараны.

Пять сотен бойцов пятидесятого уровня. В другом месте подобная лавина элиты, закованная в матовый металл и укреплённую кожу, накачанная мощнейшими умениями и дорогими расходниками, могла бы в два счёта разнести остров масштаба Форта Бдительного. Горько было видеть эту мощь сейчас — если бы она была у Тарпа раньше, то от главного форпоста сектора не остались бы одни руины.

На душе заметно полегчало, когда лидеры масс-рейдов вогнали в заледеневший грунт «Знамёна Стойкости» и активировали «Благословение Феникса».

— Пантеон в деле! — прорычал Тарп, поправляя громоздкий арбалет на массивном наплечнике. — Чувствуете, как жилы горят? Это Джива нам привет передаёт!

Божественные ауры работали в безупречной синергии, пока воины оставались в радиусе действия флагов. «Знамя» выжигало ментальную скверну Владыки, не давая дебаффам «Ужаса» парализовать волю бойцов, а «Благословение» стабилизировало потоки энергии. Когда зоны влияния аур соприкоснулись, над отрядом повисло едва уловимое, переливающееся золотисто-серебряное марево, а в воздухе отчётливо запахло озоном и жжёным металлом. Вдобавок я уже ощущал физическое воздействие тотемов Крохи, а сама малышка выскочила из маяка и сразу с предельно обессиленным видом юркнула в подсумок на отдых.

С высоты седла Фурии шеренги воинов выглядели единым механизмом, который неумолимо сжимал зазубренные челюсти капкана вокруг чёрного сердца острова — Язвы. Почва под лапами дикоши мелко вибрировала от мерной поступи сотен ног и глухого лязга тяжёлой брони. Предводители применили обкатанную тактику: оперативно перестроили масс-рейд сразу после выхода из маяков в широкую цепь, чтобы не представлять собой слишком скученную мишень.

Однако я не обольщался. Оперативная обстановка под линзой «Ока» внушала законную тревогу.

Эпицентр Язвы — неровный круг в три сотни метров, затянутый плотным на вид туманом. Чистая сконцентрированная смерть в обличии жертвенного погоста. Вокруг центра, раздувая радиус зоны влияния до пяти сотен метров — внешнее кольцо земли, инфицированной лозами Древа Смерти и густо утыканной лесом мерзких Стручков с элитными инкубаторами. Мы же — третье кольцо. Тонкое, растянутое, с опасными разрывами между двадцатками. Позади нас — лишь проливы с ядовитой жижей, через которые по-прежнему прибывали разрозненные группы пожирателей, пытаясь вклиниться огрызающимся рейдам в спину.

От такого зрелища поневоле ощутишь отрезвляющий холод в загривке. И так думал не я один.

— Слишком редкая сеть, повелитель, — бархатным контральто обронила Марана, появившись рядом из маяка. — Если Владыка всей дурью долбанёт в одну точку — он пройдёт сквозь нас, даже не заметив сопротивления.

В какой-то миг внутри шевельнулось искушение — послушать Акарха и выдернуть весь резерв из Цитадели. Но бросить всех в одну топку — значит добровольно лишить себя манёвра. Один нежданный выплеск мощи Владыки, и Список Ожидания захлестнёт именами, а клан перестанет существовать за считанные секунды. Лучше сохранить надёжный кулак в безопасности, чем получить братскую могилу на этом холме.

Я упрямо стиснул зубы. Смысла в плотном окружении Язвы нет ни малейшего, если учесть, что масс-рейду приходится отбиваться почти со всех сторон, и лишь от самой Язвы пока реакции не последовало. Мы не собираемся стоять здесь насмерть — в таких условиях это попросту невозможно; нам нужен молниеносный натиск и гарантированный результат. А для синхронной атаки с четырёх направлений пяти сотен элиты хватит с лихвой. Не зря же мы разворачивали божественные ауры — под их мощным воздействием заклинания магов били в несколько раз дальше обычного.

— Верно, но мы и не будем стоять в обороне, — задумчиво кивнул я, не отрывая взгляда от туманной хмари впереди.

Магическая Сфера над плечом демонессы яростно пульсировала багровым.

— По самое не могу заряжена, — Марана поправила прядь волос, и в её глазах вспыхнул азарт. — Если прямо сейчас не пустим в дело — разорвёт на осколки. Да и мои «черепа» уже клыками скрипят от нетерпения.

Я открыл общий канал:

Зубоскал: «Тарп, Акарх? Готовы?»

Акарх Терпеливый: «Позиции заняты. Ждём сигнала».

Тарп Старый: «У нас, гхэллов, терпение короче, чем наши бороды. Ты когда-нибудь видел бородатого гхэлла? Вот и я о том же. Командуй уже, Ключник».

Зубоскал: «Так, вот что будет дальше. Сперва немного пошалим, посмотрим на реакцию. Если пойдёт более-менее гладко — выжигаем тут всё к чёртовой бабушке».

— Ты слишком непочтителен к моей бабушке, повелитель, — Марана едва заметно улыбнулась. У демонессы всегда так: чем серьёзнее намечается замес, тем выше взлетает её настроение.

Зубоскал: «Зелеакс, своего чёрта придержи, оставим в запасе. Искра — внимание. Тебе открывать банкет. Ударишь по сигналу. Остальные подхватят».

Искра: «Наконец-то, и года не прошло!»

Вокруг пиромантки и её лавовой драконицы давно образовался почтительный круг — никому не улыбалось поджариться заживо. Грязь в радиусе пяти метров вокруг этой пары превратилась в растрескавшуюся корку. Искра с нарочито невозмутимым видом покрутила кистями, разминая плечи под серой кожаной безрукавкой. Девушка принципиально не носила наручей, предпочитая полагаться на личную магическую защиту и пламя, по её заверению, «пульсирующее прямо в венах».

А вот драконица места себе не находила — от растёкшихся по боевым порядкам аур уже, казалось, искрил сам воздух. Неудивительно, что огромная ящерица едва сдерживала бушующее пламя внутри сущностного ядра. Казалось, она вот-вот вспыхнет сверхновой, разметав союзников в пепел.

Михонариум: «Ауры Пантеона — это, конечно, пафосно, тысяча темнозадых демонов… Но старая добрая музыка всегда добавляет огонька в крови. Не пора ли и мне…»

Зубоскал: «Угадал. Давай, врежь своей лютней, а то уже измаялся от безделья».

Михонариум: «Не-не-не, я всегда при деле! Ты что-то напутал, командир! Но сейчас всё будет в лучшем виде! Пока я здесь — наши парни будут бить сильнее, чем им позволяет совесть!»

Из тени Фурии, словно соткавшись из самого сумрака, выступил худощавый блондин в облегающей коже изумрудных доспехов. Одарив меня насмешливым взглядом льдистых глаз, бард снял с пояса изящную лютню. Тонкие пальцы едва коснулись струн, извлекая плотный, вибрирующий аккорд. Сизое сияние волной разошлось от музыканта во все стороны, подпитывая развёрнутые ранее ауры и придавая им иное звучание.

Система тут же выдала сообщение об активации «Фанфар могущества», и я ощутил, как по венам разливается дополнительная заёмная мощь. Эльф лукаво подмигнул, продолжая наигрывать бодрый мотивчик.

Пора. Чат чатом, но сейчас команду не помешает видеть всем воинам масс-рейда. Я вскинул «Пламень» высоко над собой, ловя на сталь багровые отсветы реявшей над демонессой Сферы.

Зубоскал: «Огонь!»

Тряхнув белобрысой шевелюрой с серебристыми прядками, Искра плотоядно оскалилась. Её жезл моментально удлинился до двухметрового посоха и с глухим стуком ударил в грунт. Крупный кристаллический набалдашник мощно полыхнул, посылая по крутой шипящей дуге в низкое серое небо ослепительный болид.

Траектория была точной, Искра знала своё дело. Снаряд должен был взорваться в самом средоточии Язвы, но… за три десятка метров до цели он с сухим хлопком врезался в пустоту.

Вздыбившееся пламя закрутилось ревущим вихрем «Адской воронки», выжигая тени на сотни метров вокруг, но вместо того, чтобы испепелить погост, воронка бессильно размазалась тонкой плёнкой по огромному невидимому куполу. Только сейчас, под натиском магии, его очертания проявились в реальности — мерцающая, маслянистая полусфера, накрывшая само сердце острова.

Следом пронзительно запела праща Чупы. Снаряд в полёте размножился на десятки магических копий, сверкающих голубыми молниями. Чародеи поддержали атаку, обрушив на купол град ледяных штормов. Мир вокруг утонул в грохоте, но триумфа не случилось.

Пространство над Язвой шло тяжёлой рябью. Купол преломлял свет и поглощал магию, как губка. Всё, что было снаружи — горело и плавилось, но за преградой Стручки стояли целыми и невредимыми.

— Что за дрянь⁈ — возмущённый вопль Искры заглушил рёв бушующих стихий. — От моего огня никакого толку!

— Всего лишь защитный барьер, — Марана стояла в расслабленной позе, с саркастической усмешкой на полных губах. — А ты что хотела? На чужой территории — свои законы.

— Я вижу, что это барьер! — огрызнулась пиромантка. — Но он даже не поддаётся! А ульты теперь в откате!

Тарп Старый:«Это избирательный барьер. Нечто подобное было и в Форте при активации Ростка. Сейчас мой черёд, смотрите внимательно».

Я увидел через «Око», как арбалетчики Тарпа вскинули оружие. Залп! В момент соприкосновения с барьером каждый болт на долю секунды ярко вспыхнул, а затем магическое свечение мгновенно угасло. Снаряды прошли сквозь преграду, превратившись в обычные куски железа, лишённые силы умений. Они бессильно завязли в переплетениях лоз, не причинив ни малейшего вреда.

Зубоскал: «Всем прекратить огонь!»

Тишина, воцарившаяся над полем боя, казалась более неестественной, чем недавний грохот.

Зубоскал: «Тарп, как я понимаю, в Форте вы в такую ауру даже не сунулись?»

Тарп Старый: «Потому что там — смерть в чистом виде, Ключник. Но здесь барьер немного иной структуры. Он не убивает на входе, но гасит любую магию».

Зубоскал: «Предложения?»

Акарх Терпеливый: «Послать разведчика. Добровольца я найду. Под личным „Благословением Горэла“ он сможет отойти от Знамени и продержаться внутри купола достаточно долго, чтобы прощупать почву».

Зубоскал: «Рано. Пожертвовать бойцом всегда успеем».

Марана рядом со мной с флегматичным видом крутила в руках кинжал, но это лишь видимость — её разум был полностью занят контролем переполненной магией Сферы, так что решение было за мной. Но ни от Сферы, ни от Магвая с его «Шёпотом» сейчас, пока барьер цел, толку не будет.

«Чёрт, как же остро сейчас не хватает Хорки…» — с досадой мелькнула мысль. Белогривый вожак, обладавший уникальным классом «антимаг», вскрыл бы этот магический пузырь, словно консервную банку, попросту шагнув сквозь него. Но Хорка бесследно сгинул в Бездне, так и не дождавшись возрождения, и рассчитывать теперь приходилось лишь на тех, кто остался в строю.

Все эти размышления пронеслись в голове за долю секунды, но я как никогда ранее ощущал, что драгоценное время утекает, как песок сквозь пальцы.

Зубоскал: «Зелеакс, твой чёрт пройдёт сквозь барьер?»

Зелеакс: «Почти наверняка — нет. Это твоя Марана собирает свиту из реальных миньонов вроде Риста. А адский прислужник — чистейшая магия. К тому же откат — сутки, и он из меня всю энергию выпьет. Если в ближайшее время чёрт больше не понадобится, то…»

Точно, у нас же есть Рист! Верный телохранитель в этот момент зачищал тыл рейда по приказу Мараны. Я уж было обернулся к подруге, чтобы та позвала «питомца», но в этот миг разозлённая и уязвлённая донельзя Искра, триумф которой при всём честном народе обернулся пшиком, быстро подошла ко мне и остановилась в двух шагах от недовольно фыркающей Фурии.

— Босс, хочу послать Вспышку вперёд, — решительно заявила пиромантка. — Магию купол режет, болты гасит. Но Вспышка — это не плетение. Это живое существо, пламя — воплощение её сути. Они неразделимы. Если она проберётся внутрь, её «Гнев Саламандры» рванёт уже за фильтром. Подпалим этот гадюшник изнутри!

Я перевёл взгляд на драконицу — по-настоящему умное создание. Вспышка не последовала за хозяйкой; видимо, инстинктивно понимала, что случайным выбросом пламени может покалечить союзников. На её возрождение и последующую прокачку ушли практически все ресурсы кланового Инкубатора. Но разве не для такого момента мы её сюда притащили? День сегодня выдался особенный — рискуют абсолютно все.

— Действуй. Но как только увидишь, что дело плохо — вытаскивай её назад.

Михонариум по-прежнему стоял рядом и слышал наш диалог. Без привычного трёпа он молча послал в сторону саламандры синеватую искру защитного аккорда. Значит, тоже согласен с планом Искры.

Пиромантка с предельно сосредоточенным выражением лица прижала ладонь к горячей чешуе на шее питомца. Первородный огонь и впрямь не причинял хозяйке вреда — по крайней мере, если это было пламя подопечной.

— Вперёд, девочка. Покажи им всем, что такое настоящий рассвет.

С низким утробным рокотом драконица сорвалась с места с поразительной грацией. Жирная грязь под мелькающими в беге лапами испарялась мгновенно, оставляя за рептилией быстро тающую дымку из едкого пара.

Стометровку до барьера Вспышка преодолела в несколько мощных прыжков, а затем на полной скорости врезалась в преграду всей массивной тушей. Над местностью разнёсся гулкий вибрирующий звук, будто по огромному медному барабану ударили тяжёлой колотушкой, а вокруг чешуйчатого тела ящерицы ослепительно полыхнуло яростное пламя. В следующую секунду барьер ответил. Мощный энергетический импульс, сопоставимый с ударом гигантского молота, бесцеремонно отшвырнул четырёхметровую тушу назад. Драконица кувыркнулась через голову, вспахала когтями спёкшийся грунт и жалобно зарычала от боли. После чего, заметно прихрамывая, поплелась обратно к хозяйке, отозванная по духовной связи.

— Зараза, — процедил я сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает злость. — И как это понимать? Одушевлённым тоже ходу нет?

— Похоже, в моей малышке магии даже больше, чем нужно, — раздосадованно пробормотала Искра, пряча взгляд. — Извини, босс, что снова не справилась…

— Не бери на свой счёт. Даже не думай, ясно?

Искра благодарно кивнула, заметно приободрённая моей репликой, но внимание уже переключилось на Кроху. Та выскочила из подсумка и привычно зависла напротив лица, усиленно работая крылышками.

— Босс! Я могу! Давай я поставлю «Сферу Покоя» и «Эфирное Безмолвие» прямо у края! С поддержкой Дживы мне на Печать Владыки теперь начхать! Наверняка барьер можно ослабить, а потом и Вспышка пролезет⁈

Я не ответил, всерьёз взвешивая, стоит ли идти ва-банк прямо сейчас. Перед мысленным взором замерли две чаши весов, представляя два принципиально разных финала этой затянувшейся истории.

Путь первый: разумный компромисс. Мы могли бы вообще не штурмовать барьер, активировав Семя на приличном удалении от эпицентра Язвы. В этом случае задача-минимум выполнялась: Дегустаторы всё равно бы явились на зов и стёрли остров в труху вместе с порталом и Тёмной Звездой. Всю кратковременную мощь Пантеона мы бы сосредоточили исключительно на обороне — ведь без щита один точный удар Ревуна или залп Цветка Смерти от утилизатора в мгновение ока превратят Семя в мусор.

В чём подвох? Этот сценарий гарантировал нам выживание, но без особых перспектив, и ощущался как отложенное поражение. Да, остров падёт, но Владыка Смерти так и не покинет нору. Он останется за кулисами, продолжая плодить нечисть на других искажённых островах, где прямо сейчас наверняка происходит то же самое, что и на Звезде. Уйти несолоно хлебавши, не добравшись до горла врага после гибели Хорки Умного и всех тех, кто пал от его лап до нашего рейда? Неприемлемо. Вся подготовка с зачисткой территории и установкой астральных маяков в этом случае превращалась в средство для поспешного бегства, а не триумфа. Не говоря уже о том, что силами в полторы тысячи бойцов этот остров был бы зачищен в несколько раз быстрее и с куда меньшими потерями.

Оставался лишь второй путь, привлекавший завершённостью. Сбросить маски, активировать ауру Пантеона и явить миру мощь всех четырёх аватар: я — Алан Тёмный, Тарп — Йеноху, Акарх — Горэл, и Кроха — Джива. Мы бы лично проломили барьер, обратили бы Язву в прах и установили Семя в самом сердце вражеского логова.

Владыка Смерти — хитрая и расчётливая гнида. Он наверняка ожидает, что мы выложимся на прорыве барьера, и когда все «ульты» уйдут в откат, он выйдет из тени, чтобы размазать нас одним ударом. Но он не знает о подарке торговца. Именно поэтому у нас есть отличная возможность разыграть грандиозный спектакль. Мы имитируем массированную атаку и тратим «последние» ресурсы, заставляя мертвяка поверить в нашу уязвимость. А когда он решит, что настал момент нас добить, мы используем «Обновления», сбросим откаты и проутюжим Владыку со свежими силами. Да, это колоссальный риск, но другого способа выманить его наружу и покончить с ним лично я не видел.

Если уж хлопать дверью, то так, чтобы обрушить весь потолок на голову врага. Возможно, я слишком зациклился на мести, чтобы просто «выполнить задачу» и сбежать, но… Почему-то я всей сутью чувствовал, что именно этот вариант — наиболее правильный.

Не ты один умеешь играть в игры, грёбаный мертвяк. Я заставлю тебя вылезти на свет вместе со всей сворой. Но сперва, прежде чем пускаться во все тяжкие, нужно попробовать одну безумную идейку…

На все размышления ушло лишь пара секунд, так что рейды соскучиться не успели, и я немедленно связался по маяку с Цитаделью.

Зубоскал: «Ранилак, напомни, твой свин ведь может преодолевать любые препятствия? Помнишь, как вы меня вытащили „Астральной норой“ с Острова Мертвецов?»

Маг отозвался без малейшей задержки, явно наблюдая в реальном времени трансляцию происходящего на Тёмной Звезде через «Око». Он понял мою мысль буквально с полуслова.

Ранилак: «Уже бегу».

Коренастая фигура в долгополой кожаной куртке возникла в точке маяка раньше, чем я успел досчитать до трёх. Круглое лицо мага сияло вдохновением, пышные усы воинственно топорщились, а в светло-жёлтых глазах горел неподдельный восторг. Неужто его настолько тяготила необходимость присматривать за Цитаделью, что любое участие в рейде заставило его расправить крылья? Но первые же слова сразу расставили всё по местам — маг радовался не за себя, а за вопросительно хрюкающего питомца, которого он обеими руками прижимал к груди с такой нежностью, словно боялся разбить хрупкую вазу.

— Я так и знал, что для Мохнатика найдётся достойное дело! — Ранилак радостно осклабился во все тридцать два зуба. — И пусть никто больше даже не смеет заявлять, что он бесполезен! С чего начнём, командир?

Мохнатик — астральный норогрыз, которого я когда-то в шутку окрестил «огурцом с крылышками», важно кивнул, смешно двигая розовым пятачком. Марана коротко кивнула, перехватив мой взгляд, но я и сам уже видел, как вызванный миньон — текучая от переливающихся бликов сгорбленная фигура, словно собранная из жидкой ртути, — проявилась рядом. Рист бесстрастно глянул на меня двумя парами чёрных выпуклых глазных линз и привычно сгорбился, будто складываясь вдвое. Устрашающий трезубец, перехваченный за длинное древко одной из четырёх рук, сухо ткнулся пяткой в заледеневшую грязь, а хвост с мечевидным остриём угрожающе замер в крутом изгибе над головой.

— Давай-ка его сюда, Ранилак. Нет времени на долгие объяснения, просто доверься мне, я постараюсь его сберечь. Будешь направлять Пятачка по духовной связи, этого вполне достаточно. Кроха, быстро в подсумок!

— Что? Как… — Погодный маг явно растерялся от подобного напора.

Марана бесцеремонно выхватила Мохнатика из рук хозяина и тут же вручила его мне. Свинтус оказался неожиданно увесистым для размера и одуряюще пах густым ароматом каких-то редких трав — верный признак, что его основательно «забаффали» перед ответственной задачей. Вот и отлично.

Чувствуя настрой, Фурия нетерпеливо рыкнула. Я сбросил короткие пояснения в командный чат и послал дикоше мысленную команду, которой она так страстно ждала все эти часы утомительного рейда. Бедняга изнывала, выполняя роль ездового животного и пропуская одну схватку за другой. Настоящей драки не предвиделось и сейчас, но хоть какая-то «движуха» для её мятежной души! Да и мне самому не мешало бы немного размяться. К тому же Кроха теперь будет под личным присмотром.

Фурия в мгновение ока взяла с места в карьер. Широко распахнув кожистые крылья, она понеслась к барьеру гигантскими прыжками. Ветер тугими струями свистел в ушах, а серебристая паутина на лице жгла кожу всё сильнее, предупреждая о стремительно нарастающей смертельной угрозе.

Четырёхрукий линарец молча мчался следом, не отставая ни на шаг. Только он мог соревноваться в скорости с моей дикошей — лучшей охраны для нас троих и не придумаешь… Прости, Кроха, — для нас четверых, учитывая свина, который лишь удивлённо похрюкивал у меня на руках.

Сыграем тоньше. Магия Мохнатика уникальна: он умеет мгновенно перемещаться на короткие дистанции, игнорируя любые физические преграды — своего рода живой портал. Раньше нам требовалась помощь Крохи — она выступала «глазами» для нелетающего свина, пока прокладывала путь над Бездной, а он, используя их ментальную связь, прыгал к ней с астральным маяком в нагрудном мешочке. Сейчас же услуги летуньи не понадобятся. Барьер абсолютно прозрачен для взгляда, а значит, Мохнатик сможет совершить прыжок без всяких посредников.

Возможно, именно это и станет последней каплей, которая переполнит чашу терпения Владыки…

Ковылявшая от барьера драконья ящерица озадаченно замерла при нашем приближении. Но стоило нам пронестись мимо, как она тут же пристроилась в хвост Фурии — явно получила приказ от хозяйки, оставшейся с основным рейдом.

За несколько метров до бликующего купола я осадил Фурию и соскочил на землю. Почва здесь превратилась в сухую, растрескавшуюся корку, выжженную боевой магией до самого основания. Сделав несколько шагов к границе, я замер. О том, чтобы пытаться пройти сквозь завесу самому, не было и речи — если уж «Вспышка» пасовала, то мне там делать тем более нечего. К тому же знак Алана на лице буквально горел, транслируя нестерпимое чувство опасности: барьер явно не стоило трогать даже кончиками пальцев, если я не хотел оставить здесь руку. Или голову. Почему-то мне показалось, что этот контур в первую очередь настроен именно на мою персону. Владыка предусмотрел даже такой вариант?

Я аккуратно поставил свина на землю и вложил ему в зубы кристалл маяка.

— Так, боец, смотри внимательно вон за ту чёртову плёнку! — я ткнул пальцем в просвет между двумя Стручками предельно мерзкого вида. — Стоп, ты меня вообще понимаешь, или я зря тут распинаюсь и нужно связаться с твоим хозяином?

— Да понимает он всё, босс! — Кроха выскочила из подсумка, как чёртик из табакерки. Сверкая голубыми от азарта глазами, она по-хозяйски уселась свину прямо на спину. — Я ему сейчас всё популярно растолкую!

Я бесцеремонно цапнул фейри двумя пальцами за крылышко, снимая с «коня».

— Нет уж, малая. Твоя задача — тотемы. Ставь их сейчас, иначе нам тут всем резко поплохеет без прикрытия.

— Поняла, босс! — пискнула она и мгновенно стала серьёзной.

Я снова обратился к «мохнатому огурцу»:

— Слушай команду. Сможешь прыгнуть за барьер метра на три? Ага, вижу, что сможешь. Действуй только по сигналу. Как окажешься там — сразу бросай кристалл. Я его активирую, а ты мгновенно смываешься в Цитадель, в объятия нервного хозяина. Понял?

Свинтус нетерпеливо подпрыгнул на всех четырёх копытцах и яростно затрепетал декоративными крылышками. Взлететь они не помогали, но сейчас это и не требовалось.

Кроха тем временем не стала мелочиться. Она воткнула сразу три тотема, которые раскрылись друг в друге разноцветными слоями. «Сфера покоя», «Оазис жизни» и «Эфирное безмолвие» мгновенно создали вокруг нас островок безопасности и утихомирили магические возмущения (хотя на сам барьер, как я и ожидал, это не подействовало). Мысленно подключившись к маяку, чтобы не терять ни мгновения, я скомандовал:

— Фас!

Пятачок Мохнатика смешно сморщился, глаза на мгновение затянулись белой пеленой. Короткая вспышка — и свинёнок исчез, чтобы в ту же секунду материализоваться по ту сторону завесы. Снова вспышка — маяк развернулся идеально, а норогрыз исчез окончательно, отправившись к заждавшемуся хозяину. Доступ на ту сторону был открыт, путь проложен!

— Есть! — выдохнул я, чувствуя, как гора сваливается с плеч.

Но радость длилась ровно полсекунды.

Тяжёлая, удушающая волна угрозы накрыла возвышенность вокруг портала, словно гнилое саванное одеяло. Пространство внутри жертвенной зоны закипело. Триста метров до эпицентра Язвы, затянутых гнилостным туманом, были бы непреодолимы для обычного взора, но «Око» работало исправно. Я видел, как с влажным треском, раздирая массивными телами лозы Древа, из Чёрных порталов выходят они. Один… трое… пятеро! Пять исполинских фигур.

Ревун — это не просто элитный моб. Это венец извращённой биотехнологии Владыки. Четырёхметровые твари были с ног до головы замотаны в чёрные ленты, заменявшие им доспехи, — ожившие кошмары из проклятых гробниц. Под этой «упаковкой» перекатывались жгуты модифицированных мышц, способных выдержать прямой удар зачарованной алебарды гхэллов. Твари возвышались над землёй на огромных жуках-утилизаторах, вдвое крупнее обычных. И у «коней», и у «всадников» из всех сочленений, а также на массивных костяных черепах торчали острые гребни. Ужас верхом на ужасе. Таких элиток в секторе Форта Бдительного ещё не видели.

Двое Ревунов сжимали в костлявых пальцах трёхметровые посохи такой толщины, словно вырвали молодые деревья перед походом, остальные трое — гигантские костяные мечи устрашающего вида, будто созданные разрушать крепостные стены. Пропустившие их порталы не выдержали мощи «пассажиров» и лопнули, развеявшись брызгами тающей тьмы. Отчасти стало ясно, почему сквозь такие порталы не путешествует сам Владыка — похоже, только Искажённый портал выдерживал его мощь.

Главная опасность Ревунов — разум. Они понимают речь и, что гораздо хуже, умеют командовать. С первым же жестом лидера, вскинувшего меч, вокруг Язвы волной разошёлся трескучий гул. И барьер тут же осыпался разбитой скорлупой. Ограда больше не была нужна — теперь она только мешала защитникам Владыки.

Несмотря на колоссальные размеры, пятёрка действовала пугающе слаженно. Сердце успело пропустить лишь пару ударов, когда они выстроились в шеренгу, повернули громадные костяные черепа в нашу сторону — с кипящей в провалах глазниц тьмой — и одновременно раскрыли зубастые пасти. Воздух мгновенно загустел, превратившись в липкий кисель, а лёгкие оцепенели на полувздохе.

Вся их ярость была направлена на меня. Но страх был не за себя — в трёх сотнях метров позади стоял клановый масс-рейд. У них не было защиты уровня «Абсолют», а божественных аур могло не хватить против такого концентрированного залпа. Я слишком хорошо помнил погоню на Черепе Властелина: там одна-единственная тварь, вдвое меньше этих элиток, гоняла меня по острову, как охотник — подранка. И именно поэтому я остался на месте — лучше мне побывать мишенью, чем подставлять остальных.

Зубоскал: «Рейд, максимальная защита!!!»

В тот же миг звук боевого рога, вырвавшийся из пяти гнилых глоток, ударил чудовищной физической волной, ломая саму реальность.

Звук перестал быть просто шумом — он превратился в невидимый таран колоссальной мощи. Первыми приняли удар Стручки. Предельно мерзкие наросты на пути волны лопались сотнями, как перезрелые плоды, разлетаясь фонтанами склизких ошмётков и ядовитых спор, и тут же становились частью неумолимо несущегося в сторону штормового вала.

«Абсолют» активировался за мгновение до удара. Но ещё за мгновение до этого я поднял «Иллюзией совершенства» на ранг сам «Абсолют» (5+1), а затем — «Источник могущества» (4+1). С такой атакой больше нельзя было откладывать усиление, мгновенно взвинтившее мощь всех способностей на 100% и утроившее личные параметры на 5 минут. От хлынувшей в тело силы кровь словно закипела, мир подёрнулся багровой пеленой. Казалось, даже затрещали кости от изменившейся физики мышц. И в то же время все чувства обострились до невероятных пределов, волна уже не казалась чем-то неодолимым, монолитным — я видел слабости и разрывы отдельных потоков, инстинктивно осознавал, что способен устоять.

Золотистая плёнка защиты мгновенно укутала меня, Фурию и Кроху, заодно захватив и Вспышку, к которой я успел протянуть руку и прижать ладонь к раскалённой чешуе. Кожа зашипела, но под усилением «Источника» боли я не почувствовал. Зато даже сквозь неуязвимый щит ощутил, как содрогается сама реальность.

В этот миг передо мной возник забытый в этой кутерьме Рист. Четырёхрукий линарец не нуждался в опеке, более того — он не собирался просто стоять за спиной, да и Марана, наблюдавшая за прислужником с относительно безопасной дистанции, вряд ли это ему позволит. Бой — это его стихия, кредо жизни. Трезубец Риста вспыхнул ослепительным светом, когда он на встречном движении с безумной скоростью и силой врубился в звуковую волну, буквально рассекая её связкой коронных умений. Гротескная ртутная фигура по всей поверхности тела встопорщилась навыком «Прочной чешуи», на спине вспыхнули «Световые крылья», вокруг алой каймой всплеснуло «Отрицание», дававшее временный иммунитет к проклинающим умениям. Сегментированный щит на левой верхней руке развернулся двухметровой силовой проекцией «Призрачного блока», а с лезвий раскалённого трезубца сорвалась безумная по яркости вспышка «Аннигиляции». Встречный удар Риста распорол штормовой вал, словно великан, пнувший домик из песка.

Но даже того, что, обогнув линарца, докатилось до меня, хватило в избытке. Удар был такой силы, что почва под нами со стоном и грохотом просела на полметра, а взвесь праха взвилась серым фонтаном, и перекрыла видимость до небес. Рист помог мне удержаться на ногах, приняв основной импульс на себя, но даже его запредельной мощи не хватило, чтобы выстоять до конца — воина всё-таки отбросило назад, сперва впечатав в нашу застывшую под «Абсолютом» композицию, а затем отшвырнув куда-то за спину.

Однако дело было сделано. Я устоял, хотя тотемы Крохи просто сдуло без следа. Волна Ревунов принесла с собой две мерзкие ауры: «Объятия Смерти» снизили сопротивление к Стихии Смерти на 100%, а «Мерзкое истощение» срезало здоровье и энергию на 50%. Вернее — попыталось. «Знамя защиты» в синергии с «Благословением Феникса» приняли на себя тяжесть удара, защитные поля заискрили, наливаясь багровыми оттенками… И справились, сбросив натиск вражеских проклятий.

Отлично! Я оскалился в торжествующей, почти безумной улыбке. Да, Владыка по-прежнему прятался в тени, но первая часть плана сработала блестяще: барьер был вскрыт, а мощь Пантеона всё ещё оставалась при нас.

Справился и рейд, остановив и отразив уже значительно ослабленную расстоянием волну, обошлись даже без ульт главных танков. Лишь ярко полыхнули защитные построения общего характера, и прах остался кипеть возле ног бойцов, уже не причиняя вреда.

Зубоскал: «Рейд! Внимание на меня! Ждать команду!»

Искра по моей отмашке послала вперёд Вспышку. Лавовая драконица светилась от ярости сильнее, чем от внутреннего огня, твёрдо намеренная взять реванш за недавний позор. Гибкая мощная фигура унеслась вперёд красной чешуйчатой молнией.

Не теряя ни секунды, верхом на Фурии мы рванули в глубь Язвы вслед за Вспышкой. Они сами расчистили нам дорогу! Но ящерку нужно было поддержать, отвлечь внимание на себя ещё раз — чтобы дать ей возможность показать мощь сполна. Заряды «Обновления» вставленного в слот пояса артефакта «Хроно-Эхо» конечны, поэтому божественные умения я решил пока придержать, за исключением одного. «Теневое клеймо» под усилением «Источника» било далеко за сотню метров, им я и воспользовался, не столько рассчитывая подчинить Ревунов воле Алана Тёмного, сколько надеясь надёжно привязать агро к себе — законы механики мира просто не позволят рабам Владыки проигнорировать такой выпад, когда сплетается в противостоянии влияние божественных сил. Умение и впрямь лишь мазнуло по чёрным лентам Ревунов и соскользнуло, уходя в откат. Твари были слишком сильны, но и «Клеймо» сделало своё дело, создав уязвимость — я это ощутил каким-то шестым чувством.

Значит, стоит попробовать ещё раз! Но сперва…

Я действительно бесповоротно привлёк внимание — драконица уже почти добежала до пятёрки надвигающихся монстров, до них оставалось метров тридцать, но твари словно её не замечали. В следующую секунду она резко остановилась, вздыбила спину и низко опустила голову… А затем от неё расширяющейся стеной рванула чудовищная волна «Гнева саламандры» — ослепительно-белого первородного пламени.

В тот же миг мы с Фурией резко затормозили, я активировал брошенный на землю маяк и мы перенеслись к рейду, на позицию среди бойцов. Резко развернувшись, я уставился туда же, куда уже заворожённо смотрели сотни глаз. Кроха, выскочив из подсумка, что-то возбуждённо пищала и показывала в сторону Ревунов неприличные жесты, но мне сейчас было не до её восторгов.

Язва превратилась в бушующий ад. Испепеляя всё на пути, море огня захлестнуло местность, превращая сотни элиток в пепел прямо внутри трескающихся Стручков. Мощь лавовой драконицы оправдала прокачку, впечатлив даже сверх ожидания. Сама она уже тоже успела вернуться через маяк, и сейчас тяжело дышала, обессиленно распластавшись на брюхе в позе дохлой лягушки. Но Ревуны… эти гиганты на жуках-переростках лишь стали выглядеть ещё страшнее.

Объятые белым огнём, гибельным для Стихии Смерти, пять пылающих фигур с тяжеловесной неумолимостью продолжали двигаться в нашу сторону, не обращая внимания, как обугливается их плоть, как рассыпаются пеплом чёрные ленты одеяний. Они неслись сквозь пожарище, и казалось, ничто не способно их остановить.

Пантеон привлекать было всё ещё рано.

Нужно было, образно говоря, выбить почву из-под жучиных лап ещё сильнее. Ослабить до предела их связь с Владыкой. А затем добить. Ведь несмотря на устроенный нами погром, на сотни уничтоженных элиток как самими Ревунами, так и ударом Вспышки, их оставалось ещё тьма. То, что не горело, да и то, что горело — всё пришло в движение. Стручки лопались. Мощные коренастые фигуры шатунов и шаманов вываливались наружу, собираясь в громадную толпу. И сейчас определённо не стоит давать им время организоваться для наступления под управлением Ревунов.

Зубоскал: «Марана! Магвай! Ваш выход!»