Условия развода

Глава 44

Таинственный предмет небольшой, прямоугольной формы. Бумага надежно скрывает его, так что не разберёшь, что внутри.

— Спасибо. А что это?

— Понятия не имею. Передал рассыльный из почтовой конторы. Мы с двумя сестрами нынче были в городе. Меня попросили отдать вам лично в руки.

— Вы так любезны. Я вам очень признательна. Как я могу вас отблагодарить?

— Не стоит благодарностей, — сухо отвечает сестра и окидывает орлиным взором окружающее пространство, — Лучше постарайтесь не лениться и привести в достойный вид Прибежище теней. У сестер слишком много повседневной работы, на все не хватает времени. Надеюсь, и грешница Джилли наконец возьмётся за ум и перестанет бездельничать.

Джилли внимательно рассматривает крону ближайшего дерева и делает вид, что эти слова не имеют к ней ни малейшего отношения.

Старшая сестра передает мне в руки сверток и уходит. Когда она скрывается из поля зрения, Джилли раскрывает рот:

— До чего интересно! Сразу посмотришь?

Ее глаза горят любопытством.

Я разворачиваю шуршащую бумагу. Под ней — розовая коробка из плотного картона, перевязанная шёлковой лентой.

— Какая красота! — восклицает Джилли. — А что внутри⁈

Я уже и так догадываюсь, упаковка-то знакомая. Коробка, похожая на элегантную дамскую шкатулку, открывается… маленькие песочные печенья в форме звёздочек и полумесяцев пахнут так соблазнительно…

— Неужели твой муж раскаялся? — ахает Джилли.

— Как бы не так. Это точно не от него… Давай перекусим. Только руки надо вымыть…

Мы устраиваемся в укромном уголке под деревом. Много ли надо для счастья? Коробка печенья, чистая вода в большой кружке, хорошая погода и отсутствие надзора…

— Ни разу не пробовала таких вкусностей, — говорит Джилли. — Даже когда жила в столице. А здесь… даже когда в день рождения Наставницы и перед Новым годом пекут праздничное печенье, оно получается пресным и сухим. Думаю, это специально. Чтобы нам тут жизнь слишком сладкой не казалась!

— Давай угостим ту женщину, которая передала коробку? А то неудобно получилось…

— Ничего неудобного! Сестра Диллена ничего не делает просто так. Только с виду такая правильная, а сама… Наверняка получила хорошую оплату за посредничество. Иначе ни за что бы не нарушила Устав Обители.

— Ну, если так…

— Старшие сестры, которые могут выходить в город, вовсю пользуются своими привилегиями. Даже не сомневайся. Это же такое везение — два-три раза в месяц выбираться из Обители! Они тут все себе на уме. По крайней мере, большинство из них. — Джилли надкусывает очередное печенье и мечтательно произносит:

— Будь моя воля, я бы ела такое каждый день!

— Каждый день надоело бы.

— Не смейся, мне бы не надоело. Кто же все-таки прислал тебе подарочек?

Я пожимаю плечами.

— Мне бы тоже хотелось знать.

На самом деле я почти уверена. Ведь не просто так сразу вспомнилось песочное печенье, которое испекла хозяйка гостиницы. Мы угощались им вместе с Гарбером. Присланное печенье тоже с цукатами, это явно напоминание о недавней поездке. Только на этот раз не домашнее печенье, а купленное в модной кондитерской на центральной улице в столице. Гарбер вполне мог успеть обернуться туда и обратно. Или прислать кого-то в ближайший к Обители городок. Верхом и без долгих остановок гораздо быстрее, чем в карете. Интересно, что бы это значило? Милый знак внимания, желание хоть чем-то порадовать несчастную ссыльную или нечто большее?.. Мне почему-то не хочется делиться своими догадками и предположениями с Джилли. Пусть это останется тайной…

Джилли влетает в мою комнату.

— Арнэлия, дорогая, ты представляешь!..

— Погоди, ты ведь сама говорила, что после десяти часов не разрешается заходить друг к другу…

Она небрежно машет рукой.

— Подумаешь, меня же никто не заметил, — однако на всякий случай выглядывает в коридор. Потом тщательно прикрывает дверь.

Сегодня меня впервые не закрыли на ночь. Вероятно, сестры убедились, что я более-менее разумное существо и не стану пытаться голыми руками взломать мощную, обитую железом входную дверь в Обитель. И потом не полезу на крепостную стену, в надежде удрать на свободу. Отсюда не убежишь, это любой дурочке понятно.

— Так что стряслось?

— Я подслушала разговор старших сестер. Тех, которые сегодня были в городе. Ты не поверишь! Оказывается, король умер!

— Джилли, я это уже знаю.

— Да⁈ Почему же мне не рассказала? Но это еще не все!

— А что еще?

— Он умер во время какой-то… — Джилли понижает голос и шепчет: — во время какой-то… оргии! Ну, это когда собирается много женщин и… то есть король был один, а в постели с ним было много всяких дамочек… Представляешь⁈

— Представляю.

— И вот его сердце не выдержало! — эту фразу Джилли произносит трагическим тоном, явно слово в слово повторяя услышанное раньше. — Эти обстоятельства скрывались, но ведь все под ковер не заметешь. Как-то открылось, и теперь слухи расползаются по всему королевству. Даже до нашего глухого угла добрались.

В принципе, слухи кажктся мне вполне правдоподобными. Жаль свёкра, он был таким жизнелюбом, таким весёлым и добродушным… И завершить свои дни вот так, стать притчей во языцех для всего королевства… С другой стороны… умереть среди шумного веселья, в окружении красивых обнаженных женщин — не такой уж печальный финал для неутомимого гуляки, обожавшего разнообразные любовные утехи.

Он хотя бы был счастлив в свои последние минуты…

Вездесущие сорняки вконец обнаглели. Так и норовят заглушить молодую морковку и захватить всю плодородную землю. Особенно быстро разрослись после недавнего дождя. Приходится с ними бороться, рыхлить почву, осторожно вытягивать зловредные корни. Иначе они заполонят грядки и расправятся с еще не успевшими окрепнуть овощами… Я склоняюсь к самой земле, распутываю тонкий гибкий стебель вьюнка, который оплелся вокруг ажурной морковной ботвы…

Из-за кустов черной смородины доносится голос:

— Сестра Мирэлла, вы тут?

— Тут-тут… рву салат для обеда Наставницы. А вы уже вернулись из города? Что-то рано…

— Да, сегодня быстро управились с делами.

— Какие новости?

— Ох, ничего хорошего… В городе беспокойно.

— Что случилось?

— Пока ничего. Но говорят, началась война между принцами.

— Только этого не хватало!

— И не говорите! Ходят слухи, что уже несколько провинций в огне.

— Хоть бы нас это не коснулось! К счастью, мы тут в глуши, далеко от всех дорог.

— Будем надеяться.

— Только это и остается…