Разрушитель

Глава 4 Охота на Ключника

Мимо пронеслась хищная тень.

На встречных скоростях мы с Фурией едва успели с ней разминуться. Случись иначе — сплелись бы в яростный клубок, врезавшись в стены. Мгновенный укол страха заставил стиснуть зубы, но это стало лишь началом неприятностей. За первым очнувшимся вилохвостом мимо пронёсся второй. И ещё один. Когда мимо пролетел десяток стремительных и крайне опасных созданий, буквально задевавших нас мохнатыми боками или чиркавших хвостами, сомнений не осталось — вилохвосты выбрали мишенями наших врагов, почему-то проигнорировав истинных виновников вторжения в своё сонное лежбище.

И на сердце отлегло. Самую малость.

Через сотню метров мы выскочили из сумрака скал наружу, сразу попав в объятия беснующегося ветра. Призрачные когти радостно заскребли по железу доспехов, грубым наждаком прошлись по лицу, взъерошили жёсткий и непослушный мех дикоши. Но гораздо слабее, чем прежде. Пока мы находились под землёй, вместо плотных коричневых потоков пыли в воздухе зависла лишь лёгкая желтоватая взвесь, существенно раздвинув границы видимости и открыв взгляду просторы местности. Вскарабкавшееся выше солнце тоже добавило освещённости.

Увиденное заставило Фурию зарычать, пряча за яростью всё сильнее подступающий упадок сил. Марш-бросок вымотал дикошу ещё до встречи со мной, а на мне по-прежнему висело «Изнурение», высасывая полученную в бою энергию. Мы с питомицей сейчас оба пребывали не в лучшем виде и надеялись, что ситуация не станет хуже, но вышло ровно наоборот.

Оставалось лишь нервно рассмеяться… и продолжать действовать по плану.

Направляемая мысленным поводком, Фурия свернула левее и помчалась по глубокому распадку среди скалистых холмов, подступавших с двух сторон. Удерживаясь левой рукой за жёсткую шерсть на загривке, я вскинул правую ладонь на уровне плеча, готовясь в любую секунду пробить дорогу заклинанием, так как игры со сталью сейчас лишь затормозят, а промедление смерти подобно.

Мы ветром промчались в паре десятков метров от двух здоровенных варн из матёрых, сцепившихся в яростной схватке с отрядом шатунов-воинов. Пожиратели проигрывали. Каждая из варн превосходила Фурию в размерах в несколько раз; на фоне таких зверюг нападающие выглядели недомерками и действовали неуклюже, так как подступиться к противнику было не так-то просто. Высоко вздыбившись на мощных когтистых лапах и широко раскинув огромные крылья, каждая зверюга контролировала вокруг себя значительный участок территории.

На моих глазах одна из атакующих варн стремительно вытянула длинную шею и распахнула внушительную пасть. Замешкавшийся противник успел разок врезать палицей по морде зверя, но шипы со скрипом скользнули по жёсткой чешуе скулы, оставляя рваные царапины, а затем челюсти сомкнулись на верхней части туловища шатуна. Отчётливо хрустнула жёсткая, словно древесина, плоть под чудовищными зубами, будто раздавили громадного жука. Варна рывком вздёрнула крокодилью голову, резко мотнула челюстями из стороны в сторону, и откромсанная нижняя часть туловища шатуна улетела куда-то за холм, оставляя за собой веер мутных брызг.

Несмотря на общую заторможенность из-за чёртовых откатов, несложно догадаться, что происходит. Варны и вилохвосты — существа Природы, поэтому автоматически атакуют тварей стихии Смерти, не желая видеть их на своих охотничьих территориях. Несовместимые фракции. Хм… Но на Острове Мертвецов столь яростного неприятия друг друга я не замечал. Шаткий баланс, установившийся за долгое время? А сейчас Сезон Бурь взбудоражил всю живность на всех островах локации и ослабил сложившиеся правила?

В любом случае, пока варнам не до меня, оставалось лишь воспользоваться ситуацией — мы с Фурией проскочили незамеченными, оставив шум и гвалт позади.

И стремительно помчались к более крупному очагу следующей схватки.

Ни разу не видел столько варн, собравшихся в одном месте по эту сторону горной гряды. Всегда голодные, готовые сожрать любого неосторожного гостя, сейчас зубастые бестии отдавали предпочтение пожирателям. Пять варн рвали крупный отряд выкормышей Древа Смерти в клочья. Громадные твари то резко приседали, вытягивая длинные шеи и щёлкая клыкастыми пастями, то, лишённые возможности летать над твердью острова, высоко подскакивали в воздух, чтобы схватить врагов чудовищными когтями на нижних конечностях, смахивавших на изогнутые роговые клинки.

Впрочем, бой проходил не так уж гладко, как показалось вначале.

Мы пронеслись мимо трупов двух варн помельче — бездыханные груды изувеченной серо-зелёной плоти на перепаханной когтями и лапами земле среди вывороченных камней. Окружив и добивая ещё одну зверюгу, десяток шатунов сыпал частый град безжалостных ударов. Шипастые палицы с хрустом проламывали чешую на спине и боках, расплескивая алую кровь, дробили полые кости крыльев, рвали кожистые перепонки. Зверь лишь с трудом шипел, по израненному телу могучего, но полностью обессилевшего создания волнами пробегали судороги агонии, его буквально превращали в отбивную.

Как назло, оба вздымавшихся по сторонам склона оказались слишком крутыми, каменистыми, плотно заваленными неровными валунами — если по ним пуститься в обход в поисках более безопасного пути, мы рисковали потерять темп, а Фурия могла запросто переломать лапы, несмотря на всю свою ловкость и помощь крыльев. Проблема заключалась в усталости. Её маркер полоски тонуса неумолимо полз вниз. И когда он достигнет нуля, моя зверюга просто рухнет без сил.

Прямо в Бездну.

Мы рванули напрямик, прямо сквозь гущу боя. На этот раз несколько пожирателей нас заметили. Оставив полумёртвую варну, они с тяжёлым топотом устремились наперерез. Фурия не сплоховала. Вильнуть на сумасшедшей скорости в сторону, прыгнуть прямо над шатуном, отбрасывая грудью занесённую палицу, отскочить вправо…

Одна из сцепившихся с пожирателями матёрых варн как нарочно сместилась левее, оказавшись прямо на нашем пути — мельтешащие конечности, мелькающее оружие, свист рубящих ударов крыльев и утробный рёв.

Увернуться или прорваться мимо на безопасной дистанции мы уже не успевали. Я зло оскалился. Энергии по-прежнему мало, но на пару ударов точно хватит.

«Копье пламени» сорвалось с ладони, гудящим от нестерпимого жара потоком пронзило десяток метров воздуха и буквально разорвало на пылающие куски шатуна-шамана, выставившего в моём направлении тлеющий заклинанием посох. Тем, кто оказался рядом с жертвой, досталось немногим меньше — парочку шатунов отшвырнуло в сторону в виде пылающих головешек. Волна пламени на этом не остановилась, с трескучим гулом устремившись дальше, накрыла ярким жёлто-красным полотнищем значительный участок местности и всех, кто на нём оказался. Обожжённая краем заклинания варна пронзительно завизжала, закрутилась среди врагов в беснующемся пламени, высоко подпрыгнула, раскинув горящие крылья. Пылающий феникс на фоне восходящего солнца.

Зверюге не повезло, но я не испытывал особых сожалений. В другое время она с удовольствием сожрала бы меня вместе с доспехами. Что же до «копья»… Не до просмотра логов сейчас, но мне определённо нравилась такая мощь. Быть Ключником-пятидесятником оказалось чертовски здорово. Даже если эта сила — просто «издержки» удачно сработавшего крита или шанса игнорирования брони. Опять.

«Щит льда» с хрустальным звоном активировался от первого же шального удара; вокруг мгновенно возникло с десяток льдистых щитков, отражая выпады, нас с Фурией окружило облако сверкающего крошева…

А затем мы прорвались.

Мех на краях крыльев моей дикоши, сломя голову несущейся вперёд, дымился чёрными струйками, уносясь за наши спины — жар кританувшего заклинания достал даже нас, едва не воспламенив шерсть питомицы и нагрев мои доспехи.

Что-то заставило меня оглянуться в этот момент. Твою же мать!!!

В битву Природы и Смерти вмешалась третья сила. Слева над холмами на несколько десятков метров в небеса вздымалось существо, похожее на гигантскую змею или чудовищно огромную многоножку — с массой коротких когтистых лапок по всему протяжению длинного мощного тела, с натянутыми между ними кожистыми перепонками, словно у белок-летяг. Создание Бездны было настолько огромным, что варны на его фоне показались мелкими зверьками, не говоря уже о совсем крошечных пожирателях. Оставаясь нижней частью тела за холмами, гигант плавно изогнулся; его широкая тень упала над местом схватки, накрыв всех сражающихся. Пасть размером с автобус распахнулась и резко опустилась. Землю потряс удар. А большая часть пожирателей и две матёрые варны попросту исчезли среди густого частокола из чудовищных зубов, отправившись прямиком в утробу монстра.

Жаркий ветер опасности за спиной бросил нас с Фурией вперёд с удвоенной скоростью, хотя, казалось бы — куда уж быстрее. Несколько минут спустя стало ясно, что мы оторвались; чудовищный безымянный монстр Бездны не обратил голодного внимания на удирающую парочку, занятый более крупными скоплениями законной добычи. Впрочем, тела погибших пожирателей и крылатых бестий встречались по пути довольно часто — красноречивые свидетельства прошедших здесь до моего появления схваток, и жратвы для монстра тут хватало вдоволь.

Жаль, что пополнить запас в подсумке кристаллами сущности времени не нашлось. Фурия по-прежнему ловила по сторонам и особенно позади нас агрессивные сигналы врагов. Она чуяла несущихся по нашим следам тварей стихии Смерти остро и чётко. Не всех успел сожрать… Змей? Пусть будет Змей; для системного опознания тварь в тот момент находилась далековато, не говоря уже о сбоях системных сообщений. Любая минутная задержка могла стать роковой, да и убил их не я, а чужая добыча сразу в руки не даётся; должно пройти не менее часа с момента гибели существа, прежде чем станет возможен сбор для любого желающего. Впрочем, вовсе не обязательно делать всё самому. Если получится, сюда для сбора можно позже направить соклановцев…

Да уж, послать…

Было бы кого.

Горечь разъедала душу. Слишком многие оказались в Колыбели, а то и в Белой Мгле, и вернуть последних можно будет только одним способом — через Список Мёртвых.

Знакомый маршрут от одной пещеры до другой мы когда-то в составе отряда преодолевали пешком часа за четыре, но тогда мы не торопились, и дело было не только в памятном увечье, когда из-за схватки с линарцем я потерял кисть руки: на этом острове не бывает абсолютно безопасных мест, двигаться всегда нужно осмотрительно. Сейчас же путь был расчищен, а я спешил, так что вряд ли дорога займёт более получаса.

Чувствуя моё нетерпение, Фурия неслась по местности во весь опор, продолжая безжалостно сжигать свой тонус. Все схватки пожирателей с варнами остались позади, и я был рад этой передышке, но всё же старался бдительности не терять. И исходил тихой злостью: проклятое «Изнурение» сильно понизило сообразительность. Примени я «Душелова» вместо «Копья пламени» — и сумел бы придать сил и себе, и дикоше. За несколько секунд скачки, пока нахожусь в зоне действия вцепившегося в удаляющуюся цель заклинания, под «Концентрацией сути» можно было бы урвать немало…

Но все мы часто крепки задним умом.

Участки леса с торчащими по сторонам зонтичными великанами сменялись голыми каменистыми холмами, затем из-за них, сквозь клубящуюся пыль Бури, снова проступали деревья. Сумасшедшей длины прыжки Фурии позволяли одним махом преодолевать глубокие овраги и расселины; кажется, их с последнего посещения на этом острове стало больше. Великая Буря коснулась всех островов своим разрушительным влиянием?

Вряд ли Череп Властелина развалится подо мной, как Остров Мертвецов, но на душе всё же тревожно.

Перед глазами отчётливо стоял образ чудовища Бездны.

Знакомцы из «когтей», Корх Меткач и Мейх Остроухий, пока длился квест по отлову пиратов, рассказывали немало страшилок про живность снизу, а теперь я узрел это воочию. Думал, привирают, а оказалось — правда. Перепонки между лап Змея, скорее всего, предназначены для планирования — слишком уж массивная туша для полётов. То есть своим ходом такая гигантская тварь не смогла бы выбраться со Дна, разве что дегустатор «подвёз» на своём горбу, но это уже в порядке бреда. Неужто где-то и впрямь поднялся новый остров? Или один большой, или несколько поменьше. Меня устраивал только первый вариант, но…

Если почти все белогривые погибли, то получается, что некому организовать зачистку этого острова, так что радоваться рано. Целиком поглощённый задачей с установкой портала, я как-то не задумывался о таких издержках. Ведь для установки портала нужен центр массы острова; активацию на краю система не допустит. Но если нет белогривых, то кто может занять их место? Командиры из простых «когтей»? В рейд Видящий брал далеко не всех пятидесятников; для защиты форта осталось более чем достаточно сил, чтобы противостоять и пожирателям, и монстрам из Бездны. Но хватит ли у меня репутации, чтобы обратиться в Форт Бдительный напрямую, без Хорки Умного и его помощников? Чтобы нанять отряд и выполнить задачу, ради которой и затевался поход на Остров Мертвецов? После всех этих жертв?

Надо поискать в форте Мейха с Корхом. В рейде их не было — «мелковаты», хотя не дотягивали до пятидесятого всего пару уровней. Значит, сейчас они, скорее всего, живы. И влияние у меня на них имеется. Михонариум с его репутацией у Хорки тоже мог бы знатно помочь в решении организационных вопросов, но его имя — в Списке. Не повезло музыкальному ловкачу.

Чёрт, от этой «змеюки» прямо в дрожь бросает, почти как от вида дегустатора. Кто, кроме Хорки Умного, сможет справиться с такой тварью? Могу ли я, хотя бы теоретически? Я стал старше и намного сильнее, способности возросли, но… Допустим, если врубить «Теневое преимущество», подняв реакцию и скорость движений на 50%, а затем атаковать под «Теневым проколом», мгновенно переместившись к цели и выдав удвоенный урон «Местью камикадзе» (предусмотрительно прихватив три-четыре подсумка с сотнями кристаллов сущности для усиления удара и имея наготове лишний сейв), пусть также сработает крит и шанс игнорирования брони, и тогда…

«Месть камикадзе» гарантированно активирует «Великий уравнитель», на мгновение уравняв меня с противником по уровню, параметрам, защите и сопротивлениям, так что — да, шанс победить и уцелеть есть. Но цель слишком велика. А для таких противников включается совсем другая логика расчётов, иначе бы их уничтожали все кому не лень — достаточно иметь подобный моему набор способностей, что вряд ли такая уж исключительная редкость в мирах ИКС. История со Смотрителем — хороший пример. Тогда я сжёг целый подсумок кристаллов, а добивать босса пришлось Хорке. Поэтому для повышения шанса победы мне позарез нужно раздобыть «Великий усилитель могущества», ещё раз увеличив мощь всех способностей на 50% и удвоив личные параметры.

Может быть, тогда я и потяну…

Увы, такие расходники выдаёт лично Хорка, да и рецепт их изготовления знает только он и его белогривые мастера. Единственный использованный в битве на Острове Мертвецов усилитель произвёл на меня неизгладимое впечатление. Причём сам Хорка для схватки с Могильщиком явно использовал расходник на порядок сильнее выданного мне — «Величайший усилитель могущества?» Нужно раздобыть такой во что бы то ни стало и рискнуть получить уникальнейший рецепт на ремесленном алтаре в Цитадели. А это, опять же — визит в форт. На этот раз Кроху одёргивать не буду, сам попрошу поэкспериментировать. Почему-то именно её закладки на алтаре срабатывают практически со стопроцентной вероятностью. Кроха… Так, потом.

В общем, попытка реальна. Особенно если дождаться отката «Астрального сдвига», новенькой пассивки Ключника, в случае смертельной угрозы откидывающей меня прочь от опасности к ближайшему маяку. Подстелить соломки везде, где только возможно.

Но пока это лишь отвлечённые фантазии.

После увиденного возникли большие сомнения, что зачистка новых островов вообще возможна во время Бури. Зато вижу гибельную неизбежность — новые монстры, всплывшие из глубин Бездны вместе с островом или группой островов, разбредутся по старым, вступая в схватки с местным зверьём, с игроками, с аборигенами. Множество очагов схваток с непредсказуемым исходом. А так как значительная часть аборигенов не относится к высокоуровневым игрокам, особенно недавно инициированный молодняк…

Я только сейчас по-настоящему осознал, сколько проблем приносит Сезон Бурь. Сколько безвозвратно погибших будет после его окончания. Может, именно поэтому Хорка так стремился вырваться из Небесного Архипелага, рискуя развязать конфликт со Столицей, лишь бы избавить хотя бы часть своего народа от участи быть принесёнными в жертву монстрам из Белой Мглы? Все эти зоны на планете, блокированные границами Магических Барьеров вокруг сотен или тысяч Древ Смерти — ничто иное, как место ссылки для местных, которым выпала столь незавидная участь по факту рождения. Вечная каторга, из которой могут вырваться лишь отдельные пришлые игроки по достижении 50 уровня, собрав необходимый взнос стимулов для оплаты перелёта к Радужному порталу Столицы.

В текущей ситуации у моего клана нет сил на борьбу с тварями Бездны.

Выживших слишком мало. Доноров для возрождения через Список Мёртвых сейчас не найти днём с огнём; внутри магических границ локации и без меня проблем хватает, никто не согласится сейчас стать жертвой, когда нужно всеми силами защищать Форт и поселения на островах. Голова кругом. Не знаю, за что хвататься в первую очередь, но делать что-то определённо надо…

И план для первых шагов после возвращения в Цитадель уже начал обрисовываться. Но как бы не пришлось, как говорится, залечь на дно, пока хотя бы часть клана восстановится естественным возрождением через Колыбель. Хорошо бы дождаться Хорку. С ним всё очень странно. Да, он есть в Списке Мёртвых, но… я не сразу обратил внимание, что его имя подёрнуто багровой дымкой, в отличие от остальных имён, реагировавших на взгляд и разворачивавших информацию об игроке, стоило лишь задержать внимание. С именем Хорки такого не происходило. Никакого отклика. Что есть оно в Списке, что нет. Что это означает — понятия не имею. Но вряд ли что-то хорошее.

К чёрту. Нужно сейчас сосредоточиться на решении тех проблем, что мне по силам…

Протяжный рёв боевого рога прилетел издалека, сбив с размышлений о предстоящих проблемах. Звук рога? Да нет же! Я выругался, лишь сейчас сообразив, кто пожаловал по мою душу. И кто всё это время настырно следовал по пятам, прорвавшись сквозь варн, избежав смерти в пасти твари Бездны. Ревун, чтоб его приподняло на километр и приложило об остров, да так, чтобы мокрое место осталось! Это не рог, а магический рёв лужёной глотки ревуна!

С секундным запозданием на плечи, и без того придавленные «Великим изнурением», словно опустился многотонный пресс, заставив позвоночник захрустеть от усилий сдержать эту тяжесть, а в логах вспыхнули красным наведённые проклятья: «Объятия Смерти» (сопротивляемость к магии Смерти снижена на 25%) и «Мерзкое истощение» (показатель здоровья и энергии снижен на 20%). Фурия споткнулась, тоже не избежав этих проклятий; вместо очередного прыжка вышел лишь неловкий скачок на пару метров, бег дикоши резко замедлился, из её глотки вырвался измученный хрип. Но всё же она была в чуть лучшем положении, чем я — из-за перманентного проклятия «Печать Смерти», повысившего мою уязвимость к умениям Фракции Смерти на 25%, я едва не потерял сознание, перед глазами всё затянуло багровой пеленой.

Ревун. Командир и шаман пожирателей в одном лице. Предводитель рейда. По силам равный или почти равный Хорке Умному, сильнейшему воину Форта Бдительного. Когда-то Михонариум давал мне добрый совет: «…если столкнёшься с ревуном один на один — беги. И как можно быстрее».

С такой тварью и в таком состоянии сражаться сейчас, несмотря на пятидесятый уровень и возросшие возможности, я не мог. И если Ревун меня сцапает… то всех моих способностей Ключника может не хватить, чтобы избежать участи стать эмиссаром Владыки Древа Смерти.

Но шанс спастись пока оставался.

Я радостно встрепенулся, когда сквозь насыщенные пылью порывы ветра впереди проступила краснота вздыбившегося горного склона. Знакомый красный мох — отличный ориентир. Когда-то здесь, где я сейчас скакал на Фурии, был поставлен первый маяк, и тут же произошло первое столкновение с кланом Антракса. Как многое поменялось с того дня. Антракс теперь в подневольно-добровольных союзниках Хорки Умного, а маяк давно перенесён за горную гряду, на край пропасти, где обитали варны — для удобства выполнения задания «Жёлтое в крапинку». Не пробиваться же каждый раз сквозь туннель, когда дрессировщику Воргу Вялому из Форта Бдительного понадобятся яйца крылатых бестий для выведения новых питомцев, а нужны они ему частенько — спрос есть всегда. Опыт, конечно, никогда не бывает лишним, но не всегда есть время на битву с каждым встречным монстром.

Одному в туннель тем более нельзя. Там обитает Каменный панцирник — создание, напоминающее гигантского червяка, грызущего каменное нутро гряды с той же лёгкостью, с какой я разгрыз бы печенье. Для его уничтожения нужна группа бойцов; замученного Ключника с не менее замученным питомцем явно не хватит. Если с тыла в пещере меня зажмёт чёртов Ревун, а путь перекроет монстр, нам конец.

Фурия что есть сил прыгнула на склон и принялась карабкаться вверх, перескакивая частые трещины и каверны, где невозможно было пробраться на лапах, огибая слишком крутые выступы. Каждый прыжок отнимал много сил; дикоша вскоре захрипела, как загнанная лошадь. Терпи, милая, терпи. Надо. Оставалось преодолеть всего метров триста, затем я почувствую маяк. И мы свалим отсюда в спасительное пространство осколка измерения…

Печать Алана, всё это время слабо тлевшая на лице, будто выгорев после всех приключений, вдруг проснулась и ожгла правую скулу сеткой из раскалённой проволоки. Мысленный приказ заставил Фурию рвануться влево. Вовремя! Быстрый взгляд за плечо — и там, где мы только что находились, вскипел чёрный водоворот незнакомого заклинания, буквально пожирая камень.

Снова вспышка жжения на лице и отчаянный рывок вправо.

Щупальца тьмы хлестнули по склону совсем рядом, заставив его взорваться фонтаном каменного крошева. Сработал «Щит льда», отражая осколки, а мир перед глазами вновь затянуло красной пеленой из-за перерасхода энергии. Волной накатила сокрушительная слабость, едва не заставив разжать руки на загривке дикоши и рухнуть вниз, на острые камни под её лапами. Сил оглядываться уже не было, но я увидел врага глазами оглянувшейся в прыжке Фурии благодаря вспышке прозрения «Духовной связи».

Ниже по склону, всего в сотне метров позади меня, карабкался здоровенный, как мамонт, жук-утилизатор. Шесть бронированных шипастых лап с грохотом долбили прочнейшими когтями каменную поверхность, безжалостно сдирая слой мха. Такого гиганта мне ещё видеть не доводилось. Но настоящая проблема была не в нём, а в восседавшем на загривке этой безмозглой твари Ревуне. Всё тело здоровенного типа было замотано полосками ткани — будто мумия в погребальных бинтах. Голый бугристый череп короной венчал выраставший прямо из него высокий костяной гребень; костлявая кисть правой руки сжимала массивный посох длинными пальцами, которыми впору было обхватить бревно. Сотня метров? И уже почти достал заклинаниями? Преимущество сильных — увеличенная дистанция поражения. А мои удары по-прежнему срабатывают лишь с пятидесяти метров. Слабак.

Чтобы принять бой, нужно остановиться. Но после этого уйти, не одолев Ревуна, будет невозможно. Без шансов. Даже наброшенные на него «Оковы магии», если сработают, большой роли не сыграют. Ревун с его жуком невероятно сильны физически. Без магии нам с ними не тягаться. Не сейчас, когда мы с Фурией можем просто сдохнуть от переутомления — что уж тут говорить о полноценной схватке… По состоянию я сейчас напоминаю связанного по рукам и ногам бойца, которого выкинули на арену к полному сил и до зубов вооружённому противнику.

Спасёт только бегство.

Очередная вспышка заклинания столбом тёмного тумана врезалась в гребень горы, едва мы успели перевалить на ту сторону и начать спуск. На несколько секунд Ревун с его чёртовым жуком пропали из виду, дав нам короткую передышку. Вниз по склону Фурия помчалась шустрее, словно у неё открылось второе дыхание, но это всего лишь законы физики. Широко распахнув крылья, она планировала длинными прыжками, увеличивая тем самым их дистанцию. Но законы тверди по-прежнему старались как можно быстрее приземлить её; для полноценного полёта доступно только пространство, свободное от островов.

Красная пелена перед глазами слегка отступила, позволив увидеть точку назначения. Приметный круг из камней; в его центре должен находиться маяк. Перезаряжал я его дней десять назад, можно сказать — свеженький, проблем с переносом не будет.

Ещё полторы сотни метров…

Белая Мгла клубилась в приближавшейся пропасти, притягивая взгляд, словно магнитом. Ненавижу этот мир, где столько гибельных опасностей, что иной раз шагу нельзя ступить без последствий. И в то же время чем-то эта игра в смертельные пятнашки по-прежнему удивительно притягательна. Наверное, мы тут все ненормальные, если продолжаем жить такой жизнью и даже получать от неё удовольствие, несмотря ни на что…

Сейчас главное — на скорости не проскочить этот маяк, не нырнуть в пропасть, и тогда всё получится. Склоны, где обычно гнездились варны, к счастью, были совершенно пусты: все звери перебрались по ту сторону гряды, прячась от Бури и открыв охоту на пожирателей.

Я прищурился, вдруг разглядев над белой пеленой Бездны колеблющийся поплавком в воздушных потоках силуэт крошечного кораблика. Невероятно. Кто это может быть⁈ Как «пёрышко» здесь вообще могло оказаться, посреди замкнутого пространства сквозной дыры в центре острова, давшей ему название? Как это возможно — перетащить кораблик через горы, и главное — зачем⁈

Не понимая, в чём дело, я интуитивно бросил взгляд как можно дальше влево, затем вправо…

Вот оно что!

С трудом представляю, каким должно быть столкновение островов, если здоровенная часть Черепа Властелина исчезла, открыв кораблям проход не менее полукилометра шириной. Буря и здесь натворила дел, придётся острову менять название.

Отлично! Управлявший кораблем абориген или игрок заметил моё приближение, так как кораблик резво рванулся в мою сторону. Всё ещё не могу разглядеть, кто это, но подозрение уже забрезжило. Очень ловко управляет. С невероятным мастерством. Знакомый стиль. Но ему не успеть. У меня нет ни малейшего желания тратить драгоценные секунды на попытку связи, когда по пятам несется целый Ревун. Так что лучше бы Тарп Старый, а это именно он, сейчас чесал не ко мне, а в обратную сторону — ради собственного спасения. Ревун никого не пощадит.

Всё, пятьдесят метров. Я готов к переносу. Какого чёрта⁈ Насколько же у меня паршивое состояние, если я всё ещё не чувствую маяк⁈ Ошибся с местом установки? Или просто нужно подобраться поближе? Сейчас…

Гулкий удар заклинания расколол твердь под лапами Фурии, словно яичную скорлупу. Отчаянный прыжок перенёс дикошу на несколько метров левее, не дав рухнуть в распахнувшуюся расселину: слишком узкую для размаха крыльев, но вполне достаточной глубины, чтобы свернуть головы и переломать конечности нам обоим.

Проклятый Ревун, всё никак не угомонится!

Расселина от заклинания прошла всего в паре метров от круга камней, обвалив валуны с краю и едва не уничтожив круг, но всё обошлось. Тогда почему нет отклика, хотя осталось десять метров? Чёрт побери… Да потому что маяка здесь нет! Но я слишком устал, чтобы вовремя сообразить, или просто до последней секунды не хотел принимать неизбежную реальность. Ловушка была подготовлена заранее, а это говорило о том, насколько хорошо Ревун знает, куда именно я рвался. Значит, этот рейд всё-таки за мной, не совпадение.

Нет.

Не дождёшься.

Не знаю, как Тарп здесь оказался, как догадался подогнать сюда кораблик, но это невероятная удача для меня. Так что я и не думал тормозить Фурию, хотя до края Бездны оставалось с десяток метров. Напротив, мысленный приказ заставил дикошу рвануться вперёд, выжимая все соки из немногих оставшихся сил. Снаряжение, всё это время дожидавшееся именно такого момента в подсумке на груди питомицы, доставать уже было некогда. Придётся обойтись как есть. Не первый раз я рискую сейвом в отчаянных условиях и не последний, так что…

Твердь исчезла под лапами дикоши; крылья широко распахнулись, загребая ринувшиеся навстречу из бездны пыльные воздушные потоки. Если бы я висел на тросе под тушкой питомицы, то сбалансированный таким образом центр тяжести позволил бы нам лететь дальше без помех, но я сидел на шее Фурии, и её почти сразу, несмотря на отчаянные взмахи крыльев, повело мордой вниз.

Успею. Нужно всего несколько секунд, и я избавлю дикошу от проблем с полётом. Уже вижу, где должны пересечься наши встречные скорости — Фурии и «пёрышка»…

Нам не повезло.

В воздухе мы стали лёгкой мишенью.

Тёмные жгуты заклинания Ревуна ударили во вспыхнувшие на пути скорлупки «Щита льда», пробили их и угасли. Но несколько хлыстов, словно острыми клинками, разрубили ничем не защищённые крылья дикоши. И мне ничего не оставалось, как прыгнуть «Теневым проколом», предусмотрительно оставленным на такой отчаянный случай, вперёд — к маяку, установленному на суденышко.

Бросив погибающую Фурию.