Уцелевшая для спустившихся с небес (СИ)

Глава 50

Мы двигаемся быстрее, пробегаем мимо искорёженных дверей и покореженных домов, пока не подходим к массивным металлическим дверям главного зала башни, находящейся сбоку от крайней и самой небезопасной стены поселения.

— Там внутри серверная, — говорит Каэль вполголоса, тяжело дыша. — Они поставили там свои устройства, захватили каналы, настроили передачу на орбитальные станции. Если это отключить, дроны перестанут получать сигналы.

— Надеюсь, ещё не поздно… — выдыхаю я, вжимаясь в стену, чтобы пропустить очередную волну дыма.

Тэрин поднимает оружие, кивком указывает на дверь.

— Вперёд.

Мы врываемся внутрь. В глаза сразу бьёт резкий свет зелёных индикаторов, переплетённых с красными лампами аварийной системы.

Повсюду торчат толстые провода — смешение человеческих кабелей и инопланетных модулей.

Пахнет перегоревшим пластиком, воздух горячий, будто здесь уже что-то взрывалось. Иная техника мигает холодным лунным светом, а в самом центре возвышается механический пульт, окружённый экранами, из которых вырываются схемы местности и дроны, отмеченные по сектору.

Я чувствую, как по спине проходит дрожь. Ведь всё это — наш, человеческий ресурс, превратившийся в смертельный инструмент. В какой-то момент мы сами дали им оружие против нас.

Каэль бросается к панели, пытается разобрать систему управления. Тэрин прикрывает его, глядя, нет ли засад.

Я выдыхаю, чувствуя, что это может стать поворотной точкой: если мы отключим сеть прямо сейчас, поселение будет спасено на какое-то время.

— Они всё перепрограммировали… — шепчет Каэль, его пальцы быстро скользят по кнопкам. — Видишь, эти надстройки на ваших серверах? Они перенаправили поток вон туда, к узлам снаружи…

— Меньше слов, быстрее вырубай! — выдыхаю я, оглядываясь на клочки дыма, пробивающиеся из щелей в дверях. Снаружи скрежет и рёв — бой ещё идёт, дроны атакуют стены, а люди обороняются, пока мы возимся с кабелями.

Снизу доносится несколько взрывов подряд, отчего пол под нашими ногами вздрагивает. На мгновение гаснет несколько ламп, и я слышу, как Каэль захлёбывается рваным вдохом — он ранен и держится из последних сил. Но его решимость горит ярче боли.

Наконец раздаётся глухой треск. Экран, залитый иероглифами, мигает, потом гаснет. Перепрошитая инопланетная панель издаёт скрежет, и индикаторы медленно гаснут в цепочке от самого сердца до периферийных модулей.

С наружной стороны башни доносится визг двигателя, а затем сразу несколько оглушительных ударов — как будто дроны потеряли ориентировку и врезались друг в друга или в стены.

— Есть, — Каэль поднимает голову, на губах дрожит кривая улыбка. — Мы сбили управление. Остальное — дело времени.

— Значит, теперь… — я выдыхаю, ощущая, как сердце освобождается от стальной хватки страха, — люди могут перевести дух. Хотя бы на время.

— Это не конец, — добавляет Тэрин холодно, но и в его голосе я слышу облегчение. — Другие отряды, наверное, уже знают о сбое.

Я киваю.

Ведь где-то там, над облаками, всё ещё висят корабли, и часть воинственных иных наверняка не остановится. Но в этой победе я вижу важнейший шаг, люди видят, что союз с «эмоциональными» пришельцами возможен, что тот самый «вирус чувств» способен спасать, а не только ломать.

Мы выходим наружу.

Ветер сдувает пыль с волос, в небе далеко-далеко рассеивается рой дронов — кто-то потерял управление, кто-то упал, кто-то улетел прочь, не видя команд.

Люди, испуганные, раненые, пока не рвутся нас обнимать, но всё чаще поднимают взгляды, в которых я улавливаю благодарность.

И среди всей этой руины, этого пепла и гари, я чувствую: мы двигаемся к новому миру.

Потому что, если даже здесь, среди таких смертельных недоверий и глубоких предрассудков, возникло понимание, значит, мы можем объединить два вида. И подарить этому объединению жизнь.

По крайней мере, я надеюсь, что это все еще возможно, потому что, если нет — люди все равно обречены на окончательное вымирание.